Портал психологических изданий PsyJournals.ru
Каталог изданий 95Рубрики 51Авторы 8357Ключевые слова 20470 Online-сборники 1 АвторамRSS RSS

Включен в Web of Science СС (ESCI)

ВАК

РИНЦ

Рейтинг Science Index РИНЦ 2017

17 место — направление «Психология»

0,848 — показатель журнала в рейтинге SCIENCE INDEX

0,750 — двухлетний импакт-фактор

CrossRef

Экспериментальная психология

Издатель: Московский государственный психолого-педагогический университет

ISSN (печатная версия): 2072-7593

ISSN (online): 2311-7036

DOI: http://dx.doi.org/10.17759/exppsy

Лицензия: CC BY-NC 4.0

Издается с 2008 года

Периодичность: 4 номера в год

Доступ к электронным архивам: открытый

 

Реализация отношений доминирования-подчинения между членами семьи в повседневном дискурсе 899

Гребенщикова Т.А., аспирантка Государственного академического универститета гуманитарных наук (ГАУГН), Москва, Россия, tiva@front.ru
Зачесова И.А., кандидат психологических наук, старший научный сотрудник Института психологии РАН, Москва, Россия, zachiosova_2004@mail.ru
Полный текст

Введение

Дискурс, или погруженный в коммуникацию текст, является сложным коммуникативным явлением, включающим ситуационные, социальные, психологические факторы, определяющие его содержание и понимание собеседниками (Поттер, 1998; Серль, 1987; Ушакова и др., 1995; Ушакова и др., 2000; Павлова, 2002, 2005; Зачесова, 2002, 2007; Шустова, 2002 и др.). Настоящее исследование обращено к комплексному изучению повседневного семейного дискурса, который считается базовой формой речевого общения (Китайгородская, Розанова, 2005; Павлова, 1996). На первом этапе была предпринята попытка описать интенциональное пространство повседневного семейного дискурса на основе выражаемых собеседниками в диалоге позиций доминирования-подчинения. Вторая часть работы обращена к проверке на эмпирическом материале связи ранее сложившихся межличностных отношений собеседников, которые мы будем называть фоновыми, и интенциональной структуры семейного диалога. Для квалификации интенций, репрезентированных в репликах диалога, применяется интент-анализ, для определения отношений доминирования-подчинения, развивающихся в диалоге, – методика Миллара-Роджерс, апробированная в исследовании политических телевизионных дискурсов (Ушакова и др., 1995).

Интенции, т. е. предметные направленности субъекта, образуют основу и глубинное психологическое содержание речи, которое непосредственно связано с целями деятельности и «видением мира» субъектом, его желаниями, нуждами, установками. Понимание говорящего во многом определяется восприятием именно интенционального аспекта речи (Павлова, 2002; Зачесова, 2002).

Диалог в семье служит обеспечению ее базовых функций: организации внутрисемейной жизни и удовлетворению потребности человека в общении с близкими людьми, что и подтверждается интенциональным подтекстом семейного диалога, связанным с решением повседневных проблем и поддержанием отношений (Зачесова, 2002, 2007). Наиболее часто в семейном диалоге встречаются так называемые фатические интенции (поболтать-поддержать разговор, поинтересоваться-пояснить), когда собеседников объединяет взаимный интерес друг к другу в «общении ради самого общения». Именно они представляют собой основной фон бытового семейного диалога, при помощи которого происходит развитие взаимоотношений собеседников (Зачесова, Гребенщикова, 2007).

В повседневном семейном диалоге, обсуждая различные проблемы, высказывая свое мнение, собеседники вступают друг с другом в определенные отношения (Занадворова, 2001; Зачесова, 2002). В конечном итоге, как отмечал Б. Ф. Ломов, результат общения – это отношения с другим человеком, с другими людьми (Ломов, 2004). Формируясь и развиваясь в общении, взаимоотношения людей, в свою очередь, являются одним из условий, определяющих характер и ход коммуникации: от того, как они складываются, зависят структура диалога, используемые средства, дистанция по отношению к собеседнику, да и само желание вести разговор с тем или иным партнером (ван Дейк, 1989; Горелов, Седов, 2004; Зачесова, 2002; Павлова, 1996). Настоящая работа направлена на сопоставление представлений собеседников о характере своих взаимоотношений и отношений, формирующихся между ними в интенциональном подтексте диалога.

Анализируя семейные отношения, В. Н. Дружинин отмечает, что в семье в первую очередь реализуются отношения власти – доминирование-подчинение. Как правило, с доминированием связывают принятие социальной ответственности, импровизационную активность и инициацию действий (Дружинин, 2000). Опираясь на эти положения, мы проанализировали семейные диалоги с учетом влияния на их организацию отношений доминирования-подчинения.

Теоретическая значимость: изучение взаимосвязи межличностных отношений с выражаемыми в диалоге интенциями коммуникантов и характером интеракций позволяет получить новые данные для уяснения сложной интенциональной обусловленности дискурса, понимания механизмов общения.

Практическая значимость: поскольку в обыденной ситуации отношения, как правило, не рефлексируются собеседниками, обращение к анализу их проявления в дискурсе перспективно в плане получения знаний о человеке, его представлениях о действительности и собеседнике, что активно используется в практике психотерапии и психологического консультирования.

Новизна исследования состоит в рассмотрении аспекта взаимоотношений собеседников в структуре повседневного семейного дискурса и оригинальном сочетании методов качественного и количественного анализа (интент-анализ, методика Миллара-Роджерс и статистические критерии оценки).

Актуальность исследования связана с тем, что до последнего времени не только интенциональные основания дискурса, но и процессы его формирования наряду со структурнофункциональными особенностями остаются малоизученными (Павлова и др., 2005). Вместе с тем, именно с изучением речи в коммуникации связаны возможности изучения «картины мира» субъекта, его интенций, установок, состояний. Обращение к исследованию базовой формы вербальной коммуникации – семейного повседневного дискурса – позволяет получить новые данные, касающиеся использования речи в естественных, жизненных ситуациях и во взаимодействии людей.

Объектом первой части исследования является семейный дискурс (83 диалога), предметом являются интенции, реализуемые собеседниками в диалоге с доминирующей или подчиненной позиции. Объектом второй части исследования служат коммуниканты, члены семей (20 пар), а предметом – базовые отношения собеседников, реализуемые в интенциональном пространстве диалога. Данное исследование продолжает опубликованную в 2007 году работу на увеличенном объеме эмпирического материала (Зачесова, Гребенщикова, 2007).

Цель настоящего исследования: описание интенционального пространства семейного бытового дискурса и выявление соответствия между выражаемыми в нем интенциями и сложившимися ранее взаимоотношениями собеседников.

Задачи исследования:

1.     Определение характера взаимоотношений собеседников, складывающихся в коммуникации на основе сопоставления интенциональных характеристик парных реплик и анализа согласования выражаемых в них интенций.

2.     Определение соотношений оценок собеседниками собственных отношений с преобладающим типом взаимоотношений, реализуемых по ходу диалога.

Методика и участники исследования

Участники исследования – семьи, члены которых имеют или получают высшее образование, в ситуации непринужденного повседневного общения. Материалы диалогов собраны методом «скрытого диктофона» с согласия участников. Им предлагалось записать в домашних условиях диалог с членами своей семьи в удобное время общей продолжительностью 20–30 минут. Остановка записи производилась тогда, когда, по мнению участников исследования, диалог был завершен. Имена всех участников закодированы в соответствии с условиями анонимности.

Всего было составлено 20 пар участников, индексы доминирования и подчинения подсчитывались для каждого из 40. Было обработано 83 диалога, или около 8 часов записи. Для каждой пары собеседников была выравнена продолжительность диалога по времени. Материалы диалогов представлялись в письменном варианте с учетом пауз, интонационных выделений и других особенностей устной речи. Квалификация интенций происходила в результате согласования экспертных оценок в соответствии с процедурой интент-анализа (Слово в действии..., 2000). В экспертную группу входили И. А. Зачесова, Л. А. Шустова, Т. А. Кубрак, Т. А. Гребенщикова.

Исследование проходило в два этапа:

Первый этап – интент-анализ диалогов и кодирование их транскриптов по методике Миллара-Роджерс.

Второй этап – определение выраженности степени доминирования и подчинения в диалогах, а также соответствия между фоновыми сложившимися отношениями (по собственной оценке участников эксперимента) и отношениями, складывающимися в коммуникации, для каждого коммуниканта на основе сопоставления выявленных ранее парных интенций и методики Миллара-Роджерс.

Методика Миллара-Роджерс предполагает наличие трех позиций коммуниканта B по отношению к утверждению коммуниканта А:

-подчиненная, т. е. следование требованиям, инициациям собеседника; это так называемые «one-down» реплики (условно ↓);

-противоположная, противодействующая, со стремлением взять под свой контроль собеседника – предписания, инициации и т. п. («one-up», ↑);

-нейтральная, не претендующая на установление контроля над собеседником, но и не допускающая его в отношении собственного поведения («one-across», →).

Пара интенций, выраженных собеседниками в последовательных репликах с подчиненной, доминирующей или нейтральной позиций, образует соответствующий интенциональный паттерн. Для каждого коммуниканта по реализованным с его участием интенциональным паттернам вычислялись следующие показатели:

-частота «истинного» доминирования D1 – стремление занять доминирующую позицию одного собеседника соответствует подчиненной позиции другого (количество интенциональных паттернов, условно обозначенных ↑↓);

-частота «стремления к доминированию» D2 фиксируются все случаи, когда собеседник стремится занять доминирующую позицию (количество всех ↑-интенций, реализованных данным коммуникантом).

Для сравнения отношений собеседников в парах будут определены соответствующие индексы:

-d1 (равен отношению D1 к сумме паттернов ↑↓, ↑↑, ↑→, когда доминирующая позиция одного собеседника встречала различные ответы его партнера);

-d2 (равен отношению D2 к числу всех интенциональных паттернов, реализованных с участием данного собеседника).

В случаях «истинного» доминирования, если коммуникант A в паре доминирует с определенной частотой, то B, соответственно, с такой же частотой ему подчиняется. Тогда выраженность подчинения S коммуниканта будет отражать случаи, когда он подчинялся в ответ на стремление своего собеседника занять доминирующую позицию в диалоге. Таким образом, справедливы следующие равенства: s(B)= d1(A) и s(A)= d1(B), и, следовательно, индексы подчинения не требуют отдельного подсчета, однако позволяют сделать обоснованные выводы: если между d1(A) и d1(B) существуют различия, то между s(A) и s(B) также существуют различия.

Частота доминирования D2 и соответствующий индекс рассматривались дополнительно для более полного описания реализуемых в диалоге отношений.

Для самостоятельной оценки своих взаимоотношений в паре участникам исследования было предложено заполнить бланк методики С. Е. Поддубного «Гравюра», которая содержит 18 символов – отношений между людьми (три класса символов соответствуют различным «позициям» участников коммуникативного взаимодействия – это доминирование, равенство, подчинение).

Исследовательская гипотеза: группы коммуникантов, определившие себя как доминируюших, подчиняющихся и выступающих на равных с партнером; различаются по выраженности доминирования и подчинения в общении.

Альтернативная гипотеза: группы коммуникантов, определившие себя как доминируюших, подчиняющихся и выступающих на равных с партнером, доминируют и подчиняются друг другу в диалоге в равной степени.

Для обработки данных использовалась компьютерная программа Statistica 6.0.

Результаты и их обсуждение

Уровни реализации отношений доминирования-подчинения в повседневном семейном дискурсе. Результаты анализа показали, что доминирующая позиция, проявляющаяся в диалоге, нередко сопряжена с побуждением выполнить (обсудить) что-либо. Указания, инструкции, выражение недовольства, упреки в адрес собеседника соответствуют жесткому доминированию одного из партнеров. Более мягкий вариант – это просьба, напоминание и пр.

Отстаивание, утверждение собственных позиций также демонстрируют тенденцию к доминированию. Собеседники стремятся настоять на своем, высказывают и аргументируют свое мнение, отвергают мнение собеседника, выражают сомнения в его обоснованности и пр.

Побуждение партнера к выполнению чего-либо в равной мере, как и отстаивание собственных позиций, может быть мотивировано сильной личной заинтересованностью коммуниканта, что обусловливает доминирующую линию поведения в разговоре. В этом случае очевидно, что направленность на партнера реализуется в стремлении воздействовать на него, направить разговор в русло своих интересов, подчинить этим интересам партнера. Возможен и другой вариант, когда доминирование в разговоре может быть следствием иных причин – иерархического неравенства, неравенства в уровне компетенции, ситуативного неравенства. Нередко доминирующая позиция одного из партнеров по общению приобретает покровительственный оттенок, что выражается в стремлении покритиковать собеседника, объяснить ему что-то, дать совет, проявить заботу и пр. Такое доминирование в общих чертах говорит о расположенности к собеседнику, о готовности включиться в обсуждение его проблем.

Стремление привлечь внимание собеседника также может быть сопряжено с доминированием в разговоре. В этом случае доминирующая позиция обычно не столь прямолинейна. Нельзя сказать, что инициатор разговора стремится подчинить себе партнера. Скорее он проявляет нацеленность на взаимодействие, стремится заинтересовать собеседника, вовлечь его в диалог. В этом случае характерны «инициирующие» интенции – завоевать внимание, вовлечь собеседника в обсуждение, внести предложение, способное заинтересовать партнера, и пр. В то же время коммуникант, для которого характерна доминирующая позиция, старается контролировать ход разговора, направлять его в соответствии со своими интересами, в случае необходимости пытается сменить тему.

Принятие предлагаемой темы обсуждения, согласие с мнением партнера, его указаниями, обещание выполнить что-либо, выражение благодарности и сочувствия, извинение или оправдание соотносятся с подчиненной позицией в отношениях между собеседниками в диалоге. Жалоба, извинение, принятие вины, осуществляемое «подчиненным» собеседником, служат, с одной стороны, защите его интересов, а с другой – поддержанию коммуникативного равновесия, добросердечных отношений.

Различные варианты отношений по линии доминирования-подчинения, складывающиеся в диалоге, реализуются собеседниками в соответствующих интенциональных паттернах. Встреченные в исследуемом материале паттерны с примерами реплик представлены в табл. 1 Приложения.

Соотношение фоновых (сложившихся) отношений и отношений, развивающихся в диалоге по линии доминирования-подчинения. Табл. 2 Приложения содержит данные об оценках собеседниками своих взаимоотношений, общие сведения о них (пол, возраст, вид родственных отношений), результаты количественного анализа интенциональных характеристик диалога и сопоставления индексов доминирования. В таблице опущены данные по индексу s (см. объяснения в предыдущем разделе). Достоверной связи между выраженностью доминирования, так же как и подчинения, с типом отношений не было обнаружено. Уровни D1, D2 и S не соотносятся с тем, в какой группе находился коммуникант – доминирующих, выступающих на равных с партнером или подчиненных (медианный тест, во всех случаях p>0.05). Таким образом, собеседники в одинаковой степени доминируют и подчиняются друг другу, вне связи с тем, как они оценивают свои отношения. По индексам доминирования d1, d2, как и по индексу подчинения s, во всех 20 парах собеседников не было получено достоверных различий (угловое преобразование Фишера), т. е. в диалоге коммуниканты выступают на равных позициях.

Возможные причины отсутствия достоверных различий между индексами доминирования в парах. Отсутствие различий между собеседниками по индексам «истинного» доминирования, стремления к доминированию и подчинения может объясняться непринужденным характером самого общения в семье и непредсказуемостью развития разговора, когда реализуются условия для частой смены ролей: доминирующий – подчиненный. Так, проявление доминирующей позиции может быть связано с уровнем компетенции, когда один из членов семьи обладает большим опытом, знаниями и умениями в той или иной сфере деятельности. Психологическое преимущество одного из партнеров может возникнуть в результате ситуационной асимметричности. Например, если в ходе разговора один из собеседников обещал что-то другому, то последний вправе потребовать выполнения обещания. В диалогах-обсуждениях в ситуации спора коммуниканты отстаивают свою точку зрения попеременно и перевес в аргументации переходит от одного к другому (паттерн «симметричного доминирования»; см. табл. 1). Тип сложившихся, фоновых отношений по оси «доминирование-подчинение» не соотносится, таким образом, с тем, какие отношения складываются между коммуникантами в диалоге.

Реализация доминирования-подчинения в диалоге происходит на фоне решения повседневных проблем, когда участники добиваются друг от друга определенного поведения или стремятся изменить мнение своего партнера. Наряду с этим они заинтересованы друг в друге, оказывают поддержку, дают советы, выражают заботу и т.п., что характеризует участников исследования как членов семей, связанных добросердечными отношениями.

Выводы

Отношения доминирования-подчинения, складывающиеся по ходу диалога между собеседниками, реализуются в типах парных интенций, отражающих следующие позиции собеседников:

-«побуждение партнера к действию – согласие, обещание» (интенции указать, дать инструкцию, обсудить проблему – согласиться, принять, обещать и пр.);

-«отстаивание, утверждение собственной точки зрения в обсуждении – принятие, согласие с ней» (интенции настоять на своем – согласиться с мнением собеседника и пр.);

-«стремление привлечь внимание собеседника, инициирование разговора – поддержание, развитие диалога» (интенции поинтересоваться – пояснить и пр.);

-«демонстрирование более высокого положения по отношению к собеседнику – признание такого положения», что может быть следствием самых разных причин: иерархического неравенства, неравенства в уровне компетенции, стремления позаботиться о другом и т. п. (интенции дать совет, объяснить, выразить недовольство – принять, благодарить, оправдаться и пр.).

В диалоге собеседники в равной степени доминируют и подчиняются друг другу, что подтверждает непринужденность и ситуативную обусловленность повседневного семейного диалога. Тип сложившихся, фоновых отношений по линии доминированияподчинения не связан с типом отношений, складывающихся между собеседниками в интенциональном подтексте диалога. В ситуации семейного общения, когда порог вежливости снижен, коммуникативная неудача не столь страшна и собеседники заинтересованы друг в друге, осуществляются условия для частой смены их позиций в доминировании и подчинении.

Заключение

Данное исследование направлено на описание повседневного семейного диалога с учетом факторов его протекания. Целью работы было сопоставление взаимоотношений собеседников, развиваемых в диалоге, и фоновых, сложившихся ранее взаимоотношений в семье. Для описания отношений, развиваемых в диалоге по типу «доминированиеподчинение», были использованы интент-анализ и методика Миллара-Роджерс; для оценивания собеседниками в парах сложившихся между ними взаимоотношений аналогичной направленности – бланк методики С. Е. Поддубного «Гравюра». Результаты показали сложную обусловленность повседневного диалога, связанную с ситуативным неравенством собеседников. Коммуниканты в общении доминируют и подчиняются друг другу в равной степени, вне связи с тем, как они представляют свою роль во внутрисемейном общении. Отношения, реализуемые в диалоге в последовательности интенциональных паттернов, более подвижны, чем фоновые семейные взаимоотношения.

В целом полученные данные согласуются с результатами предыдущего исследования на увеличенном объеме эмпирического материала. Коммуниканты не превосходят друг друга по суммарной частоте интенций, выраженных с доминирующей, равно как и подчиненной, позиции. Программа дальнейших исследований в этой области связана с расширением круга изучаемых интерактивных, риторических, интенциональных характеристик повседневного дискурса, выявлением соотношения между его интенциональной организацией и параметрами коммуникативной ситуации.

Ссылка для цитирования

Литература
  1. Горелов И. Н., Седов К. Ф. Основы психолингвистики. М.: Лабиринт, 2004.
  2. ван Дейк Т. А. Язык. Познание. Коммуникация: Перев. с англ. / Сост. В. В. Петрова. Под ред. В. И. Герасимова. М.: Прогресс, 1989.
  3. Дружинин В. Н. Психология семьи. Екатеринбург: Деловая книга, 2000.
  4. Занадворова А. В. Функционирование русского языка в малых социальных группах: Автореф. … канд. дисс. М., 2001.
  5. Зачесова И. А. Интенциональные особенности речи в непринужденном общении // Психологические исследования дискурса. М.: Пер Сэ, 2002. С. 141–151.
  6. Зачесова И. А. Особенности взаимопонимания в семейном диалоге // Общение и познание / Под ред. В. А. Барабанщикова, Е. С. Самойленко. М.: ИП РАН, 2007.
  7. Зачесова И. А., Гребенщикова Т. А. Взаимоотношения собеседников в диалоге // Ситуационная и личностная детерминация дискурса / Под ред. Н. Д. Павловой, И. А. Зачесовой. М.: Изд. «Институт психологии РАН», 2007. С. 162–184.
  8. Китайгородская М. В., Розанова Н. Н. Речь москвичей. М.: Научный мир, 2005.
  9. Ломов Б. Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. М., 2004.
  10. Павлова. Н. Д. Современный диалог-анализ. Обзор зарубежных исследований // Иностранная психология. 1996. № 6. С. 62–68.
  11. Павлова Н. Д. Коммуникативная парадигма в психологии речи и психолингвистике // Психологические исследования дискурса. М.: Пер Сэ, 2002. С. 7–17.
  12. Павлова Н. Д. Предвыборные интенции в речи политиков // Психологические исследования дискурса. М.: Пер Сэ, 2002. С. 78–97.
  13. Павлова Н. Д. Подходы к анализу интерактивного аспекта дискурса // Проблемы психологии дискурса / Под ред. Н. Д. Павловой, И. А. Зачесовой. М.: ИП РАН, 2005. С. 9–27.
  14. Павлова Н. Д., Алмаев Н. А., Зачесова И. А., Латынов В. В., Шустова Л. А. Интент-анализ вербальной коммуникации. Подходы к анализу интерактивного аспекта дискурса // Проблемы психологии дискурса. М.: ИП РАН, 2005. С. 28–42.
  15. Поддубный С. Е. Графическая методика исследования взаимоотношений в малой группе («Гравюра») // Современная психология: состояние и перспективы исследований. Часть 5. М.: ИП РАН, 2002.
  16. Поттер Дж. Дискурс-анализ как метод изучения естественно протекающей речи // Иностранная психология. 1998. № 10. С. 36–45.
  17. Серль Дж. Природа интенциональных состояний // Философия. Логика. Язык. М., 1987. С. 96–126.
  18. Слово в действии. Интент-анализ политического дискурса / Под ред. Т. Н. Ушаковой, Н. Д. Павловой. СПб.: Алетейя, 2000.
  19. Ушакова Т. Н., Латынов В. В., Павлова А. А., Павлова Н. Д. Ведение политических дискуссий. Психологический анализ конфликтных выступлений. М.: Академия, 1995.
  20. Ушакова Т. Н., Павлова Н. Д., Алексеев К. И., Латынов В. В., Цепцов В. А. Слово в действии. Интентанализ политического дискурса. СПб.: Алетейя, 2000.
  21. Шустова Л. А. Понимание речи детей взрослыми в контексте проблем педагогического общения // Психологические исследования дискурса / Отв. ред. Н. Д. Павлова. М.: Пер Сэ, 2002. С. 151–166.
  22. Rogers-Millar L. E., Millar III F. E. Domineering and Dominance: a Transactional View // Human Communication Research. 1979. V. 5. № 3. P. 238–246.
  23. Rogers L. E., Millar F., Baevals J. B. Methods for Analyzing Marital Conflict Discourse: Implications of a Systems Approach // Family Process. 1985. V. 24. № 2. P. 175–187.
 
О проекте PsyJournals.ru

© 2007–2019 Портал психологических изданий PsyJournals.ru  Все права защищены

Свидетельство регистрации СМИ Эл № ФС77-66447 от 14 июля 2016 г.

Издатель: ФГБОУ ВО МГППУ

Creative Commons License

Яндекс.Метрика