Копинг-стратегии в период формирующейся взрослости у российских студентов

189

Аннотация

По мере взросления копинги изменяются в сторону более адаптивных стилей, но мало известно о процессах совладания в связи с психологическими особенностями нового переходного периода — формирующейся взрослости (18—25 лет). Через призму интеграции положений культурно-исторической теории Л.С. Выготского и идей неоэриксоновской культурной теории развития Дж. Арнета мы исследовали параметры формирующейся взрослости (исследование идентичности и сосредоточенность на себе, негативность и нестабильность, личная свобода, эксперименты и возможности, чувство «между» ориентация на других) как особенности социальной ситуации развития в связи с копингами среди российских студентов. Выборку составили данные, полученные от 510 студентов в возрасте от 18 до 25 лет (40,1% — мужчины), обучающихся в университетах Москвы и Тулы. В исследовании измерялись показатели формирующейся взрослости (IDEA-R) и копингов (WCQ) с использованием адаптированных к российской выборке методик. Полученные результаты дают возможность говорить о том, что удлинение переходного периода взросления ассоциировано с повышением избегающих и эмоционально фокусированных копингов. Мы обнаружили, что степень тревоги от нестабильности переходного периода и сосредоточенность на себе у формирующихся взрослых являются предикторами попыток преодолеть трудности за счет отрицания проблемы, неоправданных ожиданий, подавления эмоций и самообвинения, а степень их открытости для экспериментов с жизнью, оптимизма в отношении будущего, исследования идентичности и ориентации на другого — предикторами планирования решения и положительного переосмысления проблемной ситуации, поиска социальной поддержки. Наблюдался эффект влияния возраста и пола на снижение меры зависимости копингов от психологических особенностей формирующейся взрослости. Материалы исследования помогают понять процессы, лежащие в основе возрастно-психологического развития современной молодежи.

Общая информация

Ключевые слова: возраст, особая социальная ситуация развития, переходные явления, взрослость, молодежь, взросление, студенты, копинг

Рубрика издания: Возрастная психология

Тип материала: научная статья

DOI: https://doi.org/10.17759/chp.2023190309

Получена: 05.07.2023

Принята в печать:

Для цитаты: Клементьева М.В., Иванова В.И. Копинг-стратегии в период формирующейся взрослости у российских студентов // Культурно-историческая психология. 2023. Том 19. № 3. С. 72–80. DOI: 10.17759/chp.2023190309

Полный текст

Введение

В XXI веке постиндустриальное общество предоставляет молодежи больше возможностей для выбора и ставит задачи с высокими требованиями к образованию, что меняет процесс взросления. Современные люди все чаще откладывают социальные переходы (окончание обучения и начало карьеры, вступление в брак и родительство) и сохраняют финансовую зависимость от родителей вплоть до 25—29 лет. Начало взрослой жизни — 18—25 лет — время возросших возможностей и рисков развития [20], острота которых очевидна в ракурсе актуальных проблем и вызовов — пандемия COVID, киберсоциализация, трансформации образования и рынка труда, глобальные кризисы: молодые люди подвержены академическим, социальным, профессиональным стрессам, они осваивают новые роли и ресурсы, включаются в новые контексты и учатся справляться с проблемами [2; 30]. В попытке понять динамику взросления в настоящее время исследователи описывают период 18—25 лет как переходный период формирующейся взрослости, сопряженный с социальными, психическими и личностными изменениями [5; 31], продолжающимися процессами нейробиологического и физиологического созревания [12], как период «отложенной взрослости» — время затянувшегося перехода от отрочества к взрослости [21; 30].

Мы вносим свой вклад в обсуждение научного статуса вопроса о формирующейся взрослости, предлагая понимание возрастно-психологических особенностей периода через призму культурно-исторической теории [1]. Положения культурно-исторической теории Л.С. Выготского о возрасте, на наш взгляд, можно применить для интерпретации особенностей формирующейся взрослости [21], отличных от развития взрослых [22] и подростков [16]:

  1. исследование идентичности (поиски идентичности, выбор из альтернатив развития своего Я в области карьеры, межличностных отношениях, идеологии и пр.);
  2. эксперименты (биографическое экспериментирование с различными ролями и направлениями жизни) и возможности (личная свобода и осознание беспрецедентной возможности выстроить жизнь по своему плану, оптимизм в отношении своих целей, потенциальных межличностных отношений и карьеры);
  3. негативизм и нестабильность (азарт в исследовании жизненных возможностей сочетается с беспокойством от неопределенности выбора стратегии в любви, работе, месте жительства и пр.);
  4. сосредоточенность на себе (отказ от обязательств перед другими, эгоцентризм, стремление защитить свой более длинный, чем у предшествующего поколения, путь к взрослости);
  5. чувство «между» (лиминальное состояние переходности, когда заканчивается отрочество и возникают предпосылки для взрослости).

Принимая во внимание теоретико-методологические расхождения в теориях (культурно-исторической теории Л.С. Выготского и культурной теории развития Дж. Арнета), мы попытались интегрировать идеи в непротиворечивое единство, сохранив их сильные стороны.

Л.С. Выготский отметил «…исключение периода развития, называемого обычно юностью, охватывающего возраст после 17—18 лет, вплоть до наступления окончательной зрелости» [1, с. 19] из схемы развития ребенка. Однако в изменившихся за последние десятилетия социально-культурных практиках и институтах социализации складывается новое взросление. Современное представление о формирующейся взрослости как переходном периоде отражает идею Л.С. Выготского о среде как источнике развития. Культурно-социальные детерминанты, определяющие содержание формирующейся взрослости, отмечает Дж. Арнет, подчеркивая социальные ожидания общества относительно моратория на принятие взрослых обязательств двадцатилетними: современное общество позволяет молодежи не спеша переходить к выполнению взрослых ролей [30].

Ключом к пониманию специфики возраста, по Л.С. Выготскому, является социальная ситуация развития: «…к началу каждого возрастного периода складывается совершенно своеобразное, специфическое для данного возраста, исключительное, единственное и неповторимое отношение между ребенком и окружающей его действительностью, прежде всего социальной» [1, с. 24]. В современной российской психологии [7] обосновано использование объяснительного потенциала конструкта «социальная ситуация развития» в определении содержания и направления развития человека на всех этапах онтогенеза, включая взрослые возрасты. Но среди особенностей социальной ситуации 18—25-летних современные исследователи отмечают довольно широкий спектр параметров.

Мы делаем попытку представить через призму идей Л.С. Выготского особенности формирующейся взрослости, выражающие субъективные оценки молодыми людьми своих отношений с социальной средой, как характеристики социальной ситуации развития.

Аргументами в пользу нашего предположения могут служить кросс-культурные данные, полученные с помощью шкалы оценки формирующейся взрослости (IDEA - Inventory of the Dimensions of Emerging Adulthood) [21]. Структурные вариации показателей формирующейся взрослости за последние 16 лет обнаруживают: 1) их последовательное снижение от начала к концу возраста [22; 30]; 2) неточную репликацию структуры на выборках более 20 стран — Америки, Европы, Азии и Африки и др. [16; 24], но зависимость от условий социализации [8]. Сходные психологические характеристики отмечают российские исследователи [3]. Авторы [31] доказывают необходимость социально-экономической и психологической поддержки со стороны взрослых положительной траектории развития личности (в сферах образования, профессии, межличностных отношений, здоровья) в период формирующейся взрослости.

Особенности формирующейся взрослости отражают культурно опосредованные отношения молодых людей с социальным миром, укорененные в сложившихся условиях и традициях. Противоречие социальной ситуации развития складывается в пространстве «отложенной взрослости»: обладая всей совокупностью возможностей и прав быть взрослым, испытывая необходимость полагаться на свои ресурсы при принятии решений в неопределенной среде, молодые люди не считают себя взрослыми, экспериментируя с возросшими возможностями, испытывают тревогу и беспокойство.

Понимание особенностей формирующейся взрослости как особенностей социальной ситуации развития 18—25-тилетных людей в русле культурно-исторической теории позволяет представить научно обоснованный взгляд на сложные процессы современного взросления, что может стать существенным вкладом в область межкультурного исследования российской молодежи.

Проиллюстрируем предположение о понимании формирующейся взрослости как характеристик социальной ситуации развития 18—25-тилетных людей на примере связей между особенностями формирующейся взрослости и копингами.

Современные психологи исходят из понимания копингов в русле транзакционного, контекстуального и процессно-ориентированного подходов [29] — как «когнитивные и поведенческие усилия по управлению конкретными внешними и/или внутренними требованиями, которые оцениваются как обременительные или превышающие ресурсы человека» [14, р. 141]. Во многих психологических работах, посвященных изучению копингов среди студенческой молодежи, акцентируются социальные и ситуационные факторы, биологические и личностные предикторы. Полный обзор выходит за рамки настоящего исследования, поэтому остановимся на тех, где даны возрастные особенности копингов у формирующихся взрослых.

В большинстве сравнительных исследований, среди участников которых была группа 18—25-летних, не учитываются возрастно-психологические особенности данной группы. Лишь в немногочисленных работах приведены данные о роли возраста в сдвигах копингов. Выявлена посредническая функция копингов между перфекционизмом и академической адаптацией [6], тревожностью и исполнительными функциями [18] у студентов. Обоснована возрастная детерминация копингов со стороны статуса идентичности [20; 25] и развивающейся духовности [27]. Продемонстрирована зависимость копингов от пола: молодые женщины чаще ищут социальную поддержку и более эмоциональны [10; 13; 17], а молодые мужчины используют юмор [10] и рациональные стили [17], но к концу формирующейся взрослости различий нет. С возрастом наблюдается тенденция к увеличению проблемно-ориентированных копингов и снижение избегания-бегства [13]. Проблемно-ориентированный и смысло-ориентированный копинги возрастают в 17—24 года, а эмоционально-ориентированный копинг снижается [9; 15]. Динамика Я-концепции не предопределяет выбор копингов после 18 лет [23], но изменчивость траектории развития Эго [28] и степень связности/спутанности идентичности в 18—25-тилетнем возрасте влияют на выбор копингов [23; 26]. Формирующиеся взрослые менее устойчивы к преодолению проблем психического здоровья и более склонны к неадаптивному копингу, чем представителя старших поколений [11]; и хотя, как и подростки, они часто используют решение проблем и поиск поддержки, но преимущественно обращаются к когнитивным стратегиям [19; 29]. Как в отрочестве, близость и забота матерей опосредует использование проблемно ориентированных копингов формирующимися взрослыми [27; 30]. В целом, копинги формирующихся взрослых изменяются в сторону более адаптивных стратегий [19]. Но нет исследований связей между особенностями социальной ситуации развитии формирующейся взрослости и копингами.

Настоящим исследованием мы уточняем возрастные особенности совладания в период 18—25 лет, предлагая свои ответы на вопросы, почему и как особенности формирующейся взрослости как характеристики социальной ситуации развития влияют на выбор копингов.

Программа исследования

Гипотеза эмпирического исследования — показатели формирующейся взрослости выступают предикторами выбора неадаптивных и адаптивных копингов в возрасте 18—25 лет.

Цель эмпирического исследования — изучить копинги, ассоциированные с показателями формирующейся взрослости.

Выборка. В исследлвании риняли участие 510 человек в возрасте 18—25 лет, обучающихся в вузах г. Москвы (n =300) и г. Тулы (n=210). Медиана — 19 лет. Из них: 59,9% (n = 305) женщин и 40,1% (n = 206) мужчин; 70,8% (n = 361) не работали; 78,5% (n = 400) имели финансовую зависимость от родителей; 50% (n = 255) проживали с родителями; 98% (n = 499) не состояли в браке и не имели детей.

Процедура. Опрос проведен в онлайн-форме (2023 год).

Инструментарий. Использованы адаптированные к российской выборке методики оценки показателей формирующейся взрослости — IDEA-R [3] и копинг-стратегий — WCQ [4].

Обработка данных осуществлена с использованием корреляционного анализа (r-критерий), дисперсионного анализа (MANOVA) прямым пошаговым методом, t-критерия, множественной линейной регрессии (методом наименьших квадратов — МНК).

Результаты

Описательные статистики и корреляции между показателями представлены в табл. 1.

Таблица 1. Описательные статистики и корреляции между показателями формирующейся взрослости и копинг-стратегиями (N=510)

Показатели формирующейся взрослости

M(SD)

Копинг–стратегии

К

Д

С

ПСП

ПО

Б

ПРП

ПП

Общий показатель

101,39(11,60)

,22**

,11**

,17**

,12**

,16**

,20**

,11**

,22**

Исследование идентичности/
сосредоточенность на себе

35,46(4,60)

,14**

–,01

,13**

,21**

,06

,03

,22**

,23**

Негативность/нестабильность

22,45(4,96)

,21**

,25**

,20**

,00

,25**

,39**

–,17**

,00

Личная свобода

13,56(2,40)

,04

–,06

,05

,08*

–,04

–,07

,19**

,18**

Эксперименты/возможности

14,26 1,96)

,19**

–,02

,06

,17**

,04

,00

,22**

,27**

Чувство «между»

7,00 1,30)

,10*

,10*

,08

,03

,10*

,17**

,00

,14**

Ориентация на других

8,66 2,09)

,05

–,02

,03

,03

,02

–,05

,13**

,16**

Примечание: К — конфрантационный копинг; Д — дистанцирование; С — самоконтроль;

ПСП — поиск социальной поддержки; ПО — принятие ответственности; Б — бегство–избегание; ПРП — планирование решения проблемы; ПП — положительная переоценка; M (SD) — среднее арифметическое (стандартное отклонение); «*» — двусторонний критерий значимости ρ ≤ ,05; «**» — двусторонний критерий значимости ρ ≤ ,01.

Связаны с неадаптивными копингами негативность и нестабильность, а с адаптивными — исследование идентичности/сосредоточенность на себе, личная свобода, эксперименты/возможности, ориентация на других.

В табл. 2 представлены данные дисперсионного анализа. Представлены только переменные, имеющие значимые показатели. Возрастные группы сформированы на основании хронологического возраста.

Таблица 2. Дисперсионный анализ (MANOVA) показателей формирующейся взрослости, копинг-стратегий с возрастом и полом (N=510)

Переменные

Показатели значимости модели

Примечание

F

ρ

Возраст

Эксперименты/возможности

1,82

,02

Уменьшается с возрастом

Чувство «между»

3,69

,000

Копинг — поиск социальной поддержки

1,68

,03

Ориентация на других

1,70

,03

Увеличивается с возрастом

Копинг — планирование решения проблемы

2,08

,02

Пол/Возраст

Копинг — поиск социальной поддержки

1,70

,04

-

Чувство «между»

1,80

,03

-

Данные, представленные в табл. 2, демонстрируют связи между возрастом, копингами (проблемно-ориентированным копингом, поиском социальной поддержки) и особенностями формирующейся взрослости (эксперименты/возможности, чувство «между» и ориентация на других). Обнаружили возрастно-половые различия: с возрастом у женщин более динамично, чем у мужчин, уменьшается чувство «между» (средние значения: в диапазоне от 6,8 (18 лет) до 4,0 (25 лет) — у мужчин, от 7,5 (18 лет) до 4,1 (25 лет) — у женщин) и поиск социальной поддержки (средние значения: в диапазоне от 9,4 (18 лет) до 8,4 (25 лет) —у мужчин, от 11,5 (18 лет) до 8,5 (25 лет) —у женщин).

Результаты регрессионного анализа представлены в табл. 3. Указаны данные только для значимых показателей.

Таблица 3. Результаты регрессионного анализа показателей формирующейся взрослости и копинг-стратегий (N=510)

Предикторы

Статистика F-критерия

Показатели модели

Статистика β-критерия (стандартизированный)

Статистика t-критерия

R-квадрат

Зависимая переменная — конфрантационный копинг

Негативность/нестабильность

F = 7,26
(ρ = ,000)

,20

t = 4,39
(ρ = ,000)

,09

Эксперименты/возможности

,17

t = 3,28
(ρ = ,001)

Зависимая переменная — копинг дистанцирования

Негативность/нестабильность

F = 6,09
(ρ = ,000)

,26

t = 5,51
(ρ = ,000)

,06

Зависимая переменная — копинг самоконтроля

Негативность/нестабильность

F = 5,04
(ρ = ,000)

,21

t = 4,46
(ρ = ,000)

,05

Зависимая переменная — копинг поиска социальной поддержки

Исследование идентичности/
сосредоточенность на себе

F = 5,23
(ρ = ,000)

,22

t = 3,76
(ρ = ,000)

,06

Эксперименты/возможности

,12

t = 2,28
(ρ = ,02)

Зависимая переменная — копинг принятия ответственности

Негативность/нестабильность

F = 6,33
(ρ = ,000)

,25

t = 5,23
(ρ = ,000)

,07

Зависимая переменная — копинг бегства-избегания

Негативность/нестабильность

F = 18,15
(ρ = ,000)

,40

t = 9,15
(ρ = ,000)

,19

Ориентация на другого

-,16

t = - 3,58
(ρ = ,000)

Зависимая переменная — копинг планирования решения проблемы

Исследование идентичности/
сосредоточенность на себе

F = 10,20
(ρ = ,000)

,15

t = 2,60
(ρ = ,01)

,11

Негативность/нестабильность

,-20

t = - 4,33
(ρ = ,000)

Эксперименты/возможности

,14

t = 2,72
(ρ = ,01)

Ориентация на другого

,10

t = 2,31
(ρ = ,02)

Зависимая переменная — копинг положительной переоценки

Эксперименты/возможности

F = 8,66
(ρ = ,000)

,20

t = 3,90
(ρ = ,000)

,09

Хотя показали регрессии невысоки, присутствуют вклады показателей формирующейся взрослости в вариативность копингов.

Обсуждение

Настоящее исследование расширяет рамки предшествующих исследований в области психологии взросления и взрослости, предлагая новый взгляд на исследованные в зарубежной психологии развития особенности формирующейся взрослости как измеримые параметры социальной ситуации развития 18—25-тилетных в русле традиций культурно-исторической теории Л.С. Выготского. Мы видим эвристические возможности представляемой исследовательской парадигмы в описании возрастных закономерностей взросления современной молодежи.

В ходе исследования нашло подтверждение предположение о связанном с возрастно-психологическими особенностями формирующейся взрослости изменении стратегий совладания: не только хронологический возраст, но особенности восприятия периода 18—25 лет как времени «отложенной взрослости» обусловливают переход взрослеющей молодежи к более адаптивным копингам и отказ от неадаптивных. Результаты согласуются с выводами предшествующих исследований [15; 18; 25; 28] и поддерживают нашу гипотезу о социальной ситуации развития. В системе связей между отдельными особенностями отношения между молодыми людьми и социальной действительностью, воплощенными в параметрах формирующейся взрослости, обнаруживается ресурс совладания с трудностями этого перехода — преодоления противоречия социальной ситуации развития.

Хронологический возраст, по-видимому, является условным фактором изменений, поскольку динамика копингов может различаться в конкретных ситуациях и у разных личностей. Возможное объяснение роли возраста может заключаться в том, что со временем включенность во взрослую жизнь требует большей инициативности, ответственности, самостоятельности, автономности, когда развитие копингов становится произвольно управляемым.

Возрастно-половые различия копингов, обнаруженные нами, согласуются с результатами предыдущих исследований [9; 13; 15], демонстрируя большую склонность женщин ориентироваться на социальную поддержку и в более быстром темпе преодолевать чувство «между», что, вероятно, обусловлено большей социально-психологической адаптацией женщин, их более ранним психологическим взрослением, по сравнению с мужчинами.

Ограничение связано с выбранной стратегией эмпирического исследования. Мы предложили объяснение копингов, исходя из особенностей социальной ситуации развития периода формирующейся взрослости. Но некоторые вопросы остались не раскрытыми. Во-первых, результаты не позволяют делать выводы о возрастных или ситуационных изменениях во времени. Во-вторых, работа касалась не всех процессов совладания. В-третьих, ограничение выборки исследования не позволяет широко обобщать результаты. Сказанное требует дальнейшего эмпирического исследования социальной ситуации развития формирующейся взрослости.

Выводы

  1. Обоснованы особенности переходного периода формирующейся взрослости (исследование идентичности и сосредоточенность на себе; негативность и нестабильность; личная свобода; эксперименты и возможности; чувство «между»; ориентация на других) как измеримые показатели социальной ситуации развития 18—25-тилетных молодых людей в русле культурно-исторической теории Л.С. Выготского, что позволило представить научно обоснованный взгляд на сложные процессы современного взросления российской молодежи с учетом социокультурного контекста, внеся вклад в область межкультурного исследования возрастного развития.
  2. Эмпирически обоснованы возрастно-психологические особенности совладания в связи с восприятием формирующейся взрослости в качестве параметров социальной ситуации развития студенческой молодежи 18—25 лет. Показано, что исследование идентичности, эксперименты и возможности и ориентация на другого являются предикторами адаптивных копинг-стратегий, а негативность/нестабильность — предиктором неадаптивных копинг-стратегий.

Литература

  1. Выготский Л.С. Вопросы детской психологии. СПб.: Союз, 1997. 224 с.
  2. Карабанова О.А., Захарова Е.И., Старостина Ю.А. Личностная идентичность как основа построения профессиональной и семейной карьер в условиях неопределенности // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Психологические науки. 2021. № 3. С. 6—23. DOI:10.18384/2310-7235-2021-3-6-23
  3. Клементьева М.В. Российская версия шкалы оценки формирующейся взрослости (IDEA-R): особенности развития студентов // Вестник Санкт-Петербургского университета. Психология. 2023. Том 13. № 2. С. 164—180. DOI:10.21638/spbu16.2023.203
  4. Крюкова Т.Л., Куфтяк Е.В. Опросник способов совладания (адаптация методики WCQ) // Журнал практического психолога. 2007. № 3. С. 93—112
  5. Манукян В.Р. Взросление молодежи: сепарация от родителей, субъективная взрослость и психологическое благополучие в возрасте 18—27 лет // Психологическая наука и образование. 2022. Том 27. № 3. С. 129—140. DOI:10.17759/pse.2022270310
  6. Сиах П.Ч., Анг С.С., Тан К.В., Пхи Ч.Н., Пунг П.В. Перфекционизм и академическая адаптация среди студентов: копинг-стратегии как посредник // Психологическая наука и образование. 2022. Том 27. № 5. С. 57—68. DOI:10.17759/pse.2022270505
  7. Толстых Н.Н. Социальная психология развития: интеграция идей Л.С. Выготского и А.В. Петровского // Культурно-историческая психология. 2020. Том 16. № 1. С. 25—34. DOI:10.17759/chp.2020160103
  8. Bertogg A. Regional Chances, Regional Constraints?: Transition to Adulthood and Intergenerational Ties in Regional Context // Emerging Adulthood. 2020. Vol. 8. № 2. Р. 159—167. DOI:10.1177/2167696818797529
  9. Conley C.S., Shapiro J.B., Huguenel B.M., Kirsch A. Navigating the College Years: Developmental Trajectories and Gender Differences in Psychological Functioning, Cognitive-Affective Strategies, and Social Well-Being // Emerging Adulthood. 2020. Vol. 8. № 2. Р. 103—117. DOI:10.1177/2167696818791603
  10. Flannery K.M., Vannucci A., Ohannessian C.M. Using Time-Varying Effect Modeling to Examine Age-Varying Gender Differences in Coping Throughout Adolescence and Emerging Adulthood // The Journal of adolescent health: official publication of the Society for Adolescent Medicine. 2018. Vol. 62. № 3. Р. 27—34. DOI:10.1016/j. jadohealth.2017.09.027
  11. Grelle K., Shrestha N., Ximenes M., Perrotte J., Cordaro M., Deason R.G., Howard K. The Generation Gap Revisited: Generational Differences in Mental Health, Maladaptive Coping Behaviors, and Pandemic-Related Concerns During the Initial COVID-19 Pandemic // Journal of Adult Development. 2023. Feb. Vol. 16. P. 1—12. DOI:10.1007/s10804-023-09442-x
  12. Hochberg Z.E., Konner M. Emerging Adulthood, a Pre-adult Life-History Stage // Frontiers in endocrinology. 2020. Vol. 10. P. 918. DOI:10.3389/fendo.2019.00918
  13. Jenzer T., Read J.P., Naragon-Gainey K., Prince M.A. Coping trajectories in emerging adulthood: The influence of temperament and gender // Journal of personality. 2019. Vol. 87. № 3. Р. 607—619. DOI:10.1111/jopy.12419
  14. Lazarus R. Folkman S. Stress Appraisal and Coping. Springer, New York, 1984. 456 р.
  15. Leipold B., Munz M., Michéle-Malkowsky A. Coping and Resilience in the Transition to Adulthood // Emerging Adulthood. 2019. Vol. 7. № 1. Р. 12—20. DOI:10.1177/2167696817752950
  16. Lisha N.E., Grana R., Sun P., Rohrbach L., Spruijt- Metz D., Reifman A., Sussman S. Evaluation of the Psychometric Properties of the Revised Inventory of the Dimensions of Emerging Adulthood (IDEA-R) in a Sample of Continuation High School Students // Evaluation & the health professions. 2014. Vol. 37. № 2. Р. 156—177. DOI:10.1177/0163278712452664
  17. Matud M.P., Díaz A., Bethencourt J.M., Ibáñez I. (2020). Stress and Psychological Distress in Emerging Adulthood: A Gender Analysis // Journal of Clinical Medicine. 2020. Vol. 9. № 9. P. 2859. DOI:10.3390/jcm9092859
  18. O’Rourke E.J., Halpern L.F., Vaysman R. Examining the Relations Among Emerging Adult Coping, Executive Function, and Anxiety // Emerging Adulthood. 2020. Vol. 8. № 3. Р. 209—225. DOI:10.1177/2167696818797531
  19. Peisch V., Burt K.B. The structure and function of coping in emerging adults // Current Psychology. 2022. Vol. 41. P. 4802—4814. DOI:10.1007/s12144-020-00990-z
  20. Potterton R., Austin A., Robinson L., Webb H., Allen K.L., Schmidt U. Identity Development and Social-Emotional Disorders During Adolescence and Emerging Adulthood: A Systematic Review and Meta-Analysis // Journal of youth and adolescence. 2022. Vol. 51. № 1. Р. 16—29. DOI:10.1007/ s10964-021-01536-7
  21. Reifman A., Arnett J.J., Colwell M.J. Emerging adulthood: Theory, assessment and application // Journal of Youth Development. 2007. Vol. 2. № 1. P. 37—48.
  22. Reifman A., Niehuis S. Extending the Five Psychological Features of Emerging Adulthood into Established Adulthood // Journal of Adult Development. 2023. Vol. 30. P. 6—20. DOI:10.1007/s10804-022-09412-9
  23. Rosenberg E.R., Burt K.B., Forehand R.L., Paysnick A.A. Youth self-views, coping with stress, and behavioral/emotional problems: The role of incremental self-theory // Journal of Child and Family Studies. 2016. Vol. 25. № 6. Р. 1713—1723. DOI:10.1007/s10826-015-0346-9
  24. Sánchez-Queija I., Parra Á., Camacho C., Arnet, J. Spanish version of the Inventory of the Dimensions of Emerging Adulthood (IDEA-S) // Emerging Adulthood. 2020. Vol. 8. № 3. Р. 237—244. DOI:10.1177/2167696818804938
  25. Seiffge-Krenke I., Weitkamp K. How Individual Coping, Mental Health, and Parental Behavior Are Related to Identity Development in Emerging Adults in Seven Countries // Emerging Adulthood. 2020. Vol. 8. № 5. Р. 344— 360. DOI:10.1177/2167696819863504
  26. Sica L.S., Aleni Sestito L. Ragozini G. Identity Coping in the First Years of University: Identity Diffusion, Adjustment and Identity Distress // Journal of Adult Development. 2014. Vol. 21. P. 159—172. DOI:10.1007/s10804-014-9188-8
  27. Sira N., Lamson A., Foster C.L. Relational and Spiritual Coping Among Emerging and Young Adult Cancer Survivors // Journal of Holistic Nursing. 2020. Vol. 38. № 1. P. 52—67. DOI:10.1177/0898010119874983
  28. Syed M., Seiffge-Krenke I. Change in ego development, coping, and symptomatology from adolescence to emerging adulthood // Journal of Applied Developmental Psychology. 2015. Vol. 41. P. 110—119. DOI:10.1016/j.appdev.2015.09.003
  29. The Cambridge Handbook of the Development of Coping / E.A. Skinner, M.J. Zimmer-Gembeck (Eds). Cambridge, UK: Cambridge University Press, 2023. 700 p. DOI:10.1017/9781108917230
  30. The Oxford Handbook of Emerging Adulthood / J.J. Arnett (Ed.). Oxford, New York: Oxford University Press. 2016. 631 р. DOI:10.1093/oxfordhb/9780199795574.001.0001
  31. Wood D., Crapnell T., Lau L., Bennett A., Lotstein D., Ferris M., Kuo A. Emerging Adulthood as a Critical Stage in the Life Course // Handbook of Life Course Health Development / N. Halfon et. al. (Eds.). Cham (CH): Springer, 2017. Р. 123— 143. DOI:10.1007/978-3-319-47143-3_7

Информация об авторах

Клементьева Марина Владимировна, доктор психологических наук, доцент, профессор, Департамент психологии и развития человеческого капитала, Федеральное государственное образовательное бюджетное учреждение высшего образования «Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации», Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-8712-9282, e-mail: marinaklementyva@yandex.ru

Иванова Виктория Ивановна, доктор педагогических наук, кандидат филологических наук, заведующая кафедрой лингвистики и перевода Института гуманитарных и социальных наук, Тульский государственный университет (ФГБОУ ВО ТулГУ), Тула, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0003-1339-4304, e-mail: vik2662009@yandex.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 511
В прошлом месяце: 55
В текущем месяце: 27

Скачиваний

Всего: 189
В прошлом месяце: 20
В текущем месяце: 10