Психологические факторы ксенофобного поведения у подростков: зарубежные исследования

649

Аннотация

В статье приведены результаты зарубежных исследований за последние несколько лет, посвященных изучению ксенофобного поведения подростков. Рассмотрены психологические и иные факторы, препятствующие и/или способствующие формированию ксенофобного поведения. Рассмотрены такие личностные структуры и индивидуально-психологические особенности, как ксенофобные установки, уровень тревожности, ксенофобные и ксенофильные ориентации. Представлены и выявлены некоторые различия в зарубежных и отечественных исследованиях ксенофобного поведения у подростков.

Общая информация

Ключевые слова: ксенофобное поведение, ксенофобные установки, подростковый возраст, индивидуально-психологические особенности, тревожность, ксенофобные и ксенофильные ориентации

Рубрика издания: Социальная психология

Тип материала: обзорная статья

DOI: https://doi.org/10.17759/jmfp.2018070405

Для цитаты: Гурина О.Д. Психологические факторы ксенофобного поведения у подростков: зарубежные исследования [Электронный ресурс] // Современная зарубежная психология. 2018. Том 7. № 4. С. 40–45. DOI: 10.17759/jmfp.2018070405

Полный текст

 

В зарубежной и отечественной психологии выделен ряд факторов, способствующих и/или препятствующих проявлениям ксенофобии, среди них наиболее изучены факторы, связанные с национальной и этнической идентичностью, предубеждениями, ксенофоб- ными установками, такими личностными и индивидуально-психологическими особенностями как степень выраженности агрессии, враждебности, тревожности, спонтанности и др. Отечественными и зарубежными исследователями предполагается, что личностные особенности способны формировать, усиливать или сдерживать проявления ксенофобии, в том числе с учетом ситуативных факторов [3; 4; 7; 6; 8; 13; 20; 24].

На данный момент имеется определенная сложность в группировании и дифференцировании наиболее значимых причин и условий ксенофобных проявлений среди подростков в отечественной и зарубежной науке. Это обусловлено в первую очередь различием в психологических подходах и способах измерения личностных особенностей, что порой влечет за собой противоречивые результаты. Цель статьи — выявить некоторые различия в исследованиях ксенофобного поведения среди подростков и дать им оценку.

Под ксенофобным поведением автор понимает враждебность, агрессию и насилие по отношению к представителям национальных, этнических и иных групп [1; 3].

В целом, последние зарубежные исследования в рамках изучения факторов, способствующих и/или препятствующих ксенофобии, посвящены проявлениям ксенофобии в различных социальных средах, а именно в образовательной, экономической среде, пониманию миграционных установок и их взаимосвязи с поведением местного населения. Некоторое количество работ затрагивает вопросы, связанные с индивидуальными, личностными особенностями, оказывающими влияние на ксенофобию, а также на совершение преступлений по мотивам вражды и ненависти.

Наличие ксенофобных установок выступает одним из факторов, непосредственно влияющих на ксенофоб- ное поведение. Изучению ксенофобных установок посвящены многие исследования, касающиеся отношения местного населения к приезжим, мигрантам. Эти отношения являются объектом пристального внимания особенно в образовательной сфере среди учащихся.

В структуре личности к образованиям, приводящим к ксенофобному поведению, в первую очередь, относят ксенофобные установки, в основе которых лежат сверхценные идеи о значимости своей нации и неполноценности других. Особая опасность сверхценных идей заключается, по мнению исследователей, в том, что они могут привести к экстремистскому поведению, террористическим действиям [23]. Сверхценные идеи о превосходстве нации и неполноценности других в данном контексте рассматриваются не только как расстройства мышления, но и как идеи высокозначимого характера, как один из ведущих мотивов деятельности.

В отечественных исследованиях также отмечается значимость подобных сверхценных идей в формировании ксенофобного поведения [5]. При этом наличие именно сверхценных идей не оказывается обязательным детерминантом ксенофобного поведения. Достаточным может быть влияние сформированных предубеждений, выраженных ксенофобных установок у подростков, подкрепляемых социальной ситуацией развития, например, экономическими условиями жизни, приверженностью идеям референтной группы, приня- тием/непринятием родительских установок и др. [1; 3].

В контексте изучения ксенофобных установок и их влияния на поведение проводятся многочисленные исследования, посвященные отношениям местного населения к мигрантам. Выявлены различные причины, которые могут воздействовать на степень проявления негативных установок по отношению к мигрантам. В одной из работ была изучена степень дружеского взаимодействия молодежи в Швеции [10]. Было установлено, что глубокие дружеские контакты снижают негативные установки к мигрантам.

В целом, отношение местного населения к приезжим чаще бывает негативнее, чем у приезжих к местным. Во многом это связано с высоким уровнем предубеждений, особенно среди подростков по отношению к лицам другой национальности, этнической принадлежности. Стоит отметить, что девочки в меньшей степени склонны выражать ксенофобные тенденции по сравнению с мальчиками [19].

Особый интерес в сфере изучения ксенофобных установок представляют исследования, посвященные установкам европейцев, в том числе молодежи и подростков, к мусульманам.

Анализ отношения европейцев к уровню иммиграции среди мусульман привел к трем основным выводам.

Во-первых, подавляющее большинство европейцев сообщили о предпочтении ими ограничительной иммиграционной политики в отношении мусульман.

Во-вторых, результаты показывают, что более образованные люди и лица, имеющие личный контакт с меньшинствами, менее склонны к запрету на иммиграцию мусульман.

В-третьих, расистские убеждения, восприятие иммиграции как угрозы, сопротивление разнообразию, противодействие иммиграции в целом и поддержка ограничительной политики по отношению к беженцам играют важную роль в формировании негативного отношения людей к большему количеству мусульман. Это свидетельствует о том, что государственная политика, которая уменьшает страх перед иммиграцией и способствует терпимости, антирасиз­му, мультикультурализму и позитивному отношению к беженцам, может помочь уменьшить сопротивление европейцев иммиграции мусульман [16].

Недавние работы P.S. Forsher и коллег также показали такие важные механизмы в проявлении предрассудков как стремление контролировать свои предрассудки и готовность их выражать. Было установлено, что такой контроль связан с индивидуальными способностями регулировать собственные эмоции и поведение, что важно для понимания возникновения ксе- нофобного поведения и его крайнего проявления в насильственных преступлениях [21].

По мнению M. Walters, в основе причин совершения преступлений на почве ненависти лежит восприятие преступниками определенных групп лиц как представляющих угрозу. Эти угрозы можно разделить на «реалистичные», например, воспринимаемые как конкуренция за работу, жилье и другие ресурсы, и «символические», которые связаны с угрозой ценностей и социальных норм [25]. Теория коллективной угрозы подтверждается на уровне формирования ксенофоб- ных установок, исследованных у населения Африки. Коллективная угроза рассматривается как фундаментальный компонент в управлении общественным антагонизмом, враждебностью и злоупотреблением жестокостью среди населения [22].

В целом, для понимания влияния ксенофобных установок на соответствующее поведение необходимо изучение более глубоких психологических механизмов личности, индивидуально-психологических особенностей и их взаимодействия со средой.

Одним из изучаемых индивидуально-психологических факторов, оказывающих влияние на формирование ксенофобного поведения, является тревожность. Есть мнение, что высокий уровень тревоги способствует формированию ксенофобного поведения [18; 24].

Так, K. Wahl показал, что подростки, испытывающие негативные чувства к иностранцам, таким образом скрывают свою робость, застенчивость, страх перед ними [24].

U. Pace, посвятивший исследование общему проявлению ненависти по отношению к другим, установил наличие взаимосвязи когнитивных искажений и патологической тревоги с проявлениями ненависти среди подростков [18].

В этом проекте приняли участие 202 подростка женского пола и 200 подростков мужского пола, использовались опросники: Hating Adolescents Test (HAT), Penn State Worry Questionnaire (PSWQ), How I Think Questionnaire (HITQ). Было выявлено, что наличие у подростков патологической тревоги приводит к искажению информации и восприятию неоднозначной ситуации как враждебной; когнитивные искажения опосредуют связь между патологической тревогой и ненавистью.

Косвенно о наличии связи внутреннего чувства тревоги и ксенофобных установок свидетельствуют результаты O. Iakimova, которая показала, что чувство экзистенциальной безопасности и незащищенности представляется основной причиной наличия или отсутствия ксенофобных установок. Можно сказать, что ксенофоб- ные установки и настроения в большей степени обусловлены уровнем незащищенности, с которым человек сталкивается в годы своего становления [15].

В отечественных работах имеются результаты, указывающие, на повышенный уровень тревожности у подростков, не склонных к проявлению ксенофобии [1]. Вероятно, подобные противоречия могут быть результатом структурных различий в опросниках зарубежных и отечественных авторов.

Помимо тревожности как одного из факторов, влияющего на ксенофобное поведение, предметом исследования являются такие личностные особенности как ксенофильные и ксенофобные ориентации, которые связаны с различными индивидуально-психологическими качествами [9].

В проведенном M.-L. Barbarino исследовании приняли участие 455 подростков среднего возраста 17,66 лет. В его основе лежала модель структуры личности HEXACO, [Honesty-Humility (честность-скромность), Emotionality (эмоциональность), Extraversion (экстра­версия), Agreeableness (стремление к сотрудничеству), Conscientiousness (добросовестность), Openness to Experience (открытость опыту)]. Так, было обнаружено, что подростки с ксенофильными тенденциями имеют связь с такими чертами характера как открытость опыту, экстраверсия и добросовестность, тогда как низкий уровень альтруизма, отсутствие стремления к сотрудничеству характеризуют ксенофобную ориентацию у подростков. Среди подростков мужского пола более выражены ксенофобные ориентации, тогда как девочки тяготеют к ксенофильным проявлениям.

Определенные психологические особенности подростков могут быть факторами, влияющими на совершение насильственных преступлений на почве национализма. Считается, что в большинстве своем данные преступления совершают молодые люди, принадлежащие к этническому большинству. Для них характерны такие индивидуально-психологические особенности, как высокий уровень эмоциональной лабильности, высокая агрессивность, низкое чувство вины, импульсивность, высокий уровень активации поведения и низкий уровень торможения, стремление к самоутверждению при помощи силы и игнорирования этических норм [17].

Отечественные исследования выделяют схожие индивидуально-психологические факторы, влияющие на совершение преступлений по мотивам ненависти, вражды [2].

Основные различия в результатах отечественных и зарубежных исследований ксенофобии предположительно связаны с отсутствием общих психологических моделей личности и теорий, лежащих в основе методологии, что в целом может приводить к противоречивым результатам, например относительно тревожности [1; 3; 18; 24].

При этом имеются и положительные тенденции, связанные с расширением подходов в изучении факторов, связанных с ксенофобным поведением, как в отечественной, так и зарубежной практике [2; 4; 8; 9; 17; 18; 25].

Литература

  1. Гурина О.Д. Ксенофобия и девиантное поведение у подростков и молодежи: обзор отечественных исследований [Электронный ресурс] // Психология и право. 2017. Т. 7. № 3. С. 97–109. URL: https://psyjournals.ru/psyandlaw/2017/n3/87533_full.shtml (дата обращения: 10.10.2018).
  2. Гурина О.Д. Ксенофобские установки и личностные особенности подростков с девиантным поведением [Электронный ресурс] // Психология и право. 2016. Т. 6. № 1. С. 39–57. URL: https://psyjournals.ru/psyandlaw/2016/n1/80669_full.shtml (дата обращения: 10.10.2018).
  3. Дозорцева Е.Г., Маланцева О.Д. Психологические особенности подростков, склонных к ксенофобии [Электронный ресурс] // Психологическая наука и образование. 2010. № 2. С. 44–53. URL: https://psyjournals.ru/files/29854/psyedu_2010_n2_Dozoetseva_Malantseva.pdf (дата обращения: 10.10.2018).
  4. Ениколопов С.Н., Мешкова Н.В. Направления исследования предубежденности в западной психологии межгрупповых отношений [Электронный ресурс] // Вопросы психологии. 2007. № 1. С.148–159. URL: http://psychlib.ru/mgppu/periodica/VP012007/EIp-148.htm#$p148 (дата обращения: 10.10.2018).
  5. Кулешов Р.В. Психолого-криминалистические особенности субъектов преступлений экстремистской и террористической направленности как объект научного изучения [Электронный ресурс] // Психопедагогика в правоохранительных органах. 2016. № 1 (64). С. 38–40. URL: https://cyberleninka.ru/article/v/psihologo-kriminalisticheskie-osobennosti-subektov-prestupleniy-ekstremistskoy-i-terroristicheskoy-napravlennosti-kak-obekt (дата обращения: 10.10.2018).
  6. Шнейдер Л.Б. Молодежный экстремизм: сущность, гендерная специфика, противодействие и профилактика: монография. М.: МПСУ, 2014. 196 с.
  7. Этнонациональные установки и ценности современной молодежи (на материале исследования студенчества нескольких регионов России) [Электронный ресурс] / О.Е. Хухлаев [и др.] // Культурно-историческая психология. 2011. № 4. C. 97–106. URL: https://www.hse.ru/pubs/share/direct/document/63066164 (дата обращения: 10.10.2018).
  8. Юрасова Е.Н. Психология ксенофобии // Актуальные проблемы науки: ИГУМО и ИТ как исследовательский центр. 2014. № 17. С. 154–157.
  9. Barbarino M.-L., Sturmer S. Different Origins of Xenophile and Xenophobic Orientations in Human Personality Structure: A Theoretical Perspective and Some Preliminary Findings [Электронный ресурс] // Journal of the Society for the Psychological Study of Social Issue. 2016. Vol. 72. № 3. P. 432–439. doi:10.1111/josi.12175
  10. Bentsen B.M.A. Attitudes Towards Immigrants Among Youth In Sweden [Электронный ресурс] Malmö: Malmö University. 2017. 45 p (MIM Working Paper Series 17:4). URL: http://muep.mau.se/bitstream/handle/2043/25816/17.4%20Beint%20Magnus%20Aamodt%20Bentsen.pdf?sequence=2&isAllowed=y (дата обращения: 10.10.2018).
  11. Brodziak A., Rozyk-Myrta A., Wolinsky A. Does the recent intensification of nationalistic and xenophobic attitudes in Eastern European countries adversely affect public mental health? // BMC Public Health BMC. 20016. 16:1115. 7 p. doi:10.1186/s12889-016-3785-3
  12. Cowie H., Myers C.-A., Aziz R. Does diversity in society inevitably lead to a rise in xenophobia among children and young people? [Электронный ресурс] // International Journal of Emotional Education. 2017. Vol. 9. № 2. P. 90–99. URL: https://files.eric.ed.gov/fulltext/EJ1162074.pdf (дата обращения: 10.10.2018).
  13. Craig K.M. Examining hate-motivated aggression: a review of the social psychological literature on hate crimes as a distinct form of aggression // Aggresion and Violent Behavior. 2002. Vol. 7. № 1. P. 85–101. doi:10.1016/S1359-1789(00)00039-2
  14. Godinet M. T., Stotzer R. Juvenile perpetrators of race/ethnicity-based bias crimes // Journal of Ethnicity in Criminal Justice. 2017. Vol. 15. № 1. P. 21–35. doi:10.1080/15377938.2016.1261060
  15. Iakimova O. Exploring the Dynamics of Xenophobia in the Nordic Countries // Changing Societies & Personalities. 2018. Vol. 2. № 1. P. 17–31. doi:10.15826/csp.2018.2.1.028
  16. Marfouk A. I’m neither racist nor xenophobic, but: dissecting European attitudes towards a ban on Muslims’ immigration [Электронный ресурс] // Ethnic and Racial Studies. 2018. № 174. 22 p. URL: https://www.tandfonline.com/doi/full/10.1080/01419870.2018.1519585 (дата обращения: 12.10.2018).
  17. Nasi M., Aaltonen M., Kivivuori J. Youth hate crime offending: the role of strain, social control and self-control theories // Journal of Scandinavian Studies in Criminology and Crime Prevention. 2016. Vol. 17. № 2. P. 177–184. doi:10.1080/14043858.2016.1260332
  18. Pace U., Passanisi A., D’Urso G. Emotional and cognitive correlates of hating among adolescents: An exploratory study // Journal of Adolescents. 2018. Vol. 68. P. 159–164. doi:10.1016/j.adolescence.2018.08.002
  19. Prats J., Deusdad B., Cabre J. School xenophobia and interethnic relationships among secondary level pupils in Spain // Education as Change. 2017. Vol. 21. № 1. 18 p. URL: doi:10.17159/1947-9417/2017/750
  20. Steinberg A., Brooks J., Remtulla T. Youth hate crimes: identification, prevention, and intervention // Am Journal Psychiatry. 2003. Vol. 160. № 5. P. 979–989. doi:10.1176/appi.ajp.160.5.979
  21. The motivation to express prejudice / P.S. Forscher [и др.] // Journal of Personality and Social Psychology. 2015. Vol. 109. № 5. P. 791–812. doi:10.1037/pspi0000030
  22. Tsheola J., Ramoroka T., Muzondi L. Xenophobic societal attitudes in a «new» South Africanism: Governance of public perceptions, national identities and citizenship // The Journal for Transdisciplinary Research in Southern Africa. 2015. Vol. 11. № 4. P. 232–246. doi:10.4102/td.v11i4.56
  23. Vrsanska I., Kavicky V., Jangl S. Xenophobia – The Cause of Terrorism in a Democratic Society [Электронный ресурс] // International Journal of Humanities and Social Science. 2017. Vol. 7. № 4. P. 168–171. URL: https://www.researchgate.net/profile/Vladimir_Kavicky/publication/318259752_Xenophobia_-_The_Cause_of_Terrorism_in_a_Democratic_Society/links/59625545a6fdccc9b14134f5/Xenophobia-The-Cause-of-Terrorism-in-a-Democratic-Society.pdf (дата обращения: 12.10.2018).
  24. Wahl K. Development of Xenophobia and Aggression // International Journal and Applied Criminal Justice. 2002. Vol. 26. № 2. P. 247–256. doi:10.1080/01924036.2002.9678690
  25. Walters M., Brown R., Wiedlitzka S. Causes and motivation of hate crime [Электронный ресурс]: Research report 102. Manchester: Equality and Human Rights Commission. 2016. 61 p. URL: http://sro.sussex.ac.uk/62216/1/Research-report-102-causes-and-motivations-of-hate-crime.pdf (дата обращения: 10.10.2018).

Информация об авторах

Гурина Оксана Дмитриевна, кандидат психологических наук, главный эксперт, Московский исследовательский центр (ГБУ г. Москвы «МИЦ»), доцент, кафедра юридической психологии и права, факультет юридической психологии, Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-4369-5450, e-mail: godgur@yandex.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 2990
В прошлом месяце: 8
В текущем месяце: 17

Скачиваний

Всего: 649
В прошлом месяце: 1
В текущем месяце: 7