Психологические факторы риска суицидального поведения у подростков

5125

Аннотация

В статье обсуждаются актуальные подходы к анализу основных психоло- гических факторов риска суицидального поведения у подростков с учетом внешних и внутренних условий развития в подростковом возрасте. Обозначается роль средств массовой информации и социальных сетей в генезе суицидального поведения подростков. Описываются личностные факторы суицидального поведения подростков в системе проблем формирования идентичности подростка, его диспозиционных черт, а также личностных расстройств. Отмечается вклад когнитивных убеждений и мыслей в суицидальное поведение. Описываются типичные траектории формирования суицидального поведения.

Общая информация

Ключевые слова: суицидальное поведение, подростковый возраст, факторы риска, личностные факторы, гендерная идентичность, траектории формирования суицидального поведения

Рубрика издания: Теоретические обзоры

Тип материала: научная статья

DOI: https://doi.org/10.17759/cpp.2016240302

Тематический сетевой сборник: 25 лет научных публикаций в журналах издательства МГППУ

Для цитаты: Сыроквашина К.В., Дозорцева Е.Г. Психологические факторы риска суицидального поведения у подростков // Консультативная психология и психотерапия. 2016. Том 24. № 3. С. 8–24. DOI: 10.17759/cpp.2016240302

Полный текст


В статье обсуждаются актуальные подходы к анализу основных психоло- гических факторов риска суицидального поведения у подростков с учетом внешних и внутренних условий развития в подростковом возрасте. Обо- значается роль средств массовой информации и социальных сетей в генезе суицидального поведения подростков. Описываются личностные факторы суицидального поведения подростков в системе проблем формирования идентичности подростка, его диспозиционных черт, а также личностных расстройств. Отмечается вклад когнитивных убеждений и мыслей в суи- цидальное поведение. Описываются типичные траектории формирования суицидального поведения.
Ключевые слова: суицидальное поведение, подростковый возраст, факторы риска, личностные факторы, гендерная идентичность, траектории формиро- вания суицидального поведения.

Введение

В настоящее время одной из актуальных проблем, встающих перед специалистами в области душевного здоровья, является проблема суи- цидального поведения, особенно в подростковой популяции. Недавние сообщения о наиболее громких случаях самоубийств заставили профес- сионалов и общество серьезно задуматься: что ведет подростков к суи- цидальному поведению? Какие факторы являются наиболее значимыми для формирования такого поведения? Какие факторы становятся клю- чевыми при переходе от замысла и конфликта к реализации намерения в виде суицидального поступка?
Традиционно выделяются несколько форм суицидального пове- дения: суицидальные мысли, суицидальные попытки и завершенные суициды [13]. Суицидальные мысли распространены относительно широко, в том числе среди подростков. Опыт их переживания имеет около трети подростков [29]. Суицидальные попытки являются одним из наиболее точных предикторов совершения самоубийства в будущем.
Трагизм завершенных суицидов заключается не только в смерти под- ростка, но в тяжелых последствиях для его микро- и макросоциального окружения.

Подходы к рассмотрению факторов риска суицидального поведения

Дискуссии относительно превалирования биологических или со- циальных факторов в формировании суицидального поведения ухо- дят в прошлое, уступая место интегративному подходу в рамках би- опсихосоциальной модели, в соответствии с которым суицидальное поведение возникает как результат взаимодействия биологических, социальных и психологических факторов [38]. Выделяются несколь- ко современных моделей суицидального поведения, в рамках кото- рых акцент делается на каком-либо из факторов или их сочетании [6; 13; 39].
Традиционно приняты несколько классификаций факторов риска.
Так, факторы риска подразделяют на актуальные (острые) и хрониче- ские. Такие хронические факторы риска, как психические расстрой- ства (например, депрессивное или биполярное расстройство), при вза- имодействии с острыми факторами, например, стрессовой ситуацией в связи с прекращением отношений, существенно увеличивают вероят- ность суицидального поведения [27]. Кроме того, предлагается разделе- ние факторов риска на актуальные, такие как депрессивное состояние с переживаниями обиды, безысходности, безнадежности, одиночества, гнева, и потенциальные, например, дисгармоничность в семейных от- ношениях и дисгармоничность структуры личности [3].
Другой классификацией является разделение факторов риска на ста- тические, неизменные (например, индивидуальная история насилия в отношении подростка) и динамические факторы, на которые можно воздействовать (депрессивное или иное состояние). Наконец, выделя- ются центральные и периферические факторы риска, при этом в каче- стве периферических могут выступать исторические факторы, а цен- тральными в случае подростковых суицидов становятся те, что наиболее часто служат непосредственной причиной суицидального поведения, — разрыв отношений или несправедливые, с точки зрения подростка, дис- циплинарные меры [10].
В настоящее время в связи с особым вниманием к суицидальному поведению подростков появилась возможность провести исследование появления различных факторов, а также их сочетания в рамках судеб- но-экспертного анализа. Имеющийся в рамках подобного исследования доступ к различным источникам информации о психическом развитии, личностных особенностях, семейных отношениях и ситуационных об- стоятельствах, предшествовавших суициду, позволяет провести анализ факторов в аспекте их временного развития, а также взаимодействия между собой.
Рассматривая содержательную составляющую различных факто- ров риска, мы хотели бы объединить их в группы, включающие в себя факторы демографические, социальные (среди которых очень важны факторы влияния средств массовой информации), клинические, и наиболее подробно остановиться на психологических факторах ри- ска — межличностных, личностных и связанных с эмоциональным состоянием.

Демографические и социальные факторы суицидального поведения у подростков

Среди демографических факторов одним из наиболее значимых яв- ляется возраст. Сравнительно медленное увеличение количества завер- шенных суицидов в период от 10 до 14 лет сменяется стремительным ростом их числа в возрасте от 15 до 19 лет [15]. Суицид является в послед- нее время второй причиной смерти среди подростков 15—19 лет в США [36]. В 2009 г. относительный показатель смертности от суицидов в этом возрасте составлял в Соединенных Штатах 7,47 случаев на 100000 под- росткового населения в год [27]. В целом, при анализе показателей из 90 стран обнаруживается, что на рубеже ХХ и ХХI вв. суицид являлся четвертой причиной смерти среди мальчиков и третьей — среди девочек 15–19 лет [40]. Вместе с тем, младшая возрастная группа подростков так- же заслуживает внимания суицидологов. Так, в Литве, одной из стран с наиболее высоким уровнем подростковых самоубийств, 23,8% подрост- ков в возрасте 13–15 лет серьезно рассматривали совершение попытки самоубийства, 13,7% планировали суицид, 13,2% совершали суицидаль- ную попытку, а 4,1% нуждались в лечении в связи с предшествующей суицидальной попыткой [41]. В России, которая находится в числе наи- более неблагополучных стран в отношении подростковых суицидов (на- ряду с такими странами, как Шри-Ланка, Литва и Казахстан), средним показателем в 2010 г. являлся 19,8 на 100000 населения соответствующей возрастной группы [7]. Отмечается, что этот показатель значительно ва- рьируется в зависимости от этнической принадлежности и места про- живания суицидентов. Так, в ряде республик Российской Федерации (Тыва, Бурятия, Саха) относительное число суицидов в несколько раз превышает данные других регионов [7]. В США более высоким рейтин- гом самоубийств среди подростков характеризуется принадлежность к американским индейцам и коренному населению Аляски [27].
Гендерные характеристики также отражаются в суицидальных рей- тингах: мальчики традиционно чаще совершают суицидальные попытки с летальным исходом. Некоторые авторы связывают это с выбором спо- соба суицидальных действий (мальчики выбирают более летальные; так, в США это огнестрельное оружие). Однако за последнее время эта тен- денция, в том числе и в России, стала меняться, девочки также прибега- ют к летальным способам, таким, как повешение или прыжок с высоты.
Среди социальных факторов суицидального поведения выделяют семейные характеристики (в особенности проблемы психического здо- ровья и суицидальное поведение среди родственников, а также осо- бенности отношений, привязанности и наличие конфликтов в семье), взаимоотношения со сверстниками (включая ситуации преследовани и буллинга со стороны одноклассников), влияние средств массовой ин- формации и социальных сетей [1я3; 27].
Семейные характеристики традиционно привлекают большое вни- мание при анализе суицидального поведения подростков. Такие фак- торы, как насилие в семье, в том числе сексуальное, пренебрежение нуждами ребенка, качество контакта с родителями, часто встречаются в ситуациях суицидального поведения подростков [21; 37]. Кроме того, особенным образом отмечается ситуация потери родителя (одного или обоих) в случае их смерти, ситуация разделенности с одним из роди- телей вследствие развода [13]. Разрушение семьи в результате развода — одна из частых предпосылок суицидального поведения у литовских подростков, при этом в интактных семьях в качестве семейных факторов самоубийств выступают неудовлетворенность отношениями, отсутствие эмоциональной поддержки со стороны родителей, авторитарно-репрес- сивный стиль воспитания отца и отсутствие заботы со стороны матери [41]. Мощным суицидогенным фактором является история суицида ро- дителей, в 5 раз повышающая вероятность суицидального поведения детей [12]. В практике экспертизы по делам о самоубийстве подростков наличие проблем в семейных отношениях встречается достаточно часто, вместе с тем, это обстоятельство вносит различный вклад в итоговый по- ступок подростка. Так, в ряде случаев семейные отношения выступают в качестве фона и становятся одним из факторов, усиливающих неблаго- получие, в то время как в других случаях именно семейный конфликт становится триггером для совершения суицида, при этом важное зна- чение имеют ситуации ограничения со стороны родителей, дисципли- нарных мер (порицание за несоответствующее поведение, ограничение в передвижениях и связях со сверстниками).
Воздействие информации о суицидах в литературе и средствах мас- совой информации на совершение самоубийств издавна было предме- том анализа суицидологов, а сам феномен «подражательного» суици- дального поведения был назван «синдромом Вертера», по ассоциации с известным романом И.В. Гете. Повышение риска совершения суицида после публикаций в СМИ характерно для подростков, в особенности для девочек [5].
Внимание исследователей все больше привлекает влияние сети Ин- тернет на суицидальное поведение подростков. По данным американ- ских психологов [28], занятие видеоиграми или погружение в Интернет больше, чем на 5 часов в день, связано с риском депрессии и появления суицидальных мыслей. Особое значение имеет поиск в сети Интернет подростками с суицидальными идеями информации на темы, связан- ные с суицидом. Подобные поиски стимулируют суицидальное пове- дение с высокой вероятностью завершенных суицидов [24]. Общение непосредственное или в социальных сетях со сверстниками, склон- ными к суицидальному поведению, также оказывает провоцирующее влияние на суицидальные тенденции подростков [42]. Данная пробле- ма остро актуальна в настоящее время и для России в связи с рядом «громких» случаев самоубийств, в которых родственники погибших указывают на их вовлеченность в деятельность так называемых «групп самоубийц» в социальной сети «Вконтакте». Вместе с тем, в этой сфере необходимы дальнейшие исследования [4]. Особого внимания требует оценка роли данных факторов в генезе суицидального поведения, как центральных, ведущих, так и периферических.

Клинические и психологические факторы совершения суицидов у подростков


Основным клиническим фактором суицидального поведения яв- ляется наличие психических расстройств, среди которых превалиру- ют расстройства настроения, преимущественно в виде депрессивных состояний [13]. Кроме того, в качестве предрасполагающих к совер- шению суицида выделяются такие расстройства, как проблемы за- висимости от психоактивных веществ, расстройства поведения, тре- вожные и посттравматические расстройства, пищевые расстройства, расстройства сна, формирующиеся личностные расстройства [20; 22; 27; 35]. Так, при проведении «психологической аутопсии» (иссле- дование причин самоубийства на основе собранной информации, в данном случае — путем опроса родственников погибших) на выборке из 19 бельгийских подростков от 15 до 19 лет исследователи выявили наличие хотя бы одного психического расстройства, причем в поло- вине случаев это было расстройство личности, в одной пятой случа- ев — расстройство адаптации [31]. В нашей практике экспертных ис- следований психиатрические диагнозы выставляются не более чем в трети случаев, при этом также преобладают депрессивные состояния, однако диагноз личностного расстройства практически не использу- ется. Употребление алкоголя или наркотиков, помимо проблем, свя- занных с зависимостью, в целом ряде случаев становится одним из ситуационных факторов, обусловливающих суицидальные действия, так как состояние опьянения способствует снятию барьеров перед су- ицидальными действиями.
В качестве основных психологических факторов суицидального по- ведения у подростков выступают личностные аномалии, проблемы идентичности (социальной и гендерной), а также внутриличностный конфликт, трудности межличностного взаимодействия, когнитивный фактор (проблемы убеждений и установок подростков, их представле- ния о смерти).
Личностные характеристики суицидентов находятся в центре внима- ния специалистов, при этом непростой задачей становится выделение тех особенностей, которые участвуют в формировании суицидального поведения. Сама личностная структура в клинико-психологическом контексте имеет большое значение при оценке взаимосвязи с суици- дальным поведением. Так, личностные расстройства кластера B, а имен- но антисоциальное, пограничное, гистрионное и нарциссическое, обнаруживают значительно более сильные связи с суицидальным по- ведением, нежели личностные расстройства в целом [13]. Пограничное расстройство личности часто связывается с самоповреждением или суи- цидальными поступками, чему способствуют такие характерные черты, как слабый контроль агрессии, импульсивность, выраженная реакция в ситуации потери отношений [17; 25].
Среди личностных черт, которые являются предрасполагающими к суицидальному поведению, выделяется агрессивность как склонность к реакциям на фрустрирующие воздействия, связанная с неспособностью к конструктивному переживанию сложных ситуаций. Кроме того, от- мечается вклад импульсивности в суицидальное поведение подростков [13]. Другой спектр значимых для формирования суицидального пове- дения черт — это сниженное, депрессивное настроение и чувство без- надежности [13]. Предположение о том, что возможно разделение на группы суицидов, обусловленных импульсивностью и агрессивностью, и суицидов, связанных с депрессией и чувством безнадежности, оправ- дывает себя не в полной мере. Для подростков с пограничным расстрой- ством личности значимыми предикторами суицидального поведения становятся импульсивность и агрессивность, в то время как и у подрост- ков с пограничным расстройством личности, и у подростков с депресси- ей важными факторами оказываются сниженное настроение и чувство безнадежности [25].
Оценка связи предиспозиционных факторов проводилась на не- мецкой популяции подростков на основе концепции Большой Пятерки личностных факторов. Было обнаружено, что нейротизм и открытость опыту являются предрасполагающими к суицидальному поведению факторами (в большей степени для девочек), а экстраверсия и созна- тельность — факторами защиты (преимущественно для мальчиков) [14].
Нейротизм — одна из личностных черт, неизменно присутствующих в описании личностных предикторов суицидального поведения [16], в том числе и в подростковой популяции [21; 19].
Межличностные отношения в контексте совершения суицидальных поступков у подростков приобретают двойное значение. С одной стороны, конфликты и прерывания контакта в близких отношениях (как пра- вило, это отношения с родителями или формирующиеся отношения в паре) являются основными триггерами суицидальных поступков, высту- пая в качестве непосредственной причины самоубийства [27]. С другой стороны, ситуации, когда подростки оказываются прямыми или опос- редованными свидетелями суицида либо знакомы с суицидентами, слу- жат предрасполагающим фактором для суицидального поведения [32].
В ситуациях экспертного анализа при суицидах отмечается сложность четкой квалификации тех межличностных отношений, которые высту- пают как факторы суицидального поведения. Все чаще в поле внима- ния попадают не парные отношения влюбленности, традиционно рас- сматриваемые как один из триггеров суицида, а отношения, имеющие сложную конфигурацию, не только диады, но и триады, с неопределен- ным статусом отношений, усложняющим интерпретацию происходя- щего между участниками. Межличностный фактор в зависимости от его роли в развитии ситуации может рассматриваться как хронический или ситуативный (в том случае, если назревавший кризис в отношениях не- посредственно влияет на формирование смысла самоубийства).
Важным условием в целом ряде случаев суицидального поведения в подростковом возрасте является когнитивный фактор в виде особо- го комплекса убеждений относительно допустимости суицидального поведения (что более характерно для личностно дисгармоничных под- ростов) или слабая сформированность представлений о последствиях суицида (данный вариант свойственен скорее подросткам с незрелой личностью). Вместе с тем, мысли на тему суицида не всегда ведут к су- ицидальным попыткам, хотя и связываются со снижением комплайент- ности к терапии [23]. Вероятно, именно сочетание суицидальных мыс- лей с представлением о допустимости суицида, а также взаимодействие с другими факторами оказывает решающее воздействие на формирование суицидального поведения. Одним из методов, позволяющих пролить свет на убеждения подростка, связанные с суицидальным поведением, и его суицидальные мысли, является анализ творческих продуктов (в част- ности, дневников) и предсмертных записок, если они имеются.
А.Г. Амбрумова выделила ряд особенностей, характеризующих под- ростковые суициды, среди которых, с одной стороны, неадекватная оценка последствий аутоагрессивных действий самими подростками, с другой — неверная оценка родителями мотивов подростков и поводов для совершения самоубийства, а также взаимосвязь отклоняющегося поведения с суицидальными попытками [2; 8]. На наш взгляд, неадек- ватность оценки последствий суицидальных действий связана также с нереалистичностью представлений о смерти у подростков, недопонима- нием ее необратимости.
В качестве одного из значимых личностных факторов выступает самооценка суицидента [9]. Специфические возрастные особенности самооценки подростка (нестабильность, тенденция к снижению, за- висимость от мнения ближайшего окружения, как сверстников, так и взрослых) могут становиться звеном, взаимодействие с которым дру- гих личностных факторов и неблагоприятной ситуации приводит к суицидальным действиям. Специфическим компонентом самооцен- ки являются особенности восприятия собственного тела и его оценка.
Фактор неудовлетворенности телом в подростковом возрасте нередко связывается с суицидальными мыслями [26]. Подростки, демонстриру- ющие экстремальные способы контроля своего веса, имеют большую склонность к совершению суицидальных попыток [30]. В экспертной практике встречаются случаи, связанные с неудовлетворенностью те- лом, которая в одних случаях выступает в качестве периферического фактора (вклад неудовлетворенности телом в самооценку в целом), а в других случаях — в качестве центрального фактора (пищевое расстрой- ство и ненависть себе указывались в качестве причины суицида в пред- смертной записке).
В последнее время в контексте суицидального поведения высокую актуальность приобрели проблемы идентичности у подростков, особен- но гендерной, включая формирование гендерных и сексуальных пред- почтений [33]. Принадлежность подростка к сексуальному меньшинству обнаруживает сильные связи с суицидальными мыслями и суицидаль- ным поведением, причем этот эффект усиливается за счет сочетания с такими наиболее значимыми факторами, как депрессивные тенденции, чувство безнадежности, употребление алкоголя, суицидальные попытки сверстников или членов семьи, а также пережитое насилие [34].
Формирование самосознания в подростковом возрасте может со- провождаться переживанием внутриличностного конфликта в связи со сложностью определения идентичности, что позволяет уточнить и модифицировать известное определение суицида как следствия соци- ально-психологической дезадаптации личности в условиях микросо- циального конфликта [1]. Подросток оказывается в ситуации «расще- пления», имея позитивную оценку в глазах родителей, демонстрируя социально одобряемое поведение, как правило, обладая позитивным статусом с точки зрения школьной успеваемости и академических до- стижений. При этом для подростка чрезвычайно значимым становится взаимодействие с группой сверстников, разделение их увлечений и ин- тересов, участие в специфических для данной возрастной группы фор- мах активности, таких как переписка в социальных сетях с введением специфической (в том числе обсценной) лексики и форм выражения.
Это формирует конфликт идентичности у подростка, как правило, в его мироощущении мир сверстников и мир родителей противоположны по духу и содержанию. С точки зрения реализации суицидальных дей- ствий, ключевой становится конкретная ситуация, обладающая субъ- ективной значимостью, в ходе которой внутриличностный конфликт в переживаниях подростка обнажается и выходит на первый план. Дан- ная ситуация обусловливает уязвимость подростка к суицидальным мыслям и намерениям. Риск самоубийства существенно увеличивается в случае предшествовавших суицидальных попыток и саморазрушаю- щего поведения.
Рассматривая ряд факторов суицидального поведения в подрост- ковом возрасте, следует отметить важность их анализа не в качестве изолированных причин суицидальных поступков, а в контексте раз- ворачивания траекторий формирования суицидального поведения.
Bridge J.A. и коллеги [13], описавшие подобные траектории, выделили факторы допубертатной и пубертатной фаз развития. К допубертатным факторам относятся особенности родителей, в частности, их психиче- ские расстройства (в особенности, депрессивного круга), связанные с последующим формированием у ребенка нейротизма, тревожности и чувства безнадежности, а также импульсивность и агрессия, суици- дальные попытки родителей с формированием на основе этих фак- торов импульсивности у самого ребенка. Затем, в пубертатной фазе, первая траектория идет по схеме формирования депрессии у подростка с включением суицидальных убеждений, вторая — с формированием импульсивности и агрессивности как личностных черт. На следующем этапе данные траектории сближаются, дальнейшее развитие в сторону суицидальной попытки определяется сочетанием стрессовых (напри- мер, потеря близкого или конфликт) и защитных (социальные связи, культурные и религиозные убеждения) факторов, а также наличием фасилитирующих обстоятельств, таких как алкогольная интоксикация и опосредованное воздействие через средства массовой информации или суицидальную попытку у сверстника. Доступность средств совер- шения суицида способствует наступлению завершенной суицидальной попытки [3; 11; 13].

Заключение


Таким образом, суицидальное поведение в подростковом возрасте имеет многофакторную природу, включающую как психопатологиче- ские, так и психологические механизмы, а также средовые и социальные факторы. Рост аутодеструктивных поведенческих тенденций в данном возрасте с последующим выбором суицида как способа решения возникающих проблем требует тщательного анализа личности несовершен- нолетнего, сферы межличностных отношений, особенностей воспита- ния и других обстоятельств для последующего формирования стратегий психосоциальной профилактики и адаптации, а также выработки форм и способов психологической и социальной поддержки подростков, вхо- дящих в группу суицидального риска. Одним из методов такого исследо- вания может служить герменевтический анализ материалов уголовного дела в рамках судебной экспертизы психического состояния подростка, совершившего суицид. Такое исследование позволяет выстроить доста- точно полную картину произошедшего и сделать выводы об основных факторах суицидального поведения в каждом конкретном случае, а так- же способствовать обобщению данных и формированию концепции су- ицидального поведения в подростковом возрасте.

Литература

  1. Амбрумова А.Г. Психология самоубийства // Социальная и клиническая психиатрия. 1996. Т. 6. № 4. С. 14—20.
  2. Амбрумова А.Г., Жезлова Л.Я. Методические рекомендации по профилактике суицидальных действий в детском и подростковом возрасте. М.: б.и., 1978. 13 c.
  3. Банников Г.С., Павлова Т.С., Кошкин К.А., Летова А.В. Потенциальные и ак- туальные факторы риска развития суицидального поведения подростков (об- зор литературы) // Суицидология. 2015. № 4. С. 21—32.
  4. Вихристюк О.В. Влияние средств массовой информации на суицидальное поведение подростков и молодежи (обзор зарубежных источников) [Элек- тронный ресурс] // Современная зарубежная психология. №1. 2013. C. 100—108. URL: https://psyjournals.ru/jmfp/2013/n1/58059.shtml (дата обращения: 29.07.2016).
  5. Любов Е.Б. СМИ и подражательное суицидальное поведение. Часть I. // Суицидология. 2012. № 3. С. 20—28.
  6. Павлова Т.С., Банников Г.С. Современные теории суицидального поведения подростков и молодежи [Электронный ресурс] // Психологическая наука и образование psyedu.ru. 2013. № 4. URL: http://psyedu.ru/journal/2013/4/ Pavlova_Bannikov.phtml (дата обращения: 29.07.2016)
  7. Положий Б.С., Панченко Е.А. Суициды у детей и подростков в России: со- временная ситуация и пути ее нормализации [Электронный ресурс] // Меди- цинская психология в России: электрон. науч. журн. 2012. № 2. URL: http:// medpsy.ru (дата обращения: 23.07.2016).
  8. Попов Ю.В., Пичиков А.А. Особенности суицидального поведения у подрост- ков (обзор литературы) // Обозрение психиатрии и медицинской психологии имени В.М. Бехтерева. 2011. № 4. С. 4—8.
  9. Тихоненко В.А., Сафуанов Ф.С. Введение в суицидологию // Медицинская и судебная психология. 4-е изд. / Под ред. Т.Б. Дмитриевой, Ф.С. Сафуанова. М.: Генезис, 2016. С. 266—283.
  10. Brent D.A., Perper J.A., Moritz G., Baugher M. Stressful life events, psychopathol- ogy, and adolescent suicide: a case-control study // Suicide and Life-Threatening Behavior. 1993. Vol. 23 (3). Р. 179—187.
  11. Brent D.A., Mann J.J. Familial pathways to suicidal behavior — understanding and preventing suicide among adolescents // New England Journal of Medicine. 2006. Vol. 355 (26). P. 2719—2721.
  12. Brent D.A., Melhem N.M., Oquendo M. et al. Familial pathways to early-onset sui- cide attempt: a 5.6-year prospective study // JAMA Psychiatry. 2015. Vol. 72 (2). P. 160—168. doi:10.1001/jamapsychiatry.2014.2141.
  13. Bridge J.A., Goldstein T.R., Brent D.A. Adolescent suicide and suicidal behavior // Journal of Child Psychology and Psychiatry. 2006. Vol. 47 (3—4). P. 372—394.
  14. Blüml V., Kapusta N.D., Doering S. et al. Personality factors and suicide risk in a representative sample of the German general population // PLoS ONE. 2013. Vol. 8(10). e76646. doi:10.1371/journal.pone.0076646
  15. Cash S.J., Bridge J.A. Epidemiology of youth suicide and suicidal behavior // Cur- rent Opinion in Pediatrics. 2009. Vol. 21(5). P. 613—619.
  16. Chioqueta A.P., Stiles T. Personality traits and the development of depression, hopelessness, and suicide ideation // Personality and Individual Differences. 2005. Vol. 38 (6). P. 1283—1291.
  17. Crumley F.E. Adolescent suicide attempts and borderline personality disorder: clini- cal features // Southern Medical Journal. 1981. Vol. 74 (5). P. 546—549.
  18. Durkee T., Hadlaczky G., Westerlund M. et al. Internet pathways in suicidality: a re- view of the evidence // International Journal of Environmental Research and Public Health. 2011. Vol. 8 (10). P. 3938—3952.
  19. Enns M.W., Cox B.J., Inayatulla M. Personality predictors of outcome for adoles- cents hospitalized for suicidal Ideation // Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry. 2003. Vol. 42 (6). P. 720—727.
  20. Fleischmann A., Bertolote J. M., Belfer M. et al. Completed suicide and psychiatric diagnoses in young people: a critical examination of the evidence // American Jour- nal of Orthopsychiatry. 2005. Vol. 75(4). P. 676—683.
  21. Fergusson D.M., Woodward L.J., Horwood L.J. Risk factors and life processes associ- ated with the onset of suicidal behaviour during adolescence and early adulthood // Psychological Medicine. 2000. Vol. 30 (1). P. 23—39.
  22. Goldstein T.R., Bridge J.A., Brent D.A. Sleep disturbance preceding completed suicide in adolescents // Journal of Consulting and Clinical Psychology. 2008. Vol. 76(1). P. 84—91.
  23. Goldston D.B., Kovacs M., Ho V.Y. et al. Suicidal ideation and suicide at- tempts among youth with insulin-dependent diabetes mellitus // Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry. 1994. Vol. 33 (2). P. 240—246.
  24. Hagihara A, Miyazaki S, Abe T. Internet suicide searches and the incidence of sui- cide in young people in Japan // European Archives of Psychiatry and Clinical Neu- roscience. 2012. Vol. 262 (1). P. 39—46.
  25. Horesh N., Orbach I., Gothelf D. et al. Comparison of the suicidal behavior of adoles- cent inpatients with borderline personality disorder and major depression // Journal of Nervous and Mental Disease. 2003. Vol. 191 (9). P. 582—588.
  26. Kim D., Kim H. Body-image dissatisfaction as a predictor of suicidal ideation among Korean boys and girls in different stages of adolescence: a two-year longitudinal study // Journal of Adolescent Health. 2009. Vol. 45 (1). P. 47—54.
  27. King C.A., Foster C.E., Rogalski K.M. Teen Suicide Risk. New York, NY: Guilford Press, 2013. 208 p.
  28. Messias E., Castro J., Saini A. et al. Sadness, suicide, and their association with video game and internet overuse among teens: results from the youth risk behavior survey 2007 and 2009 // Suicide Life Threat Behav. 2011. Vol. 41(3). P. 307—315.
  29. Miotto P., De Coppi M., Frezza M. et al. Suicidal ideation and aggressiveness in school-aged youths // Psychiatry Research. 2003. Vol. 120. P. 247—255.
  30. Neumark-Sztainer D., Story M., Dixon L.B. et al. Adolescents engaging in unhealthy weight control behaviors: are they at risk for other health-compromising behav- iors? // American Journal of Public Health. 1998. Vol. 88 (6). P. 952—955.
  31. Portzky G., Audenaert K., Van Heeringen K. Suicide among adolescents. A psycholog- ical autopsy study of psychiatric, psychosocial and personality-related risk factors // Social Psychiatry and Psychiatric Epidemiology. 2005. Vol. 40 (11). P. 922—930.
  32. Randall J.R., Nickel N.C., Colman I. Contagion from peer suicidal behavior in a representative sample of American adolescents // Journal of Affective Disorders. 2015. Vol. 186. P. 219—225.
  33. Remafedi G., French S., Story M. et al. The relationship between suicide risk and sexual orientation: results of a population-based study // American Journal of Pub- lic Health. 1998. Vol. 88 (1). P. 57—60.
  34. Russell S.T., Joyner K. Adolescent sexual orientation and suicide risk: evidence from a national study // American Journal of Public Health. 2001. Vol. 91 (8). P. 1276— 1281.
  35. Shaffer D., Gould M.S., Fisher P. et al. Psychiatric diagnosis in child and adolescent suicide // Archives of General Psychiatry. 1996. Vol. 53 (4). P. 339—348.
  36. Shain B. Suicide and Suicide Attempts in Adolescents. Pediatrics. 2016. Vol. 138 (1). doi: 10.1542/peds.2016-1420
  37. Stewart J.G., Kim J.C., Esposito E.C. et al. Predicting suicide attempts in depressed adolescents clarifying the role of disinhibition and childhood sexual abuse // Journal of Affective Disorders. 2015. Vol. 187. P. 27—34.
  38. Van Heeringen K., Hawton K., Williams J.M.G. Pathways to suicide: an integra- tive approach // The International Handbook of Suicide and Suicidal Behaviour /
  39. K. Hawton, K. van Heeringen (eds.). Chichester: Wiley, 2000. P. 223—236.
  40. VanOrden K.A., Witte T.K., Cukrowicz K.C. et al. The interpersonal theory of suicide // Psychological Review. 2010. Vol. 117 (2). P. 575—600. http://doi. org/10.1037/a0018697
  41. Wasserman D., Cheng Q., Jiang G. Global suicide rates among young people aged 15—19 // World Psychiatry. 2005. Vol. 4 (2). P. 114—120.
  42. Zaborskis A., Sirvyte D., Zemaitene N. Prevalence and familial predictors of suicidal behaviour among adolescents in Lithuania: a cross-sectional survey 2014 // BMC Public Health. 2016. Vol. 16 (1). doi: 10.1186/s12889-016-3211-x
  43. Zimmerman G.M., Rees C., Posick C. et al. The power of (Mis)perception: Rethink- ing suicide contagion in youth friendship networks // Social Science & Medicine. 2016. Vol. 157. P. 31—38. doi: 10.1016/j.socscimed.2016.03.046

Информация об авторах

Сыроквашина Ксения Валерьевна, кандидат психологических наук, доцент, старший научный сотрудник Лаборатории психологии детского и подросткового возраста, Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского Минздрава России (ФГБУ «НМИЦ ПН имени В.П.Сербского» МЗ РФ), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0003-3172-6130, e-mail: syrokvashina@mail.ru

Дозорцева Елена Георгиевна, доктор психологических наук, профессор, профессор кафедры юридической психологии и права, факультет юридической психологии, Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ), руководитель лаборатории психологии детского и подросткового возраста, Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского, член редколлегии научного журнала «Психология и право» член редакционного совета научного журнала «Психологическая наука и образование», Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-1309-0485, e-mail: edozortseva@mail.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 6482
В прошлом месяце: 93
В текущем месяце: 76

Скачиваний

Всего: 5125
В прошлом месяце: 36
В текущем месяце: 18