Портал психологических изданий PsyJournals.ru
Каталог изданий 119Рубрики 53Авторы 9266Новости 1834Ключевые слова 5095 Правила публикацииВебинарыRSS RSS

РИНЦ

Рейтинг Science Index РИНЦ 2019

72 место — направление «Психология»

0,116 — показатель журнала в рейтинге SCIENCE INDEX

CrossRef

Язык и текст

Издатель: Московский государственный психолого-педагогический университет

ISSN (online): 2312-2757

DOI: https://doi.org/10.17759/langt

Лицензия: CC BY-NC 4.0

Издается с 2014 года

Периодичность: 4 номера в год

Формат: сетевое издание

Язык журнала: Русский, английский

Доступ к электронным архивам: открытый

 

Эсхатологические мотивы в рутульской поэзии 321

|

Сулейманова Т.А.
кандидат филологических наук, доцент, Дагестанский государственный технический университет, Махачкала, Россия
e-mail: Suleimanova14@mail.ru

Полный текст

Отношение к смерти  в стихотворениях  Юсифа (Меджидова Гаджи-Юсуфа)  светлое, доброе, он относится к жизни и смерти с пониманием, только просит Бога об одном – дать уверенность, что жизнь и после его смерти будет так же продолжаться (Зы ана ки, адишне  ки “Со мной и без меня”):

 

Юсиф

 

Зы ана ки, адишне ки

 

Дуьнйаа гьаман дуьнйаа виъи

Зы ана ки, адишне ки,

Йыгъ ки йиъи, выш ки йиъи

Зы ана ки, адишне ки.

 

Хьиде быт1рад лувзур а къваз,

Гьавыди дурныймыд аваз,

Ливес виригъ, луьвч1уси ваз

Зы ана ки, адишне ки.

 

Са кар а Йинчидаа  йаъа1д –

Са йик1иклаа мыъыйне кьва1д,

Йыкьас, хьур, хьад, йыкьас, хьур, кьы1д

Зы ана ки, адишне ки.

 

  

 Со мной и без меня

Земля останется землей

Всегда - со мной и без меня.

День-ночь, меняясь чередой,

Пройдут - со мной и без меня.

 

Прекрасный лебедь на волнах,

Крик журавлиный в небесах,

Восход, закат - как на часах,

Пройдут. Со мной и без меня.

 

Не дай сомнений, Боже, в том,

Что продолжают колесом

Весна с зимою день за днем

Свой путь - со мной и без меня.

                                   (Перевел с рутульского Ф. Дашлай)

 

            Быч1быр кал и зы

 

Ыхьа1 лидкьыд, амма к1ыб къуру йишид,

Лаъ банымыы лидкьыд быч1быр кал и зы,

Са дамджи хьидихда сусатмиш йишид,

Къурахара гьудхьуд быч1быр кал и зы.

 

Аман мабдиш, вахьде миннет ваъадхьур,

Тамам ры1хъ вишири ваала йик1 гьудхьур,

Йыгъа-выше выды гьа1срат диъидхьур,

Ц1инды сырыы сихьид быч1быр кал и зы.

 

Ва дамах ваъара, зас вылц1ара дагъ,

Ва ливк1ва выъыри маннийды чирагъ,

Гьы1джрандид хаста и йишир а таптах,

Ругума хаагъур а быч1быр кал и зы.

 

Гьеми дуьнйаа зас дар виъи, назлы яр,

Ми гъу1няала кам диш дердед-къамдид бар,

Гьу1мирдиды быч1ис к1ыб йывхы1р а хар,

Виран йишид багъдид быч1быр кал и зы.

 

Ваала гирк1ыд кар, валлагь, захда адиш,

Юсифыс ра1гим ваъас инсаф вахда диш,

Джандихда гьа1л, улаба нур амаадиш,

Хумухун к1ер сидхьуд быч1быр кал и зы.

 

    В стихотворении  Гьай Йиниш  “О Аллах!”  Юсиф  бунтует против бессмысленности жизни и смерти, обращаясь к Богу с просьбой, почти требованием, разъяснить ему причину появления его на свет, но в конце стихотворения выражает смирение с уделом человека, вспоминая, что этот мир покинули даже такие великие поэты, как Омар Хайям:

 

Гьай Йиниш!                                                 О Аллах!

 

Зы дишне ки ливеси                                     Я умру, но освещен,

Гьеми ваз, гьеми виригъ,                              Будет солнцем небосклон,

Хабар джившир, руъуси                              Не меня не находя,

Гьу1мирдиклаа гьеми йыгъ.                        Серп луны обыщет дом.

 

Зы накьудиклаа гьыъыр,                              Ты из праха сотворил,

Гене закляа накьв хъывыъыр,                      Ты и в землю обратил,

Бес зы гьыъын яратмиш                               Цель мне жизни, о Аллах,

Ма1гьна шивий, гьай Йиниш?!                    Что же Ты не объяснил?!

 

Варагъыр эджелдид джам,                           Выпив свой последний джам,

Гьаархы1ри кьа1сды Ха1йям…                   Мир покинул сам Хайям…

Юсиф, артухда тама1гь                                           Юсиф, большего желать

Зас гьа1рам и, зас гьа1рам…                                   Нам харам, нам харам…

                                                                       (Перевод С.М.Махмудовой).

 

   Тему жизни и смерти поднимает в своих произведениях и Шафи

Ибрагимов. Так, в стихотворении “Гьеч е кьа1се джудгъу1д хьур ай”  (“Думал, что никогда не состаримся”) поэт размышляет о закате человеческой жизни, обращаясь со старостью как со своим другом, правда, нежеланным. Стихотворение “Гьеч е кьа1се джудгъу1д хьур ай” построено в форме диалога со старостью, которую поэт называет другом, товарищем:

 

Йыкьа, дуст, аъ хала йыкьа,                                    Заходи, друг, домой зайди,

Гьеч е кьа1се джудгъу1д хьур ай!               Эту старость мы не ждали,

Йыкьа, ер вац1ара, сукьа,                            Уж известно, куда пройти,

Гьеч е кьа1се джудгъу1д хьур ай!               Эту старость мы не ждали!

 

Гуьзгуь хьура гехъеэлъэрдиш,                    От зеркал мы  не отходим,

Ч1удха1рмыклаа аман мабдиш,                  По морщинам  взгляд  проводим,

Ми дердес са дарман мабдиш,                    А спасенья не находим,

Гьеч е кьа1се джудгъу1д хьур ай!               Эту старость мы не ждали. 

 

Гьу1мир гьаабхы1р са мемзил кал,                        Жизнь прошла, как миг короткий,

Къайгъусызды дебдебил кал,                       Словно легкий мотылек жил,

Хьадис лидхьуд быч1ид ил кал,                  Словно запах роз далекий,

Гьеч е кьа1се джудгъу1д хьур ай!               Эту старость мы не ждали.

 

Амма йик1ис хабар адиш,                           Сердце же не понимает,

Гьеч джудыбыр аа силхьеэрдиш,                И надежд не забывает,

Зы кьа1се  и -  йидж кьа1се диш                  Что я стар – не принимает,

Гьеч е кьа1се джудгъу1д хьур ай!               Эту старость мы не ждали.

 

Кьа1свалды, дуст, бар викиси,                    Старость, друг, обузой будет,

Эхир бейхабар йикиси.                                И конец внезапным будет,

Эккед дуьнйаа дар викиси,                           Белый свет нам тесен будет,

Гьеч е кьа1се джудгъу1д хьур ай!               Эту старость мы не ждали. 

           

Кьу1нийды арыди викий,                             Одиноким пусть не стану,

Кьа1сва1лис джус гьа1йиб йикий,               Пусть родная будет рядом,

Хъерешесды са яр рикий,                            Пусть  она по мне заплачет,

Гьеч е кьа1се джудгъу1д хьур ай!               Эту старость мы не ждали!

                                                                       (Подстрочный перевод С. Махмудовой)               

 

   Поэзия Нурахмеда Рамазанова отличается юмористическим отношением к жизни, к своим проблемам и проблемам всех вокруг, он воспринимает жизнь весело, находя удовольствие во всем, что происходит вокруг него. Так же воспринимается им и старость: И рынка нет продать ее кому-нибудь другому, старость.

         

    Старость

 

Друзья, была и не нужна

Мне изначально эта старость.

Откуда же взялась она?

Мое мученье, эта старость.

 

Лишает свежести юнца

И ослабляет удальца.

Гость нежеланный у крыльца -

Ко мне домой ввалилась, старость.

 

Ходить мне трудно стало с ней,

Вручила палку в руки мне.

Свинцовым грузом на спине

Уселась нагло, эта старость.

 

Нет. Старость, это не мое.

Уж очень зол я на нее.

И рынка нет, продать ее

Кому-нибудь другому, старость.

 

Да, Нурахмеду не везет.

Покоя больше не найдет.

Меня в могилу уведет

Беда большая, эта старость.

           (Перевел с рутульского Ф. Дашлай)

 

 

Кюр-Раджаб – это классик рутульской, лезгинской и азербайджанской поэзии, входящий в число лучших десяти ашугов Азербайджана, творивший на рутульском, лезгинском, тюрки. Стихотворения его отличаются поэтической виртуозностью и жанровым богатством. Вся любовная лирика Кюр-Раджаба посвящена его любимой Гури, с которой они так и не смогли быть счастливы вместе.  Уже умирая, на смертном одре, Кюр-Раджаб поёт о Гури, зовя ее проводить его в последний путь. Последние трагические  песни Раджаба о Гури были спеты им уже  в полубреду:

 

Яр йиркьыриме?

 

Лы1хды къашбыр, даныы гьинду2  ук1 гъады,

Кьамч1елийбыр зас г1ар вишиды идды,

Джуды хылире зас хъывыс ук1 хьидды,

Шалбузад сыв леэвир, яр йиркьыриме?

 

Гъу1дигенед бейде йиркьыр, изды яр,

Хылабыр мыхрыма ихьис, изды яр,

Зы йикьимаа бейде суркьус, изды яр,

Джаназадыы решес яр йиркьыриме?

 

Хесте Раджаба куьч гьаъаси гьамыъ,

Джасаддыы  джыбрад хьедбыр саъаси гьамыъ,

Кьван кидишды ухун лывъаси гьамыъ,

Кафан гьат1усды яр йиркьыриме?

 

           

            Пришла ли?

 

Моя чернобровая, с индийскою родинкой,

Чьи косы, как змеи, меня задушили,

Последнюю чашу воды не подносит ли,

Шалбурз перейдя, не пришла ли любимая?

 

Подойдя к моему изголовью, любимая,

Руки возложит на грудь мне любимая,

Последний мой вздох ты не примешь, любимая,

Поплакать над мертвым пришла ли Гури моя?

 

Твой мир покидает влюбленный  Раджаб теперь,

Чужие омоют безжизненный труп теперь,

В рубашку без пуговиц оденут меня  теперь –

Хоть саван набросить пришла ли любимая?

(Перевод на русский язык С. Махмудовой)

 

 

 

Скорее всего, Гури не пришла. Раджаб сам  посылает ей весть о своей смерти:

 

Зы йишир

 

Гьа1срат эбир кал сувгъуре улабаа,

Кьурукь йишир, хьыблиде хад зы йишир,

Тамарзы и, хылаб лийкьайш хылабаа,

Арзуманбыр джанде адгыд зы йишир.

 

Са яр риъи фикирди, хийылди ад,

Гуьлябатын-ялыхъ кьулуу лывъад гвад,

Гьу1мир Гьу1ри гуьзет раъар либхьур ад,

Байкъуш кал, ригиде лузуд зы йишир.

 

Захьван ихтилатбыр гьыъыр, йа1хъ гьыъыйш,

Улабад нагъв темиз выъыр, йа1кв гьыъыйш,

Шыв гьаъасди: къадри вац1ыр, рак аъыйш,

Выды дердбыр ла1шур, быркьа1 зы йишир.

 

Риинбыр на на1гьнибыр рухьура за,

Дживан гьу1мир ливири ярад яса,

Раджаб йикьир, хул ваъабишды сесаа

Гьу1ри, рыкьа, захда решес… Зы йикьир. 

            Я был

 

Страсть, как кровь, сочится у меня из глаз –

Как с листочком ветер, жизнь играется,

Я в любви твоей давно уже увяз,

Ты ж страданья доставлять стараешься.

 

В думах о любимой изнываю я,

Все изысканней ты одеваешься,

Всю жизнь Гури увидать пытаюсь я,

Будто вор, у двери встать стараюсь  я.

 

Все сказал – улыбки не увидел я,

Слезы вытер – солнца не обидел я,

От любви жизнь наша не зависела,

Я ослеп, себя найти стараюсь я.

 

Песни словно плачи по тебе пою,

Только страстью по тебе ещё живу,

С тем, кто плачет обо мне, когда умру,

Приходи поплакать, Гури,… умираю я.

(Перевод на русский язык С. Махмудовой)

 

 

 

Кюр-Раджаб до последнего своего вздоха ждет Гури, не думая о смерти, хотя являлся глубоко верующим человеком, написавшим  цикл духовных стихотворений:

 

Аман

 

Йыгъ-йыгъаала дердимыра йик1 ац1ас,

Гьу1мир шууна лаавалт1урди, гут1ур а,

Фана-дуьнйаадид къаст-къерез шыв гьац1ас,

Йыхва1лихьван бааджагьат гахъаабгъура.

 

Рыгар ришид йиркьыр изды хияла,

Рапад валыг лыъыр, гаркъыр хылаала,

Ва1гьда тамам вишир, увц1ур пийала,

Къуру йишир япрахбыр1 багъад изды.

 

Азраил лувзур а къастыде – зы гыргас,

Са аман хъывылц1ад – яр-дуст, шу гьагвас,

Белки руръуд Раджабыс угъур ваъас,

Гьу1ри-къылман2 дур гъад гьа быт1рад изды.

 

Азраил, гыргас зы йиганахъун,

Ти дуьнйаадыы гьамыъ ер зас анахъун,

Фана-дуьнйаа за сабтыр йиганахъун,

Гьу1ри-къылман хъарака, аман изды!

 

Зы йикьийне

 

Гьай быт1рады, выды къашбыр лаъ джугъу1д,

Илсанаше хабар выр, зы йикьийне,

Маддыбишис къайгъу джувгъу1д, къам джугъу1д,

Вакляа риъи марад янан, зы йикьийне.

 

Амыйхь, яраб, ми дуьнйаадытухдыбыр,

Ярад белаа игъивед не йыхдыбыр,

Нин-ришире лаъас кьулу лы1хдыбыр,

Ваъас виъи йикь-шиван, зы йикьийне.

 

Эджелдид джам увц1ур, йыгъ мадиш быгаад,

Ранг къыба1 хъишир а гьу1мирдид хукад,

Ун йишийне: Раджаб мардиш, гьахъджагвад,

Хабар ибхьус Дагъыстанди, зы йикьийне.

 

 

            Когда я умру

 

Красивая,, дрогнут ли брови любимой,

Когда скажут тебе, что я умер?

Не будет печали в стенаньях незримых,

Плачь  обо мне, когда скажут – я умер.

 

 

Страдавших всю жизнь, как я, не бывает,

Чужую судьбу никто не облегчает,

Любимая, жизнь меня покидает,

Одень по мне  траур, что я уже умер.

 

 

Сегодняшний день мою жизнь завершает,

С осеннего дерева листва опадает,

Что больше Раджаб тебя не ожидает,

По плачу поймешь в Дагестане, я умер.

(Перевод на русский язык С. Махмудовой)

 

 

     Малла Тураб

Малла Тураб – ашуг XIX века, достигший таких высот в духовном развитии, что его признавали святым, был в молодости  влюблен, но когда он уехал заработать на свою свадьбу, его любимая умерла. И возвращающийся домой  Малла Тураб, мечтавший о счастье,  попал внезапно уже на ее похороны. Известно, что юноша  попросил людей позволить ему вырыть ей могилу и вырыл ее голыми руками, окропив всю могилу своей кровью.

   Малла Тураб не смирился со смертью девушки и просит ангелов смерти рассказать ему, что она сказала в свой судный момент, вспоминала ли она его, просит этих ангелов передать им, что он спрашивает о ней. Следует сказать, что такого страдания, когда влюбленный юноша обращается к ангелам смерти за вестью о любимой, не описано другими авторами:

 

Та юная, ставшая милою мне,

Ответьте, Мункар и Накир*, что она вам сказала?

Ведь вы же свой суд совершили над ней,

О, сжальтесь,  Мункар и Накир, что она вам сказала?

 

Она молодою из жизни ушла.

Обман, скажут все. Не поверят ушам.

Сказали бы ей, как страдает Малла!

Ответьте, Мункар и Накир, что она вам сказала?

 

Сквозь пламя любви, обжигаясь, прошел.

Углем сердце стало. С ума я сошел.

Тураб  мое имя - сказать ей пришел.

Ответьте, Мункар и Накир, что она вам сказала?

                                                                   (Перевел с рутульского Ф. Дашлай)

 

Мунка́р и Наки́р— в исламской эсхатологии ангелы, которые допрашивают и выносят приговор мёртвым.

 

Джамесеб Саларов

Джамесеб Саларов – классик рутульской поэзии,  сам кладет себе на могилу три цветка и просит любимую вспомнить о нем, когда увидит эти цветы:

 

Три цветка.

 

Как-то заметил, цвели на майдане

Красный цветок, желтый  цветок и мак полевой.

Чтобы сорвал я их, будто бы ждали

Красный цветок, цветок желтый и мак полевой.

 

Белый и пестрый меж ними встречались,

Все они будто б о чем-то общались.

Ярче средь всех три цветка выделялись -

Красный цветок, желтый  цветок и мак полевой.

 

Красный цветок красотой отличался,

Желтый цветок нежно мне улыбался,

Кончик у мака темнее был малость.

Красный цветок, желтый  цветок и мак полевой.

 

Все три цветка я, наверно, сорвал бы,

Чтобы как память со мною остались,

Знаком любви своей милой отдал бы

Красный цветок, желтый  цветок и мак полевой.

 

Дождь, с неба лейся, печали смывая,

Пусть Джамесеба Она вспоминает,

Как на могиле его расцветают

Красный цветок, желтый  цветок и мак полевой.

                                                 (Перевел с рутульского Ф. Дашлай)

 

  Таким образом, печать по закату жизни и уходу из нее для рутульских ашугов светла, они относятся к смерти без боли, страха, без слез. Они шутят со смертью и старостью (Нурахмед Рамазанов),  выставляют им свои условия, чтобы над ними обязательно плакала любимая, (Шафи Ибрагимов),  Кюр-Раджаб совершенно не думает об этом печальном закате жизни и даже в последнем бреду просит, чтобы саван сшила для него любимая и даже сам посылает весть о своей собственной смерти. Малла Тураб   протягивает мост  от себя до любимой, которая находится на том свете, умоляя ангелов смерти быть посредниками. Юсиф – эстет и гуманист, что он подтверждает всей своей поэзией, просит у жизни только одно – уверенности, что жизнь на земле будет продолжаться и после его ухода из жизни.

Ссылка для цитирования

Литература
  1. Ибрагимова Ф. М. Народная лирика рутулов, агулов, цахуров: исследования и тексты. Махачкала, 2008.
  2. Дергачева И.В. Типология Синодиков в русской письменности XV-XVII веков//Методические рекомендации по описанию славяно-русских рукописных книг. Москва, 1990. Стр. 246-270.
  3. Дергачева И.В. Литературная история Синодика на русской почве в XV-XVII в.в.//Памятники культуры. Новые открытия. Письменность. Искусство. Археология. Ежегодник 1991. Научный совет по истории мировой культуры РАН. Москва, 1997. Стр. 7-16.
  4. Махмудова С.М. Грамматические классы и грамматические категории рутульского языка. Автореф. дисс. на соиск. уч. ст. д.филол. н. М., 2002.
  5. Махмудова С. М. Рутульская литература. Махачкала, “Народы Дагестана”. 2008.
  6. Махмудова С. М. Кюр-Раджаб – классик рутульской, лезгинской и азербайджанской поэзии. Махачкала, 2014.
  7. Махмудова С.М., Хангереев М.-Б.Д.-Г., Алиева З.М., Базиева З.М., Гаджиахмедов Т.И., Гасанова М.А., Гасанова У.У., Гусейнов Г.М., Джалилова А.Б., Исрапилов П., Керимова К.Р., Кусегенова Ф.А., Магдилова Р.А., Мудунова Г.А., Сиражудинов Р.М., Солтаханов И.Э., Сулейманова Г.П., Султанмурадова Н.Э. Краткий разговорник на языках народов Дагестана. Махачкала, 2015.
  8. Махмудова С.М. Фразеологический словарь рутульского языка. Махачкала, 2016).
 
О проекте PsyJournals.ru

© 2007–2021 Портал психологических изданий PsyJournals.ru  Все права защищены

Свидетельство регистрации СМИ Эл № ФС77-66447 от 14 июля 2016 г.

Издатель: ФГБОУ ВО МГППУ

Creative Commons License Репозиторий открытого доступа     Рейтинг репозиториев Webometrics

Яндекс.Метрика