Портал психологических изданий PsyJournals.ru
Каталог изданий 94Рубрики 51Авторы 8245Ключевые слова 20236 Online-сборники 1 АвторамИздателямRSS RSS

Включен в Web of Science СС (ESCI)

ВАК

РИНЦ

Рейтинг Science Index РИНЦ 2017

27 место — направление «Психология»

0,539 — показатель журнала в рейтинге SCIENCE INDEX

0,598 — двухлетний импакт-фактор

CrossRef

Психология и право

Издатель: Московский государственный психолого-педагогический университет

ISSN (online): 2222-5196

DOI: http://dx.doi.org/10.17759/psylaw

Лицензия: CC BY-NC 4.0

Издается с 2010 года

Периодичность: 4 номера в год

Формат: электронное издание

Доступ к электронным архивам: открытый

«Психология и право»

мобильное приложение
для iPad и iPhone

Доступно в App Store
Скачайте бесплатно

 

Факторы риска формирования суицидального поведения у детей и подростков (по результатам анализа региональных посмертных судебных экспертиз) 374

Сыроквашина К.В., кандидат психологических наук, доцент кафедры юридической психологии факультета юридической психологии МГППУ, ФГБОУ ВО МГППУ, Москва, Россия, syrokvashina@mail.ru
Ошевский Д.С., кандидат психологических наук, доцент кафедры юридической психологии и права, ФГБОУ ВО МГППУ, Москва, Россия, dso@rambler.ru
Бадмаева В.Д., доктор медицинских наук, руководитель отдела социальных и судебно-психиатрических проблем несовершеннолетних , ФГБУ "НМИЦ ПН им. В.П.Сербского" МЗ РФ, Москва, Россия, badmaeva.v@serbsky.ru
Дозорцева Е.Г., доктор психологических наук, Руководитель лаборатории психологии детского и подросткового возраста, ФГБУ "ФМИЦПН им. В.П. Сербского" МЗ РФ, Москва, Россия, edozortseva@mail.ru
Макушкин Е.В., доктор медицинских наук, заместитель генерального директора по научной работе, ФГБУ «ФМИЦПН им. В.П. Сербского» Минздрава России, Москва, Россия, eVm14@list.ru
Александрова Н.А., кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник Отдела социальных и психиатрических проблем несовершеннолетних, Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского Минздрава России , Москва, Россия, ferusa4@yandex.ru
Терехина С.А., кандидат психологических наук, старший научный сотрудник, ФГБУ «НМИЦПН имени В.П. Сербского» Минздрава России , Москва, Россия, sterekhina@mail.ru
Нуцкова Е.В., научный сотрудник, ФГБУ ФМИЦПП им. В.П. Сербского МЗ РФ, Москва, Россия, nuckova@gmail.com
Федонкина А.А., научный сотрудник , ФГБУ ФМИЦПП имени В.П. Сербского, Москва, Россия, afedonkina@gmail.com
Чибисова И.А., кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник, Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского, chibis-irena@mail.ru
Шкитырь Е.Ю., врач-психиатр, ФГБУ "НМИЦ ПН им. В.П.Сербского" МЗ РФ, Москва, Россия, lex-vladivostok@mail.ru
Полный текст

Подростковые суициды остаются одной из самых обсуждаемых проблем среди специалистов по психическому здоровью [11]. По последним данным, в России частота суицидов среди детей до 14 лет и подростков 15—19 лет превышает среднемировые показатели соответственно в 2 и 1,6 раза [6]. Снижение числа суицидов на 10% к 2020 году является глобальной целью в рамках плана действий Всемирной организации здравоохранения (Комплексный план действий в области психического здоровья на 2013—2020 гг.). В России в отношении охраны психического здоровья детей и подростков в качестве приоритета национальной политики обозначены комплексные медико-социальные меры, направленные на предотвращение суицида [5].

Проблемы, с которыми сталкиваются сегодняшние подростки, с одной стороны, типичны для их возраста, с другой — определяются современными условиями социальной жизни. Среди типичных психологических характеристик подросткового возраста выделяются высокая эмоциональная уязвимость, нестабильность эмоциональных реакций, склонность к рискованному поведению, слабая сформированность регуляторных структур и волевых процессов при дефиците прогноза и контроля собственных действий, амбивалентность и полярность убеждений и установок, неразвитость и неустойчивость идентичности. Подростковый возраст характеризуется наличием специфических проблем, к которым относятся трудности в выстраивании взаимоотношений с родителями в условиях нарастания сепарации и сохранения зависимости, высокий уровень вовлеченности во взаимоотношения со сверстниками, переживания первой влюбленности, а также зависимость самоотношения от отношений с окружающими. Перечисленные особенности повышают уязвимость несовершеннолетних и способствуют формированию аутоагрессивного и суицидального поведения.

Влияние внешних факторов — от макросоциальных до ближайшего окружения подростка — имеет большое значение для формирования суицидального поведения подростков. Среди современных условий жизни следует отметить интенсивное развитие интернет-технологий, специфика коммуникации, новые возможности развития — все это выделяет современное поколение подростков и ставит перед ними новые задачи. Самоубийство, как правило, становится крайней, экстремальной реакцией на трудности и проблемы, кажущиеся молодому человеку непреодолимыми. Вместе с тем многообразие форм, причин и факторов аутоагрессивных действий у подростков ставит перед специалистами вопросы, связанные с необходимостью анализа существующих подходов к проблеме суицидального поведения в подростковом возрасте и определения, насколько полно концептуально описываются особенности такого поведения на современном этапе. Более глубокое понимание механизмов самоубийств у подростков является необходимым для разработки способов превенции и терапии [13; 14].

В уголовно-правовом контексте для выяснения причин самоубийства несовершеннолетних судебно-следственными органами назначается посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза (КСППЭ). В отношении взрослых лиц, окончивших жизнь самоубийством, были разработаны принципы проведения судебно-экспертных исследований [4; 9; 10]. Однако специфические возрастные особенности подростков, значительное увеличение количества такого рода экспертиз в последнее время, а также расширение круга вопросов, интересующих следствие, делают необходимой разработку методологии и методов посмертной КСППЭ по делам о самоубийствах несовершеннолетних с учетом возрастной специфики и особенностей современной социальной ситуации их развития. Ключевой является разработка алгоритмов оценки психопатологических и психологических феноменов, психических и эмоциональных состояний подростков в период, предшествовавший смерти, а также факторов, оказывающих влияние на формирование психического состояния суицидентов. Серьезное методологическое значение имеет разработка подходов к формулированию экспертных заключений и ответов на вопросы судебно-следственных органов.

Безусловно, важным и актуальным является анализ существующей практики проведения посмертных КСППЭ несовершеннолетних в России. Он позволяет выявить наиболее острые проблемы этого вида экспертизы, которые могут быть решены путем разработки методических рекомендаций и унификации подходов к проведению экспертиз. Кроме того, такой анализ даст возможность выявить наиболее существенные факторы, влияющие на формирование суицидального поведения в подростковом возрасте, и использовать эту информацию в профилактических целях.

Цель исследования — описание факторов формирования суицидального поведения у детей и подростков на материале судебных экспертиз (психолого-психиатрических, судебно-психологических, судебно-психиатрических).

Материал и методы

Проведенное исследование представляет собой первый этап обработки материала, состоящего из заключений комплексных судебных психолого-психиатрических (в отдельных случаях также однородных судебно-психиатрических и судебно-психологических) экспертиз, выполненных в различных регионах России. В данном анализе в выборку вошли 179 заключений, преимущественно из Центрального и Сибирского федеральных округов.

Для анализа была разработана специальная статистическая карта, выделено более 50 показателей, характеризующих как несовершеннолетних суицидентов (их состояние, окружение, поведение, в том числе суицидальное, обстоятельства жизни и смерти), так и особенности самих экспертиз. В настоящей статье приводятся данные, касающиеся самих несовершеннолетних. Причины их смерти квалифицируются в соответствии с категориями МКБ-10. Обработка проводилась методами описательной статистики и качественного анализа.

Результаты

При анализе выборки несовершеннолетних суицидентов были выделены следующие демографические характеристики. На долю мальчиков приходится примерно 60% выборки. Средний возраст суицидентов в выборке составил 14,7 ±2,1 года, причем самому младшему из них было 8 лет, самому старшему — 18. Вместе с тем, на долю детей до подросткового возраста (до 11 лет) приходилось лишь 3,35% выборки, в связи с чем можно считать полученные результаты, относящимися преимущественно к подросткам.

Городские и сельские жители представлены в выборке примерно в равной пропорции с небольшим преобладанием жителей села.

При анализе структурных характеристик родительских семей несовершеннолетних суицидентов было выявлено, что большинство несовершеннолетних (62% выборки) воспитывались в полных семьях. Также подавляющее число несовершеннолетних суицидентов имело, по меньшей мере, одного сиблинга (83%) и лишь 17% детей и подростков, окончивших жизнь самоубийством, являлись единственными детьми в родительской семье.

При анализе «социальной ситуации развития» несовершеннолетнего фиксировалось учебное заведение, в котором он получал образование. В большинстве случаев несовершеннолетние обучались в общеобразовательных школах (85,65%). В лицеях и гимназиях с более сложной образовательной программой и углубленным изучением предметов учились 2,84% подростков. Отдельные несовершеннолетние на момент наступления юридически значимой ситуации обучались в высших учебных заведениях (1,70%). Немногие подростки с интеллектуальными ограничениями были учениками специализированных школ — 8 вида для детей с умственной отсталостью (1,70%) и 7 вида — для детей с задержкой психического развития (0,57%). Успеваемость несовершеннолетних из обследованной выборки в целом соответствует нормальному распределению. У большинства подростков она находилась на среднем уровне (61,36%), у 20,45% — на высоком, у 18,18% — на низком.

Анализ характеристик суицидального поведения несовершеннолетних выявляет доминирование такого способа совершения суицида, как повешение (удавление, удушение) (79%). Падение с высоты как способ самоубийства с высокой степенью летальности встречалось в выборке лишь в 10% случаев. Уровень летальности в случае приема каких-либо препаратов считается более низким, однако этот способ также встречается в исследованной выборке (5%). Кроме того, выявляется такой сравнительно редкий для России способ (в силу законодательства, ограничивающего возможности граждан по свободному использованию оружия), как самоповреждение огнестрельным оружием (3%), преимущественно у подростков в семьях охотников. В отдельных случаях встречаются самоповреждение режущими предметами (2%) и самоповреждение под движущимися объектами (1%), как правило, при намеренном падении под железнодорожный транспорт.

Одним из важных критериев оценки психического и эмоционального состояния подростков в период, предшествующий суицидальному поступку, является наличие или отсутствие предшествующих суицидальных тенденций. В анализируемых экспертных заключениях подобные суицидальные тенденции зафиксированы почти в половине случаев (48,5%). Среди характеристик суицидальных тенденций наиболее часто фиксировались суицидальные высказывания (44,31%), что свидетельствует о том, что несовершеннолетние делились своими мыслями о возможности совершения суицида с окружающими. В значительном количестве случаев (19,16%) были зафиксированы предшествовавшие суицидальному акту суицидальные попытки, причем в 9,58% случаев отмечались повторные суицидальные попытки. В четверти случаев несовершеннолетние оставляли предсмертные записки (25,9%).

Более чем в половине случаев в описании обстоятельств, сопровождавших формирование суицидальных намерений и поступков у подростков, были зафиксированы конфликтные ситуации (54,02%), преимущественно конфликты в семье (41,48%). В то же время конфликты относительно часто выявляются и в сфере общения со сверстниками (22,16%). Несколько меньшей конфликтностью отличается школьная среда (12,50%), причем проблемных ситуаций, связанных с преподавателями, зафиксировано сравнительно немного (4,55%).

Почти в половине исследованных случаев у несовершеннолетнего была страничка в сети Интернет (46,59%). Предварительный анализ показывает, что пятая часть несовершеннолетних (20,45%) оставляли в сети Интернет записи или перепосты с других страниц с суицидальным содержанием.

При анализе клинических характеристик несовершеннолетних суицидентов в 31,64% случаев были отмечены такие неблагоприятные наследственные факторы, как суицидальные попытки со стороны близких родственников, в том числе сиблингов, злоупотребление алкоголем одним или двумя родителями либо ближайшими родственниками, осуществлявшими воспитание несовершеннолетних, а также наличие психического расстройства у одного из родителей. При этом основным, превалирующим фактором наследственной отягощенности являлось злоупотребление алкоголем именно родителями — 21,51%. Второй по распространенности фактор — наличие суицидальных попыток, в том числе и завершенных суицидов, у близких родственников — 16,28%. Доля наследственной отягощенности по психической патологии составила лишь 5,2%.

Число несовершеннолетних, имеющих общесоматические проблемы — 26,44% случаев, причем среди них преобладали физически ослабленные дети, включенные педиатрами в так называемую категорию «часто болеющий ребенок». Так, лишь в 10,78% случаев было зарегистрировано обращение за психиатрической медицинской помощью несовершеннолетними в сопровождении родителей, при этом обращение к психиатру, как правило, носило однократный характер, без повторных приемов и динамического наблюдения. В 12,57% случаев родственники приводили несовершеннолетних на прием к психологу.

При формулировании экспертных выводов эксперты-психиатры диагностировали у несовершеннолетних суицидентов различные клинически очерченные состояния менее чем в половине случаев. Примерно в 1% случаев эксперты отказывались от ответа, ссылаясь на недостаточность сведений, содержащихся в материалах дела.

Среди диагнозов, установленных при проведении посмертных КСППЭ несовершеннолетних, совершивших суицид, доминировали психогенные расстройства, более чем в 50% случаев они квалифицировались в рамках следующих рубрик МКБ—10: «Фобические тревожные расстройства» (F40) ‒ «Реакция на тяжелый стресс и нарушения адаптации» (F43) — и были представлены преимущественно категориями «Острая реакция на стресс», «Посттравматическое стрессовое расстройство», «Реакции на тяжелый стресс неуточненные», «Другие реакции на тяжелый стресс». Относительно широко использовались вариации нарушений адаптации — «Кратковременная депрессивная реакция», «Пролонгированная депрессивная реакция», «Смешанная тревожная и депрессивная реакция», «Расстройство адаптации с преобладанием нарушений поведения», «Расстройство адаптации с преобладанием нарушения других эмоций», «Смешанное расстройство эмоций и поведения». Кроме того, одной из наиболее часто встречающихся форм психических расстройств были аффективные нарушения в виде депрессии («Депрессивный эпизод», F32) разной степени выраженности — от легких до тяжелых проявлений психопатологии, что составило 14,55% случаев из всей когорты.

Расстройства поведения (F90-92) у несовершеннолетних были выявлены в 12,71% случаев, среди которых чаще наблюдалось «Социализированное расстройство поведения» (F91.2). Также диагностировались «Другие расстройства поведения» (F91.8), «Гиперкинетические расстройства» (F90), «Депрессивное расстройство поведения» (F92.0), «Другие смешанные расстройства поведения и эмоций» (F92.8).

Детям и подросткам, совершившим суицид, в 7,27% случаев был установлен диагноз «Умственная отсталость легкая» (F70.1). У 5,46% детей и подростков наблюдались «Формирующиеся расстройства личности (эмоционально неустойчивое и смешанное)» (F60-61). Рубрики органически обусловленных психических расстройств (F06-07) были квалифицированы в 5,46% случаев. Психические расстройства и расстройства поведения, вызванные употреблением психоактивных веществ (ПАВ) (F19), отмечались у 1,82% несовершеннолетних.

Непосредственно в момент совершения суицида 21,2% подростков находились в состоянии интоксикации, вызванном употреблением различных психоактивных веществ. При этом алкоголь значительно преобладал над другими видами ПАВ.

Психологическая квалификация особых эмоциональных состояний, предшествующих самоубийству, была проведена менее чем в половине случаев. Примерно в 5% эксперты отказывались от ответа, ссылаясь на недостаточность предоставляемых сведений.

Обсуждение

Доминирующие в выборке способы самоубийства (повешение, падение с высоты) характеризуются, с одной стороны, высокой летальностью (в отличие от таких способов самоповреждения, как прием фармакологических препаратов или нанесение самопорезов), с другой стороны, доступностью (в большинстве случаев суициденту доступны простейшие средства для совершения суицида, такие, как веревка или шнур от электрического прибора). Частая встречаемость повешения объясняется преобладанием в обследованной выборке несовершеннолетних, проживавших не в городах, а в сельских районах, где практически исключается возможность суицида путем падения с высоты.

Выделенные в выборке демографические характеристики отличаются следующими особенностями. Разделение по полу соответствует мировой тенденции, согласно которой мужчины чаще совершают самоубийства, чем женщины. При анализе возрастных характеристик выделяется интервал с 14 до 16 лет, являющийся, согласно нашим данным, наиболее суицидоопасным. Этот возраст — переходный от подросткового к юношескому периоду — рассматривается в возрастной психологии как кризисный, что свидетельствует об особой уязвимости молодых людей. Эмоциональная нестабильность, склонность к бурному реагированию на жизненные события, неустойчивость поведения в сочетании с недостаточно сформированным самосознанием — эти особенности делают несовершеннолетних весьма зависимыми от внешних влияний и собственных ситуационных побуждений.

Социальную ситуацию развития детей и подростков в значительной мере определяют условия их жизни: проживание в городской или сельской местности, состав семьи, особенности учебного заведения, в котором они обучаются. Образуя общий контекст жизни несовершеннолетнего, эти условия могут выступать в качестве факторов, влияющих на его удовлетворенность своим существованием и таким образом способствующих или препятствующих развитию аутоагрессивного поведения. В исследованной выборке преобладали подростки из сельской местности.

Особенности родительской семьи и условий воспитания в ней традиционно рассматриваются специалистами в качестве одного из наиболее существенных социальных факторов, оказывающих влияние на формирование суицидального поведения у несовершеннолетних. При всей важности структурных характеристик родительской семьи необходимо учитывать тот факт, что само по себе воспитание ребенка в полной или неполной семье не может выступать в качестве определяющего фактора при анализе влияния семейной ситуации на формирование суицидального поведения. С одной стороны, в условиях неполной семьи ребенок вынужденно получает меньше родительского внимания. С другой стороны, в полных и формально благополучных семьях возможны конфликты, использование родителями дисгармоничных стилей воспитания, низкий уровень доверия в отношениях родителей и детей. И то и другое может выступать в качестве фактора риска девиантного поведения ребенка, в том числе аутоагрессивного, однако не имеет решающего значения. Преобладание полных семей с наличием сиблингов в обследованной выборке свидетельствует, что семьи подростков-суицидентов, даже имеющие нормативную структуру, не являлись фактором защиты детей по отношению к суицидальному поведению.

С точки зрения особенностей образовательной среды и интеллектуальных способностей подростков, абсолютное большинство из них имели нормальный интеллект, позволявший им обучаться в общеобразовательной школе на среднем уровне успеваемости.

Достаточно высокая частота зафиксированных конфликтных ситуаций соответствует представлениям о пресуицидальном периоде как характеризующемся межличностными конфликтами. Семейная ситуация, как правило, в значительной степени определяет эмоциональное и психическое благополучие человека, в особенности подростка. Несмотря на актуальность отделения от семьи и формирования независимой от родителей позиции в подростковом возрасте, семейные отношения остаются одним из факторов, обусловливающих адекватное психическое функционирование несовершеннолетнего и его способность к адаптации. Кроме того, важнейшей областью общения для несовершеннолетних являются референтные группы сверстников, в которых конфликтные ситуации также встречались.

Большое число подростков было зарегистрировано в социальных сетях, что является достаточно распространенным явлением, и, вероятно, количество зарегистрированных выше, чем зафиксировано в экспертных актах, однако эти данные могут быть связаны с тем, что в обследованной нами выборке велико количество подростков, проживающих в сельской местности и отдаленных районах, где доступность Интернета меньше. В настоящее время особую важность приобретает не только присутствие, но и характер участия подростков в сети Интернет, а также их вовлеченность в группы с обсуждением суицидальных действий как приемлемых и допустимых. При этом публикации с суицидальным содержанием на собственных страничках не являются прямым свидетельством их вовлеченностиия в группы, пропагандирующие суицидальные поступки, вместе с тем, может являться признаком обдумывания суицидального поступка или актуальностью таких идей в целом.

Данные о частоте высказываний несовершеннолетних о возможном суициде указывают на необходимость внимания к любым сообщениям подростков, которые касаются их суицидальных мыслей и намерений. Многие из тех, с кем подростки делятся своими идеями или даже планами, связанными с суицидальными действиями, не воспринимают эти высказывания как серьезные и не предполагают, что они могут действительно реализоваться. Однако суицидальные высказывания служат маркером как процесса формирования суицидальных намерений, так и показателем психологического или психического неблагополучия подростка и требуют внимания со стороны как близких, так и специалистов. Важно при этом не допускать стигматизации подростков, так как это существенно снижает комплаентность и направленность на получение помощи. Помимо суицидальных высказываний, в выборке часто встречались предшествовавшие суицидальные попытки. Это соответствует литературным данным о существенном повышении риска совершения самоубийства после однократных либо повторных попыток. В ситуациях, когда подросток оставлял предсмертную записку, следственные органы и эксперты могут провести ее анализ и в ряде случаев сделать выводы относительно мотивации суицидального поступка и его смыслового контекста в конкретном случае. Кроме того, анализ содержания записки, эмоционально-смысловой окраски высказываний подростка делает существенный вклад в квалификацию того психического и психологического состояния, в котором подросток находился в период, предшествовавший самоубийству.

При клинической оценке в проанализированных экспертных заключениях у большинства детей и подростков, совершивших суицид, наследственной отягощенности по психической патологии не прослеживалось, однако в тех случаях, когда она фиксировалась, основными предпосылками были алкоголизация родителей и наличие суицидальных попыток или завершенных суицидов в семье, что позволяет говорить об особенно неблагоприятном характере этих факторов.

Анализ общего состояния здоровья детей и подростков, совершивших суицид, демонстрирует относительно высокий процент несовершеннолетних, имеющих общесоматические проблемы.

Особенно тревожным наблюдением является низкая частота предшествующих обращений за специализированной помощью к таким специалистам, как психиатр и психолог, или однократность таких посещений. Это свидетельствует о повышенной необходимости психообразовательных мероприятий среди широких групп населения, включающих в себя и информацию о специалистах и оказываемой ими помощи в случае суицидальных высказываний подростка, высокая частота которых обсуждалась выше.

При анализе психических заболеваний у несовершеннолетних суицидентов обращает на себя внимание высокий процент психогенных психических расстройств. При анализе причин их возникновения необходимо иметь в виду как возможные психотравмирующие ситуативные обстоятельства, которые могут оказаться значимыми для подростка, так и вероятность его специфического субъективного реагирования с учетом характерных для него индивидуальных особенностей.

Низкая частота диагнозов, связанных с химическими аддикциями, не исключает того, что употребление различных психоактивных веществ является одним из ключевых факторов роста подростковых суицидов. Не имея достаточных ресурсов, чтобы справиться с эмоциональным дискомфортом, подростки зачастую прибегают к употреблению ПАВ как к одному из способов «решения проблемы». Формируется замкнутый круг, поскольку вопреки надеждам на «расслабление», употребление ПАВ еще больше повышает состояние дистресса и агрессивности, ускоряет переход суицидальных мыслей в действие, снижает способность к осознанной регуляции поведения. Последствием приема наркотических веществ могут быть измененные состояния сознания, сопровождающиеся суицидальными мыслями и действиями. Достаточно большое число подростков находилось в момент совершения суицида в состоянии опьянения, преимущественно алкогольного, однако в связи с отсутствием в ряде случаев заключений судебно-медицинских экспертиз не было предоставлено и каких-либо объективных сведений о том, мог ли подросток употреблять ПАВ непосредственно перед совершением им суицида, т. е. в действительности количество суицидов, совершенных несовершеннолетними в состоянии опьянения ПАВ, может быть выше.

Таким образом, среди типичных факторов формирования суицидального поведения у детей и подростков на фоне возрастной психоэмоциональной уязвимости несовершеннолетних выступают семейные проблемы с конфликтами, алкоголизацией и деструктивным поведением родственников, конфликты со сверстниками, что ведет к нарастанию психического напряжения, появлению психогенных расстройств. Дополнительными существенными факторами могут служить соматическое неблагополучие подростков и употребление ими психоактивных веществ. Эти характеристики, а также суицидальные тенденции несовершеннолетних (высказывания о желательности суицида, интерес к аутодеструктивной тематике, суицидальные попытки) должны рассматриваться в качестве признаков, сигнализирующих о выраженном внутреннем неблагополучии и риске суицидального поведения и требующих вмешательства специалистов.

Заключение

В настоящее время остается острой проблема эффективности существующих мер антисуицидальной направленности, в том числе в отношении подростков [8; 1; 2]. Как показывает проведенный нами теоретический анализ, несмотря на широту разработки различных подходов в отношении суицидов, проблема суицидального поведения в подростковом возрасте все еще недостаточно изучена, а ее концептуализацию можно, скорее, охарактеризовать как частичную [3; 7; 12].

Проведенный предварительный анализ эмпирического материала показал значение различных психологических и психопатологических факторов в генезе суицидального поведения детей и подростков. Дальнейшее междисциплинарное исследование позволит выявить более дифференцированные характеристики суицидов у несовершеннолетних, типичные для разных регионов России, городских и сельских условий, описать статические и динамические факторы, как предрасполагающие к аутоагрессии, так и препятствующие ей. Полученные данные могут быть использованы в профилактике суицидов детей и подростков.

Ссылка для цитирования

Литература
  1. Анализ эффективности существующих и направления разработки дополнительных мер по снижению смертности населения от самоубийств // Российский психиатрический журнал. 2017. № 1. С. 75—76.
  2. Гусева О.И., Макушкин Е.В., Клименко Т.В., Александрова Н.А. Системные проблемы комплексной профилактики аддиктивного и девиантного поведения среди детей и подростков, реализуемой в субъектах Российской Федерации в рамках Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012—2017 годы // Российский психиатрический журнал. 2017. № 6. С. 4—9.
  3. Дронова Е.Н., Растов Ю.Е. Синтагма исследований суицидального поведения // Известия Алтайского государственного университета. 2013. № 2—1 (78). С. 237—240.
  4. Кудрявцев И.А. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза (научно-практическое руководство). М.: Изд-во Моск. ун-та, 1999. 497 с.
  5. Макушкин Е.В., Байбарина Е.Н., Чумакова О.В., Демчева Н.К. Основополагающие задачи и проблемы охраны психического здоровья детей в России // Психиатрия. 2015. № 4. С.5—11.
  6. Положий Б.С., Фритлинский В.С., Агеев С.Е. Частота суицидов среди несовершеннолетних в России // Российский психиатрический журнал. 2016. № 5. С. 52—54.
  7. Равочкин Н.Н. Проблема подросткового суицида как объект междисциплинарных исследований // Молодой ученый. 2016. № 20 (124). С. 651—654.
  8. Саркиапоне М., Положий Б.С. Суициды у детей и подростков // Российский психиатрический журнал. 2014. № 3. С. 52—56.
  9. Сафуанов Ф.С. Психолого-психиатрическая экспертиза по факту самоубийства // Российская юстиция. 1995. № 12. С. 28—30.
  10. Сафуанов Ф.С. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза лица, окончившего жизнь самоубийством // Медицинская и судебная психология. Курс лекций. 3-е изд. М.: Генезис, 2009. 606 с.
  11. Фесенко Ю.А., Холмогорова А.Б. Случаи суицидов среди подростков как социальная проблема: по следам V всероссийского форума «Наши дети, здоровье детей и факторы, его формирующие» // Консультативная психология и психотерапия. 2017. Т. 25. № 2. С. 188—193. doi:10.17759/cpp.2017250212
  12. Чистопольская К.А., Ениколопов С.Н., Магурдумова Л.Г. Медико-психологические и социально-психологические концепции суицидального поведения // Суицидология. 2013. № 3 (12). С.26—36.
  13. Hawton K., Saunders K., O'Connor R. Self-harm and suicide in adolescents // The Lancet. 2012. Vol. 379. Issue 9834. P. 2373—2382.
  14. Lester D. Decades of Suicide Research: Wherefrom and where to? // Suicide Science: Expanding the Boundaries / Eds.T. Joiner, M.D. Rudd. Springer, 2007.


  15.  
Статьи по теме
 
О проекте PsyJournals.ruЛауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

© 1997–2019 Портал психологических изданий PsyJournals.ru  Все права защищены

Свидетельство регистрации СМИ Эл № ФС77-66447 от 14 июля 2016 г.

Издатель: ФГБОУ ВО МГППУ

Лауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

Яндекс.Метрика