Мысль и слово: подходы Л.С. Выготского и Г.Г. Шпета
(часть 1)

Автор представил подходы Л.С. Выготского и Г.Г. Шпета к мышлению и речи как взаимодополняющие. Г.Г. Шпет трактует слово как архетип культуры, воплощение разума и как орган свершения мысли. Л.С. Выготский полагает, что в слове существует живое единство звука и значения, которое содержит в себе основные свойства речевого мышления. В статье также рассматриваются трактовки этими авторами значения и смысла слова.

Ключевые слова: мышление, речь, значение слова, культура

Рубрика: История психологии

Последовательность имен ученых в названии статьи не соответствует хронологии. Густав Густавович Шпет (1879—1937) старше Льва Семеновича Выготского (1896—1934). Они были более чем знакомы: Л. С. Выготский был студентом Г. Г. Шпета в Народном университете им. А. Л. Шанявского, работал два года в его семинаре. В начале 20-х гг. Л. С. Выготский начал работать в Психологическом институте, в котором Г. Г. Шпет был, как позднее писал А. Н. Леонтьев, самым знаменитым профессором. В конце 20-х гг. Г. Г. Шпет и Л. С. Выготский преподавали на педологическом факультете Второго Московского университета. И тем не менее в трудах Л. С. Выготского имеется лишь одна ссылка на Г. Г. Шпета, да и та по случайному поводу, в его книге «Психология искусства». Между тем книги Г. Г. Шпета «Явление и смысл» (1914), «Эстетические фрагменты» (1922), «Внутренняя форма слова» (1927), «Этническая психология» (1927), в которых обсуждается проблематика мышления и речи, мысли и слова, значения и смысла, внешней и внутренней форм слова, были опубликованы значительно раньше, чем «Мышление и речь» (1934) Л. С. Выготского.

Сегодня трудно гадать о причинах игнорирования Л. С. Выготским и всей его научной школой (А. Р. Лурия, А. Н. Леонтьев, А. В. Запорожец и др.) трудов Г. Г. Шпета. Это мог быть страх или осторожность, порожденные стилем поведения и письма Г. Г. Шпета. Доминантами стиля были свобода, достоинство и независимость мысли и слова Г. Г. Шпета от набиравшей силу марксистско-ленинской идеологии. Большевики эту независимость чувствовали, несколько раз отстраняли его от научной работы и в конце концов арестовали и расстреляли (1937). В отличие от Г. Г. Шпета, Л. С. Выготский принял марксизм и заразился его претензиями реформировать не только общество, но и науку. Уже в «Психологии искусства», написанной в 1923 г., Л. С. Выготский серьезно утверждал, что «и физика, и химия, и минералогия, конечно же, могут быть марксистскими и антимарксистскими…» [6, с.17].
О реформистских интенциях Выготского интересно написал Б. Г. Мещеряков (2000), усмотревший параллели в биографии и социальных установках Мартина Лютера и Льва Выготского. Впрочем, марксистские убеждения Л. С. Выготского не спасли его от критики.

Работы Л. С. Выготского запрещались, разоблачались, объявлялись порочными, даже злодейскими. К счастью, он успел умереть в своей постели (1934).

Причина игнорирования могла состоять и в непонимании мысли и слова Г. Г. Шпета, которые действительно опередили свое время. Я буду исходить из того, что многим, по своей сути в большей степени герменевтическим, чем психологическим, идеям Г. Г. Шпета о мысли и слове недоставало психологического контекста, который был создан исследованиями мышления и речи, конечно, не только Л. С. Выготского. Кто знает, если бы Л. С. Выготский жил дольше, он, возможно, связал бы свои исследования с идеями Г. Г. Шпета. Такая возможность была упущена учениками Л. С. Выготского, которые сместили свой интерес с анализа значения и смысла слова в исследовании мышления и речи на анализ деятельности и действия. Основания для подобного смещения интереса имелись в исследованиях самого Л. С. Выготского.

Так или иначе, но я попытаюсь не противопоставлять подходы Л. С. Выготского и Г. Г. Шпета, а представить их как взаимодополняющие друг друга. Поскольку взгляды Л. С. Выготского значительно лучше известны, чем взгляды Г. Г. Шпета, то я из дидактических соображений начну с подхода Л. С. Выготского и дополню его подходом Г. Г. Шпета. Поэтому в названии статьи имя Л. С. Выготского стоит на первом месте.

1. Бахтин М. М. Работы 1920-х годов. Киев, 1994.
2. Бахтин М. М. Проблемы творчества Достоевского. Киев, 1994а.
3. Бибихин В. В. В поисках сути слова // Слово и событие. М., 2001.
4. Вертгеймер М. Продуктивное мышление. М., 1987.
5. Выготский Л. С. Собр. соч.: В 6 т. М., 1982—1984.
6. Выготский Л. С. Психология искусства. М., 1987.
7. Выготский Л. С. Педагогическая психология. М., 1991.
8. Лурия А. Р. Послесловие // Выготский Л. С. Собрание сочинений. М., 1982. Т. 2.
9. Мандельштам О. Слово и культура. М., 1987.
10. Мещеряков Б. Г. Л. С. Выготский — Моцарт или Лютер? // Человек. 2000. № 1.
11. Ортега-и-Гассет Х. Размышления о «Дон-Кихоте». СПб., 1997.
12. Портнов А. И. Философия языка Г. Г. Шпета // Шпет Г. Г. Внутренняя форма слова. Иваново, 1999.
13. Шпет Г. Г. Сочинения. М., 1989.
14. Шпет Г. Г. Философские этюды. М., 1994.
15. Шпет Г. Г. Психология социального бытия. М.; Воронеж, 1996.
16. Шпет Г. Г. Внутренняя форма слова. Иваново, 1999.