Психологические риски и окончание карьеры при получении травмы в спорте высших достижений: разбор случаев

886

Аннотация

Рассмотрены психологические аспекты спортивной травмы в спорте высших достижений. Значимость травмы проявляется в нарушении повседневной жизни, боли, дискомфорте и стрессе, а также в сопутствующих экзистенциальных переживаниях. С одной стороны, травма представляется рутинным и частым компонентом спортивной профессии; с другой стороны, ее значение огромно и травмированный спортсмен может закончить свою профессиональную траекторию, не имея возможности стать успешным и благополучным в неспортивной жизни. Основной акцент работы сделан на четырех случаях из практики. На их примере продемонстрировано, что высокий уровень перфекционизма и интернальность при переживании травмы могут проявляться в самообвинении и внутреннем конфликте; наличие качественной поддерживающей среды играет важную роль в успешном посттравматическом росте. Указывается значимость междисциплинарного подхода к интервенции, когда в психологическое восстановление спортсмена подключены все ключевые специалисты и близкие люди.

Общая информация

Ключевые слова: консультация, психология спорта, спорт высших достижений, стресс, травма , тревога

Рубрика издания: Анализ случая

Тип материала: научная статья

DOI: https://doi.org/10.17759/cpp.2019270409

Финансирование. Работа выполнена при поддержке гранта Президента Российской Федерации № МК-2938.2019.6.

Тематический сетевой сборник: Психологические ресурсы личности и вызовы современности

Для цитаты: Бочавер К.А., Довжик Л.М. Психологические риски и окончание карьеры при получении травмы в спорте высших достижений: разбор случаев // Консультативная психология и психотерапия. 2019. Том 27. № 4. С. 136–148. DOI: 10.17759/cpp.2019270409

Полный текст

Спортивная деятельность несет в себе две разнонаправленные тенденции: с одной стороны, спорт является благополучной траекторией для обеспечения социального и экономического роста и самореализации, но с другой стороны, он несет в себе огромное число рисков и поводов для невротизации. Спортивная карьера отличается от большинства других тем, что является укороченным вариантом профессиогенеза, так как выступления в спорте имеют как нижние границы, обусловленные регламентом, так и верхние — связанные с ресурсами и возможностями организма. В таких жестких временных условиях возникает ускоренное развитие — переживание кризисов и стадий спортивной карьеры, совла­дание со стрессом и его преодоление происходит в кратчайшие сроки, в противном же случае, спортсмен рискует потерять навыки и квалификацию и, в конечном счете, завершить свою карьеру.

Несмотря на такое положение дел, в спортивной среде существуют яркие примеры спортсменов, сохранивших свой высокий уровень подготовки и сумевших продолжить успешные выступления на мировом уровне в течение многих лет. Безусловно, важное значение имеет вид спорта: в циклических видах спорта, таких как легкая атлетика, лыжные гонки или триатлон у спортсменов, в виду особенностей спорта и предъявляемых задач, есть шанс на более долгое сохранение спортивной карьеры. В сложно-координационных видах спорта, таких как фигурное катание или спортивная гимнастика, «возрастных» спортсменов меньше, но это в большей степени обусловлено полом: девушкам в период пубертата гораздо сложнее сохранить свои навыки и технику. Однако даже в этих видах спорта есть свои долгожители, сумевшие удержать высокие результаты.

Значение спортивной травмы и комплексный подход
к пониманию ее психологических особенностей

Успешное спортивное долголетие представляет собой полидетерминированное явление: на возможность в течение длительного времени успешно представлять свою страну на мировом уровне влияет большое количество факторов, включающих в себя физиологические, психологические и социокультурные компоненты. В то же время нельзя не отметить, что одной из наиболее частых причин завершения карьеры является спортивная травма. Данный факт вызван двумя причинами. Первая — это распространенность спортивных травм. По мнению исследователей, лишь 10% женщин и 15% мужчин могут избежать серьезных спортивных травм [3; 5]. За год, по данным социологов, было зарегистрировано около 24 миллионов спортивных травм [13]. Также было проведено сравнение количества травм среди обычных рабочих (строителей, сотрудников промышленного производства и сферы услуг) и спортсменов: на 100 000 рабочих часов приходится 0,36 травм; за такой же отчетный период у футболистов отмечается в среднем 710 травм [10]. Актуальным и правомерным становится высказывание К. Брауна о том, что профессиональные спортсмены бывают двух видов: те, кто получил травму, и те, кто пока еще не пострадал [9]. Вторая причина связана с отсутствием должного внимания к психологической составляющей при реабилитации и восстановлении после травм. В настоящее время всеми специалистами, в том числе и медицинским персоналом, признается нетождественность физической и психологической готовности при возращении в спорт после травмы [7; 8; 11; 12]. Полное физическое восстановление, совершенно не гарантирует психологической готовности спортсмена к новым выступлениям [16].

Такой подход к пониманию восстановления после травм имеет как практическое, так и теоретическое обоснование. Во-первых, благодаря передовым медицинским знаниям и технологиям у большинства травмированных спортсменов есть потенциал для полного восстановления до своего состояния, которое предшествовало травме (или в некоторых случаях выше). Тем не менее, многие спортсмены не могут восстановить свои навыки и умения до уровня, предшествовавшего травме [17], и часто эта неудача объясняется психологическими факторами. Во-вторых, спортивная травма представляет собой, с одной стороны, физическое повреждение, и тогда она является внешним событием, в терминологии Ш. Бюллер, или событием среды, в терминологии Б.Г. Ананьева. Но травма представляет собой также и психологическое переживание, так как, согласно С.Л. Рубинштейну, все внешнее преломляется через внутреннее, и тогда травма становится уже внутренним событием. Соответственно, возникают две параллели — травма как объективное событие и физическое повреждение, которое представляет собой поле для работы медиков, и травма как субъективное событие, отраженное во внутреннем мире, представляющее поле для работы психологов [6]. Такое понимание спортивное травмы предполагает комплексное сопровождение травмированного спортсмена и интеграцию усилий работы врачей, психолога, тренеров и ближайшего окружения (родственников и близких).

Таким образом, не вызывает сомнений необходимость и важность психологического сопровождения травмированного спортсмена. Своевременная помощь при переживании травмы позволит обеспечить более быстрое и безболезненное возвращение в спорт и, следовательно, возможность сохранить спортивную карьеру на высоком уровне. Психологическое сопровождение представляет собой работу, направленную:

—   на формирование и сохранение мотивации к выздоровлению и возвращению в спорт;

— освоение ментальных навыков (целеполагания, имажинации, визуализации, релаксации и саморегуляции, самоинструкций);

—    оптимизацию и гармонизацию эмоционального состояния;

—     повышение уровня субъективного благополучия;

—     снижение тревожности и уровня переживаемого стресса;

—     повышение эффективности навыков совладания.

Перечисленные задачи отражают ориентацию на две временные перспективы: настоящее и будущее. Однако нельзя забывать и про прошлое: спортивная травма является не изолированным событием, а включена в жизненный путь субъекта. Поэтому для более эффективного сопровождения травмированного спортсмена необходимо понимание начальных условий и событий, предшествовавших травме (конфликты в команде, стресс, смена тренера, важные события жизни), работа с актуальными и текущими переживаниями, связанными с принятием травмы и эмоциональным состоянием, а также профилактика страхов и опасений, связанных с будущими перспективами.

Все вышесказанное позволяет нам определить спортивную травму как «... полученное во время соревнования или тренировки повреждение, которое выводит из строя спортсмена, лишает его возможности принимать участие в соревнованиях или тренировочном процессе» [2, с. 45]. В то же время спортивная травма является жизненным событием, которое имеет определенные последствия и дает начало новому образу жизни, что влечет за собой «перестройку» внутреннего мира.

Разбор примеров из практики консультирования
в спорте высших достижений

Прежде чем перейти к описанию случаев из практики, хотелось бы заострить внимание на специфике избранной авторами области. Прикладная психология спорта, появившись в начале двадцатого века, развивалась параллельно с фундаментальной психологией, но с определенной спецификой: во-первых, в силу высокого общественного значения спорта высших достижений, многие направления работы существовали автономно и схожие методы в государствах-конкурентах приобретали разный понятийный аппарат[1]; во-вторых, особенные требования к результативности психологической работы в условиях дефицита времени обусловили эклектичную[2] методологию интервенций. Представленные ниже случаи могут служить иллюстрацией не только помощи в благополучном возвращении травмированных спортсменов к профессиональной деятельности, но и — в широком смысле — примерами психологических феноменов, включенных в научные представления о психологическом аспекте спортивной травмы [2]. В соответствии с научной этикой, данные спортсменов (возраст, биографические данные) специально изменены из этических соображений в целях анонимности и конфиденциальности.

Случаи из практики № 1 и № 2. «Предпосылки»

Иллюстрацией к модели стресс-ассоциированной травмы может служить двойной случай из практики авторов [19]. Две девушки 22 и 23 лет, результативно выступающих в сложно-координационных видах спорта в одиночном зачете[3], получают травмы опорно-двигательного аппарата, переломы в области голеностопа и коленного сустава, непосредственно перед поездкой на самые значимые соревнования сезона. Успешное прохождение отборочных соревнований и набор спортивной формы в обоих случаях накладывается на накопившиеся трудности в институте. В момент получения травмы обе спортсменки не испытывают выраженной тревоги, и травма наступает, по их словам, «как гром среди ясного неба» — при рутинной разминке перед тренировкой и на пикнике в парке. Объединяют оба случая не только сходства ситуации, но и личностные особенности спортсменок — определенная замкнутость и одиночество, в одном из случаев усиленные также языковым барьером.

Работа, начавшись с клинической беседы и диагностики, обнаружила высокий перфекционизм и чрезвычайно высокую, но закономерную интернальность, что проявилось в самообвинении и внутреннем конфликте («как же так со мной это случилось, я виновата, это глупо и несправедливо»). Основным ресурсом совладания со стрессом совместно была выбрана стратегия инструментальной и эмоциональной поддержки, которая имплицитно была призвана подтолкнуть спортсменок в направлении посттравматического роста и переоценки отношения к другим. Помимо консультативной работы, интервенция затронула контингент окружающих значимых людей — не родственников, в силу их физической удаленности, — а тренера, товарищей по команде (в ситуации соревнований — прямых конкуренток) и друзей.

Выбранная стратегия была основана на наблюдениях отечественных военных врачей, которые с Первой мировой войны отмечали разницу в качественном восстановлении военнослужащих после одинаковых ранений. Проходившие реабилитацию поблизости от фронта выздоравливали быстрее, чем отправленные в эвакуационные госпитали в «мирной полосе». Это эмпирическое наблюдение объяснимо классическим пониманием эустресса, как преодолимого и мобилизующего организм воздействия (идеи отражены в работах Г. Селье, Л.А. Китаева-Смыка и многих других исследователей стресса). Параллельно с реабилитацией спортсменки приобрели положительный опыт взаимодействия с командой вне условий конкуренции: они выполняли менеджерские задачи, ассистировали тренеру, регулярно приходили в зал и тренировались по мере возможностей, учитывая рекомендации врача.

Результат работы был положительным. Активизация основных ментальных навыков профессионального спортсмена — планирования, самоинструкций и идеомоторной тренировки — повысила комплаентность и благополучие обеих спортсменок, что позволило им качественно проходить лечение без саботирования и выраженной тревоги от необходимости выбора, заканчивать или продолжать карьеру [15]. Мотивацией лечения был выбран положительный образ профессионального будущего — момент грации, силы и пластичности на отдаленных будущих соревнованиях следующего сезона. На момент написания статьи одна из спортсменок заканчивает реабилитацию и готовится к сезону, а вторая занимается набором формы, уже дебютировав на соревнованиях после окончания реабилитации. К обеим пришло осознание важности образа жизни и тайм-менеджмента, а также наличия прямых и косвенных связей между «накопленным» стрессом в различных областях деятельности и непосредственно соматическим здоровьем и спортивной результативностью.

Случай из практики № 3. «Рутинная реабилитация»

Молодой спортсмен 17 лет перед последним годом выступления в юниорской категории, где конкуренция ниже, чем на уровне высшего мастерства, получил травму голеностопа и начал проходить реабилитацию. Ситуация была осложнена выраженной тревогой повторной травмы (феномен re-injury anxiety), которая вынуждает спортсмена беречься и избегать акцентированных нагрузок на поврежденный отдел.

Основной задачей психологического консультирования стало снижение тревоги, призванное подтвердить допуск лечащим врачом спортсмена к полноценной профессиональной деятельности. Затянувшаяся привычка выступать в бондаже сказалась негативно на легкости и смелости предпринимаемых действий, и возможность необходимого раскрепощения, иными словами, доверия своему организму, была неочевидна. Выбранной тактикой работы стало смещение фокуса внимания с эмоционального переживания на когнитивную подготовку. В спортивной практике эта цель может быть достигнута интенсивными идеомоторными тренировками, по А.В. Алексееву, и визуализацией грациозной уверенной работы [1]. Курс занятий длиной в два месяца вместе с ведением дневника эмоций позволил снизить тревогу повторной травмы и боли, и моторика спортсмена восстановилась в полной мере. Кроме того, как и в кейсе, описанном ниже, имела место акцентированная познавательная деятельность, связанная с постоянным изучением действий, тактики и приемов выдающихся спортсменов и актуальных соперников. Снижение тревоги позволило спортсмену вернуться к требуемой тренером уверенной и агрессивной манере выступлений, и тревога, связанная с риском повторной травмы, ушла, позволив спортсмену завершить последний год юниорского периода максимально результативно.

Случай из практики № 4. «Последствия»

Важнейшим моментом для травмированного спортсмена становится момент осознания значения произошедшего для его профессиональной и в целом жизненной траектории. Множество примеров показывает нам своего рода застревание на стадии торга, гнева или отрицания, когда спортсмен не получает адекватной психологической помощи и не готов осознанно проанализировать случившееся, свои перспективы и возможности. Очень оптимистичен пример посттравматического роста, который мы описываем преимущественно прямой речью респондента. Высоко интеллектуальный, успешный спортсмен 30 лет, представитель сложно­координационных видов спорта, имеющий репутацию одиночки с аналитическим складом ума, получает травму и вынужден прервать не самый удачный сезон. Его поведение близко к феномену катастрофизации, что видно из речи: «Травма. Я понял, что я загнал свой организм так, что и спать не могу. У меня каждый день болела голова. У меня было смещение первого шейного позвонка, очень много проблем. Болит спина, болят плечи. Невозможно подтянуться, ничего нельзя делать. Постоянно болит. Тогда я понял, что меня спорт угробил». Мы видим экспрессивную и обобщенную картину травмы, которая типична для высоко тревожных спортсменов. Основным ресурсом преодоления стресса для него выступает планирование и переоценка вкупе с детальным анализом произошедшего.

Спустя определенное время он, пользуясь поддержкой близких, приходит к отказу от мыслей о травме как катастрофе: «На самом деле я сам себя угробил. Пришлось взяться за ум. Я отбросил глупые детские вещи, например, что я из железа сделан и т.д. Пришлось смириться, что я из костей и мяса, что эта система очень легко нарушается и легко травмируется. Тогда я полгода вообще не тренировался — читал книги. Я понимал, что будет очень позорно для меня, даже слабостью будет уйти. Травмировался — и всё, свалил? Так многие делают. Меня считали одноразовым спортсменом. Было очень обидно». Этот момент вплотную подвел спортсмена к необходимости активного вмешательства в свою судьбу, что отразилось в осознанной партисипативной позиции пациента, работающего вместе с врачом. Основной задачей стало вырабатывание дальнейшей стратегии тренировок, более безопасных и плодотворных, чем раньше: «Это очень серьезная поворотная точка. Ты полностью переосмысливаешь все детали. У тебя есть отдельные кусочки паззла — это правильный тренировочный процесс. Он из очень многих кусочков должен состоять. И ты, пока не тренируешься, можешь их все вычленить и правильно положить. Я это сделал, у меня получилось. В прошлом году я вернулся на соревнования и выиграл». Следует особо отметить, что с такой серьезной травмой он имел мало шансов продолжить карьеру, но волевые ресурсы позволили перевести эмоциональное реагирование в интеллектуально-аналитическую активность. Этот пример был впоследствии многократно использован авторами как модель осознания и вовлечения спортсмена в процесс восстановления. Значительную роль в успешном посттравматическом росте [4; 18] сыграло наличие качественной поддерживающей среды, семейной и профессиональной.

Заключение

Представленные случаи показывают значение травмы именно как жизненного события, запускающего эмоциональные, когнитивные и поведенческие изменения привычного бытия спортсмена. Перефразируя описание психологом и спортсменом Андреасом Кюттелем экологического подхода [14], мы, глядя на морковь, часто замечаем только саму морковь и не думаем о почве, в которой она выросла; так и в вопросах психологической реабилитации спортсмена авторы считают наиболее важной интервенцией создание салютогенной, стресс-растворяющей среды. Важно отметить, что популярность работы спортсмена с психологом-консультантом растет в последние годы, что особенно важно в свете выраженного упадка психологии спорта в России в период 1990-х и 2000-х годов. Успешная помощь спортсмену, чье профессиональное долголетие находится под угрозой ввиду перенесенной травмы, организуется в русле междисциплинарного взаимодействия, когда спортсмен оказывается вовлечен в командную синергичную работу лечащего врача, психолога-консультанта и значимых близких — как семьи, так и спортивного сообщества.

Благодарности

Работа выполнена при поддержке гранта Президента Российской Федерации № МК-2938.2019.6


[1] Так, например, традиционный для отечественной школы термин «идеомоторная тренировка» в зарубежной психологии спорта представлен более широким понятием «имажинация» (от англ. imagery — воображение); траектории подготовки к ответственным соревнованиям за рубежом чаще рассматривают как сплав целенаправленного поведения и мотивации, а в отечественной традиции — через волевые процессы и качества.

[2] Распространенным и не противоречивым сочетанием методов психологической интервенции в спорте, например, может выступать последовательное использование нарративного подхода, когнитивно-поведенческой терапии, тренинга биологической обратной связи и телесно-ориентированных техник. Такая эклектика обусловлена, в первую очередь, эмпирическими оценками длительности и эффективности различных подходов.

[3] Важная деталь, характеризующая высокую ответственность и самостоятельность при подготовке к соревнованиям, когда результат определяется не действиями команды, а только самим спортсменом.

 

Литература

 

1.                   Алексеев А.В. Идеомоторная тренировка в состоянии сниженного уровня бодрствования // Научные труды ВНИИФК за 1970. Т. 2. / Под ред. А.В. Короткова. М.: ВНИИФК, 1972. С. 194—195.

2.                   Довжик Л.М., Бочавер К.А. Психология спортивной травмы. М.: Спорт, 2019. 272 с.

3.                   Ильин Е.П. Психология спорта. СПб.: Питер, 2008. 352 с.

4.                   Сергиенко А.И., Холмогорова А.Б. Посттравматический рост и копинг- стратегии родителей детей с ограниченными возможностями здоровья // Консультативная психология и психотерапия. 2019. Т. 27. № 2. С. 8—26. doi:10.17759/cpp.2019270202

5.                   Стамбулова Н.Б. Психология спортивной карьеры. СПб.: Центр карьеры, 1999. 367 с.

6.                   Холмогорова А.Б., Горчакова В.А. Травматический стресс и его влияние на субъективное благополучие и психическое здоровье: апробация эссенского опросника травматических событий // Консультативная психология и психотерапия. 2013. Т. 21. № 3. С. 120—137.

7.                   Andersen M.B. Returning to action and the prevention of future injury // Coping with sports injuries: Psychological strategies for rehabilitation / J. Crossman (ed.). Oxford; New York: Oxford University Press, 2001. P. 162—173.

8.                   Bianco T. Social support and recovery from sport injury: Elite skiers share their experiences // Research Quarterly for Exercise and Sport. 2001. Vol. 72 (4). P. 376— 388. doi:10.1080/02701367.2001.10608974

9.                   Brown C. Injuries: The psychology of recovery and rehab // The Sport Psych Handbook / S. Murphy (ed.). Champaign, IL: Human Kinetics, 2005. P. 215— 235.

10.                Drawer S., Fuller C.W. Evaluating the level of injury in English professional football using a risk based assessment process // British Journal of Sports Medicine. 2003. Vol. 36 (6). P. 446—451. doi:10.1136/bjsm.36.6.446

11.                Evans H., Hardy L., Fleming S. Intervention strategies with injured athletes: An action research study // The Sport Psychologist. 2000. Vol. 14 (2). P. 186—206. doi:10.1123/tsp.14.2.188

12.                Ford I.W., Gordon S. Perspectives of sport trainers and athletic therapists on the psychological content of their practice and training // Journal of Sport Rehabilitation. 1998. Vol. 7 (2). P. 79—94. doi:10.1123/jsr.7.2.79

13.                Hemmings B., Povey L. Views of chartered physiotherapists on the psychological content of their practice: a preliminary study in the United Kingdom // British Journal of Sports Medicine. 2002. Vol. 36 (1). P. 61—64. doi:10.1136/ bjsm.36.1.61

14.                Ivarsson A., Tranaeus U., Johnson U., et al. Negative psychological responses of injury and rehabilitation adherence effects on return to play in competitive athletes: a systematic review and meta-analysis // Open Access Journal of Sports Medicine. 2017. Vol. 8. P. 27—32. doi:10.2147/OAJSM.S112688

15.                Lesyk J.J. The nine mental skills of successful athletes [Электронный ресурс] // Ohio Center for Sport Psychology, 1998. URL: https://www.sportpsych.org/nine-mental-skills-overview (дата обращения: 5.09.19).

16.                Podlog L., Eklund R.C. A Longitudinal Investigation of Competitive Athletes’ Return to Sport Following Serious Injury // Journal of Applied Sport Psychology. 2006. Vol. 18 (1). P. 44—68. doi:10.1080/10413200500471319

17.                Taylor J., Taylor S. Pain education and management in the rehabilitation from sports injury // The Sport Psychologist. 1998. Vol. 12 (1). P. 68—88. doi:10.1123/ tsp.12.1.68

18.                Tedeschi R.G., Calhoun L.G. Posttraumatic growth: Conceptual foundations and empirical evidence // Psychological Inquiry. 2004. Vol. 15 (1). P. 1—18. doi:10.1207/ s15327965pli1501_01

19.                Williams J.M., Andersen M.B. Psychosocial antecedents of sport injury: Review and critique of the stress and injury model’ // Journal of Applied Sport Psychology. 1998. Vol. 10 (1). P. 5—25. doi:10.1080/10413209808406375

Информация об авторах

Бочавер Константин Алексеевич, кандидат психологических наук, доцент кафедры общей психологии, заведующий лабораторией спортивной психологии, Московский институт психоанализа (НОЧУ ВО «Московский институт психоанализа»), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-4976-2271, e-mail: konstantin.bochaver@gmail.com

Довжик Лидия Михайловна, кандидат психологических наук, научный сотрудник лаборатории спортивной психологии, Московский институт психоанализа (НОЧУ ВО «Московский институт психоанализа»), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0003-1039-4640, e-mail: lydia.dovzhik@gmail.com

Метрики

Просмотров

Всего: 1410
В прошлом месяце: 35
В текущем месяце: 22

Скачиваний

Всего: 886
В прошлом месяце: 9
В текущем месяце: 10