Портал психологических изданий PsyJournals.ru
ОТКРЫТЫЙ ДОСТУП К НАУЧНЫМ ИЗДАНИЯМ 
Каталог изданий 85Рубрики 51Авторы 7346Ключевые слова 17715 Online-сборники NEW! 1 АвторамИздателямRSS RSS
РИНЦ EBSCO DOAJ
CrossRef

Язык и текст

Издатель: Московский государственный психолого-педагогический университет

ISSN (online): 2312-2757

DOI: http://dx.doi.org/10.17759/langt

Издается с 2014 года

Периодичность: 4 номера в год

Формат: электронное издание

Язык журнала: Русский, английский

Доступ к электронным архивам: открытый

 

ОБРЕЧЕН НА БЕССМЕРТИЕ Русский писатель и публицист Кавад Багирович Раш 144

Шмелева А.В., кандидат филологических наук, зав. кафедрой методики преподавания русского языка и литературы , МГОУ, Москва, Россия
Полный текст

«Раш – это наше морское литературное все»

М.П. Ненашев,

капитан 1 ранга,

Председатель Движения Поддержки Флота

Каждый, кто знал Кавада Багировича Раша, вправе сказать о нем – удивительный, уникальный… Он, действительно, был удивительным и уникальным писателем и публицистом. Причем эти качества определялись не столько и не только фактами его биографии, сколько мировоззрением, которое и сформировало его жизненную позицию как подлинно русского писателя – писателя, выражающего интересы русского народа как титульной нации российского государства. К.Б. Раш сравним с евангельским камнем (Лк.: 19, 39-40), возопиющим гласом пророка о цивилизационной миссии России, о ее Богом избранном народе, о духовном смысле истории.

К.Б. Раш искрометно ворвался в русскую литературу. Его произведения  «Приглашение к бою», «Рождение танковой нации», «Христос воскресе, матросы!», «Время офицеров», «Армия и культура», «Ракетный меч России», «Расплескалась синева», «Державные орлы», «Дорога и судьба», «Железные солдаты», «Сибиряки против СС» и др. не оставляют читателя равнодушным, невольно приобщают к истории, к героическим страницам прошлого, заставляют, вслед за автором, видеть уроки истории, осмыслить сквозь нити прошлого наше настоящее. К.Б. Раш по праву занял свое место на литературном Олимпе.

Размышляя о том, к какому жанру отнести творчество К.Б. Раша, В.Г. Распутин склонялся к тому, что его произведения тяготеют к «историческим сагам или историко-философским эссе», но более всего рашевские очерки близки «к старинным русским воинским повестям», отдавая должное тому, что в России с творчеством К.Б. Раша появилась «новая учительная проза, новое слово, пришедшее в развитие старинных воинских повестей» [10]. Он, действительно, обозначил новый вектор в развитии современной очерковой прозы.

К.Б. Рашу было свойственно провиденциальное чувство истории. Обращаясь к прошлому, К.Б. Раш постигал настоящее. Он имел писательскую и гражданскую смелость говорить о духовности истории. Эта смелость основывалась на его собственной исторической памяти: К.Б. Раш считал себя потомком одного из трех волхвов, влекомых Вифлеемской звездой на поклонение рожденному Спасителю мира (Мф.: 2; 1-12). Предание сохранило их имена – Каспар, Мельхиор и Валтасар. В Евангелии не сообщается, с какой они земли. Есть предположения мученика Иустина Философа, догматиста Тертуллиана и святого Епифания Кипрского о том, что волхвы пришли из Аравии; отцы Церкви Иоанн Златоуст и Василий Великий предположили, что они были из Персии; а блаженный Августин указывал на Халдею [3]. Б.И. Гладков, толкователь Евангелия, считает, что волхвы пришли из страны, «составлявшей прежде Вавилонское царство», обосновывая тем, что предки волхвов имели возможность узнать от ученых евреев о том, что они ждут Великого Царя, Который покорит весь мир, а о времени волхвы могли знать из откровения о седьминах пророка Даниила, который там жил. А. Небольсин в своем исследовании приводит показания блаженного Иеронима Стридонского, который полагал, что волхвы могли прибыть из Эфиопии, и святителя Димитрия Ростовского, указавшего (на основании Псалма 71), что один из волхвов был из Персии, другой из Аравии, а третий из Эфиопии [5] А. Небольсин приводит интересные памятники древней книжности, в частности, сирийские «Хронику Зукнина» и «Книгу сокровищ пещеры», в которых упоминаются волхвы и описывается история драгоценностей, принесенных рожденному Богомладенцу: предание гласило о том, что дары волхвов были взяты в пещере горы Нуд, где их оставил еще праотец Адам, завещавший своему сыну Сифу «не брать сокровищ, пока на небосводе не покажется особенная чудесная звезда, знаменующая пришествие Спасителя». Впоследствии эти волхвы стали проповедниками новой веры вместе с апостолом Фомой, их крестившим. Перенесенные из Милана императором Фридрихом Барбаросса еще в 1164 году как дар кёльнскому архиепископу Райнальду Дассельскому их мощи покоятся в римско-католическом соборе Германии в городе Кёльн. А сами Дары волхвов в 1470 году были переданы на Святую Гору Афон с другими святынями в монастырь св. Павла Ксиропотамского Марой Бранкович, матерью султана Мухаммеда (Мехмеда) II, в 1453 году разрушившим и завоевавшим Константинополь. К.Б. Раш был убежден в том, что принести дары Спасителю могли только те, кто почти три тысячи лет сохранял единобожие, – язиды (древние мидийцы иранского происхождения). Став писателем, К.Б. Раш стал подписываться древнем иранским именем – Кавад.

Осмысление столь далекой истории может быть той исходной точкой, которая способствует к постижению духовно-творческого мира К.Б. Раша. Свет Вифлеемской звезды осветил и жизненный путь К.Б. Раша. По отцовской и материнской линиям К.Б. Раш относил себя к древнейшему роду в Передней Азии курдских шейхов-язидов. «Язидом можно только родиться». Курды-язиды на протяжении всей истории сохраняли верность Российской империи и глубоко почитали русских царей. 

В России на язидов-курдов обратили внимание в конце 1820 годов. Генерал И.Ф. Паскевич разработал операцию по упрочению позиции России на Черноморских проливах Босфор и Дарданеллы, в которой рассчитывал на местное население, уважающее русскую христианскую культуру. Летом 1829 года он со своим корпусом двинулся к портам Трапезунда и Самуса, по пути взяв турецкие крепости Карс, Ардаган, Ахалкалаки, Ахалцик, Пота, Баязет. В этих местах были поселения курдов. Привлечь курдов к реализации поставленных задач, т.е. к управлению над территориями Центральной Восточной и Северо-Восточной Анатолией, население которых состояло из армян, азербайджанцев и курдов, было не сложно. Курды никогда не воевали против России, даже тогда, когда езидизм стал угасать и большинство курдов переходило в мусульманство. А.С. Пушкин, побывавший в районе боевых действий, в своем «Путешествии в Арзрум» описал встречу с езидом-курдом – это первое появление езидов в русской классической литературе:

«Лагерная жизнь очень мне нравилась. Пушка подымала нас на заре. Сон в палатке удивительно здоров. За обедом запивали мы азиатский шашлык английским пивом и шампанским, застывшим в снегах таврийских. Общество наше было разнообразно. В палатке генерала Раевского собирались беки мусульманских полков; и беседа шла через переводчика. В войске нашем находились и народы закавказских наших областей и жители земель недавно завоеванных. Между ими с любопытством смотрел я на язидов, слывущих на Востоке дьяволопоклонниками. Около 300 семейств обитают у подошвы Арарата. Они признали владычество русского государя. Начальник их, высокий, уродливый мужчина, в красном плаще и черной шапке, приходил иногда с поклоном к генералу Раевскому, начальнику всей конницы. Я старался узнать от язида правду о их вероисповедании. На мои вопросы отвечал он, что молва будто бы язиды поклоняются сатане есть пустая баснь; что они веруют в Единого Бога; что по их закону проклинать дьявола, правда, почитается неприличным и неблагодарным, ибо он теперь несчастлив, но со временем может быть прощен, ибо нельзя положить пределов милосердию Аллаха. Это объяснение меня успокоило. Я очень рад был за язидов, что они сатане не поклоняются; и заблуждения их показались мне уже гораздо простительнее» [9; 468]. В тексту «Путешествия» А.С. Пушкин сделал приложение. Оно написано на иностранном языке, без указания автора. Однако исследователи предполагают, что для большей достоверности и объективности сведений А.С. Пушкин намеренно скрыл свое имя. Информация, содержащаяся в заметке об язидах, весьма и весьма любопытна: русский читатель впервые знакомился с древнейшим народом, заслуживающим самое пристальное внимание и уважение: «Эти сектанты питают очень большое уважение к христианским монастырям, находящимся по соседству. При посещении монастыря, они, еще не войдя за ограду, снимают обувь и, идя босиком, целуют дверь и стены; они думают этим снискать покровительство святого, имя которого носит монастырь. Если им случается во время болезни увидеть во сне какой-нибудь монастырь, то, едва только выздоровев, они отправляются туда с дарами – ладаном, воском, медом или чем-нибудь другим. Они остаются там около четверти часа и перед уходом снова целуют стены. Они без всякого колебания целуют руку патриарху или епископу – настоятелю монастыря. Что касается турецких мечетей, то они избегают входить в них» [7; 1072]. Это были первые описания в русской литературе курдского народа.                  

Заветы предков, продолжение великих дел отцов для К.Б. Раша было определяющим. Это служило выработке его оценки и современных событий. К.Б. Раш умел ценить историческую память, особенно если она шла от памяти о предках. Так, К.Б. Раш высоко оценил сам статус Президента России: «В трудное время на переломе эпох и столетий судьба послала России Президента из священной морской столицы, основанной Петром Великим. Тем самым, подтвердив мировое и океаническое предназначение нашего Отечества. У штурвала Государства оказался В.В. Путин – сын подводника, дравшегося в войну в числе смертников на Невском пятачке. Появившись на флотах в морской форме, Президент вселил надежду в сердца сынов России, истосковавшихся по твердой руке просветленной повелительности. В.В. Путин все последние годы является членом Военного Совета Военно-Морского Флота России» [12; 60]. Отец самого К.Б. Раша был хорунжим в Первую мировую, воевал на Кавказском фронте, в итоге был репрессирован. К.Б. Раш никогда не изменял памяти отца. Создавая мушкетерский клуб «Виктория», К.Б. Раш имел право сказать: «Дворянин – понятие вневременное. Он востребован всегда», имея в виду историческое служение Отечеству.

«Священной морской столицей» К.Б. Раш назвал город, основанный императором Петром I. Иностранец Францеско Альгаротти, побывавший в России в 1739 году и потрясенный увиденным, заметил: «Petersbourg est la fenӗtre par laquelle Russe regarde tn Europe» («Петербург – окно, через которое Россия смотрит в Европу») [1]. Новую столицу Морской Руси русский император закладывает на берегах Невы и называет именем брата апостола Андрея – в честь первоверховного апостола Петра. Ф.М. Достоевский называет этот город «самым мистическим городом в мире», К.Б. Раш назовет «городом Троицы». К.Б. Раш, в одной из своих работ, посвященных деяниям Великого императора, подчеркивает:

«Здесь, в устье этой реки на Балтике, зарождается новая история мира.

Он заложит город там, куда дошел крестивший Русь Андрей Первозванный, на том месте, где святой князь Александр, печальник Русской земли, станет Невским. Потом, ровно через двести лет, белые кони привезут в Петергоф карету с царевичем Алексеем, и в крещенскую купель его опустит святой крестьянский сын Иван Сергеев, известный всей России как Иоанн Кронштадтский.

Только он, Петр, в целом свете прозревает и связывает эти события.

В том же году, только очистилась ото льда Нева, как он с порутчиком-преображенцем Меншиковым, которому диплом академика подпишет сам Ньютон, взяли на лодках в жесточайшем абордажном бою два шведских военных корабля. Петр с Меншиковым за эту ”никогда не слыханную викторию” получили ордена Андрея Первозванного. Царь велел выбить медаль с надписью: ”Небываемое бывает”.

Петр каждый день закладывал в новую русскую государственность, армию и флот ген небывалости» [14; С.8-9].

Великий А.С. Пушкин провозгласил об эпохе петровских преобразований:

Была та смутная пора,

Когда Россия молодая,

В бореньях силы напрягая,

Мужала с гением Петра    [8; С.23].

 

Любимым императором российских моряков всех времен и поколений был Петр Великий. Глубоко почитал императора и К.Б. Раш. К.Б. Раш видел в нем духовного вождя народа, не только преобразовавшего государственность, но давшего этой государственности мистический смысл. В статье «Бог явился человекам флотским» К.Б. Раш проводит параллель: «Ядро первой дружины воинства Христова составили моряки. Только моряки и могли стать первыми апостолами. <…> Рыбаки галилейские с детства видели небо отраженным в воде, познали тайны грозных стихийных сил и обладали особым даром духоносности, свойственным морской душе. Все это через века найдет особенный отголосок на Святой Руси, где почти все храмы и монастыри отражаются в воде, а Исапостол-Помазанник и Отец нашего Отечества Великий Петр собственноручно положит в основание града Святого Петра золотой ларец с мощами Первозванного моряка – апостола Андрея» [11; 15].

Со времен Андрея Первозванного Святая Русь – это и Морская Русь. Новая икона Святой Руси – Богоявленский собор в Кронштадте: верхняя площадка амвона в виде компаса, в центре этого компаса – корабль под парусами при всех пушках. Собор, по замыслу императора, возводился как вечная память ушедшим в вечность морякам.

Император сам выбирал макет для собора. Им стал храм святой Софии в Константинополе. Нити истории стягиваются к Святой Руси: от апостола Андрея, крестившего Русь, через град Константина Великого, где приняла крещение Великая княгиня Ольга, до столицы Морской Руси, и от первого апостола до последнего «зло удерживающего» на земле: «Так вновь просияла вечная духовная ось между морем Галилейским, Царь-градом на Понте Эвксинском, который до 16 века всюду звали «Русским морем», и новой столицей Морской Руси, в которой изволил царствовать самый великий страстотерпец после Голгофы Христа – святой Государь-император Николай II Александрович со своим святым семейством» [15; 23]. Заметим, что еще современники последнего русского Царя ретроспективно воспринимали его гибель. Так, поэт С.А. Бехтеев (который отправил Царской семье, находящейся в заточении, «Молитву» («Пошли нам, Господи, терпенье…»)) в одном из своих стихотворений «У Креста» в 1921 году символично писал:

Шумит народ, тупой и дикий.

Бунтует чернь. Как в оны дни.

Несутся яростные крики:

«Распни Его, Пилат, распни!

Распни за то, что Он смиренный,

За то, что кроток лик Его.

За то, что в благости презренной

Он не обидел никого.

Взгляни – Ему ли править нами,

Ему ли, жалкому, карать!

Ему ли кроткими устами

Своим рабам повелевать!

Бессилен Он пред общей ложью,

Пред злобой, близкой нам всегда,

И ни за что к Его подножью

Мы не склонимся никогда!»

И зло свершилось! Им в угоду

Пилат оправдан и омыт,

И на посмешище народу

Царь оклеветан… и… убит!

……………………………

Нависла мгла. Клубятся тени.

Молчат державные уста.

Склонись, Россия, на колени

К подножью Царского Креста! [2; 28-29]

 

Близко знавший Царскую семью Пьер Жильяр, преподаватель французского языка для Великих княжон и воспитатель Наследника Алексея, в 1921 году опубликовал книгу воспоминаний «Тринадцать лет при русском Дворе: Трагическая судьба Николая II и его семьи», в которой признался, что понял «тайную драму этой жизни» и может теперь «восстановить этапы этого долгого пути на Голгофу» [17]. Отсылка К.Б. Раша к Голгофе последнего русского Императора весьма показательна. Новая история России открылась Царской жертвой, по К.Б. Рашу – великим страстотерпчеством после Голгофы Христа. Тайна смерти сакральна. Но еще более священна, когда совершается «Отцом отечества». И «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя» (Ин. 15:13). К.Б. Раш остается верен верности своих предков – своего рода, никогда не предавших русских Государей. При этом эсхатологические вопросы К.Р. Раш не затрагивает, как в случае с писателями-классиками, создававшими целые полотна русской жизни с ее сокровенными сюжетами [18].  

Рашевские ретроспекции истории так же имеют сакральную основу. В Кронштадтском соборе хранились реликвии Императора Петра Великого: золотой крест ордена Андрея Первозванного в белом медальоне из слоновой кости в рамке из бамбукового дерева, медальон и рамка выполнены самим императором.  Образ Первозванного апостола стал символичен для культуры Руси-России. Предание о пребывании апостола Андрея на севере Руси и его проповеди запечатлено в «Повести временных лет» и ряде апокрифов [6; С.49-54]. В своем исследовании А.В. Моторин пишет о том, что «Внимание к андреевскому преданию значительно оживил Петр Первый, стремившийся восстановить всемирное державное достоинство России»: «Несомненно, учитывалось и вселенско-христианское значение апостольского подвига св. Андрея, ведь, морской флот – это средство утверждения мирового достоинства любой державы. В качестве высшей награды России Петр Великий учредил орден Апостола Андрея Первозванного с начертанными на нем по концам Андреевского креста латинскими буквами: S A P R, означающими «Sanctus Andreas Patronus Russiae» («Апостол Андрей – покровитель России») и со словами на обратной стороне: «За веру и верность». Тем самым была отмечена народообразующая и государствообразующая сила андреевского предания» [4].

Всю свою жизнь К.Б. Раш изучал деяния Петра Великого. От наблюдательности К.Б. Раша не ускользали малейшие факты биографии русского императора. Показательно для К.Б. Раша было отношение монарха к Европе, и в частности, к Парижу. Царь был в Париже. В Русской церкви он читал Апостола и пел на клиросе, показывая пример духовного благочестия. К.Б. Раш отметит: «Царь-труженик, искавший верфи, домны, мануфактуры, обсерватории, книги, любивший жизнь деятельную и созидательную, сразу же засек всю позолоченную нечистоту Парижа и сказал, что этот город не надо даже завоевывать, ибо он захлебнется в собственной мерзости». Но куда более значимыми станут другие строки К.Б. Раша, развивающие тему духовной гибельности Европы, которая завлекает в свои сети русское дворянство. К.Б. Раш словно клеймит тех, кто отступает от заветов Петра Великого. Он берет на себя это право. В его слове – это право истории: «Блеск парижского общества не обманул духовно прозорливого молодого царя. Но, увы, ни в этом, ни в других отношениях к Европе, русские дворяне не проявили верности петровским заветам. Если коротко, то все основные беды России до сегодняшнего дня, все без единого исключения, проистекают оттого, что русское общество не жило по предначертаниям Петра Великого. Они два столетия спускали русские богатства в Париже, а кончили жалкими «русскими сезонами» изгнанников. Царь мечтал видеть их мореходами, инженерами, государственными мужами, банкирами и миссионерами, а они стали балерунами, богемщиками, изломанными интеллигентами, повальными атеистами, назвав свою немощь «серебряным веком». До конца верны Петру остались только военные, и особенно флотские офицеры, но и они утратили наступательный дух Преобразователя-Помазанника» [15; С.21-22].

К.Б. Раш убежденно писал, что «Петра родила Россия совокупным усилием веков и поколений. Такого моряка мог дать только самый одухотворенный и морской народ в мире» [13; 10].

Творчество К.Б. Раша ознаменовало собой новую эпоху в отечественной художественной культуре. Его слово апеллировало к исторической памяти, его слово аккумулировало с чаяниями народа, возрождая заложенный Великим императором дух небывалости. Но главное – его слово, которое преобразило нашу публицистику, преобразило духоносностью и исторической ответственностью. Академик РАН О.Н. Трубачев сказал: «Вряд ли сегодня в Европе есть писатель, который сопоставим с Рашем по историко-эстетическому освоению действительности, масштабу и благородству воззрения» [16; 8]. А В.Г. Распутин значение рашевского слова обозначил следующим: «Работы Раша приковывают к себе неким онтологическим духом. Им присуща бытийная мощь при органической связи с корневой системой и родной почвой. Автор всегда поднимает все пласты отечественной истории в их тайном, нерасторжимом единстве с сегодняшним днем» [10; 734].

Любовью к России проникнуто все творчество К.Б. Раша. Этой любовью он жил. Этой любовью обречен на бессмертье…

Ссылка для цитирования

Финансирование

Работа выполнена при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ), проект № 16-04-00523а («Танатологический дискурс русской словесности XI–XX веков в аспекте межкультурной коммуникации»)

Литература
  1. Альгаротти Ф. Русские путешествия: Письма о России / Перев. с итальянского, сост., комм. М.Г. Талалая. – СПб.: Крига, 2006. -176с.
  2. Бехтеев С.А. Песни русской скорби и слез / Сост. и предисл. Протиер. Александра Шаргунова. – М.: «Новая книга», 1996. -80с. С.28-29.
  3. Гладков Б.И. Поклонение волхвов. Избиение младенцев. Бегство в Египет и возвращение из него. Двенадцатилетний Иисус в храме / Гладков Б.И. Толкование Евангелия. – https://azbyka.ru/otechnik/Biblia/tolkovanie-evangelija/3
  4. Моторин А.В. Славянский вопрос в русской словесности 1810-х – 1850-х годов / Россия и славянский мир в творческом наследии Ф.И. Тютчева / Сост. и ред. В.Н. Аношкиной. – М.: Издательство «Пашков дом», 2011. -592. 
  5. Небольсин А. Путешествие навстречу чуду. О волхвах и их дарах / Журнал Московской Патриархии, 2014. №1. http://www.verav.ru/common/message.php?table=message&num=1110
  6. См.: Понырко Н.В., Панченко А.М. Апокрифы об Андрее Первозванном // Словарь книжников и книжности Древней Руси / Отв. ред. Д.С. Лихачев. Вып.1. –  Л., 1987. С.49-54.
  7. Приложение к «Путешествию в Арзрум». NOTICE SUR LA SECTE DES YÉZIDIS. Заметка о секте езидов (перевод) С.1072 / Пушкин А.С. Полн. собр. соч.: В 16 т. –  М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1937-1959. Т.8. Кн.1. (1948).
  8. Пушкин А.С. Полтава / Пушкин А.С. Полн. собр. соч.: В 16 т. – М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1937-1959. Т.5. (1948). С.23.
  9. Пушкин А.С. Путешествие в Арзрум во время похода 1829 года / Пушкин А.С. Полн. собр. соч.: В 16 т. –  М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1937-1959. Т.8. Кн.1. (1948) С.468.
  10. Распутин В.Г. О Каваде Раше и его творчестве / Раш К.Б. Время офицеров. Письма к русскому офицеру: избранное. Изд. 2-е. – СПб.: Издатель Голубев В.П., 2012. -736с. С.734.
  11. Раш К.Б. «Бог явился человекам флотским» / Раш К.Б. Христос воскрес, матросы!». – М.: ООО «Офицерская корпорация», 2001. -64с. С.15.
  12. Раш К.Б. Богу Единому Слава / Раш К.Б. Христос Воскресе, матросы! – М.: ООО «Офицерская корпорация, 2001. -64с. С.60.
  13. Раш К.Б. Время офицеров. Письма к русскому офицеру: избранное. Изд. 2-е. – СПб.: Издатель Голубев В.П., 2012. -736с. С.10.
  14. Раш К.Б. «Для Бога поспешай!» / Раш К.Б. Время офицеров. Письма к русскому офицеру: избранное. Изд.2-е. – СПб.: Издатель Голубев В.П., 2012. -736с. С.8-9.
  15. Раш К.Б. Царь-Исапостол-Адмирал / Раш К.Б. Христос воскрес, матросы!». – М.: ООО «Офицерская корпорация», 2001. -64с.
  16. Трубачев О.Н. «Плавание необходимо…» / Раш К.Б. Христос Воскресе, матросы! – М.: ООО «Офицерская корпорация, 2001. -64с. С.8.
  17. Цит. по: Pierre Gilliard. Le tragique destin de Nicholas II et de sa Famille. Payot. Paris, 1929. P.33.
  18. См., напр.: Дергачева И.В. «Устроение души» как основная доминанта сознания авторов вкладных, данных и духовных // Язык и текст. 2016. Том. 3, № 3. С. 11–17. doi:10.17759/langt.2016030302. ISSN: 2312-2757 (online); Воропаев В.А. Эсхатология Н.В. Гоголя [Электронный ресурс] // Язык и текст. 2016. Том 3. № 4. С. 9–24. doi:10.17759/langt.2016030402; Сасим А.С. Религиозно-философская лирика Г.Р. Державина: оппозиция «жизнь-смерть» [Электронный ресурс] // Язык и текст. 2016. Том 3. № 4. С. 102–108. doi:10.17759/langt.2016030407; и др.
 
О проекте PsyJournals.ruЛауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

© 1997–2018 Портал психологических изданий PsyJournals.ru  Все права защищены

Свидетельство регистрации СМИ Эл № ФС77-66447 от 14 июля 2016 г.

Издатель: ФГБОУ ВО МГППУ

Лауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

RSS-анонсы журналов Psyjournals на facebook Группа Psyjournals Вконтакте Twitter Psyjournals Psyjournals на Youtube
Индекс цитирования Яндекс.Метрика