Портал психологических изданий PsyJournals.ru
Каталог изданий 96Рубрики 51Авторы 8428Ключевые слова 20536 Online-сборники 1 АвторамRSS RSS

Включен в Web of Science СС (ESCI)

ВАК

РИНЦ

Рейтинг Science Index РИНЦ 2017

27 место — направление «Психология»

0,539 — показатель журнала в рейтинге SCIENCE INDEX

0,598 — двухлетний импакт-фактор

CrossRef

Психология и право

Издатель: Московский государственный психолого-педагогический университет

ISSN (online): 2222-5196

DOI: http://dx.doi.org/10.17759/psylaw

Лицензия: CC BY-NC 4.0

Издается с 2010 года

Периодичность: 4 номера в год

Формат: электронное издание

Доступ к электронным архивам: открытый

«Психология и право»

мобильное приложение
для iPad и iPhone

Доступно в App Store
Скачайте бесплатно

 

Актуальные вопросы участия специалистов в судебных спорах о воспитании детей раздельно проживающими родителями 1893

Русаковская О.А., кандидат медицинских наук, ФГБУ «Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П.Сербского» Минздрава России, старший научный сотрудник, ФГБУ «Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П.Сербского» Минздрава России и ФГБОУ ВО «Московский государственный психолого-педагогический университет» , Москва, Россия, oarus74@gmail.com
Сафуанов Ф.С., доктор психологических наук, заведующий кафедрой клинической и судебной психологии факультета юридической психологии, ФГБОУ ВО Московский государственный психолого-педагогический университет, Москва, Россия, safuanovf@rambler.ru
Харитонова Н.К., доктор медицинских наук, руководитель отдела судебно-психиатрической экспертизы в гражданском процессе ФГУ «Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации» , Москва, Россия, nikdk@rambler.ru
Полный текст

В последние годы в России увеличивается количество судебных споров об определении места жительства детей при раздельном проживании родителей, а также порядка общения ребенка с отдельно проживающим родителем. Необходимость выявления судом в подобных спорах обстоятельств, имеющих психологическое и патопсихологическое значение (индивидуально-психологические и патопсихологические особенности всех членов семьи, могущие повлиять на обеспечение ребенку условий воспитания и развития; внутренние мотивы поведения; особенности личных отношений родителей друг к другу и к ребенку; особенности отношения ребенка к каждому из родителей), определяет растущий запрос на участие в них соответствующих специалистов. В то же время недостаточная разработанность методологии подобных освидетельствований, необходимых правовых и этических норм приводит к многочисленным ошибкам и злоупотреблениям. К сожалению, заключения специалистов часто не отвечают профессиональным и этическим стандартам, демонстрируют отсутствие научной методологии, эмпирической основы, превышение пределов компетенции, несоответствие юридическим запросам.

Цель исследования: выделение наиболее типичных ошибок, встречающихся в заключениях специалистов − психологов и психиатров в гражданских делах о воспитании детей при раздельном проживании родителей.

Материалы и методы: анализировались материалы 68 гражданских дел по искам об определении места жительства детей при раздельном проживании родителей и порядка общения с детьми родителя, проживающего отдельно, по которым проводилась комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза (КСППЭ) в ФГУ ГНЦССП Росздрава, и 114 экспертных заключений по данным делам (59 заключений в отношении детей; 55 заключений в отношении родителей). При производстве судебных экспертиз использовались клинико-психологический анализ материалов гражданского дела, клинико-психопатологический метод оценки психического состояния ребенка и каждого из родителей, экспериментально-психологические методы диагностики уровня и особенностей психического развития ребенка, личностных особенностей ребенка и родителей, системы взаимоотношений между каждым из родителей и ребенком, стиля воспитания и особенностей родительской позиции.

КСППЭ в гражданских делах об определении места жительства ребенка при разводе родителей и порядка общения ребенка с родителем, проживающим отдельно, является относительно новым видом судебной экспертизы, теория, методология, практические вопросы проведения и организации которой в настоящее время активно разрабатываются [1]. В общем смысле, предметом КСППЭ по семейным спорам является установление имеющегося, а в некоторых случаях возможного вреда психическому здоровью ребенка вследствие его общения с каждым из родителей. При этом негативное влияние на психическое состояние и психическое развитие ребенка может быть обусловлено как психопатологическими (имеющееся у родителя психическое расстройство, особенности его психического состояния), так и психологическими критериями.

В связи с необходимостью оценки вреда психическому здоровью ребенка экспертными задачами, решаемыми на различных этапах КСППЭ, являются:

  • оценка особенностей психического состояния ребенка и диагностическое заключение;
  • диагностика индивидуально-психологических особенностей ребенка, особенностей и уровня его психического развития;
  • диагностика отношения ребенка к каждому из родителей, а также к другим членам семьи;
  • диагностика способности ребенка к выработке и принятию самостоятельных решений с учетом его возраста, индивидуально-психологических особенностей, особенностей конфликтной ситуации в семье, характера отношения к каждому из родителей;
  • диагностика индивидуально-психологических особенностей каждого из родителей, возможного психического расстройства каждого из них, особенностей их отношения к ребенку, родительской позиции, стиля воспитания (выявление патологизирующего стиля воспитания);
  • прогностическая диагностика особенностей психического развития ребенка в ситуации его воспитания каждым из родителей.

В зависимости от реальной экспертной ситуации, возраста ребенка, а также того, кто из членов семьи является объектом экспертного исследования (только ребенок, один или оба родителя, ребенок и один из родителей, ребенок с обоими родителями), некоторые из перечисленных задач могут быть не решены или решены не в полном объеме. В связи с необходимостью учета судом «нравственных и иных личных качеств родителей», «возможности создания ребенку условий для воспитания и развития» (ч. 3 ст. 65 СК РФ) задачей экспертного исследования также является предоставление суду информации, касающейся индивидуально-психологических особенностей родителя, характера его отношения к ребенку, его воспитательной позиции и стиля воспитания, а также их соответствия или несоответствия индивидуальным потребностям ребенка.

Наряду с КСППЭ имеются другие формы участия психологов и психиатров в спорах о воспитании: в ряде психолого-медико-социальных центров, государственных образовательных учреждениях проводятся однородные судебно-психологические экспертизы; психологи и психиатры могут непосредственно привлекаться к судебному разбирательству в качестве специалистов. К материалам дела может быть приобщена медицинская документация, содержащая сведения о психическом состоянии ребенка и соответствующие медицинские и психологические заключения.

Расторжение брака во всех случаях отражается на психическом и психологическом состоянии детей. Многочисленные исследования показали, что дети, перенесшие развод родителей, чаще обнаруживают симптомы пограничных психических расстройств, имеют значительно больше проблем адаптации. Несмотря на типичность подобных психопатологических реакций, в высококонфликтных семьях родители, как правило, связывают возникающие у детей в период развода психические нарушения с негативным влиянием на психическое состояние ребенка общения с другим родителем. Сведения об ухудшении психического состояния ребенка (снижение настроения, нарушение сна, невротические реакции, агрессивность) после встреч с родителем, проживающим отдельно, содержались в 45 % изученных гражданских дел (исковые заявления, показания сторон, показания свидетелей, представленная сторонами медицинская документация, заключения специалистов). В связи с возникшими жалобами 40.7 % детей (24 ребенка) осмотрели один или несколько специалистов − психолог образовательного учреждения, которое посещал ребенок (62.5 %), психологи консультативно-диагностических центров  (66.7 %), врачи-невропатологи, дефектологи, логопеды (41.7 %), в одном случае заключение о состоянии ребенка было дано врачом-психиатром (4.2 %). По результатам однократного амбулаторного осмотра различными специалистами диагноз «невротические реакции» был установлен восьми детям, «психосоматическое расстройство» − троим, одному ребенку был установлен «невроз тревожного типа, синдром вегетодистонии», в одном случае было дано заключение о «сексуализации поведения». То есть 13 детям из 24 обратившихся (54.2 %) был установлен диагноз психического расстройства, который при КСППЭ был подтвержден лишь в отношении семи детей (53.8 %); в отношении остальных шести детей комиссией экспертов было дано заключение, что они не страдают психическим расстройством. В отношении девяти детей (37.5 % обратившихся) психологами делался вывод об отрицательном влиянии на психическое состояние ребенка встреч с отдельно проживающим родителем, давались конкретные рекомендации, с кем из родителей должен проживать ребенок, какой порядок и график встреч отдельно проживающего родителя с ребенком целесообразен. Например, было рекомендовано «временно изолировать ребенка от любого взаимодействия с отцом до тех пор, пока не будет стабилизирована сложившаяся ситуация и согласован единый стиль поведения и воспитания», «ограничить общение с отцом ребенка до достижения им 10-летнего возраста».

Анализ представленных в материалах дел заключений специалистов позволил выделить следующие типичные группы и виды ошибок.

А. Выход за пределы компетенции

1). Вопросы о том, с кем из родителей после развода следует проживать ребенку, какой порядок общения с отдельно проживающим родителем целесообразен, решаются по соглашению родителей, а при отсутствии соглашения между ними относятся исключительно к компетенции суда. Указывая в заключении, с кем из родителей целесообразно проживать ребенку, какой порядок общения с отдельно проживающим родителем предпочтителен, специалисты грубо превышали свою компетенцию в наиболее значимых выводах, имеющих юридические последствия.

2). Рекомендации специалистов о месте жительства и порядке общения ребенка с отдельно проживающим родителем часто противоречили нормам семейного законодательства, в котором закреплены равные права родителей, право ребенка на общение с обоими родителями, право отдельно проживающего родителя на общение с ребенком.

3). Выход за пределы компетенции специалистов психолога-психиатра с повышением вероятности ошибок. Так, в отношении одной из испытуемых специалистами-психологами было дано заключение о «склонности к необычному фантазированию и образованию сверхценных идей, в том числе идей воздействия», что не нашло своего подтверждения при последующем психиатрическом освидетельствовании.

Б. Этические ошибки

4). Связаны с «двойной ролью» специалиста, проявляющейся смешением терапевтической и экспертной позиции. Если специалист выступает терапевтом для одного из родителей, его отношение к другим членам семьи часто формируется исходя из мнения первого обратившегося к нему, а заключение о психическом состоянии ребенка в период судебного спора о месте жительства, как правило, не является независимым, защищает позицию того родителя, с которым специалист работал.

5). Если специалист не беседовал со всеми членами семьи, его представления о происходящем заведомо односторонни, он не владеет информацией о семье как о системе и не может делать выводов, касающихся второго родителя и характера его взаимоотношений с ребенком. Высказываемые специалистами суждения о ситуации в семье на основании сведений, сообщаемых одним из родителей, обратившимся за консультацией (об агрессивном поведении, жестокости в отношении ребенка, неадекватных возрасту и индивидуально-психологическим особенностям ребенка методах воспитания), являются неизбежными спекуляциями.

В. Методологические ошибки

6). Выводы и рекомендации специалистов во многих случаях (37. %) превышают как узкие рамки имеющихся специфических данных, полученных в результате исследования, так и широкие границы научных сведений.

7). В некоторых случаях выводы специалистов оказываются уже реальных возможностей. Так, в одном случае эксперты при проведении КСППЭ отказались от ответа на вопрос о характере отношения ребенка к отцу и матери в связи с малым возрастом испытуемого (7 лет), сославшись на ст. 57 СК РФ.

8). Отсутствие единой системы в подходе к выбору соответствующих методик исследования, интерпретации полученных данных.

9). Результаты проведенного исследования часто не интегрированы с научными данными о развитии ребенка и состоянии детей после развода. При оценке актуального психического состояния ребенка в 46 % данных заключений имеющиеся у ребенка в течение одного года от начала раздельного проживания родителей невротические реакции, изменения в поведении, снижения успеваемости связывались с негативным влиянием на ребенка его общения с родителем, проживающим отдельно. В 10 % с отрицательным влиянием на психическое здоровье ребенка одного из родителей связывались задержки психомоторного развития, обусловленные перинатальным поражением центральной нервной системы, и органические психические расстройства. При этом альтернативные и более вероятные патогенетические механизмы выявленных психических нарушений не рассматривались.

10). Многие утверждения специалистов основаны более на клинических впечатлениях, без учета научных данных. Так, констатируя негативное отношение ребенка к одному из родителей, специалисты, как правило, не анализируют имеющиеся научные данные о необходимости для нормального психологического развития ребенка позитивного отношения к обоим родителям, что может вводить суд в заблуждение, побуждая к ограничению частоты и продолжительности общения ребенка с отвергаемым родителем, что не всегда соответствует интересам ребенка.

Г. Ошибки, связанные с нарушением необходимых процедур сбора информации

11). В большинстве анализируемых заключений (83.3 %) отсутствовал медицинский анамнез, необходимый как для оценки особенностей психического развития ребенка, так и для диагностического заключения.

12). В представленных заключениях психологов (31 заключение) более чем в 90 % случаев отсутствовало описание актуального психического состояния ребенка и исследование когнитивной сферы, которое является обязательной базой для последующего применения личностных методик и тестов. Беседа с ребенком носила односторонний характер с отсутствием обсуждения нейтральных тем, не связанных с семейным конфликтом.

13). В ряде случаев (6.5 %) при экспериментально-психологическом исследовании использовались методики, неадекватные возрасту ребенка (так, 8-летней девочке было предложено заполнить опросник MMPI, состоящий из 550 вопросов и предназначенный для обследования испытуемых старше 16 лет).

14). В 74 % случаев при экспериментально-психологическом исследовании характера отношения ребенка к родителям, его представлений о семье и  сложившейся конфликтной ситуации использовалось недостаточное для достоверного заключения количество методик, интерпретация полученных результатов часто носила ненаучный, голословный характер. Например, на основании результатов выполнения ребенком одной методики «Рисунок семьи» делались однозначные выводы об отношении ребенка к обоим родителям, давалось заключение о нецелесообразности общения ребенка с проживающей отдельно от него матерью.

15). В 80.6 % случаев отсутствовало описание наблюдения за взаимодействием между ребенком и родителем, которое является важнейшим методом оценки характера их взаимоотношений.

Д. Ошибки, связанные с неадекватной клинической оценкой психического состояния испытуемого

16) Наиболее тяжелые последствия могут иметь ошибки специалистов, связанные с неадекватной клинической оценкой психического состояния обследуемого родителя, которая может приводить к юридическим последствиям, нарушающим интересы ребенка. В связи с особой значимостью данного вида ошибок приведем в качестве примера следующий клинический случай.

В 2007 году в районном суде Москвы рассматривалось гражданское дело по иску отца несовершеннолетнего мальчика 2002 года рождения об определении порядка его общения с ребенком. На основании запроса суда было проведено психологическое исследование ребенка и обоих родителей в Центре диагностики и консультирования. В представленном суду заключении отмечалось, что в ходе беседы мальчик держался рядом с матерью, избегал говорить с отцом, выражал к нему отрицательное отношение. Сообщалось, что во время беседы отец несовершеннолетнего был возбужден, вспыльчив, импульсивен; при заполнении анкеты первичного приема не понимал смысла некоторых вопросов; во время беседы неоднократно повторял «примерно один и тот же текст о сговоре против него и ребенка криминальных элементов и сотрудников МВД»; обвинял бывшую жену в супружеской измене с «криминальными элементами»; был «глух к попыткам остановить его чеканные монологи». Было дано заключение, что между родителями имеют место выраженные конфликтные отношения, в которые вовлечен ребенок. Отношение ребенка к отцу оценивалось как крайне негативное. Отмечалось, что «мать препятствует общению отца с сыном, тогда как отец не препятствует общению ребенка с матерью». Таким образом, в заключении психическое состояние отца несовершеннолетнего не было оценено как болезненное, не была дана рекомендация проведения ему судебно-психиатрического освидетельствования. Решением районного суда г. Москвы был определен порядок общения ребенка с отцом: каждую вторую субботу каждого месяца в течение 3 часов под наблюдением матери. В дальнейшем отец несовершеннолетнего совершил общественно опасное деяние в отношении матери бывшей жены, нанеся ей удар палкой по руке и причинив оскольчатый перелом правого локтевого сустава. По данному факту против него было возбуждено уголовное дело по ст. 112  ч. 1 УК РФ; комиссией судебно-психиатрических экспертов было дано заключение, что он страдает хроническим психическим заболеванием в форме параноидной шизофрении, непрерывно текущей, при совершении правонарушения не мог осознавать характер и общественную опасность своих действий. Решением суда отец несовершеннолетнего был признан невменяемым в отношении содеянного, направлен на принудительное лечение в психиатрический стационар общего типа. В гражданском деле по иску матери несовершеннолетнего об ограничении отца в родительских правах была назначена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, было дано заключение, что по своему психическому состоянию подэкспертный представляет опасность для несовершеннолетнего сына, не может осуществлять родительские обязанности по его воспитанию.

В данном случае неадекватная оценка специалистом психического состояния родителя, страдавшего психическим расстройством, привела к несвоевременному ограничению его в родительских правах. Правильная и своевременная оценка опасности родителя, страдающего психическим расстройством, для ребенка, и пресечение контактов с ним является важнейшей мерой защиты интересов детей [3].

Таким образом, привлечение специалистов − психологов и психиатров к оценке обстоятельств, имеющих доказательное значение в судебных разбирательствах по спорам о праве воспитания детей при раздельном проживании родителей и порядке общения ребенка с отдельно проживающим родителем, должно оцениваться как позитивная тенденция, способная существенно повысить качество судебных решений по подобным делам. Применение специальных психологических и медицинских (психиатрических) знаний позволяет максимально учесть психическое и психологическое состояние ребенка и родителей; привязанность ребенка к каждому из родителей; отношения, существующие между каждым из родителей и ребенком, способности каждого из родителей обеспечить ребенку условия для психического развития. Научно-методологические основы проведения подобных освидетельствований, достоверные и валидные процедуры сбора информации, границы компетенции специалистов определяются судебным запросом, конкретными нормами гражданского (семейного) законодательства, современным состоянием научных дисциплин (психология развития, семейная психология, клиническая психология, психиатрия), а также общими принципами судебно-психологической экспертологии. В то же время вследствие недостаточной разработанности методологических, практических, правовых, этических норм подобных освидетельствований, в предоставляемых суду заключениях встречаются многочисленные ошибки и злоупотребления, анализ которых необходим для повышения качества деятельности специалистов, участвующих в гражданских процессах, связанных с семейным законодательством. На сегодняшний день методологические и правовые аспекты проведения КСППЭ по семейным спорам являются в большей степени разработанными в сравнении с другими формами привлечения специалистов к данному виду дел, что определяет большую достоверность и научную обоснованность экспертных заключений.

Ссылка для цитирования

Литература
  1. Вострокнутов Н. А., Харитонова Н. К., Сафуанов Ф. С. Методологические основы экспертного подхода к правовой защите детей (судебно-психиатрический и судебно-психологический подходы): Методические рекомендации. М., 2004.
  2. Семейный кодекс Российской Федерации. М., 2006.
  3. Харитонова Н. К., Королева Е. В. Судебно-психиатрическая экспертиза в гражданском процессе (клинический и правовой аспекты). М., 2009.
  4. Baerger D. R., Galatzer-Levy R., Gould J. W., Nye S. G. A Methodology for Reviewing the Reliability and Relevance of Child Custody Evaluations/Journal of the American Academy of Matrimonial Lawyers, Child Custody Evaluations, 2002. V. 18.
  5. Zimmerman J., Hess A. K., McGarrah N. A., Benjamin G. A., Ally G. A., Gollan J. K., Kaser-Boyd N. Ethical and Professional Considerations in Divorce and Child Cases / Professional Psychology: Research & Practice, 2010. V. 40.
Статьи по теме
 
О проекте PsyJournals.ru

© 2007–2019 Портал психологических изданий PsyJournals.ru  Все права защищены

Свидетельство регистрации СМИ Эл № ФС77-66447 от 14 июля 2016 г.

Издатель: ФГБОУ ВО МГППУ

Creative Commons License

Яндекс.Метрика