Портал психологических изданий PsyJournals.ru
Каталог изданий 94Рубрики 51Авторы 8245Ключевые слова 20236 Online-сборники 1 АвторамИздателямRSS RSS

ВАК

РИНЦ

Рейтинг Science Index РИНЦ 2017

12 место — направление «Психология»

1,161 — показатель журнала в рейтинге SCIENCE INDEX

0,838 — двухлетний импакт-фактор

CrossRef

Психолого-педагогические исследования

Прежнее название: Психологическая наука и образование psyedu.ru

Издатель: Московский государственный психолого-педагогический университет

ISSN (online): 2587-6139

DOI: http://dx.doi.org/10.17759/psyedu

Лицензия: CC BY-NC 4.0

Издается с 2009 года

Периодичность: 4 номера в год

Формат: электронное издание

Доступ к электронным архивам: открытый

 

Некоторые аспекты воспитания личности в неполной семье (по материалам исследований российских и зарубежных авторов) 2396

Капустина В.А., доцент кафедры общей психологии и истории психологии ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет», Новосибирск, Россия, pskabinet@gmail.com
Полный текст

Воспитание детей в обществе, переходящем от детоцентристской модели семьи к супружеской, которая характеризуется предпочтением супругами личных ценностей (автономией), малодетностью при обязательном планировании деторождения, плюрализмом типов семьи, значительно усложняется за счет изменения ценностных ориентаций, ведущих мотивов создания семьи и специфики взаимоотношений в ней. Основными показателями перехода к супружеской модели семьи являются увеличение числа разводов и снижение рождаемости, которые рассматриваются представителями гуманитарных наук с двух разных точек зрения: одни видят в существующей ситуации кризис брака и семьи как социального института с сопутствующей ему утратой ценностей (UNICEF, 2004; П.Сорокин, А.Г.Харчев и др.), другие считают, что это естественная трансформация семьи, которая становится более свободной в выборе собственного развития, соответственно, и развод является логической частью брака при наличии трудностей, разногласий и проблем во взаимоотношениях (Р.Вейс, Л.Руссель, С.И.Голод, Н. Пьедра Гильен) [19, с. 49; 3].

М. Кирос (M.Quiroz) предлагает следующую классификацию семей [15, с.30–31]:

  • одиночная, или холостяцкая, семья (estructura unipersonal) – человек, который живет в одиночку. В основном, это взрослые люди, в том числе пожилые, которые сознательно или вследствие вдовства ведут одиночный образ жизни;
  • неполные семьи (familia monoparental) – семьи с одним родителем. Здесь выделяют следующие типы: разведенная, вдовствующая, осиротевшая, временно разделенная в связи с отъездом одного из родителей;
  • консенсуальные союзы или гражданский брак (uniones consensuales), предполагающий совместное ведение домашнего хозяйства, участие в общественных мероприятиях в качестве семейной пары при отсутствии официального оформления брачного союза;
  • семья реконструированная (familia reestructurada) — семья, возникшая в результате заключения повторного брака с тем же партнером, когда один или оба партнера имели другие семьи и развелись. Новые семьи часто имеют как общих детей, так и детей от разных отцов или матерей. Основная сложность таких семей состоит в том, что возможно повторение предыдущего сценария взаимоотношений, повлекшего первое расторжение брака;
  • семья вторичная (familia agregada) – семья двух разведенных партнеров с детьми из предыдущих браков, которые вступают в брак друг с другом. Такой союз часто сопровождается разделением детей на своих и чужих;
  • приемная семья (familia adoptiva) – результат усыновления ребенка, независимо от кровного родства;
  • семья совместного домашнего хозяйства или домашней группы (hogar o unidad domestica) – своего рода стратегия выживания, когда люди объединяются добровольно, чтобы увеличить экономию средств. Вариантами семьи данного вида можно считать монастыри, дома престарелых, казармы и т.д. В России наибольшее распространение семья такого типа получила среди довольно молодого, преимущественно городского, населения, когда двое и более людей снимают комнату или квартиру и ведут совместное домашнее хозяйство, хотя российские ученые не выделяют такой тип сожительства в отдельный вид семьи.

Цель данной статьи – анализ воспитательного потенциала неполной семьи, получившей широкое распространение в современном обществе.

Высокая доля детей, которые воспитываются в семьях без одного или обоих родителей, характерна для России в целом и составляет 23%, особую тревогу вызывают те регионы, где она превышает 25%. Например, в Москве, она составляет 34%, т. е. больше трети от общего числа детей до 18 лет во всех семьях. Следом по численности таких детей идут Санкт-Петербург и Чукотский автономный округ, где эта доля равна одной трети (33%). В Новосибирской области доля неполных семей составляет 21,8% (по данным  переписи 2002 г.)[13; 9].

Выделяют три основных причины формирования неполных семей: внебрачное рождение, вдовство, развод.

Россия пока не относится к числу стран с самой высокой долей внебрачных рождений, но она уже обогнала в этом отношении многие европейские страны; доля внебрачных рождений у россиян и в городе, и в селе быстро растет. Сейчас эта доля выше уровня послевоенного 1945 г. (24,4% в 1945 г. против 30% по данным микропереписи 2005 г.), когда высокая доля таких рождений имела демографическое объяснение: ее причины коренились в огромной нехватке мужчин молодых и средних возрастов [8, с.39].

Учитывая такие современные тенденции развития института семьи, как увеличение числа людей, не стремящихся вступать в брак и создавать серьезные отношения, развитие института приемной семьи, повышение размеров материальной помощи монородительским семьям, усиление миграционных процессов по всему миру,  мы можем выделить следующие дополнительные причины возникновения неполных семей:

  1. усыновление ребенка человеком, не имеющим постоянного партнера;
  2. отъезд отца или матери на заработки или постоянное место жительства в другой город или страну, когда семья делится на две части, причем каждая из них может состоять из родителя и ребенка, если детей в семье несколько.

В соответствии с ведущими причинами возникновения выделяют основные типы неполной семьи: внебрачную; осиротевшую; разведенную; распавшуюся. Дж.Миллар и С.Баррон (J. Millar, S. Barron Lopez) предлагают различать неполные семьи также и по времени существования монородительства, т. е. делить их на краткосрочные (временно неполные) и долгосрочные [16, с.15]. В этом случае под временно неполными подразумеваются семьи, лишенные одного из родителей в связи с его эмиграцией, длительными командировками, лишением свободы, тяжелой болезнью и т.д., а под долгосрочными — семьи, в которых возвращение родителя не предусматривается по причине развода или смерти. Данное условие классификации, по мнению С.Баррон, нужно ввести для изучения динамики процессов, происходящих в таких семьях, и их влияния на воспитание детей, а также на психологическое самочувствие всех членов семьи.

Мы рассматриваем воспитание как «процесс целенаправленного влияния на обучаемого, целью которого выступает накопление им необходимого для жизни в обществе социального опыта и формирование у него приемлемой для общества системы ценностей» [10 с.177]. Ограниченный круг основных социальных ролей, которые узнает ребенок в неполной семье, ведет к тому, что ребенок мало знакомится с социальным опытом людей, что может отразиться на его развитии.  Практически ему знакома одна социальная роль – его матери (или отца, в зависимости от того, с кем живет ребенок). В связи с этим рассмотрим существующие в науке представления о матерях-одиночках.

В результате проведенного С.С. Даниловой исследования выяснилось, что половина от общего числа респондентов (N=100) скорее положительно настроена в отношении одинокого материнства. В зависимости от пола оценки респондентов имеют некоторую специфику: положительно относятся к одинокому материнству 56% женщин и 43% мужчин, при этом мужчины склонны считать материнские семьи менее успешными на фоне нуклеарных семей в силу того, что воспитанием детей и содержанием семьи занимается одна женщина; они делают акцент на значимости в этом процессе отца. Причем мужчины выражают нейтральное и даже безразличное отношение к решению женщины родить ребенка вне брака [4, с. 139]. По данным Hernandez R.L. и Gonzalez Ramirez M.T [17, с.153–154], имеются значимые отличия (по критерию Манна–Уитни p<0,01) между матерями из  полных семей (N=107) и неполных семей (N=33) по субшкалам эмоциональной поддержки, групповой поддержки, оценочной поддержки, при этом нет отличий по инструментальной  поддержке (опросник MOS Social Support Sherbourne, Stewart [20]). Другими словами, матери-одиночки получают такую же практическую помощь (например, материальную), как и женщины, воспитывающие детей в полной семье, но при этом они значительно меньше ощущают поддержку от своих друзей, родственников в виде эмпатии, заботы, вовлеченности, готовности выслушать, похвалы, знаков уважения.

Образ одинокой матери, по результатам исследований и российских, и зарубежных социологов (С.С. Данилова [4], M.C. Del Angel Castillo, M.T. Herrera [14, c.406]) , таков: это женщина, возраст которой не достигает 20 лет, имеющая неполное среднее образование, воспитанная в неблагополучной семье, в которой отсутствовало должное внимание со стороны родителей.

Неоднозначное отношение общества к феномену одинокого материнства, в том числе негативное восприятие внебрачной беременности родственниками,  является одной из причин отказа незамужней женщины от ребенка. Исследование девиантного поведения матери, проведенное В.И. Брутманом, А.Я. Варга, И.Ю. Хамитовой [2, c.84–86], показало, что «отказница» происходит из давно и глубоко нарушенной семьи (разводы и физическое насилие регистрируются уже в поколении  бабушки «отказницы»), где у нее  не было возможности сформировать родительскую позицию, где существует традиция отказа от ребенка и самые близкие и хорошие отношения отмечаются  с отцом, описываемым как пассивный алкоголик. Будущая «отказница» отвергалась своей матерью с детства. Эта материнская  депривация не дала ей возможности осуществить естественный процесс идентификации с матерью как на уровне психологического пола, так и при формировании  материнской роли.

Нестабильное эмоциональное состояние матери-одиночки и ее загруженность на работе могут сказываться и на здоровье ребенка. Сравнительный анализ, проведенный М.А. Пуниной, Ж.Г. Чижовой, В.Н. Шестаковой [12, c.24] в группах детей с учетом статуса семьи, показал, что у детей из неполных семей чаще возникали  нарушения состояния здоровья, переходящие в хронические заболевания (28,5% против 22,5%). Следует подчеркнуть, что у детей из полных семей темп нарушения состояния здоровья был медленнее, хроническая патология формировалась реже, а количество здоровых детей было достоверно выше. Отмечено, что при поступлении в школу у детей из неполных семей в структуре заболеваний преобладали нарушения сердечно-сосудистой системы, желудочно-кишечного тракта, центральной нервной и костно-мышечной систем. Во время обучения в школе, по данным M.C. Del Angel Castillo, M.T. Herrera [14, c.406], дети из неполных семей чаще испытывают проблемы со здоровьем, более подвержены несчастным случаям, травмам и отравлениям. Риск не окончить школу у таких детей составляет 49%, в то время как тот же самый риск у детей из полных семей находится на уровне 25%.

Некоторые особенности воспитания в неполной семье наиболее ярко проявляются в подростковом возрасте. По данным К.Б. Зуева [7, с.332], у подростков из полных (N=219) и неполных семей (N=106) существуют различия в индивидуально-личностных характеристиках, которые носят незначительный характер и имеют специфику в зависимости от пола подростка. Мальчики из неполных семей, по сравнению с мальчиками из полных семей, на сознательном уровне представляют материнское воспитание как более непоследовательное, а на неосознанном уровне – как более позитивное. У девочек из полных семей лучше выстроены представления о типичных поло-социальных ролях по сравнению с девочками из неполных семей. В неполных семьях подростки вне зависимости от пола воспринимают воспитательные тактики матери как более автономные и непоследовательные.

Исследования представлений о будущей семье у подростков (N=187) из полных и неполных семей и детских домов с помощью методики «Рисунок семьи» (в модификации Кормана) Е.В. Алфеевой и В.А Мкртумян [1, с.79] привели к следующему результату: практически никто из подростков из неполных семей не изобразил родительскую семью. Это указывает на то, что подростками тяжело переживается отсутствие отца в семье, особенно если это обстоятельство сопровождается также материальными трудностями. Агрессия, враждебность к родителям, отвержение их, обиды ярко проявляются в рисунках подростков из неполных семей и детских домов, в то время как у подростков из полных семей такие проявления полностью отсутствуют. Было выявлено также, что на представления мальчиков о будущей семье в большей степени влияют проблемы материального плана (например, чем ниже материальный статус родительской семьи, тем тревожнее образ будущей семьи у подростков). На девочек большее влияние оказывает не материальное благополучие, а полнота семьи. На рисунках будущей семьи тревожность, конфликтность, неполноценность семейной ситуации в большей степени отражается у девочек из неполных семей и детских домов, чем у девочек из полных семей.

В то же время некоторые исследования наглядно демонстрируют, что у воспитания в неполной семье есть и свои положительные стороны. И.Ф. Дементьева приводит следующие результаты, проведенного ею опроса [5, c.111–112]: на этапе выбора профессии дети из неполных семей проявляют больший практический расчет и меньше романтических порывов, чем дети из полных семей. Свидетельством тому могут служить их более высокие требования к оплате труда,  гарантиям от безработицы, экологической безопасности. Особо следует отметить стремление детей, чьи родители развелись, к самостоятельной работе: мальчики из неполных семей стремятся иметь самостоятельную работу, не связанную с регламентом и не подотчетную кому-либо. Привыкнув в материнской семье к более высокой личной ответственности и отсутствию жесткого контроля, они высоко ценят это качество в профессии. Стремление к самостоятельности свидетельствует о более высокой социальной зрелости этих детей, об их более ранней личностной идентификации.

Тем не менее на этапе получения высшего образования, по данным B.I. Montoya Flores и R.L. Hernandez, у студентов, воспитанных в полных семьях (N=92), выше самооценка (методика Розенберга, t=2,96, p<0,01) и удовлетворенность жизнью (методика оценки удовлетворенностью жизни Diener and cols, t=2,45; p<0,01), чем у студентов из неполных семей (N=48) [18, с. 120–121].

Существенные отличия у людей, воспитанных в неполной семье, имеются в установках при создании собственной семьи. С.О.Докучаева в своем исследовании (N=49) говорит о следующих особенностях таких супругов: женщины, в родительских семьях которых был развод (N=10), до замужества реже других указывали целью своего брака «возможность заботиться о любимом человеке» и желание «иметь заботливого супруга, обеспечивающего комфортное существование», при этом сами чаще других были «готовы выполнять любую работу, не деля ее на мужскую и женскую». У них велико стремление к созданию семьи, но первоначальная установка выйти замуж «навсегда» после замужества вовсе исчезает. Для сохранения хороших отношений супругов и женщины, и мужчины (N=6) из неполных семей до заключения брака с существенным отрывом от других позиций называли «необходимость общих взглядов и интересов», оставляя практически без внимания такой важный прием, как «готовность идти на компромиссы», который был явно лидирующим у тех, кто вырос в полных семьях. И мужчины, и женщины, выросшие в неполных семьях, охотнее других  рассчитывают на помощь друзей, окружающих, готовы принять чью-то  поддержку, в отличие от остальных, в большей степени рассчитывающих на себя, не желающих обсуждать с кем-либо свои проблемы и переживания [6, с.44, с.52–53].

Если рассматривать сплоченность семьи как фактор ее благополучия, способствующий сохранению брачного союза, то сплоченность семьи включает в себя эффективность межличностного общения, эмоциональную идентификацию с семьей, семейные ритуалы. Анализ ответов людей, имеющих или имевших супружескую семью, проведенный Л.Ф. Обуховой и И.Н. Дворниковой [11], показал, что репертуар семейных ритуалов различается в зависимости от типа семьи. Респонденты из полной семьи чаще всего называют, эмоционально и подробно описывают разнообразные ритуалы, связанные с жизнью семьи, с общепринятыми и семейными праздниками. Респонденты из неполных семей чаще всего называют ритуалы, связанные с организацией жизни семьи и семейных праздников. Матери-одиночки указывают только ритуалы, связанные с встречей семейных праздников, общепринятых праздников и совместным отдыхом, в семьях вдовы (вдовца) называются ритуалы, связанные с организацией жизни семьи и празднованием семейных событий.

При высокой субъективной оценке сплоченности семьи традициям и ритуалам отводится значительная роль в гармоничном функционировании семьи, существует мотивация к их сохранению и передаче  подрастающим поколениям, а также к обогащению накопленного репертуара семейных традиций. В рамках психологической работы с неполной семьей мы можем использовать формирование семейных ритуалов как средство улучшения взаимоотношений в семье, независимо от ее структуры. Создание нового ритуала должно исходить из особенностей конкретной семьи и способствовать возникновению конструктивных образцов поведения.

Таким образом, неполная семья хотя и сталкивается с рядом объективных трудностей, но обладает достаточным потенциалом для полноценного воспитания детей. Психологи и члены семьи могут способствовать развитию необходимых умений и качеств для предотвращения негативных последствий сложившейся ситуации и преобразования семейного сценария.

Ссылка для цитирования

Литература
  1. Алфеева Е.В., Мкртумян В.А. Изучение представлений о будущей семье у подростков из полных и неполных семей и детских домов с помощью методики «Рисунок семьи» в модификации Корман //Семья и родительство – XXI век: Сборник научных трудов всероссийской Интернет-конференции с международным участием/ Под ред.  Р.В. Овчаровой. Курган, 2009.
  2. Брутман В.И., Варга А.Я., Хамитова И.Ю. Влияние семейных факторов на формирование девиантного поведения матери // Психологический журнал. 2000. Т. 21. №2.
  3. Голод С.И. Перспективы моногамной семьи: сравнительный межкультурный анализ // Журнал социологии и социальной антропологии.  2003. Том VI. №2.
  4. Данилова С.С. Одинокое материнство в общественном мнении // Социологические исследования. 2009.  № 5.
  5. Дементьева И.Ф. Негативные факторы воспитания детей в неполной семье //Социологические исследования. 2001. № 11.
  6. Докучаева С.О. Влияние родительской семьи на построение супружеской семьи в следующем поколении // Психологическая наука и образование. 2005. №3.
  7. Зуев К.Б. Психологические особенности подростков из неполных семей //Вестник Томского государственного университета.  2009. № 324.
  8. Михеева А.Р. Брак, семья,  родительство: социологические и демографические аспекты: Учеб. пособие.  Новосибирск, 2001.
  9. Михеева А.Р. Риски безнадзорности в современной России //Материалы научно-практической Интернет-конференции «Экономика России и Сибири: прошлое, настоящее, будущее» [Электронный ресурс]. Новосибирск, 2008. Режим доступа: http://econom.nsc.ru/conf08/info/Doklad/Miheeva.doc
  10. Наливайко Н.В. О формировании концепции философии воспитания //Философия образования. 2009. №3.
  11. Обухова Л.Ф., Дворникова И.Н. Ритуалы как психологическое средство формирования сплоченности семьи //Психологическая  наука и образование. 2008.  №4.
  12. Пунина М.А., Чижова Ж.Г., Шестакова В.Н.и др. Состояние здоровья детей из неполных семей и их готовность к школьному обучению // Поликлиника. 2006. № 1.
  13. Синельников А.Б. Типы семей и демографическая политика в России //Демографические исследования [Электронный ресурс]. 2010. №4 . Режим доступа: http://www.demographia.ru/articles_N/index.html?idR=5&idArt=418
  14. Angel Castillo M.C., Herrera M.T. The Lack of Academic Achievement in the New Family Structure // Universitas Psychologica (Bogota, Colombia). 2008.  Vol.7.
  15. Araque F., Rodriguez X. Familias y discurso escolar //Omnia (Costa Rica). 2008.  №2.
  16. Barron Lopez S. Familias monoparentales: un ejercicio de clarificacion conceptual y sociologica //Revista del Ministerio de trabajo y asuntos socials ( Espana). 2002. №40.
  17. Hernandez R.L., Gonzalez Ramirez M.T. Apoyo social en mujeres de familias  monoparentales y biparentales//Psicologia y Salud ( Xalapa, Mexico). 2006. Vol.16. №002.  
  18. Montoya Flores B.I., Hernandez R.L. Satisfaccion con la vida y autoestima en jovenes de familias monoparentales y biparentales //Psicologia y Salud (Xalapa, Mexico). 2008.  Vol.18. № 001.
  19. Piedra Guillen N. Transformaciones en las familias: analisis conceptual y hechos de la realidad //Revista de Ciencias Sociales (Costa Rica). 2007. Vol. II. №116.
  20. Sherbourne C.D., Stewart A.L. The MOS Social Support Survey //Soc. Sci.Med. (Great Britain). 1991. Vol.32. №6.
Статьи по теме
 
О проекте PsyJournals.ruЛауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

© 1997–2019 Портал психологических изданий PsyJournals.ru  Все права защищены

Свидетельство регистрации СМИ Эл № ФС77-66447 от 14 июля 2016 г.

Издатель: ФГБОУ ВО МГППУ

Лауреат XIV национального психологического конкурса «Золотая Психея» по итогам 2012 года

Яндекс.Метрика