Портал психологических изданий PsyJournals.ru
ОТКРЫТЫЙ ДОСТУП К НАУЧНЫМ ИЗДАНИЯМ 
Каталог изданий 89Рубрики 51Авторы 7730Ключевые слова 18767 Online-сборники NEW! 1 АвторамИздателямRSS RSS

Этнопсихология: вопросы теории и практики

ISBN: 978-5-94051-046-8

Издатель: Московский государственный психолого-педагогический университет

Год издания: 2010

 

Основные подходы к изучению индивидуализма-коллективизма в зарубежной психологии 1821

Жарова Е.И., кандидат психологических наук, аспирант кафедры этнопсихологии и психологических проблем поликультурного образования факультета социальной психологии МГППУ, Москва, Россия
Полный текст

Психология личности, социальная психология и социология являются дисциплинами, на базе которых и на пограничных областях которых, в ос­новном, проводится большинство исследований конструкта индивидуа­лизм­коллективизм в зарубежной науке. Ниже в сжатом виде будут пред­ставлены ключевые вопросы, выделяемые в основных подходах к изуче­нию коллективизма­индивидуализма в зарубежной психологии.

Подход Г. Хофстеде.

Исследовательские работы Г. Хофстеде являются пограничными, их структура и содержание затрагивают различные дисциплины, связанные с проблематикой личности и общества. В своих работах Г. Хофстеде касает­ся таких областей как менеджмент, психология личности, социальная психология, политология и многих других. В 1980 году он опубликовал книгу «Последствия культуры», в которой подробно представил результа­ты проведенного им исследования. На основании полученных данных был проведен факторный анализ 117 тысяч анкет, выявляющих централь­ные ориентации сотрудников корпорации IBM более чем в 50 странах ми­ра. Данное исследование до настоящего времени остается наиболее объ­ёмным сравнительно­культурным исследованием, как с точки зрения ди­апазона стран, так и с точки зрения количества респондентов.

На основании проведенного анализа Г. Хофстеде выделил 4 измерения:

  • дистанция власти,
  • избегание неопределенности,
  • индивидуализм­коллективизм,
  • маскулинность­феминность.

Объясняя различия между коллективизмом и индивидуализмом, Г. Хофстеде поясняет, что «в индивидуалистической культуре люди пред­ почитают действовать как отдельные личности, а не как члены какой­то группы. Высокая степень индивидуализма предполагает, что человек, на­ ходясь в условиях свободных социальных связей в обществе, сам заботит­ ся о себе и несет полную ответственность за свои действия: сотрудники не желают вмешательства организации в личную жизнь, избегают опеки с ее стороны, надеются только на себя, отстаивают свои интересы. Организация слабо влияет на самочувствие своих служащих, ее функционирование осуществляется с расчетом на индивидуальную инициативу каждого члена; продвижение по службе осуществляется внутри или вне организации на основе компетенции и «рыночной стоимости» работника; руководство находится в курсе последних идей и методов, пытается воплотить их на практике, стимулирует активность подчиненных; социальные связи внутри организации характеризуются дистанцированностью; отношения между администрацией и работниками основываются на учете размера личного вклада каждого работника1».

И, наоборот, коллективистическое общество, по Г. Хофстеде, «требует большой эмоциональной зависимости человека от организации и ответственности организации за своих работников. В коллективистических обществах людям с детства прививают уважение к группам, к которым они принадлежат. Разницы между членами группы и теми, кто вне нее, нет. В коллективистической культуре работники ожидают, что организация будет заниматься их личными делами и защищать их интересы; взаимодействие в организации основывается на чувстве долга и лояльности; продвижение по службе осуществляется в соответствии со стажем работы; руководители придерживаются традиционных взглядов на формы поддержания активности подчиненных; социальные связи внутри организации характеризуются сплоченностью; отношения между администрацией и работниками обычно базируются на моральной основе, на основе личных взаимоотношений2».

Подход Г. Триандиса.

Г. Триандис провел значительное количество исследований, посвященных вопросам, связанным с индивидуализмом-коллективизмом. Он предложил концептуальное осмысление данного конструкта, которое мы рассмотрим ниже. Также он провел анализ различных социально-психологических теорий и вычленил основные атрибуты индивидуализма-коллективизма.

В целом Г. Триандис выделяет 4 основных атрибута индивидуализма-коллективизма:

  1. Основываясь на определении Я, как взаимозависимом Я в коллективистических культурах, и независимом Я в индивидуалистических культурах, выделяемых в работах Х. Маркуса и С. Китаямы, а также Рейсковски, Г. Триандис утверждает, что такие проявления индивидуализма-коллективизма как независимое Я и зависимое Я отражаются в различных аспектах повседневной жизни. Шкала для измерения этого аспекта была разработа на Сингелисом и Гудикунстом и Д. Мацумото с коллегами3.
  2. По данным Г. Триандиса и Ш.Шварца, личностные и групповые цели являются тесно связанными, либо групповые цели имеют приоритет над личностными целями при коллективистической направленности личности. Личностные и групповые цели являются практически совсем не связанными, либо личностные цели имеют большую значимость при индивидуалистической направленности личности. Шкала для исследования данного аспекта была разработана Ямагучи в 1994 году.
  3. Третий аспект основывается на выделении степени следования нормам и обязанностям, предъявляемым индивиду обществом, как регулятора большинства социальных поступков в коллективистических культурах, и на выделении аттитюдов, личного права и потребностей в индивидуалистических культурах.
  4. Четвертый атрибут связан с акцентом на взаимосвязях. Взаимосвязи, даже если они являются невыгодными, являются общими и поддерживаются в коллективистических культурах. В индивидуалистических культурах при взаимосвязях акцент ставится на рациональном анализе преимуществ и выгодности-невыгодности поддержания взаимоотношений. Г. Триандисом было проведено исследование, основываясь на котором он говорит о том, что данные четыре аспекта могут быть исследованы независимо один от другого.

В более ранних работах Г. Триандис предлагал теорию «Я, связанного с культурой». В этой теории члены индивидуалистических культур имеют Я, включающее более личностные элементы (например, «я добрый, я имею несколько достоинств»), а члены коллективистических культур имеют Я с более коллективистическими элементами (например, «моя семья ожидает от меня, что я буду добрым», «мои коллеги верят, что я имею несколько преимуществ»). При этом члены индивидуалистических культур имеют публичные Я с более индивидуалистическими элементами (»люди ожидают от меня, что я буду добрым»), а члены коллективистических культур имеют публичные Я с более выраженными коллективистическими элементами (например, «люди ожидают от меня, что я должен стремиться быть хорошим семьянином4»).

Одна из ключевых гипотез исследовательской работы Г. Триандиса (1991) заключается в том, являются ли одновременно и личностные, и коллективные элементы Я содержанием когнитивной структуры индивида. На основании проделанной работы, он пришел к выводу, что «когнитивная структура может существовать одновременно с различным количе­ством и личностных, и коллективных элементов5».

Важной переменной, в работах Г. Триандиса, посвященных вопросу индивидуализма­коллективизма, является также количество групп, в ко­торые включен человек. «Особенно важной является переменная ин­груп­пы, определяемая как группа индивидов, с которыми человек чувствует себя одинаковым»6. Эта одинаковость может происходить из общей судь­бы или из некоторых других общих атрибутов. Члены коллективистичес­ких культур включены в определенные ин­группы с рождения (например, родственники, каста, род, нация), в то время как члены индивидуалисти­ческих культур включены в ин­группы, которые являются достигаемыми (например, одинаковые аттитюды, ценности, программы действий, род деятельности). Чем более сложной является структура общества, тем к большему количеству ин­групп человек может принадлежать. Индивиды могут присоединяться или покидать ин­группы в соответствии с тем, удовлетворяют ли группы их личные нужды.

В 1988 году Г. Триандис подверг проверке конструкт индивидуализм­коллективизм при помощи анализа взаимозависимости М. Деутча. В ре­зультате этого было обнаружено, что в тех случаях, когда люди одобряют взаимозависимость (личностные цели и цели группы совпадают), наблю­дается склонность к коллективизму, в тех же случаях, когда существует не­зависимость и несвязанность людей (личностные цели не совпадают с це­лями группы), наблюдается склонность к индивидуализму. Г. Триандис считает, что индивидуализм связан с:

  1. количеством доступных групп (например, городское социальное ок­ружение),
  2. достатком (человек не нуждается в группах, поскольку имеет доста­ток, верхние классы во всех обществах являются более индивидуалистиче­скими),
  3. высокой социальной мобильностью,
  4. высокой географической мобильностью (если человек является бо­лее мобильным, он легко может менять группы, и они не могут оказывать на него сильного воздействия).

Коллективизм, по мнению Г. Триандиса, тесным образом связан с:

  1. вниманием к тому, какое влияние действия индивида оказывают на других членов группы,
  2. совместным распределением ресурсов,
  3. взаимозависимостью членов общества,
  4. причастности к жизни группы,
  5. стремлением индивидов поддерживать и сохранять целостность группы.

Г. Триандис выделял личностное измерение, параллельное индиивдуализму-коллективизму: это идиоцентризм-оллоцентризм. Ниже в таблице представлены некоторые атрибуты идиоцентриков и оллоцентриков. Главный концептуальный акцент заключается в том, что оллоцентрические элементы с наибольшей вероятностью будут проявляться в большинстве ситуаций в коллективистических культурах, а идиоцентрические элементы — в индивидуалистических культурах.

Г. Триандис считает, что оллоцентрические и идиоцентрические элементы могут сосуществовать в когнитивных системах индивида, но они используют эти элементы с большей или меньшей вероятностью в зависимости от ситуации и от культуры. Так, например, человек с большей вероятностью будет использовать коллективистические элементы, когда он находится в коллективистической культуре или когда он взаимодействует с человеком из коллективистической культуры. «Личность развивает привычку использования индивидуалистических элементов, поэтому включение коллективистических элементов требует от человека большей когнитивной работы, т.е. человек должен проинструктировать сам себя для того, чтобы подавить индивидуалистические тенденции в этой ситуации7».

Основываясь на более поздних исследованиях, Г. Триандис говорит о том, что индивидуализм и коллективизм следует разделять на два вида — горизонтальный и вертикальный.

Подход У. Кима

Занимаясь исследованием индивидуализма-коллективизма в течение ряда лет, У. Ким говорит о том, что границы и внутренние атрибуты индивидуализма были довольно детально описаны, в то время как характеристики групп в индивидуалистических культурах описаны не были. Наоборот, в коллективистических культурах границы и характеристики группы были ясно описаны, но внутренние структуры коллективизма и взаимосвязи между индивидами не были исследованы.

Согласно подходу У. Кима, все люди начинают свою жизнь, будучи зависимыми от взрослых, и большинство людей, уже будучи взрослыми, чувствуют близость к людям, несущим безопасность и комфорт. Однако в индивидуалистических культурах детей подталкивают к отделению от их опекунов, и, поскольку их инициативность, активность и независимость поддерживаются социальным окружением, они приучаются проявлять активность, основываясь на своих собственных желаниях. У. Ким рассматривал индивидуализм как понятие, характеризуемое акцентом на внутренних атрибутах, как дискретную связь между Я и другими, выражающуюся в самоактуализации, независимости, деконтекстуализированности личности. И, наоборот, коллективизм он характеризовал большой зависимостью от контекста в коммуникационном и информационном процессе, сдвигами в поведении в зависимости от ситуации (например, взаимодействие индивида с членами ингруппы и аутгруппы) и в зависимости от иерархии.

Для описания различных проявлений индивидуализма У. Ким создает три различных модели, которые демонстрируют схематичное представление трех различных граней индивидуализма.

Совокупная модель

  1. Выделяет различия независимых индивидов (целые круги в фигуре).
  2. Индивиды должны отделять самих себя от социальных связей или отношений таких, как семья, родственники, община и религия. Рациональные принципы, правила и нормы (пунктирные линии) обеспечивают механизм, через который несвязанные индивиды взаимодействуют друг и другом Ключевое свойство совокупной модели — это акцент на абстрактных принципах. В связи с этим, оценки и характеристики группы абстрагируются от специфического контекста и личности. Ш. Шварц считает, что это похоже на нормативный (этический) индивидуализм А. Ваттермана, который уделяет внимание универсально включенному уважению к объедению других и имеет общие черты с финальной стадией морального развития Колберга.

В совокупной модели индивиды взаимодействуют с другими, основываясь на таких принципах как равенство, конкуренция, уникальность, невмешательство и обмен, основанный на контрактах. Члены группы рассматриваются как свободные и несвязанные индивиды, и никто из членов группы не пользуется особыми привилегиями.

Распределительная модель. Главное различие между совокупной моделью и распределительной моделью заключается в природе группы. В совокупной модели группа определяется через некие абстрактные принципы. В распределительной модели группа определяется через общие интересы и атрибуты; группа возникает, благодаря действию каждого члена, имеющего некоторые одинаковые атрибуты с другими членами группы. Границы группы определяются посредством общности и плавного развития. Добровольные организации, группы по интересам и реабилитационные клу­бы являются примерами данного типа групп. По причине того, что форма и степень участия в группе являются свободными, общая лояльность не определяется членами группы. Группа сохраняется на протяжении того времени, пока она удовлетворяет нужды и интересы своих членов.

Статическая модель. Третье свойство индивидуализма наглядно выра­жает статическая модель. Эта модель содержит два уровня: индивидуаль­ные неотъемлемые права и институты, такие как правительство, которое защищает свободу и равные юридические права для всех индивидов. Эти права рассматриваются как основание американского индивидуализма. Закон гарантирует базовые права всем индивидам в отношении их пред­писанных или достигаемых статусов. Права защищают автономию и сво­боду индивидов для достижения их собственной цели, и институты уста­новлены для того, чтобы защищать права всех граждан. Так как большин­ство индивидов являются не связанными один с другим, они могут дейст­вовать не всегда ответственными, моральными или альтруистическими способами. Законы установлены таким образом, чтобы ни один человек не мог переступить через условленные границы. Военная система и внут­ренняя финансовая система могут являться примерами институтов, обна­руженных в статической модели. Границы статической модели являются крепкими и постоянными.

Характеристика коллективизма в подходе У. Кима.

Коллективизм определяется четкими (жесткими) границами, однако это нечто большее, чем просто сумма индивидуальных характеристик, членов общества. Внимание к коллективному благополучию или гармо­нии и обязанностям обычно применяется только в ин­группе и не распро­страняется на аут­группы. У. Ким предлагаем три модели, которые наи­лучшим образом характеризуют коллективизм.

Недифференцированная модель. Эта модель определяется четкими и от­крытыми, внешними групповыми границами вместе с неопределяемыми Я­групповыми границами. Ким говорит о том, что предыдущие модели коллективизма фокусировались на этой модели. Взаимозависимый взгляд на Я, представленный в работах Маркуса и Китаямы, также похож на эту модель. В своей крайней форме коллективизм проявляется тогда, когда индивиды управляются и направляются ин­группой.

Данная модель может быть описана с точки зрения развивающейся перспективы — индивид представлен здесь такой личностью, которая в некоторой степени ошибается при достижении индивидуации и определя­ ется посредством «запутанной» идентичности. Например, это индивиды, которые в прошлом достигли некоторой степени индивидуации и отделе­ ния, но предпочитают отказаться от собственной идентичности для того, чтобы полностью ввести себя в ин-группу (такие, как религиозные культы или идеологические группы). В реальности недифференцированная модель встречается редко. Она часто смешивается с моделью отношений и сосуществующей моделью.

Модель отношений.Модель отношений описывается с помощью границ между ингрупповыми членами, которые позволяют мыслям идеям и эмоциям протекать свободно. Она сфокусирована на связи ингрупповых членов. Она содержит три признака: «готовность и способность к ощущению и мыслям о том, что ощущают и чувствуют другие; усвоение этой информации, вместо того чтобы другие члены группы говорили об этом; и помощь другим удовлетворять их собственные желания и реализовывать их цели8».

Хотя влияние конфуцианства заметно уменьшается в процессе модернизации, многие исследователи выделяют три важных свойства модели отношений, присутствующих в коллективистической культуре: преданность, жертвенность и терпимость

Модель сосуществования. Дж. Синха и Р. Трипати выделяют термин сосуществования для описания модели, которая позволяет развести и даже противопоставить элементы сосуществования внутри культуры и внутри личности. Данная модель выделяет частное/личное Я (обозначается сплошной линией) от публичного Я (обозначается пунктирной линией). Публичное Я сочетается с коллективистическими ценностями: такими как семья, лояльность, групповая солидарность и национальная идентичность. Оно сосуществует с частным/личным Я, которое поддерживает индивидуалистические ценности самосовершенствования и ориентация на себя9.

В публичных ситуациях социальные нормы и роли определяют поведение индивидов. Если индивидуальное действие не соответствует социальным требованиям, индивида будут склонять пожертвовать своими собственными интересами для групповой гармонии.

Подход К. Каджицибаси

Исследователь К. Каджицибаси при рассмотрении конструкта индивидуализм-коллективизм, прежде всего, выделяет в нем психологический аспект, основанный на «базовой человеческой связанности, включающий такие понятия как личностные границы и зависимость-независимость».

К. Канджицибаси выделяет важность дистанцированности и связанности человека и ингруппы, как определяющих атрибутов индивидуализма-коллективизма. Он утверждает, что обе тенденции могут быть обнаружены в индивидах, и указывает на то, что, например, в Турции, существует независимость в материальном измерении и взаимозависимость в социально-экономическом измерении. Также он считает, что существуют некие базовые переменные в основных личностных и межличностных характеристиках, не относящиеся к социоэкономическим вариациям. Это связано с тем, что объединенные влияния экономических изменений и урбанизации в мире не действуют прямо на эти «психологически-уровневые» переменные. Приоритеты этих психологических переменных, в общем, и психология связанности, в частности, являются «культурами связанности» и «обособленности», опосредующимися через социализацию и воспитание.

«Культура связанности» тесно сплетена с семейной культурой и меж- личностными образцами связанности, характеризуемыми с помощью за- висимых-независимых связей с накладывающимися друг на друга личностными границами. С другой стороны, «культура обособленности» отражает противоположный образец независимых межличностных связей с отдельными и четко определенными границами»10.

К. Каджицибаси предлагает модель семейного изменения, основанную на двойной общечеловеческой потребности в деятельности (автономии) и общности (связанности), возвращаясь к конфликтным теориям личности. Данная модель является осознанием сосуществования этих двух конфликтующих потребностей на всех уровнях существования личности, однако их проявления в поведении связаны одно с другим и варьируются в зависимости от контекста. Индивидуализм здесь рассматривается как выражение потребности в автономии, а коллективизм как потребность в связанности. Индивидуализм, который не обнаруживает потребности в связанности, и коллективизм, который не обнаруживает потребности в автономии, не могут рассматриваться как две базовые человеческие потребности. Он утверждает, что эти два понятия должны рассматриваться как диалектический синтез, что находит свое отражение в его концепции, которая предлагает модель трех типов семьи:

X — коллективистическая модель, основанная на потребности в общности (связанности),
Z — индивидуалистическая модель, основанная на потребности в деятельности (автономии),
Y — диалектический синтез обеих моделей.

Связанность концептуализируется посредством двух измерений: материальное и эмоциональное. Индивидуалистическая модель связанности (тип Z) включает в себя независимость от обоих измерений (т.е. как материальное, так и эмоциональное), коллективистическая модель (тип X), включает в себя взаимозависимость двух измерений, и синтетическая модель (тип Y) включает в себя независимость от материального и взаимозависимость с эмоциональным измерением. Так, в типе X взаимодействие «родитель-ребенок» ориентировано на подчинение (покорность); в типе Z — на автономию и уверенность в себе; и в типе Y — на контроль/зависимость и автономию, которые устойчиво присутствуют в детской социализации. Последний тип Y, рассматривает более оптимизированную модель связи (и семьи), потому что она интегрирует две основных потребно- сти, в автономии и связанности, через социализацию. Каджицибаси утверждает, что происходит значительный сдвиг в семейных и межличностных связях в сторону типа Y.

Модель связанности типа Y встречается в различных исследованиях, тем или иным образом связанных с синтезом индивидуалистических и коллективистических ориентаций. Например, исследование детско-родительских отношений, проведенное в Стамбуле, продемонстрировало доказательство сосуществования зависимых и автономных ориентации в ценностях воспитания.

Подход Дж. Берри.

Исследуя данный конструкт, Дж. Берри стремился найти взаимосвязь экологических и культурных факторов с индивидуализмом-коллективизмом. Он обнаружил определенные взаимосвязи между экологическими и культурными переменными в обществах на экзистенциальном уровне и в социальном индивидуализме-коллективизме, и, благодаря этим связям, он выдвинул несколько предположений, связанных с личным индивидуализмом-коллективизмом.

На основе анализа литературы, связанной с данной проблематикой, он говорит о том, что «существует частичная связь между измерением социальной конформности и некоторыми эко-культурными предшественниками коллективизма. И хотя ничего идентичного социокультурному обоснованию социального коллективизма не было представлено в литературе, существует достаточная однозначность для того, чтобы считать, что персональный коллективизм будет варьироваться в обществах на экзистенциальном уровне как результат эко-культурного измерения социальной конформности»11. Например, было показано, что акцент на покладистости в социализации в обществах на экзистенциальном уровне связан с кон­формностью, и более зависим от когнитивного стиля.

Дж. Берри считает, что личностный индивидуализм может быть лучше спрогнозирован при помощи эко­культурного измерения социального размера сообщества. Поскольку локальные популяции увеличиваются, становятся более дифференцированными и более диффузными, индиви­ды имеют больше возможностей для своего повседневного поведения. В такой ситуации индивидуальное поведение в большей степени направ­ляется личностными, а не коллективными целями. Установки личности могут значительно изменять общепринятые нормы и влиять на выбор, ко­торый делают индивиды.

В заключении отметим, что приведенный сжатый обзор основных под­ходов наглядно демонстрирует многомерность и неоднозначность прояв­ления индивидуализма­коллективизма как социально­психологического феномена личности. Однако понимание данного конструкта и его взаимо­связи с другими личностными образованиями является чрезвычайно важ­ным и востребованным в условиях современных общемировых тенденций глобализации, при увеличении международного сотрудничества в произ­водственных и культурных сферах, при росте интенсивности межкультур­ных контактов, в разработке и внедрении научно­технических инноваций и в создании единой мировой информационной среды.


1 Hofstede G. Culture's consequences. Beverly Hills, CA: Sage, 1980.
2 Hofstede G. Culture's consequences. Beverly Hills, CA: Sage, 1980.
Markus H.R. & Kitayama S. Culture and self: Implications for cognition, emotion and motivation. Psychological Review, 98, p. 224—253. № 17, 1991.
Triandis H.C. Interpersonal relationships in international organizations. 1967.
5 Trafimow D., Triandis H.C. & Goto S. Some tests of the distinction between private self and col­ lective self. Journal of Personality and Social Psychology 60, 1991. 649—655.
6 Triandis H.C., McCusker C. & Hui С.Н. Multimethod probes of individualism and collectivism. Journal of Personality and Social Psychology 59, 1990. Р. 1006—1020.
Triandis H.C. Collectivism and individualism: A reconceptualization of a basic concept in cross-cultural psychology. In G. K. Verma & C. Bagley (Eds.), Personality, attitudes, and cognitions (Р. 60— 95). London: MacMillan, 1988.
Kim U., Triandis H. C., Kagitcibasi C., Choi S.-C., & Yoon G. Individualism and collectivism: Theory, method, and applications. Newbury Park, CA: Sage, 1994.
Kim U., Triandis H. C., Kagitcibasi C., Choi S.-C., & Yoon G. Individualism and collectivism: Theory, method, and applications. Newbury Park, CA: Sage, 1994.
10 Kagitcibasi C. A critical appraisal of individualism-collectivism: Toward a new formulation. In U. Kim, H. C. Triandis, C. Kagitcibasi, S-C. Choi & G. Yoon. Individualism and collectivism: Theory, method and applications (pp. 52-65). Newbury Park, Calif: Sage Press, 1994.
11 Berry J.W. Ecology and individualism. In U. Kim, H. C. Triandis, C. Kagitcibasi, S­C. Choi, & G. Yoon. Individualism and collectivism: Theory, method and applications. Newbury Park, Calif: Sage Press. 1994.

Ссылка для цитирования

По этой теме ищут:

Николай Леонов. Зарубежная социальная психология. Хрестоматия

Андреева Г.М., Богомолова Н.Н., Петровская Л.А. Зарубежная социальная психология ХХ столетия.

 

 
О проекте PsyJournals.ruЛауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

© 1997–2018 Портал психологических изданий PsyJournals.ru  Все права защищены

Свидетельство регистрации СМИ Эл № ФС77-66447 от 14 июля 2016 г.

Издатель: ФГБОУ ВО МГППУ

Лауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

RSS-анонсы журналов Psyjournals на facebook Группа Psyjournals Вконтакте Twitter Psyjournals Psyjournals на Youtube
Яндекс.Метрика