Портал психологических изданий PsyJournals.ru
Каталог изданий 97Рубрики 51Авторы 8149Ключевые слова 19927 Online-сборники 1 АвторамИздателямRSS RSS

Аддиктивное поведение: профилактика и реабилитация

Издатель: Московский государственный психолого-педагогический университет

Год издания: 2011

 

Некоторые аспекты неосознаваемой мотивации химической аддикции

Макушина О.П., кандидат психологических наук, доцент кафедры общей и социальной психологии факультета философии и психологии Воронежского государственного университета, Воронеж, Россия, helga00@yandex.ru
Полный текст

Проблема распространения аддиктивного поведения является одной из актуальных в современном обществе. Резкие темпы увеличения количества молодых людей, употребляющих наркотики и алкоголь, требуют обращения самого пристального внимания специалистов к вопросу нахождения наиболее эффективных путей профилактики химической зависимости. Грамотная профилактическая работа невозможна без глубокого понимания мотивов и причин, толкающих индивида к химическому препарату.

Традиционная точка зрения о том, что основная роль в возникновении тяги к наркотику или алкоголю принадлежит способности химического препарата вызывать эйфорию, в настоящее время повергается серьезной критике. В.Д. Менделевич отмечает, что психологические причины зависимости гораздо глубже и заключаются в тех иллюзорных возможностях разрешения конфликтов и удовлетворения желаний, которые дает состояние опьянения, а также в тех психологических и социальных условиях, которые толкают человека на этот путь (Менделевич, 2005). По мнению Б.С. Братуся, психоактивное вещество (алкоголь, наркотик) отражает проекцию психологического ожидания, значимых потребностей человека на состояние опьянения, благодаря чему создается такая психологическая картина опьянения, которую человек приписывает действию препарата, делая его психологически привлекательным (Братусь, 1988). Иными словами, выбор конкретного вещества является неслучайным, человек его осуществляет в соответствии с характером доминирующих потребностей и ожиданий в отношении характера опьянения.

Среди видов мотивации первичного употребления химических веществ Ц.П. Короленко и Т.А. Донских выделяют следующие (Короленко, Донских, 1990).

Атарактические мотивы связаны с желанием достижения психологического комфорта и релаксации, снятия эмоционального напряжения, смягчения переживаний внутреннего конфликта или устранения состояний тревоги, страха, депрессии и т.д.  Как правило, подобная мотивация преобладает у лиц с повышенной эмоциональностью, переживающих острые состояния душевного неблагополучия. При этом выбор психоактивного вещества оказывается связанным с группой транквилизирующих веществ, оказывающих успокаивающее, седативное, релаксирующее воздействие.

Гедонистическая мотивация является как бы продолжением атарактической – если предыдущий тип приводит эмоциональное состояние человека из сниженной в нормальное, то гедонистические мотивы обусловлены желанием повысить нормальный эмоциональный фон до чувства возбуждения, радости, удовольствия. С помощью химического препарата человек склонен искать новые острые ощущения, недоступные ему в реальности, поэтому он выбирает вещества, оказывающие эйфоризирующее действие, в частности, быстро и резко повышающие настроение, приводящие к благодушию, радости, смешливости, любвеобилию. К таким веществам относятся опий, морфин, кодеин, марихуана, кокаин, ЛСД и др. Отличительной характеристикой ЛСД является добавление к эйфоризирующему эффекту явно выраженного галлюциногенного воздействия на психику, при котором возникают необычайно яркие зрительные галлюцинации, дезориентировка во времени и пространстве и т.д. При использовании препаратов, созданных на основе конопли (марихуана, гашиш, анаша) возникает безудержная болтливость, смех, наплыв фантазий, поток случайных ассоциаций. Внешний мир кажется ярче и красочнее, появляется ощущение, что реальность смешивается с вымыслом. Может возникать ощущение невесомости, полета, парения, а также появляются симптомы нарушения схемы тела (изменения длины конечностей и др.).

Мотивация гиперактивации сходна с гедонистической, но связана с не с эйфоризирующем, а с активизирующем эффектом психоактивного вещества, его возможностью повышать физический тонус и сексуальность, вызывать чрезмерную быстроту реакции и активность. К активизирующим препаратам относятся марихуана, эфедрин и его производные, а также кофеин, никотин, кодеин.

Субмиссивная мотивация связана со стремлением к принадлежности и одобрению группы, с неспособностью отказаться от предлагаемого окружающими алкоголя или наркотиков, невозможности противостоять общественному давлению.

Псевдокультурные мотивы основываются на эстетических пристрастиях или мировоззренческих установках личности. В этом случае употребление химического вещества выступает для человека критерием его принадлежности определенной субкультуре, причастности к «кругу избранных». При этом большее значение имеет не столько само употребление вещества, сколько демонстрация этого процесса окружающим.

Итак, наркотик или алкоголь является своеобразным компенсирующим фактором, способствующим преодолению человеком имеющихся у него психологических проблем. Так, лица, принимающие психостимуляторы, характеризуются вялостью, апатией, недостаточной энергетикой, в то время как желание употреблять эйфоризирующие вещества возникает у людей, находящихся в состоянии депрессии, удрученности, скуки.

Более глубокие бессознательные мотивы употребления химических веществ раскрываются в психоаналитических исследованиях. Основным побудительным мотивом к систематическому употреблению психоактивных веществ может являться стремление избежать напряжения и боли. В этом случае любое напряжение воспринимается как предвестник явной угрозы существованию, аналогично тому, как в период младенчества любое напряжение связывалось с ощущением голода и страхом смерти.

Ведущая роль в формировании зависимости, по мнению ряда авторов, принадлежит младенческой травме, которая может быть связана с физической болезнью, с утратой матери или ее неспособностью удовлетворять потребности ребенка, с несовместимостью темпераментов матери и ребенка, чрезмерной врожденной возбудимостью малыша, наконец, с какими-то действиями родителей. Родители, как правило, не знают о своем психотравмирующем воздействии на младенца, когда, например, из лучших побуждений или по рекомендациям докторов стараются приучить его к жесткому режиму питания, запрещают себе «баловать» ребенка или даже упорно пытаются сломить его упрямый нрав. Переживая дистресс, в котором малыш не в состоянии помочь себе, он попросту засыпает. Однако, как отмечает Г. Кристал (Кристал, 2000), повторение тяжелой травмирующей ситуации приводит к нарушению развития и переходу в состояние апатии и отстраненности. Позднее травму можно обнаружить по страху перед любыми аффектами, неспособности их переносить, ощущению «небезопасности» и ожиданию неприятностей. Эта особенность зависимых людей обозначается как низкая аффективная толерантность. Такие люди не умеют заботиться о себе и нуждаются в ком-то (чем-то), кто помог бы им справиться со своими переживаниями. Вместе с тем они испытывают глубокое недоверие к людям. В этом случае неживой объект вполне может заменить человеческие отношения. Таким образом, люди, пережившие психические травмы в раннем детстве, имеют существенно больший риск стать зависимыми.

Злоупотребляющие наркотиками в целом более личностно нарушены, изолированы и менее удовлетворены своей жизнью, чем здоровые люди. Дж. Ханзян в качестве ведущих проблем химически зависимых называет базовые трудности саморегуляции в четырех основных сферах, таких, как: чувства, самооценка, взаимоотношения, забота о себе (Ханзян, 2000).

Аддиктивные личности страдают от того, что не чувствуют себя «хорошими», что мешает им в свою очередь иметь удовлетворяющие их отношения с другими людьми. Химические вещества служат мощным средством против внутреннего чувства пустоты, дисгармонии и боли. Стремясь скрыть свою уязвимость, люди склонные к зависимости, используют такие защитные паттерны, как избегание, отрицание, отказ от реальности, утверждение собственной самодостаточности, агрессия и бравада.

Наркотизацию также можно рассматривать как развитие дефективных защит против таких невыносимых аффектов, как ярость, стыд и депрессия. Похоже, что наркозависимые просто не способны выносить данные аффекты, – они испытывают состояние, близкое к панике. Вместо того чтобы осознать, проговорить и выразить свои чувства – освободиться от них, зависимые люди применяют химические вещества для управления ими, «отключая» свои чувства и создавая иллюзию контроля.

Зависимое поведение также может рассматриваться как следствие обсессивного или компульсивного характеров. Базовый конфликт обсессивно-компульсивных личностей, по мнению Н. Мак-Вильямс, – это гнев, борющийся со страхом быть осужденным (Мак-Вильямс, 1988). Личность стремится освободиться от бессознательного чувства вины и осознаваемого стыда вследствие несоответствия собственным стандартам. Вместо того чтобы признавать и выражать данные аффекты, человек или выстраивает защитные мыслительные конструкции (обсессивность), либо старается освободиться от тревоги в действии (компульсивность). Именно компульсивность, как стереотипное повторение какого-либо действия (даже вопреки желанию личности), непосредственно связана с различными формами аддиктивного поведения. Отличительной особенностью компульсивного характера будет не деструктивность, а склонность к чрезмерной вовлеченности.

Наркотики имеют выраженное фармакологическое действие и способны на короткое время изменить психоэмоциональное состояние. Так, психостимуляторы (амфетамин, кокаин) ослабляют депрессию и гиперактивность; анальгетики-опиаты (героин, морфий, метадон) купируют ярость и депрессию, снижают чувство стыда и вины; галлюциногены помогают преодолеть депрессию и чувство пустоты. В целом наркотики удовлетворяют потребность в стабильности, нейтрализуют карающее супер-Эго, дают идеализированный объект. X. Кохут замечал, что «наркотик служит замещением дефекта в психологической структуре» (Кохут, 2002).

Кроме того, особые проявления состояния опьянения, возникающие при употреблении разного типа наркотиков, похожи на характерные стадии развития ребенка, выделяемые представителями психоаналитического направления (Хотчкис, 2010). Разные галлюциногены, стимуляторы, снотворные и т.д. оказывают специфическое воздействие на человека, в результате которого воссоздается примитивное эмоциональное состояние. Так, применение ЛСД и других галлюциногенов приводит к утрате ощущения границ cамости, изменениям в образе тела и восприятии других, что вызывает чувство растворения и слияния, обезличивания и появление галлюцинаций. Бессознательно человек испытывает удовольствие от исполнения фантазий и желаний о соединении и слиянии с потерянными и значимыми для него другими. Таким образом как бы осуществляется попытка вновь оказаться в том состоянии младенчества, характеризующемся единением с матерью.

Состояние маленького ребенка, только начавшего ходить, отличается специфичностью – он впервые сталкивается с тем, что мать временно отсутствует и становится ему практически недоступной. Внешне кажется, что ребенок становится более медлительным, как будто обращается внутрь себя, проявляет минимальную реакцию на свое окружение и словно экономит энергию. Именно опиум и его производные (морфин, героин, кодеин) создают такое же состояние вялой апатии, вызывают снижение вовлеченности во внешнюю реальность, чувство блаженства с фантазиями о всемогуществе, магическом исполнении желаний и самодостаточности. Состояние наркотического опьянения опиатами можно сравнить с нарциссическим состоянием в период раннего детства на этапе сепарации.

Далее, снотворные вещества, транквилизаторы и алкоголь подавляют скрытую ярость и агрессию, избавляет человека от стыда, одиночества и тревожности. Психоналитики отмечают, что именно эти чувства ребенок на этапе сепарации должен сдерживать и контролировать в отсутствие матери, боясь, что она не вернется.

Альтернативно сказанному, кокаин, амфетамины и другие стимуляторы соответствуют активному, буйному поведению ребенка, когда мать ему доступна. Ребенок переживает пик грандиозности и нарциссизма. Таким образом, стимулирующие наркотики повышают чувство уверенности в себе, самооценку и толерантность к фрустрации, что соответствует ощущениям безграничной энергии и бесстрашного всемогущества ребенка, только научившегося ходить. Употребляя кокаин – «препарат нарцисса», – человек старается почувствовать свою грандиозность, убедиться в своей самодостаточности и замаскировать скрытую депрессию. В основном стимулирующие препараты порождают ощущение агрессивной власти, контроля, непобедимости и величия, защищающие нарциссическую личность от ощущения слабости и никчемности.

Таким образом, психодинамические механизмы формирования зависимого поведения признаются чрезвычайно важными для понимания его природы. В соответствии с психоаналитической моделью аддиктивное поведение является одним из проявлений нарушенной личностной динамики. Индивидуальная склонность к зависимому поведению определяется в первые годы жизни. Далее оно вызывается и поддерживается как бессознательными мотивами, так и индивидуальными особенностями характера.

Широкая распространенность и разнообразие употребления наркотиков и алкоголя в нашей культуре часто связаны со случайностью, бессистемностью. Не все люди, пробующие психоактивные вещества, становятся зависимыми. Именно пережитые в детстве травмы, неспособность справиться со своими чувствами, психологические проблемы становятся факторами, ведущими к устойчивому зависимому поведению.

Ссылка для цитирования

Литература
  1. Братусь Б.С. Аномалии личности / Б.С. Братусь. – М. : Мысль, 1988.– 301 с.
  2. Короленко Ц.П. Семь путей к катастрофе : Деструктивное поведение в современном мире / Ц.П. Короленко, Т.А. Донских. – Новосибирск : Наука, 1990. – 222 с.
  3. Кристал Г. Нарушение эмоционального развития при аддиктивном поведении / Г. Кристал // Психология и лечение зависимого поведения / под ред. С. Даулинга. – М. : Класс, 2000. – C. 80-118.
  4. Кохут Х. Восстановление самости / Х. Кохут. – М. : Когито-Центр, 2002. – 316 с.
  5. Мак-Вильямс Н. Психоаналитическая диагностика / Н. Мак-Вильямс. – М. : Класс, 1988. – 480 с.
  6. Менделевич В.Д. Психология девиантного поведения / В.Д. Менделевич. – СПб. : Речь, 2005. – 445 с.
  7. Ханзян Э.Дж. Уязвимость сферы саморегуляции у аддиктивных больных : возможные методы лечения / Э.Дж. Ханзян // Психология и лечение зависимого поведения / под ред. С. Даулинга. – М. : Класс, 2000. – С. 28-54.
  8. Хотчкис С. Адская паутина : Как выжить в мире нарциссизма / С. Хотчкис. – М. : Класс, 2010. – 248 с.
Статьи по теме:

Клиническая психология  |  Бочавер К.А., Данилов А.Б., Нартова-Бочавер С.К., Квитчастый А.В., Гаврилова О.Я., Зязина Н.А.

Перспективы салютогенного подхода к профилактике синдрома выгорания у российских врачей

CrossRef doi:10.17759/cpse.2019080104

 
О проекте PsyJournals.ruЛауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

© 1997–2019 Портал психологических изданий PsyJournals.ru  Все права защищены

Свидетельство регистрации СМИ Эл № ФС77-66447 от 14 июля 2016 г.

Издатель: ФГБОУ ВО МГППУ

Лауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

RSS-анонсы журналов Psyjournals на facebook Группа Psyjournals Вконтакте Twitter Psyjournals Psyjournals на Youtube
Яндекс.Метрика