Влияние гендера на особенности пищевого поведения у девушек

1910

Аннотация

Работа посвящена исследованию влияния психологического пола (маскулинного, андрогинного, феминного) на особенности установок пищевого поведения у девушек. Целью исследования явилось изучение связи установок пищевого поведения с особенностями гендера. Предполагалось, что выраженная феминность и маскулинность являются факторами риска нарушений пищевого поведения у девушек. Причем у маскулинных – по булимическому типу, а у феминных – по типу увлечения диетами. С помощью методик Bem Sex Role Inventory (С. Бем), Eating Attitudes Test (Д. Гарнер) и Факторы риска нарушений пищевого поведения (Т.А. Мешкова) были исследованы сорок девушек в возрасте от 17 до 20 лет. Результаты показали, что те, кто имел по тесту С. Бем гендерный пол, приближенный к маскулинному, и девушки с выраженной феминностью, более подвержены риску возникновения нарушений пищевого поведения, чем имевшие средний балл по шкале маскулинность–феминность в данной выборке. Показано, что особенности гендера влияют на типы установок пищевого поведения: те, чей гендер приближен к маскулинному, склонны к особенностям пищевого поведения по булимическому типу, а девушки с выраженной феминностью – к увлечению диетами. Полученные результаты свидетельствуют также, что маскулинные девушки чаще используют физические нагрузки для снижения веса, что отличает их от феминных, не увлекающихся спортом.

Общая информация

Ключевые слова: пищевое поведение, психологический пол, гендер , маскулинность, андрогинность, феминность, анорексия, булимия

Рубрика издания: Клиническая и специальная психология

Тип материала: научная статья

Для цитаты: Зеленкова М.А., Николаева Н.О. Влияние гендера на особенности пищевого поведения у девушек // Психологическая наука и образование. 2012. Том 17. № 5. С. 12–18.

Полный текст

 

Введение

В XX веке в экономически развитых странах возникла проблема борьбы с избыточным весом. Средства массовой информации и тенденции моды и в настоящее время пропагандируют похудение. Идеал стройного тела породил активное использование диет в целях снижения веса. В то же время длительное соблюдение диет считается одной из основных причин развития нарушений пищевого поведения (НПП). В ряде случаев на фоне этих нарушений возникают такие серьезные заболевания, как нервная анорексия и нервная булимия. В настоящее время возраст заболевающих (преимущественно девушек) снизился до 12-14 лет [8].

Пищевое поведение человека относится к инстинктивным формам поведения, т. е. определяется врожденными потребностями и включает в себя привычки, установки и эмоции, которые касаются отношения к еде. Традиционно к нарушениям пищевого поведения относят анорексию и булимию. Первую определяют как расстройство приема пищи, которое характеризуется намеренным снижением веса в целях похудения. Чаще она встречается у молодых девушек (90 %) и связана с ранним использованием диет [4; 7]. Вторую - как расстройство приема пищи, характеризующееся резким усилением аппетита, наступающим обычно в виде приступа, и сопровождающееся чувством мучительного голода. Человек поглощает большие объемы пищи без ощущения насыщения. За приступом, как правило, следует борьба с перееданием (провоцирование рвоты и пр.). Булимия рассматривается как стадия анорексии.

Имеющиеся данные по российской популяции говорят о стремительном увеличении распространенности НПП и наличии высокого процента девушек, относящихся к группе риска [3]. Высокие показатели риска развития НПП были получены Т.И. Семиной, проводившей исследование в Томске. По ее данным, распространенность риска нарушений пищевого поведения среди старшеклассниц и студенток достигала 37.2 % [9].

Гендер (гендерная роль) - это социальный пол, т. е. совокупность межличностных и социальных характеристик личности, которые устойчиво связаны в конкретных общественных и исторических условиях с принадлежностью к женщинам или мужчинам [2]. Феминность определяется как комплекс психологических особенностей, которые традиционно приписываются женщине (женственность, готовность помочь, мягкость характера и т. д.), а маскулинность - как комплекс психологических и поведенческих особенностей, традиционно рассматриваемых как мужские (стойкость характера, мужественность, самостоятельность и т. д.). В настоящее время стереотипы мужественности (маскулинно­сти) и женственности (феминности) становятся менее полярными и однозначными. Сейчас на смену половой поляризации пришла идея психологической андрогинности как сочетания в одном человеке, вне зависимости от его биологического пола, традиционно женских и мужских качеств. Основанием этому служит концепция психологической андрогинии, разработанная в 1974 году Сандрой Бем [1; 2]. Соответственно, андрогинность определяется как явление, при котором человек проявляет одновременно и женские, и мужские качества (не обязательно в равной степени) [6].

Вследствие того что экономические и социальные условия современности характеризуются динамичными изменениями психологических стереотипов и ролей, следование традиционным моделям поведения не является гарантией психологического благополучия ни для мужчин, ни для женщин [2]. Современное общество, в частности, перед женщиной ставит множество задач, для которых бывает необходимо проявлять не только типично женские качества, а иметь более гибкие гендерные установки. Исходя из этого, андрогиния рассматривалась С. Бем как наиболее адаптивный гендер [5].

Мы предположили, что девушки с ярко выраженной феминностью будут испытывать трудности адаптации в обществе. С другой стороны, маскулинные девушки также являются группой риска в плане психологического благополучия. Следовательно, именно в этих гендерных группах девушек выше вероятность развития риска нарушений пищевого поведения. Подобные исследования влияния гендера на риск НПП описаны и в зарубежной литературе. По данным M. Pritchard, ярко выраженный маскулинный или феминный гендеры являются факторами риска нарушений пищевого поведения [11].

Метод

Исследование установок пищевого поведения, отношения к спорту и определения гендера у испытуемых проводилось методом тестирования с использованием трех опросников.

1.   Bem Sex Role Inventory. Опросник разработан С. Бэм и содержит 60 качеств, из которых двадцать относятся к характеристикам маскулинности (М), двадцать - к характеристикам феминности (F) и двадцать являются нейтральными. Испытуемый должен указать наличие или отсутствие у себя этих качеств [5], отметив в протоколе «да» или «нет». За каждое совпадение ответа с ключом начисляется 1 балл. Основной индекс определяется по формуле (F - M) х 2.322. Результаты всех девушек составили непрерывную шкалу, в которой низкие оценки соответствуют выраженной маскулинности, высокие - выраженной феминности. Андрогинности соответствуют промежуточные оценки. При этом существуют критерии отнесения к тому или иному гендеру: при значениях ниже -1 отмечается маскулинность, от -1 до 1 - андрогинность, выше 1 - феминность. В случае когда индекс меньше -2.025, говорят о ярко выраженной маскулинности, а если больше + 2.025 - о ярко выраженной фемининности [5].

2.   Eating Attitudes Test (EAT-26). Опросник разработан Д. М. Гарнером [10], содержит 26 вопросов и применяется для определения отношения человека к еде. EAT-26 имеет 3 шкалы: увлечения диетами (содержит 13 вопросов), булимическую (6 вопросов) и орального контроля (7 вопросов). На каждый вопрос предусмотрено пять вариантов ответа: «всегда», «обычно», «часто», «иногда», «редко» «никогда». Существует два способа подсчета результатов.

Первый - исследовательский, при котором с первого по двадцать пятый вопросы являются прямыми и оцениваются следующим образом: «никогда» как 0 баллов, «редко» как 1 балл, «иногда» как 2 балла, «часто» как 3 балла, «обычно» как 4 балла и «всегда» как 5 баллов. Последний двадцать шестой вопрос является обратным: «никогда» оценивается в 5 баллов, «редко» в 4 балла, «иногда» в 3 балла и т. д. до ответа «всегда», который оценивается в 0 баллов.

Второй способ подсчета результатов - диагностический, при котором первые двадцать пять вопросов также являются прямыми, но оцениваются по-другому: «никогда», «редко» и «иногда» как 0 баллов, «часто» как 1 балл, «обычно» как 2 балла и «всегда» как 3 балла. Обратный двадцать шестой вопрос оценивается следующим образом: ответы «всегда», «обычно» и «часто» оцениваются как 0 баллов, «иногда» как 1 балл, «редко» как 2 балла и «никогда» как 3 балла. Если обследуемый при диагностическом методе подсчета результатов набирает сумму баллов по всему тесту более 20, ему советуют пройти клиническое обследование.

3.    Факторы риска нарушений пищевого поведения (ФР НПП). Опросник находится в стадии разработки (автор Т.А. Мешкова). Включает вопросы на определение НПП и на ассоциирующиеся с ним личностные, семейные и другие факторы риска. В нашем исследовании использованы утверждения, связанные с увлечением физическими нагрузками, а именно: «когда я занимаюсь физическими упражнениями, то думаю о потерянных калориях»; «я поддерживаю свою физическую форму»; «я регулярно посещаю спортивную секцию (фит­нес)»; «мне нравится заниматься физическими упражнениями до изнеможения».

Исследование с использованием описанных выше методик проводилось на неклини­ческой популяции московских школьниц и студенток. В нем приняли участие 40 девушек в возрасте от 17 до 20 лет (M = 18.3 ± 0.99).

Результаты и их обсуждение

С помощью методики С. Бэм было выявлено, что 60 % девушек андрогинны и 40 % феминны. С помощью методики ЕАТ-26 было выявлено, что 13 % девушек имеют риск нарушений пищевого поведения.

Корреляции Пирсона, полученные при обработке данных по всей выборке (N = 40), приведены на рис. 1. Видно, что существует положительная связь между феминностью и шкалой увлечения диетами теста EAT-26 (R = 0.40 при p < 0.05).

 

Рис. 1. Корреляции Пирсона между уровнем феминности, шкалами теста на установки пищевого поведения и шкалой применения физических нагрузок в целях снижения веса (увлечение спортом)

Таким образом, подтверждается гипотеза, что чем выше уровень феминности, тем выше проявляется склонность к использованию диет в целях снижения веса. При этом феминность отрицательно связана с применением физических нагрузок в целях снижения веса (R = - 0.55 при p < 0.05).

Также на рис. 1 показана отрицательная связь между уровнем феминности и булими­ческой шкалой теста EAT-26 (R = -0.51 при p < 0.05), т. е. девушки, набирающие низкий балл по тесту С. Бем (приближенные к маску­линным), склонны к особенностям пищевого поведения по булимическому типу. Таким образом, подтверждается гипотеза о связи маскулинности и установок пищевого поведения по булимиче­скому типу.

Результаты, представленные на рис. 1, также показывают положительную связь между шкалой булимии и шкалой применения физических нагрузок (R = 0.38 при p < 0.05), т. е. чем выше булимические установки пищевого поведения, тем выше склонность девушек к использованию интенсивной физической нагрузки как средству снижения веса, что оказалось не свойственно девушкам, увлекающимся диетами.

Далее вся выборка, состоявшая из сорока девушек, была разделена на три группы по типам гендера: девушек андрогинных, приближенных к маскулинным (первая группа); андрогин­ных (вторая группа) и феминных (третья группа). Численность групп - 8, 16 и 16 соответственно. Группы сформированы на основании стандартных критериев теста С. Бем и особенностей гистограммы распределения. В первую группу вошли девушки, имевшие по тесту С. Бем основной индекс от -1.00 до -0.25 (приближенные к маскулинным); во вторую группу - набравшие от -0.24 до 0.99 (андрогинные), в третью - набравшие от 1.00 до 1.17 - феминные.

С помощью дисперсионного анализа ANOVA было проведено сравнение этих гендерных групп по выраженности риска нарушений пищевого поведения (рис. 2).

Рис. 2. Выраженность риска нарушений пищевого поведения в трех гендерных группах девушек: первая группа – андрогинные, приближенные к маскулинным (N = 8); вторая группа – андрогинные (N = 16) и третья группа – феминные (N = 16)

На рисунке 2 видно, что девушки, относящиеся к группам 1 и 3, т. е. андрогинные с наиболее низкими баллами (приближенные к маску­линным) и феминные набрали значимо больше баллов по тесту на установки пищевого поведения, чем андрогинные девушки из второй группы. Как говорилось выше, высокие баллы по тесту EAT-26 свидетельствуют о возможном риске нарушений пищевого поведения. Таким образом, подтверждается гипотеза о том, что ма­скулинность и выраженная феминность являются факторами риска нарушений пищевого поведения у девушек.

Использование ANOVA позволило выявить различия в способах снижения веса у девушек с различным гендером (рис. 3 и 4). Так, фемин­ные девушки достоверно чаще, чем андрогин­ные, увлечены соблюдением диет (рис. 3), а приближенные к маскулинным - увлечены спортом как средством снижения веса (рис. 4).

Рис. 3. Увлечение диетами у девушек с различным гендером: 1 - андрогинный, приближенный к маскулинному; 2 - андрогинный; 3 - феминный

На рисунке 3 показано, что девушки, относящиеся к третьей группе, т. е. феминные, набирают достоверно более высокие баллы по шкале увлечения диетами, чем андрогинные девушки из первой и второй групп.

На рисунке 4 приведен результат сравнения с помощью ANOVA трех гендерных групп девушек по их отношению к физическим нагрузкам (увлечение спортом). Здесь видно, что девушки с приближенным к маскулинному гендеру достоверно чаще, чем феминные и андрогинные, используют физические нагрузки для снижения веса.

Рис. 4. Увлечение спортом в целях снижения веса у девушек с различным гендером: 1 – андрогинный, приближенный к маскулинному; 2 – андрогинный; 3 – феминный

Таким образом, дисперсионный анализ трех гендерных групп девушек показал значимое влияние независимого фактора «Гендер» на оценки по шкалам «Риск нарушений пищевого поведения», «Увлечение диетами» и «Увлечение спортом».

 Заключение

Исследование психологического пола, пищевых установок и отношения к спорту у московских девушек позволило выявить ряд закономерностей.

Показано влияние особенностей гендера на риск нарушений пищевого поведения: приближенные к маскулинным и феминные девушки (т. е. крайние группы по шкале маскулинность- феминность) более подвержены рискам нарушений пищевого поведения.

Также выявлены различия в установках на пищевое поведение и в стратегиях снижения веса у группы приближенных к маскулинным и феминных девушек. Первым более свойственны булимические черты пищевого поведения и использование физических нагрузок с целью снижения веса, вторым – увлечение диетами. Полученные данные о влиянии гендера на риск НПП вносят вклад в накопление знаний о причинах возникновения расстройств приема пищи, а анализ различных стратегий снижения веса у феминных и маскулинных девушек может способствовать более успешной терапии нарушений пищевого поведения.

Литература

  1. Дугин А. Г. Социология пола (Структурная социология) // Курс лекций по структурной социологии. Лекция № 10. М., 2010. Электронная версия: http://konservatizm.org.
  2. Екимова В. И., Филлипова С. А. Гендерные различия: социокультурный аспект // Сибирский психологический журнал. 2008. № 27.
  3. Занозин А. В. Клинико-эпидемиологические и психопрофилактические аспекты нервной анорексии. Дисс. … канд. мед. наук. М., 2002.
  4. Зверева Н. В., Казьмина О. Ю., Каримулина Е. Г. Патопсихология детского и юношеского возраста. М., 2008.
  5. Ильин Е. П. Дифференциальная психофизиология мужчины и женщины. СПб., 2003.
    Мещеряков Б. Г., Зинченко В. П. Большой психологический словарь. М., 2003.
  6. Николаева Н. О. Нарушения пищевого поведения: социальные, семейные и биологические предпосылки // Журн. «Вопросы психического здоровья детей и подростков». 2011. № 1 (11).
  7. Ромацкий В. В., Семин И. Р. Феноменология и классификация нарушений пищевого поведения // Бюллетень сибирской медицины. 2006. № 4.
  8. Семина Т. И. Риск развития расстройств пищевого поведения у школьниц и студенток // Вестник СибГМУ. 2000. № 2.
  9. Garner D. M., Olmsted M. P., Bohr Y., Garfinkel P. E. The Eating Attitudes Test: psychometric features and clinical correlates // Psychological Medicine. 1982. Vol. 12.
  10. Pritchard М. Disordered eating in undergraduates: does gender role orientation influence men and women the same way? // Sex Roles. 2008. № 59.

Информация об авторах

Зеленкова М.А., выпускница кафедры психологической реабилитации факультета клинической и специальной психологии Московского городского психолого-педагогического университета

Николаева Наталия Олеговна, доцент кафедры дифференциальной психологии и психофизиологии, Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ), Associate Professor of the Department of Differential Psychology and Psychophysiology, Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0003-4616-2868, e-mail: sp_natalia@mail.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 3120
В прошлом месяце: 19
В текущем месяце: 17

Скачиваний

Всего: 1910
В прошлом месяце: 5
В текущем месяце: 3