Портал психологических изданий PsyJournals.ru
Каталог изданий 108Рубрики 53Авторы 9055Новости 1790Ключевые слова 5095 Правила публикацииВебинарыRSS RSS

Включен в Web of Science СС (ESCI)

ВАК

РИНЦ

Рейтинг Science Index РИНЦ 2019

36 место — направление «Психология»

0,323 — показатель журнала в рейтинге SCIENCE INDEX

0,829 — двухлетний импакт-фактор

CrossRef

Экспериментальная психология

Издатель: Московский государственный психолого-педагогический университет

ISSN (печатная версия): 2072-7593

ISSN (online): 2311-7036

DOI: https://doi.org/10.17759/exppsy

Лицензия: CC BY-NC 4.0

Издается с 2008 года

Периодичность: 4 номера в год

Доступ к электронным архивам: открытый

 

Феномен уверенности и его проявления в русской и немецкой культурах 3139

Головина Е.В.
кандидат психологических наук, Научный сотрудник Института психологии РАН, Научный сотрудник Центра экспериментальной психологии, Москва, Россия
e-mail: lena-liana@mail.ru

Скотникова И.Г.
доктор психологических наук, ведущий научный сотрудник лаборатории системных исследований психики, Института психологии РАН, Москва, Россия
e-mail: iris236@yandex.ru

Эллиотт М.А.
кандидат психологических наук, Профессор психологии, Экс- президент Международного общества по психофизике
e-mail: mark.elliott@nuigalway.ie

Полный текст

Уверенность и ее изучение

Проблемы соотношения между уверенностью человека и результатами его деятельно­сти приобретают все большую научную и практическую значимость. Механизмы уверен­ности включены в процессы принятия решения, исследование которых стоит в центре вни­мания зарубежной и отечественной науки. В современном мире человеку часто необходи­мо принимать ответственные решения в ситуациях с неопределенностью, порождающей состояния неуверенности, что характерно для большинства профессий в настоящее время.

Данное исследование представляется актуальным в том смысле, что в нем свойства личности и познавательные процессы представителей различных культур изучаются и анализируются совместно в общем экспериментальном исследовании. Кроме того, в нашей работе феномен уверенности исследуется системно и как личностная характеристика и как существенная детерминанта принятия решения в когнитивных задачах разных уровней.

Теоретический и общепсихологический анализ конструкта «уверенность» на совре­менном уровне, проведенный И. В. Вайнером (1990, 1991) и И. Г. Скотниковой (1996, 2002а,б, 2005), а затем продолженный Е. В. Головиной (2002, 2004, 2007, 2008), показал, что в основе формирования механизмов уверенности человека лежат его «Я-схемы», процессы воспитания и научения, свойства нервной системы, особенности темперамента, отношение субъекта к неопределенности. Когнитивные стили человека являются индивидуально-пси­хологическими факторами и коррелятами личностной и когнитивной уверенности (Голо­вина, 2002, 2004б, 2007а,в, 2008), уверенности в решении сенсорных задач (Кочетков, Скотникова, 1993; Скотникова, 2002б, 2005, 2008).

Многими авторами показано, что психологический конструкт «уверенность» неодно­роден. Согласно И. В. Вайнеру (1990), уверенность имеет два источника формирования, связанных между собой нелинейно: устойчивые образования личности (личностная уверен­ность) и оценку наличной ситуации взаимодействия субъекта со средой (ситуативная уве­ренность). Возможны сочетания высокой личностной уверенности как с высокой, так и с низкой ситуативной. Развивая эту идею, И. Г. Скотникова (2002а, 2008), В. Б. Высоцкий (2002), Е. В. Головина (2002, 2004) выделяют две составляющие уверенности: личностную уверенность в себе и уверенность в правильности решения задачи (т. е. в выносимых сужде­ниях). Также уверенность в себе – это принятие своих действий, решений, навыков как пра­вильных, уместных (т. е. принятие себя: Ромек, 1997). Уверенность в решении когнитивных задач изучается на двух уровнях (см.: Вайнер, 1990; Скотникова, 2002а, 2008; Головина, 2002, 2004, 2007): на сенсорном уровне (в психофизических задачах по различению стимулов) и на уровне знаний (в задачах на общую осведомленность). Правомерность такого разделения обоснована теоретически (Kahneman et al., 1982; Bjorkman et al., 1993, 1994; Gregson, 1999) и подтверждена экспериментальными данными, показавшими, что эти две составляющие уве­ренности обусловлены разными наборами когнитивных стилей (Головина, 2004б; 2007в). Анализ взаимосвязей между личностной и двумя когнитивными составляющими уверенно­сти, впервые проведенный Е. В. Головиной (2002, 2007, 2008), выявил положительную связь между личностной уверенностью и уверенностью в решении задачи на общую осведомлен­ность, но в то же время взаимосвязи между личностной уверенностью и уверенностью в ре­шении сенсорной задачи обнаружено не было.

1 Исследование выполнено на базе Ludwig-Maximillian University (München, Germany) и Института психологии РАН (Москва) при содействии фонда «Bayerisches Forschungsstiftung project» (Бавария, Германия).

Уверенность в суждениях, которая проявляется в решении когнитивных задач, – это поли! функциональное системное психическое образование, выполняющее когнитивную, мета­когнитивную и регулятивную и когнитивно-регулятивную функции (Скотникова, 2002а, 2008).

Значение данной работы для психофизики заключается в том, что она выполнена в рус­ле субъектного подхода (Бардин и др. 1991; Скотникова, 2002, 2008). В данном контексте уверенность выступает как «переменная субъекта», существенно влияющая на решение сенсорной задачи (Вайнер, 1990; Скотникова, 1996, 2002а, б, 2005, 2008; Головина, 2004б, 2007а, в; Гусев, 2004). Построение исследований на основе категории «субъект» позволяет психофизике получить выход на проблемы психологии личности и общения (Барабанщи­ков, Головина, 2007). Кроме того, настоящая работа включает психофизическое исследова­ние восприятия времени, что актуально в контексте психологических, нейрофизиологиче­ских и смежных исследований, где ставятся вопросы об онтологии восприятия времени как в рамках психологических измерений, так и вне их (Elliott, Müller, et al., 2000).

Уверенность в себе понимается как достаточно стабильная личностная характеристи­ка (Бандура, 1977; Тейлор, Браун, 1998 и др.), обусловленная мотивацией достижений, во­левым самоконтролем, низкой тревожностью (Вайнер, 1990; Высоцкий, 2002), а также как личностно-регулятивная черта (Аргайл, 1990; Моросанова, 1998; Абульханова, 1999). Вы­деляются три составляющие уверенности в себе: ядро – самоэффективность, эмоциональ­ная и поведенческая составляющие (Ромек, 1997). В то же время уверенность в себе обус­ловлена когнитивными стилями (Головина, 2004а, 2007б), ментальными репрезентациями, чувством контроля и саморегуляцией (Gill, Swann, Silvera, 1998; Бандурa, 1977; Аргайл, 1990; Моросанова, 1998; Абульханова, 1999). (Ссылки в абзаце по: Головина, 2004а, 2007б; Скотникова, 2002а, 2008.)

В российской и зарубежной литературе не существует единого мнения относительно со­отношения между эффективностью деятельности и уровнем уверенности. Во многих работах (Pollack, Decker, 1958; Nickerson, 1963: по Высоцкому, 2002; Корчагина, Орлов, 1980; Mills, 1998; Orbah, 1998, Tsui, 1998; Wilson, 1967: по Головиной, 2007б) найдена позитивная моно­тонная связь между уровнем уверенности и успешностью исполнения в оценочных задачах. Другие авторы (Armelius, 1979; Casy, 1998; Высоцкий 2002; Gill и др., 1998; Schuchert, 1998: по Головиной, 2007б) пришли к выводу, что уверенность соотносится не с тем, как реально рабо­тает субъект, а с тем, что он думает о своем исполнении. Выполнение пороговой задачи под­равнивания стимулов оптимально при сочетании высокой личностной уверенности с низкой ситуативной (Вайнер, 1991). Завышенная уверенность у всех испытуемых установлена при решении сенсорных пороговых задач, где более адекватными были лица, характеризующие­ся более рефлективным когнитивным стилем (Скотникова, 2002, 2005). Согласно выявлен­ной стилевой структуре адекватности когнитивной уверенности, она более эффективна при решении сенсорной задачи у лиц с широким диапазоном эквивалентности и рефлективных, при решении задачи на общую осведомленность – у лиц с широким диапазоном эквивалент­ности, флексибильных и рефлективных (Головина, 2007а, в, 2008, 2009 – в печати).

Настоящее исследование выполнено в парадигме «реализма» уверенности (Адамс, 1957; Вайнер, 1990; Скотникова, 2002а, 2005). Предложена удобная процедура и однородные мето­ды для сопоставления уверенности и точности: испытуемые оценивали уверенность в процен­тах, что сравнивалось с процентом их правильных ответов. В работах шведских психологов подтвердился классический феномен «недостаточной уверенности» в сенcорном различении по типу «больше-меньше»: меньшая в процентах уверенность, чем правильность (Bjorkman et al., 1993). Более того, в задачах на общую осведомленность был выявлен парадоксальный «эф­фект трудности-легкости»: сверхуверенность лишь в задачах средней и высокой трудности, а в легких, напротив, недостаточная уверенность (см.: обзор Lichtenstein et al., 1982). С этими результатами согласуются данные авторов настоящей статьи о сверхуверенности в трудном (пороговом) различении (при PC < 0,8: Скотникова, 1996, 2005; Golovina, 2005).

На основании обнаруженных культурных и национальных различий в вероятностных оценках (Whitkomb et al., 1995; Yates et al., 1997) канадские психологи Дж. Барански и У. Петрусик (Baranski, Petrusic, 1999) предположили, что уверенность в решении сенсор­ных и перцептивных задач также обусловлена культурными и национальными особенно­стями. Экспериментальное исследование уверенности в сенсорных суждениях при зрительном различении временных интервалов с участием немецкой и русской выборок испытуемых (Скотникова, 2002в; Skotnikova et al., 2001) выявило сверхуверенность, но ее значение в немецкой выборке было вдвое ниже, чем в русской. Однако несмотря на много­образие исследований в этой области не было проведено комплексное изучение межкуль­турных различий в особенностях уверенности как личностной характеристики и как ха­рактеристики принятия решения в когнитивных задачах по оценке знаний в сравнении с сенсорными задачами.

Эмпирическое исследование уверенности российских и немецких испытуемых

В настоящей статье отражено исследование, которое расширяет и развивает работы кросскультурного плана, представленные выше.

Целью нашего эмпирического исследования являлся кросскультурный анализ уверен­ности. Выяснялось, существуют ли различия между русскими и немцами по уверенности в себе, в знаниях и сенсорных впечатлениях.

Испытуемые: немецкая выборка (20 человек) – мужчины и женщины 20–33 лет, сту­денты и молодые преподаватели Университета Людвига-Максимиллиана (Мюнхен, Герма­ния); русская выборка (32 человека) – мужчины и женщины 19–29 лет, студенты Государ­ственного университета гуманитарных наук (Москва).

Методики диагностики уверенности в себе. В работе использовались следующие мето­дики: а) опросник уверенности в себе В. Г. Ромека, (1997); б) опросник уверенности в себе В. Б. Высоцкого (2002); в) шкала «Принятие себя» из опросника К. Роджерса и Р. Даймон­да (1998) «Методика диагностики социально-психологической адаптации».

Методика диагностики уверенности в знаниях. Для оценки когнитивной уверенности (в знаниях) было проведено тестирование испытуемых по опроснику на общую осведомлен­ность (субтест «Осведомленность» Универсального интеллектуального теста – Н. А. Батурин, Н. А. Курганский, 1995). Опросник представляет собой 64 вопроса из различных областей зна­ний с пятью вариантами ответов. Е. В. Головиной (2002) дополнительно была введена двухка­тегорийная шкала для оценки испытуемыми своей уверенности в каждом вопросе: «уверен – сомневаюсь». Испытуемый должен был выбрать единственный верный ответ и указать, уверен он или нет в его правильности. Показателями теста являлись: доля верных ответов (PC – pro­portion correct); доли всех категорий ответов (уверенных/верных, уверенных/ ошибочных, сомневающихся/верных, сомневающихся/ошибочных); средняя категория уверенности по всему тесту (для нашего случая: MX = (0,5nсом + 1nув)/N; где nсом – число сомнительных ответов в целом по опыту; nув – число уверенных ответов в целом по опыту; N – общее число измерений); отклонение средней категории уверенности от правильности, т. е. степень адекват­ности уверенности (Bias: B = MX – PC).

Методика диагностики уверенности в решении сенсорной задачи. В исследовании ис­пользовалась автоматизированная компьютерная методика, предназначенная для экспери­ментального изучения зрительного различения человеком временных интервалов, а также его уверенности в правильности выносимых им решений (Скотникова, Чурсинов, Костин, Садов: см. Скотникова, 2005, 2008).

Исследовалось пороговое зрительное различение длительностей в парах последователь­ных световых вспышек прямоугольной формы яркостью около 20 нит и угловым размером 11,5°. Стимулы предъявлялись на экранах мониторов компьютеров PC-286--486, работающих в монохромном режиме с разрешением 600х800 пикселей. Эксперимент проводился в автома­тическом режиме. Использовалась экспериментальная парадигма «да–нет» с процедурой раз­личения «одинаковые–разные» («same–different») и техникой лестниц для определения раз­ностного порога. Длительность одного сигнала всегда составляла 600 мс («нейтральный ин­тервал», наиболее адекватно воспринимаемый человеком), длительность другого (600 мс–Ät) подбиралась индивидуально для каждого испытуемого в предварительных сериях как соот­ветствующая традиционному разностному порогу Ät для 70--80%-ного правильного различе­ния. Погрешность формирования длительностей стимулов не превышала 0,008 с, т. е. 1--2 % от их значений. Пары одинаковых (по 600 мс каждый) и разных стимулов (600 мс и 600 мс – Ät), а также место более длительного стимула в парах разных стимулов были равновероятны и чередовались в случайном порядке. Интервал между вспышками в паре составлял 1 с, время на ответ (интервал между парами) не ограничивалось. После определения индивидуального порога испытуемого и тренировочных опытов с использованием выбранной индивидуальной величины Ät проводился основной опыт из 100 проб.

В каждой пробе испытуемые давали два моторных ответа: 1) оценивали длительности в каждой паре как «одинаковые» или «разные» и 2) оценивали, уверены или сомневаются они в правильности первого ответа, т. е. в правильности различения. Нейтральная инструкция задавала симметричный критерий принятия решения и ориентировала испытуемых давать как можно более точные ответы. Фиксировались характер и время каждого первого ответа.

Отметим, что специфика психофизических исследований такова, что требуется большая статистика измерений для каждого наблюдателя в целях получения достоверных показателей сенсорного исполнения. Поэтому подобные эксперименты проводятся, как правило, с участием хотя и небольшого числа испытуемых, но хорошо тренированных. Соответственно, дифференциально-психофизические исследования выполняются обычно с участием не сотен испытуемых, как принято в дифференциально-психологических исследованиях (когда с каждым проводятся 1–2 измерения по конкретной методике), а лишь десятков или даже единиц, что достаточно для получения значимых результатов в силу большого объема сенсорных измерений.

Оценивались следующие показатели: порог различения длительностей (разностный порог Ät); общая по эксперименту пропорция правильных ответов ; средняя категория уверенности в целом по эксперименту MX; принятый показатель реализма уверенности: смещение (Bias – B) средней категории уверенности относительно правильности ответов в целом по эксперименту.

Методы анализа данных. Статистический анализ данных проведен на базе компьютер­ного пакета «Statistica». Использовались корреляционный анализ и анализ значимости различий в средних значениях характеристик.

Результаты исследования

Распределения исследуемых характеристик значимо не отличались от нормального. На суммарной выборке испытуемых получены значимые взаимосвязи между уверенно­стью в себе и уверенностью в правильности своих ответов по данным теста на общую осве­домленность (коэффициент корреляции Пирсона r = 0.28; p=0.043).

С помощью t-критерия выявлены статистически значимые различия между данными немецкой и русской выборок по следующим показателям (табл. 1):

– средняя категория уверенности (p = 0.028);

– смещение уверенности относительно правильности (p = 0.000);

– пропорция ошибочных уверенных ответов в тесте (p = 0.005);

– пропорция ошибочных сомневающихся ответов в тесте (p = 0.008).

Как видно из результатов анализа, немецкая и русская выборки различаются по уверен­ности и смещению уверенности относительно правильности (адекватности) знаний, а так­же по пропорциям ошибочных уверенных ответов в тесте на знания.

Данные представлены графически на рис. 1 и 2.

Обсуждение результатов

Взаимосвязи между составляющими уверенности. В исследовании на суммарной вы­борке испытуемых была получена значимая положительная взаимосвязь между увереннос­тью в себе (по опроснику Ромека) и уверенностью в своих знаниях. Это означает, что лица, верящие в себя, считающие свои действия, умения, навыки правильными и уместными в конкретной жизненной ситуации, чувствуют больше уверенности в правильности своих знаний.

Таблица 1.Результаты, полученные в немецкой и русской выборках

Рис. 1. Стандартизированные средние значения уверенности и смещения уверенности (адекватно­сти) в задаче на знания (увког – уверенность в пра­вильности решения; смког – смещение уверенности (адекватность))

Рис. 2. Стандартизированные средние значения верных сомневающихся и ошибочных уверенных от­ветов в задаче на знания (вер. сом – верные сомнева­ющиеся ответы; ош. ув – ошибочные уверенные от­веты)

Этот факт представляется вполне логич­ным, так как багаж наших знаний – это часть нашего жизненного опыта. Получен­ный результат соответствует и общей идее уверенности, понимаемой как интеграл личностной уверенности и уверенности в суждениях, тесно связанных друг с другом.

Интересно то, что уверенность в себе свя­зана только с уверенностью в знаниях, но не с уверенностью в правильности выполнения задачи сенсорного различения. Это подтвер­ждает точку зрения шведских исследовате­лей, что, рассматривая уверенность в сужде­ниях, необходимо различать уверенность в знаниях (в когнитивных суждениях) и в сенсорных впечатлениях, а также согласует­ся с результатами исследования на русской выборке, показавшими, что уверенность в себе и в знаниях связаны с одними полюса­ми когнитивных стилей, а в сенсорных впе­чатлениях – с другими (Головина, 2007 а, в). Видимо, оценить свою уверенность более четко возможно только на более высоком когнитивном уровне: оценка собственных знаний – это уже оценка метакогнитивного по­рядка: «Я знаю, что я знаю».

Сравнительный анализ результатов, полученных для немецкой и русской выборок

Уверенность в себе. Анализ полученных данных не выявил значимых различий по уве­ренности в себе между двумя выборками. Это означает сходство обеих групп в принятии себя, своих действий, решений, навыков и умений.

Основываясь на представлениях многих исследователей о психологическом содержа­нии понятия «уверенность в себе», можно сделать вывод, что испытуемые проявили себя как личности, которые считают, что могут принимать ответственные решения, быть достаточно настойчивыми в достижении поставленных целей, ощущают себя способными контролировать свою судьбу. Представители обеих выборок одинаково чувствуют себя в различных социальных и повседневных ситуациях (общение с родственниками, друзьями, представителями власти). Они сходно реагируют на большинство возникающих жизненных ситуаций. И у русских и у немцев достаточно сил, энергии и способностей для осуществления своих планов.

Представители обеих выборок стараются смотреть на жизнь реалистично, анализируют свой предыдущий опыт, а также ситуации, в которых они потерпели неудачу в прошлом. Иногда они стараются не проявлять своих чувств или желаний, пытаясь принять во внимание мнение других людей, но в решающий момент могут и настоять на своей точке зрения. В сложных жизненных ситуациях они не спешат, стараясь все обдумать.

Уверенность в решении когнитивных задач. Сравнение уверенности в знаниях предста­вителей немецкой и русской выборок. Анализ результатов исследования выявил сверхуве­ренность в правильности своих знаний у русских испытуемых и недостаточную уверенность у немецких при решении задачи на общую осведомленность. Это может означать, что русс­кие гораздо больше доверяют своим знаниям в различных областях истории, искусства, на­уки и жизни вообще (см. рис. 1).

Впервые был проведен кросскультурный сравнительный анализ всех сочетаний ответов испытуемых (верных уверенных, ошибочных уверенных, верных неуверенных и ошибоч­ных неуверенных). Подробный анализ всех категорий ответов показал, что русские дают значимо больше ошибочных уверенных ответов, в то время как немцы – больше ошибоч­ных неуверенных. Таким образом, русские уверены даже когда они неправы; а немцы со­мневаются, когда неправы. То есть более высокий уровень уверенности в русской выборке обусловлен большим количеством ошибочных уверенных ответов (см. рис. 2).

Первоначально при анализе полученных данных Е. В. Головиной (Golovina, 2005) была выявлена адекватность оценок уверенности немецких и русских испытуемых в правильно­сти своих знаний, вероятно, потому, что анализировались результаты по суммарной выбор­ке. Зарубежные же авторы в таких задачах обнаружили эффект трудности-легкости: недо­статочную уверенность в легких задачах и сверхуверенность в трудных (см.: обзор Lichtenstein et al., 1982). Предлагаемую нами задачу можно отнести к трудной (средняя про­порция верных ответов составила 0,6). Поэтому установленная в этой работе при раздельном анализе данных обеих выборок сверхуверенность русских испытуемых в своих знаниях ожи­даема и согласуется с упомянутыми выше зарубежными данными для трудных задач по оценке общей осведомленности, в отличие от обнаруженной недостаточной уверенности немецких испытуемых. Можно думать, что известная психологическая особенность немцев – пунктуальность – обусловливает их повышенную критичность к своим знаниям при ответах на трудные вопросы, касающиеся этих знаний.

Сравнение уверенности в решении сенсорной задачи немецкой и русской выборок. На уровне различения, соответствующем пропорции правильных ответов, равной 0,7–0,8, обнаружена сверхуверенность как у немецких, так и у русских испытуемых (в обеих вы­борках смещение уверенности составило 0,143) (см. табл. 1; смещение значимо отличается от «0» по t-тесту, р = 0,039). Значимых различий по характеристикам сенсорного исполне­ния не обнаружено.

Полученные результаты согласуются с данными о сверхуверенности при решении сен­сорных задач порогового типа, полученными ранее у канадских (Baranski, Petrusic, 1994, 1995, 1999), австралийских (Stankov, 1998), российских (Cкотникова, 1996, 2005; далее Голо­вина, 2004б, 2008б) и немецких испытуемых (Cкотникова, 2002в; Skotnikova et al., 2001). Ве­роятное же объяснение недостаточной уверенности в таких задачах, типичной для шведских испытуемых (Bjorkman, 1994; Juslin, Ollson, 1997; Olsson, Winman, 1996), Дж. Барански и У. Петрусик, связывают с обнаруженной ими в литературе несклонностью представителей скандинавских народов использовать в своих суждениях высокие категории уверенности (см.: Baranski, Petrusic, 1999). Отметим, что установленный в настоящей работе одинаковый уровень сверхуверенности русских и немецких испытуемых отличается от прежних данных одного из авторов статьи о более высокой уверенности в российской выборке, в сравнении с немецкой (Skotnikova et al., 2001). По-видимому, это было связано с профессиональными и гендерными особенностями российских испытуемых: членов отряда космонавтов, кандидатов в отряд, разработчиков космической техники – мужчин, привыкших принимать ответственные решения, что требует повышенной уверенности.

Выводы

В настоящей работе феномен уверенности изучался как личностная характеристика и как детерминанта принятия решения в когнитивных задачах с участием русской и немец­кой выборок испытуемых. Экспериментальное сравнительное исследование психологиче­ского конструкта «уверенность» показало следующее.

1.  На суммарной выборке установлена положительная взаимосвязь между уверенно­стью в себе и уверенностью в своих знаниях. То есть лица, верящие в себя, считающие свои действия, умения, навыки правильными и уместными в конкретной жизненной си­туации, чувствуют больше уверенности в правильности своих знаний. Этот факт пред­ставляется вполне логичным, так как багаж наших знаний – это часть нашего жизненно­го опыта.

2.  Сравнительный анализ немецкой и русской выборок показал, что представители обе­их национальностей значимо не отличаются по уверенности в себе. Этот факт свидетель­ствует об их сходстве в принятии себя, в отношении к себе как личности, в поведении в раз­личных ситуациях делового и повседневного общения. В то же время при решении задачи на общую осведомленность немецким испытуемым свойственна недостаточная уверен­ность в правильности своих знаний, а русским – сверхуверенность. Кроме того, в ошибоч­ных ответах русские больше уверены, в то время как немцы – больше сомневаются. Сверх-уверенность в сенсорных впечатлениях типична для обеих выборок.

В заключение отметим, что анализ исследований уверенности, которые проводятся в раз­ных странах, показал сходство и различия в подходах и результатах при изучении разных ас­пектов уверенности. Как отмечают некоторые авторы, различия в результатах могут объяс­няться не только межнациональными различиями, но и теоретическими подходами, метода­ми проведения экспериментов и способами анализа данных. В нашей работе мы попытались исследовать основные аспекты уверенности одновременно на выборке, состоящей из двух национальных групп. В результате выявлены значимые различия в уверенности, которые можно объяснить различиями в национальном менталитете.

Ссылка для цитирования

Литература
  1. Барабанщиков В. А., Головина Е. В. Российская психофизика на пути к интеграции // Психология. Журнал Высшей школы экономики / Под ред. Т. Н. Ушаковой. Т. 4. № 1. Обнинск, 2007. С. 158–166.
  2. Бардин К. В., Скотникова И. Г., Фришман Е. З. Субъектный подход в психофизике // Проблемы дифференциальной психофизики / Под ред. К. В. Бардина. М.: Институт психологии АН СССР, 1991. С. 4–17.
  3. Вайнер И. В. Субъективная уверенность при решении психофизической задачи: Дисс. … канд. психол. наук. М.: Изд-во «Институт психологии АН СССР», 1990.
  4. Высоцкий В. Б. Личностные и процессуальные условия формирования уверенности в правильности решения задачи: Дисс. … канд. психол. наук. М.: ИП РАН, 2002.
  5. Головина Е. В. Психологическое содержание понятия «уверенность»: детерминанты и роль в решении когнитивных задач // Научный поиск. Сборник научных работ студентов, аспирантов и молодых преподавателей / Под ред. А. В. Карпова. Ярославль: «Аверс Пресс», 2002. Вып. 3. С. 11–17.
  6. Головина Е. В. Категория «уверенность в себе» как когнитивный конструкт личности // Исследования по когнитивной психологии / Под ред. Е. А. Сергиенко. М.: ИП РАН. 2004а. С. 160–187.
  7. Головина Е. В. Соотношение уверенности в решении сенсорно-перцептивной задачи с когнитивными стилями // Сборник научных статей / Под ред. И. В. Блинниковой. М.: Высшая школа психологии, 2004 б. С. 12–21.
  8. Головина Е. В. Когнитивно-стилевой портрет человека, уверенного в сенсорных впечатлениях // Психофизика сегодня / Под ред. В. Н. Носуленко, И. Г. Скотниковой / М.: ИП РАН, 2007а. С. 254–261.
  9. Головина Е. В. Уверенность в себе как фактор удовлетворенности жизнью // Методы исследования психологических структур и их динамики / Под ред. Т. Н. Савченко, Г. М. Головиной / Вып. 4. М.: ИП РАН, 2007б. С. 38–56.
  10. Головина Е. В. Факторно-стилевая структура уверенности личности / Тенденции развития современной психологической науки / Под ред. А. Л. Журавлева, В. А. Кольцовой. Ч. I. М.: ИП РАН, 2007в. С. 233.
  11. Головина Е. В. Стили уверенности личности: соотнесение теоретической и экспериментальной структур / Методология комплексного человекознания и ее развитие в современной психологии / Под ред. А. Л. Журавлева, В. А. Кольцовой. М.: ИП РАН, 2008.
  12. Головина Е. В. Системность в исследовании структур уверенности человека и адекватности ее оценки // Системная организация и детерминация психики / Под ред. В. А. Барабанщикова. М.: ИП РАН, 2009 – в печати.
  13. Гусев А. Н. Психофизика сенсорных задач. М.: Изд-во МГУ, 2004.
  14. Кочетков В. В., Скотникова И. Г. Индивидуально-психологические проблемы принятия решения. М.: Наука, 1993.
  15. Ромек В. Г. Уверенность в себе как социально-психологическая характеристика: Дисс. … канд. психол. наук. Ростов-на-Дону, 1997.
  16. Скотникова И. Г. Исследования уверенности-сомнительности в сенсорном различении // Ежегодник Российского психологического общества. Психология сегодня. Т. 2. Вып. 3. М.: РПО, 1996. С. 34–36.
  17. Скотникова И. Г. Проблема уверенности – история и современное состояние // Психологический журнал. 2002а. Т. 23. № 1. С. 52–60.
  18. Скотникова И. Г. Развитие субъектно-ориентированного подхода в психофизике // Психология индивидуального и группового субъекта / Под ред. А. В. Брушлинского, М. И. Воловиковой. М.: Per Se, 2002б. С. 220–269.
  19. Скотникова И. Г. Кросскультурное исследование уверенности в сенсорных суждениях // Ежегодник РПО «Психология и ее приложения». М., 2002в. Т. 9. Вып. 2. С. 159–160.
  20. Скотникова И. Г. Экспериментальное исследование уверенности в решении сенсорных задач // Психологический журнал. 2005. Т. 26. № 4. С. 41–56.
  21. Скотникова И. Г. Проблемы субъектной психофизики. М.: Институт психологии РАН, 2008.
  22. Baranski, J. V. & Petrusic, W. M. The calibration and resolution of confidence in perceptual judgments // Perception and Psychophysics. V. 55. 1994. P. 412–428.
  23. Baranski, J. V. & Petrusic, W. M. Realism of confidence in sensory discrimination. Perception and Psychophysics. V. 61. 1999. P. 1369–1383.
  24. Bjorkman M., Juslin P., Winman A. Realism of confidence in sensory discrimination: The underconfidence phenomenon // Perception and Psychophysics. V. 54. 1993. P. 75–81.
  25. Bjorkman M. Internal cue theory: calibration and resolution of confidence in general knowledge // Organizational Behaviour and Human Decision Processes. V. 58. 1994. P. 368–405.
  26. Elliott M. A., Müller H. J., Mecklinger A. The temporal characteristics of visual persistence // Proceedings of the 1stWorkshop of the DFG Study Group on Working Memory / E. Schrцger, A. Mecklinger, & A. D. Friederici (eds). Leipzig: Leipziger Universitдtsverlag, 2000. P. 25–40.
  27. Golovina E. Performance in sensory and cognitive task: confidence characteristics // Materials of 47th Conference on experimental psychology. Regensburg, Germany, 2005.
  28. Gregson R. A. M. Confidence judgments for discrimination in nonlinear psychophysics // Nonlinear Dynamics, Psychology and Life Sciences. V. 3. 1999. P. 31–48.
  29. Kahneman D., Slovic A., Tversky A. Judgment under uncertanty: heuristics and biases. Cambridge:Cambridge University Press, 1982.
  30. Keren. On the ability of monitoring non-veridical perceptions and uncertain knowledge: Some calibrations studies. Acta Psychologica, V. 67. 1988. P. 95–119.
  31. Lichtenstein S., Fishoff B., Phillips L. Calibration of probabiliries: The state of the art to 1980 // D. Kahneman, P. Slovic & A. Tversky (eds). Cambridge University Press. 1982. P. 306–334.
  32. Skotnikova I. G., Rammsayer T., Brandler S. Confidence judgements in visual temporal discrimination: cross-cultural study // Proceedings of the 17th Annual Meeteing of the International Society of Psychophysics. Leipzig. 2001. P. 608–613.
  33. Whitcomb, K. M., Onkal, D. & Benson P. G. Probability judgment accuracy for general knowledge. Cross-national differences and assessment methods // Journal of Behavioral Decision Making. 1995. V. 8. P. 1–67.
  34. Yates J. F., Lee J. & Bush J. General knowledge overconfidence: Cross-national variations, response style and ”reality” // Organizational Behaviour & Human Decision Processes. V. 70. 1997. P. 7–94.
Статьи по теме

Ениколопов С.Н., Медведева Т.И., Воронцова О.Ю.

Моральные дилеммы и особенности личности

CrossRef doi:10.17759/psylaw.2019090210

 
О проекте PsyJournals.ru

© 2007–2020 Портал психологических изданий PsyJournals.ru  Все права защищены

Свидетельство регистрации СМИ Эл № ФС77-66447 от 14 июля 2016 г.

Издатель: ФГБОУ ВО МГППУ

Creative Commons License Репозиторий открытого доступа     Рейтинг репозиториев Webometrics

Яндекс.Метрика