Портал психологических изданий PsyJournals.ru
ОТКРЫТЫЙ ДОСТУП К НАУЧНЫМ ИЗДАНИЯМ 
Каталог изданий 90Рубрики 51Авторы 7777Ключевые слова 18863 Online-сборники NEW! 1 АвторамИздателямRSS RSS
РИНЦ EBSCO DOAJ
CrossRef

Язык и текст

Издатель: Московский государственный психолого-педагогический университет

ISSN (online): 2312-2757

DOI: http://dx.doi.org/10.17759/langt

Лицензия: CC BY-NC 4.0

Издается с 2014 года

Периодичность: 4 номера в год

Формат: электронное издание

Язык журнала: Русский, английский

Доступ к электронным архивам: открытый

 

Об эффективности сопоставительного анализа художественных текстов и их переводов при обучении иностранному языку (на примере русского и итальянского языков) 186

Лутеро Т., Аспирант кафедры общего и русского языкознания филологического факультета , Российский университет дружбы народов, Москва, Россия, tatiana.lutero@gmail.com
Полный текст

Перевод нередко выступает в качестве инструмента преподавания иностранных языков, как во время обучения в школе, так и в университетах, и на специализированных курсах. Очевидно, что перевод используется не только с целью подготовки профессиональных переводчиков, но и для обучения иностранным языкам в целом: обучающиеся  изучают грамматические правила и основные конструкции языка при помощи упражнений, предполагающих перевод предложений и текстов с иностранного языка на родной, и наоборот. В специализированной литературе такой подход называется грамматико-переводной метод.

Данный метод обучения является эффективным только в том случае, если за основу берется функциональный принцип, то есть если учитываются правила использования языка в реальном общении.  Наоборот, выполнение переводов с опорой  исключительно на указанные в учебниках и в словарях формальных грамматических фактов и лексических соответствий могут привести к чистому буквализму, влияющему и на качество перевода, и на эффективность обучения [8, с. 129-134].  В результате перевод не выполняет условия обеспечения правильной коммуникации, и обучающийся учится использовать конструкции, которые в действительности неэффективны. Приведем простой пример распространенной ошибки среди русских студентов на первых этапах обучения итальянскому языку:  это предложение Io studiavo lalinguaitalianaper2 anni(использование прошедшего глагольного времени imperfetto) вместо правильного Io ho studiato la linguaitalianaperdueanni (использование прошедшего глагольного времени passato prossimo) для перевода русского предложения Я два года изучала итальянский язык.

Не только решение переводческих задач, но и анализ существующих переводов, в том числе литературных текстов, может стать ценным способом обучения иностранным языкам, как утверждают многие сторонники сопоставительного метода в лингвистике [3, с. 373]. Данное положение обусловлено тем, что анализ текста-оригинала и текста-перевода позволяет выявить главные отличия между языками в лексическом и в грамматическом плане, которые, как правило, передаются при помощи различных языковых трансформаций [3, с. 7]. Анализируемые тексты представляют собой объективные языковые факты – ценный лингвистический материал, доступный научному наблюдению. Таким образом, сопоставительный анализ переводов является не только важным методом исследования в теории перевода и в сопоставительном языкознании, но и эффективным инструментом для обучения иностранным языкам.

В рамках сопоставительных исследований на материале русского и итальянского языков выделяется ряд языковых различий, отражающихся в текстах и соответственно влияющих на переводческие решения при переводе текстов как с русского языка на итальянский, так и с итальянского на русский язык. Далее мы рассмотрим и продемонстрируем некоторые из данных различий на примере отрывков произведений итальянского современного писателя А. Барикко «Oceano mare» и «Novecento» и их переводов на русский язык: «Море-океан» (пер. Г. Киселева) и «1900-й: легенда о пианисте» (пер. Н. Колесовой). В процессе нашего анализа станет очевидно, как описываемые на основе сопоставления текстов языковые факты обладают несомненной значимостью при обучении русских студентов итальянскому языку или итальянских студентов русскому языку. В дальнейшем результаты анализа могут быть использованы в качестве лингводидактического материала.

Показательный пример с точки зрения лексико-семантических различий между этими двумя языками представляет собой прилагательное bello (букв. ‘красивый’), которое является доминантой в итальянском языке, будучи одним из наиболее часто употребляемых прилагательных в оценочной сфере [4, с. 135]. Слову bello в русском языке соответствуют прилагательные красивый и прекрасный, но также и оценочное хороший, что указывает на широкий спектр употребления bello для обозначения не только внешнего вида человека, предмета или ситуации, но и его внутренней характеристики. Помимо этого belloможет вступать в отношения энантеосемии, в таких случаях как, например: È un bel problema (‘Ну это хорошая проблема’), где это прилагательное приобретает отрицательное оценочное значение. Также bello передает усилительное значение, как, например, в высказывании Costa una bellasomma(букв. ‘Это стоит красивую сумму’), означающем ‘Это стоит приличную/большую сумму’, или Nontidicounbelniente(букв. ‘Я тебе не скажу красивое ничего’), то есть ‘Я тебе вообще ничего не скажу’. Наконец, belloсоставляет часть многочисленных фразеологических выражений, например: Adessovieneilbello(букв. ‘сейчас придет красивое’), означающем ‘А теперь самое интересное…’, или Avereunbeldire(букв. ‘иметь красивое действие говорить’), то есть ‘Говорить о чем-то без какого-либо результата’. Очевидно, что перевод сочетаний, содержащих слово bello, часто встречающихся в художественных текстах, представляет собой особо сложную задачу.

Были проанализированы случаи употребления прилагательного bello и формы bellissimo(превосходная степень) в романе А. Барикко «Море-океан» и способов его перевода на русский язык. В результате анализа было замечено, что для перевода belloи bellissimo (в различных формах рода и числа) использовался широкий спектр переводческих эквивалентов, в том числе, прилагательные красивый, прекрасный, чудесный, хорошенький, хороший, славный, дивный, благоговейный, очаровательный, привлекательный, изящный, упоительный, бесподобный, несравненный, смазливый, шикарный, удачный, праздничный, добрый; существительные красавица и прелесть. В  отдельных случаях, прежде всего при переводе устойчивых выражений, невозможно указать вариант перевода слова bello, так как оно было опущено или предложение было полностью переформулировано. 

Отметим, что словарные соответствия красивый и прекрасный используются лишь в меньшей части случаев, а чаще всего переводчиком были подобраны различные способы для передачи значения belloи bellissimo в определенном контексте. Как правило, применяется прием конкретизации, заключающийся в уточнении значения лексической единицы: в переводе используются прилагательные, обладающие более специфическим значением, чем bello, как в следующем примере перевода со словом несравненный:

 

Ho visto sognare sogni meravigliosi, e ho ascoltato le storie più belle della mia vita, raccontate da uomini qualunque, un attimo prima di buttarsi in mare e sparire per sempre.

[7, с. 112]

Им снились чудесные сны, и я слышал, как простые люди рассказывают несравненные истории, прежде чем броситься в море и сгинуть навек.

[1, с. 160]

 

В приведенном примере фраза lestoriepiù belle(букв. ‘самые красивые истории’) передает элятивный смысл и явно контрастирует с единицей uominiqualunque(букв. ‘всякие люди’, то есть ‘простые люди’). Данный контраст позволяет сохранить в переводе выбор единиц несравненные истории и простые люди.

Особое внимание привлекает перевод прилагательного bello в переносном значении в устойчивых выражениях, представленных ниже:

 

In molti l’avevano visto resuscitare i morti, gente più di là che di qua, già bell’e che andati […].

Букв. Многие видели, как он возвращает к жизни мертвых, людей, которые уже находятся в том мире, которые уже совсем ушли.

Quello non è buon senso. Quella è paura bell’e buona.

Букв. Это не здравый смысл. Это нечто иное, как настоящий страх.

Così tornò a casa, fece le valigie e, bello pronto a partire, si presentò dalla fidanzata […].

Букв. Итак он вернулся домой, собрал чемоданы и, уже совсем готовый уезжать, явился к невесте.

Cercate di capire, ci vuole niente per tirare su una calunnia bell’e buona.

Букв. Постарайтесь понять, ничего не стоит устроить настоящую клевету.

[7, с. 24, 122, 173, 189]

Многие были свидетелями того, как он поднимал людей со смертного одра; кое-кто уже отдавал концы, одной ногой стоял в могиле […].

 

 

 

Никакой это не здравый смысл. Просто вы боитесь, вот и весь сказ.

 

 

В общем, Бартльбум вернулся домой, собрал чемоданы и, прежде чем укатить, зашел к невесте […].

 

 

 

Постарайтесь понять: оклеветать человека ничего не стоит...

 

 

 

[1, с. 77, 164, 202, 217]

 

Фразеологические выражения являются одним из самых ярких примеров лексической трансформации в тексте перевода. Такие единицы несут очень важную стилистическую нагрузку, которую необходимо сохранить при переводе. В случае если в языке перевода отсутствует фразеологизм, который мог бы использоваться для перевода, становится необходимым сделать перевод, используя стилистически нейтральную лексическую единицу, как в примерах ниже из театрального монолога «1900-й. Легенда о пианисте» А. Барикко:

  

Danny Boodman T.D. Lemon Novecento li guardò e sorrise: loro rimasero di stucco […].

Aveva una pila di giornali vecchi, e per tre giorni, facendo una fatica bestiale, lesse al vecchio Danny, che stava tirando le cuoia, tutti i risultati delle corse che trovò.

 

 

Laggiù, in sala macchine, quella notte, Novecento e io diventammo amici. Per la pelle.

 [6, с. 21, 22, 31]

Дэнни Будмэн Т.Д. Лемон Тысяча Девятисотый смотрел на них и улыбался; они остолбенели […].

Перед ним лежала стопка старых газет, и три дня подряд, делая чудовищные усилия, он читал умирающему старине Дэнни все результаты скачек, которые там находил.

В ту ночь, внизу, в машинном отделении, мы с Девятисотым стали друзьями. Близкими друзьями.

[1, с. 252]

 

Таким образом, здесь выражение rimaneredistucco(букв. ‘становиться штукатуркой’, то есть ‘быть сильно пораженным чем-то’) было переведено при помощи глагола остолбенеть; tirarelecuoia(букв. ‘вытягивать кожу’, то есть ‘умирать’) – на умирать; а amici perlapelle(букв. ‘друзья по коже’, то есть ‘лучшие друзья’) – на близкие друзья.

Наличие большого количества диалогов в проанализированных нами текстах А. Барикко позволило обнаружить и ряд трансформаций, связанных с характерной конструкцией русского языка – повторением ключевого слова (чаще всего глагола) при ответе на вопрос [5, с. 211]. Данная конструкция широко распространена в русской речи и при том является стилистически и функционально немаркированной, в отличие от аналогичной конструкции в итальянском, сравните: если на вопрос Хочешь кофе? носитель русского языка скорее всего ответит Хочу, спасибо, то на тот же вопрос Vuoiuncaffè? носитель итальянского ответит Sì, grazie (букв. ‘Да, спасибо’), и только в редких случаях услышим ответ Lovoglio, grazie(букв. ‘Я (его) хочу, спасибо’). Данный лингвистический факт подтверждается и в проанализированных текстах, где реплики персонажи часто переводились при помощи этой конструкции, например:

 

·         Bene. C’è una stanza?

.

 

·         Siete voi che mi avete scritto.

.

·         Perché ce l’ha, vero?

.

·         Non mi farai del male, vero? […]

No.

 [7, с. 18, 25, 75, 128]

·         Превосходно. Не найдется ли у вас свободной комнаты?

Найдется.

·         Это вы мне писали.

Я.

·         Ведь они есть?

Есть.

·         Ведь ты не сделаешь мне больно, правда? […]

Не сделаю.

 [1, с. 71, 78, 126, 169]

 

 

В приведенных фрагментах отметим старание переводчика создать текст, как можно более естественно звучащий на русском языке. Теоретически были возможны и другие варианты перевода, отражающие итальянские конструкции, как например, в случае первого диалога: можно было бы перевести просто Да. Однако такие варианты частично лишили бы текст коммуникативной силы.

Среди отличий между русским и итальянским языком в синтактическом плане отметим и характерное употребление в итальянском языке глаголов восприятия, таких как vedere (‘видеть’), guardare (‘смотреть’), sentire (‘слышать’, ‘чувствовать’), ascoltare(‘слушать’) и др. Для итальянского языка типичны конструкции по модели: Ioguardoiltrenopassare(‘Я смотрю, как поезд проезжает’), где после глагола восприятия следует непосредственно обозначение объекта восприятия и глагол действия, выполняемого этим объектом, представлен в инфинитиве. Данная конструкция, восходящая к латинскому обороту Accusativo cum Infinitivo, распространенная в современных романских и германских языках, практически не используется в русском языке. Соответственно, при переводе подобных предложений с итальянского языка необходимо применять синтактические трансформации. В случае проанализированных нами произведений чаще всего переводчик принимает решение опустить глагол восприятия и перейти непосредственно к описанию действия, как в примерах ниже, сравните:

 

Lo capì solo quando, nel segreto della sua testa, sentì una voce scandire con magnifica calma

-          Cavallo nella colonna dell’alfiere del re.

Elisewin riabbassò la testa sul cuscino. Vedeva la fiammella della candela fumare immobile.

Vide la locanda Almayer avvicinarsi.

[7, с. 61, 65, 127]

И понял лишь тогда, когда в самом отдаленном закоулке его головы прозвучал ясный и на редкость спокойный голос: «Конем на линию королевского слона».

Элизевин опустила голову на подушку. Пламя свечи разбил паралич.

 

Таверна «Альмайер» все ближе.

 

 [1, с. 112, 116, 169]

 

Очевидно, в рассмотренных случаях были возможны и другие варианты перевода, в том числе не предполагающие пропусков глаголов восприятия и более последовательно отражающие итальянскую конструкцию. Например, в первом предложении фразу sentì una voce scandire теоретически можно было перевести так: он услышал, как голос четко произносит (букв.), однако использование данной конструкции, нетипичной для русского языка, утяжеляет уже само по себе длинное предложение и делает его избыточным. Наоборот, принятые переводчиком решения позволили достичь функциональной и семантической эквивалентности, используя при этом более типичную для русского языка структуру.  Пропуск глагола восприятия в данном случае не лишает текст его семантической целостности, поскольку описанная ситуация не меняется, и в то же время усиливается эмоциональная нагрузка: читатель как будто сам слышит голос, представляет пламя и видит таверну.

Наблюдаемые различия между итальянским и русским языком обусловлены лингвокультурологическими факторами. В грамматических единицах, так же как и в лексических единицах, отражены те семантические доминанты, которые характеризуют мышление носителя этого языка и участвуют в создании его языковой картины мира [4, с. 7-13].

Метод сопоставительного анализа художественных текстов и их переводов является эффективным способом формирования у обучающихся навыков освоения характерных лексико-семантических различий между изучаемым и родным языком, а также связанных с ними лингвокультурологических факторов.

Ссылка для цитирования

Литература
  1. Барикко А. Шелк и другие истории. Пер. с ит.: Г. Киселева, Н. Колесовой, А. Миролюбовой, В. Петрова. М.: Иностранка, Азбука-Аттикус, 2017. – 544 с.
  2. Гализина Е.Г. Пути развития лингводидактики в сфере профессионального общения [Электронный ресурс] // Язык и текст langpsy.ru. 2016. Том 3. №1. URL: http://psyjournals.ru/langpsy/2016/n1/Galizina.shtml (дата обращения: 13.07.2017) doi: 10.17759/langt.2016030102
  3. Зуров Алексей Михайлович Сопоставительный метод в изучении и преподавании иностранных языков // Вестник ННГУ. 2012. №1-2. С.369-373
  4. Павлишак Т.А. К вопросу о национально – культурной специфике метафор [Электронный ресурс] // Язык и текст langpsy.ru. 2016. Том 3. №2. URL: http://psyjournals.ru/langpsy/2016/n2/Pavlishak.shtml (дата обращения: 13.07.2017) doi: 10.17759/langt.2016030209
  5. Вараксина В.А. Речевые ошибки иностранных студентов и причины их возникновения [Электронный ресурс] // Язык и текст langpsy.ru. 2014. №1. URL: http://langpsy.ru/journal/2014/1/Nurmuhhmetov.phtml (дата обращения: 13.07.2017)
  6. Паршин А. Теория и практика перевода. СПб.: СГУ, 1999. – 202 с.
  7. Рылов Ю.А. Аспекты языковой картины мира: итальянский и русский языки. М.: Гнозис, 2006 – 304 с.
  8. Сальмон Л. Механизмы юмора. О творчестве Сергея Довлатова. М.: МЛИ РАН им. А.М. Горького, 2008 — 256 с.
  9. Baricco A. Castelli di rabbia. Milano: Feltrinelli, 2007. – 222 с.
  10. Baricco A. Mr Gwyn. Milano: Feltrinelli, 2012. – 158 с.
  11. Baricco A. Novecento. Milano: Feltrinelli, 1999. – 62 с.
  12. Baricco A. Oceano mare. Milano: Feltrinelli, 2012. – 222 с.
  13. Baricco A. Seta. Milano: Feltrinelli, 2015. – 108 с.
  14. Salmon L., Mariani M. Bilinguismo e traduzione. Dalla neurolinguistica alla didattica delle lingue. Milano: Franco Angeli, 2008. – 189 c.
 
О проекте PsyJournals.ruЛауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

© 1997–2018 Портал психологических изданий PsyJournals.ru  Все права защищены

Свидетельство регистрации СМИ Эл № ФС77-66447 от 14 июля 2016 г.

Издатель: ФГБОУ ВО МГППУ

Лауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

RSS-анонсы журналов Psyjournals на facebook Группа Psyjournals Вконтакте Twitter Psyjournals Psyjournals на Youtube
Яндекс.Метрика