Качество привязанности и способность к эмпатии в подростковом возрасте

1321

Аннотация

Представлен обзор эмпирических исследований влияния различных факторов (в основном семейных) на развитие способности к сопереживанию у детей и подростков, в которых подтверждается тесная связь эмпатии и привязанности у подростков. Родительская чувствительность к состоянию ребенка показана как основа формирования надежной привязанности и развития эмпатии в подростковом возрасте. Стиль родительского воспитания рассмотрен как один из важнейших факторов, влияющих на развитие эмпатии и формирование безопасной привязанности. Описана теоретическая модель связи эмпатии и привязанности Дж. Стерн, а также приведены результаты эмпирических исследований, подтверждающих эту модель. Выводы: существует связь между качеством привязанности и способностью к эмпатии у подростков; стиль родительского воспитания является фактором, опосредующим и определяющим связь эмпатии и привязанности; эмпатия и привязанность имеют общие филогенетические корни — чувствительность родителя к настроению и потребностям ребенка. Психообразовательная работа при планировании семьи, а также с родителями должна быть направлена на развитие способности к установлению надежной привязанности с ребенком.

Общая информация

Ключевые слова: эмпатия, привязанность, подростки, модель связи эмпатии и привязанности, эмоциональная саморегуляция, родительское воспитание

Рубрика издания: Теоретические обзоры

DOI: https://doi.org/10.17759/cpp.2018260408

Для цитаты: Клименкова Е.Н. Качество привязанности и способность к эмпатии в подростковом возрасте // Консультативная психология и психотерапия. 2018. Том 26. № 4. С. 119–131. DOI: 10.17759/cpp.2018260408

Полный текст

 

Привязанность возникает у ребенка в ответ на чувствительность и чуткость матери к его эмоциональным состояниям и потребностям, а также благодаря регулярному удовлетворению этих потребностей матерью или другим лицом, осуществляющим уход. Теория привязанности основана на эволюции и дает основу для понимания развития индивидуальных различий в социальном функционировании и эмпатии, объясняя социальное поведение. Описываемая теория указывает на специфические механизмы, благодаря которым качество привязанности ребенка может способствовать сопереживанию. Эти механизмы представлены когнитивными моделями отношений и способностью к регулированию эмоций.

Разрабатывая теорию привязанности, Дж. Боулби предполагал, что привязанность и эмпатия имеют общие филогенетические корни. Теория привязанности постулирует, что в основе развития здоровых отношений во взрослом возрасте лежит наличие у ребенка опыта получения реакции от родителей (в первую очередь, матери) на его дискомфорт и страдание. Для того чтобы правильно и своевременно реагировать на сигналы ребенка (плач, мимику и т. д.), матери необходима способность к эмпатии (т. е., чувствительность к состояниям другого человека и способность реагировать на чужое страдание, оказывать помощь). Именно в этом и заключается теоретическая связь привязанности и эмпатии, которая, согласно модели, предложенной отечественными исследователями, является частью способности к социальному познанию [2].

Влияние качества привязанности на развитие эмпатии

Исследования подтверждают теорию о том, что чувствительность родителя к состоянию ребенка является ключом как к формированию надежной привязанности, так и к развитию эмпатии. Начиная с классических работ М. Эйнсворт, подтверждается положение теории привязанности Дж. Боулби о том, что родительская чувствительность (эмпатия) является «строительными блоками» для надежной привязанности детей [26]. Ряд исследований также показал, что родительская эмпатия является ключевым фактором развития эмпатии на разных возрастных этапах у детей, что соответствует теории развития эмпатии Хоффмана [27].

Привязанность традиционно исследовалась как важнейший фактор способности к социальному познанию. Большое количество исследований показывает повторяющиеся результаты — эмпатия, сочувствие, про- социальное поведение связаны с надежной привязанностью [1; 3; 13; 14; 17; 28; 29; 31]. Дети с надежной привязанностью обладают социальной компетентностью и более качественными отношениями со сверстниками во взрослом возрасте, чем их сверстники с избегающей или амбивалентной привязанностью [29]. Связь между привязанностью и эмпатией доказана в широком межкультурном аспекте. Итальянское исследование (2665 подростков в возрасте 14—19 лет) показало, что надежная привязанность связана с более выраженной эмпатической заботой (стремлением и готовностью помогать людям, оказавшимся в трудной ситуации) и децентра- цией (способностью и склонностью рассматривать ситуацию не только со своей точки зрения, но и с точки зрения другого человека) (шкалы IRI M.Davis) [13]. Такой же результат был получен в крупном китайском исследовании (6 301 младших подростков в возрасте 11—14 лет) [15]. Похожие результаты наблюдались и у более старших (16-летних) подростков — надежная привязанность положительно связана с эмпатической заботой, и обе конструкции (забота и надежная привязанность) обратно связаны с агрессией [14]. В исследовании с участием 756 корейских школьников (7—9-й классы) было выявлено, что надежная привязанность (особенно к матери) положительно связана с эмпатией учащихся, а высокие показатели эмпатии отрицательно связаны с буллингом [31]. В исследовании австралийских подростков (12—18 лет) были обнаружены не только связь надежной привязанности и эмпатии, но и положительное влияние этих двух переменных на просоциальное поведение и гуманное отношение к животным [28]. В выборке из 69 канадских учащихся средней школы надежная привязанность оказалась положительно связана с такими проявлениями эмпатии подростков, как забота и поддержка других людей в трудных ситуациях [17].

В отечественном исследовании были получены похожие результаты. У подростков-сирот, особенно с ненадежным типом привязанности, показатели компонентов социального познания значимо ниже, чем у подростков, проживающих в кровных семьях [1]. У сирот с надежной привязанностью более развиты компоненты социального познания, чем у сирот с ненадежной привязанностью, однако уровень развития их способности к социальному познанию все равно ниже, чем у сверстников из кровных семей с ненадежным типом привязанности. Этот результат демонстрирует важность наличия тесной эмоциональной связи со взрослым на протяжении всего периода взросления [1].

Отечественные исследователи развития социального познания в онтогенезе рассматривают социальные когниции как высшую психическую функцию, вслед за Дж. Боулби считая ее натуральной основой привязанности [3; 4]. В этих исследованиях было показано, что подростковый возраст можно считать сензитивным для развития эмпатии, так как именно в подростковом возрасте эта способность активно развивается. Подростковый возраст рассматривается разными исследователями, с одной стороны, как предъявляющий высокие требования к социальной компетенции, с другой стороны, как критически важный для дальнейшего развития социальных когниций [3; 4]. В подростковом возрасте снижается роль семьи и привязанности к родителям, при этом растет значимость сверстников, на которых подросток начинает опираться в поиске эмоциональной поддержки и сочувствия [5]. Эти предпосылки, в совокупности с активным развитием модели психического (ToM), способности понимать эмоции и регулировать их, рост самосознания, содействует интенсивному наращиванию способности к эмпатии [9], а также способности подростков сообщать о своих внутренних состояниях и привязанностях.

Одно из недавних исследований посвящено изучению влияния стиля воспитания и качества детско-родительской привязанности на развитие эмпатии [18]. В работе было показано, что чрезмерная опека и контроль (автор назвал этот стиль воспитания «Helicopter Parenting», подразумевая, что родитель «кружит» над ребенком, не давая ему возможности развиваться самостоятельно) негативно влияют на эмпатию и связаны с ненадежным типом привязанности. Было опрошено 187 студентов в возрасте 18—19 лет. Результаты показали, что чрезмерная опека и контроль со стороны родителей связаны с меньшей выраженностью эмпатии и просоциального поведения; кроме того, на эмпатию влияет и качество привязанности [18].

В недавнем отечественном исследовании, посвященном изучению взаимосвязи уровня конфликтности и типа привязанности к матери у студентов (60 студентов 19—21 года), было показано, что студенты с надежным типом привязанности имеют более низкий уровень конфликтности по сравнению со студентами, имеющими другие типы привязанности, причем максимальные показатели конфликтности оказались у студентов с тревожно-амбивалентным типом привязанности [2].

Механизмы связи эмпатии и привязанности

В настоящее время исследователи пытаются создать модель, которая могла бы объяснить, какие механизмы стоят за связью привязанности и эмпатии, а также как на эту связь влияют различные факторы (пол, возраст, темперамент, особенности индивидуального развития, групповые, макросоциальные и социокультурные) нормы и правила. Кроме того, исследователей интересует вопрос о том, какие механизмы могут стоять за связью эмпатии и прявязанности, эмпирически подтвержденной многими исследованиями.

Среди механизмов влияния на связь эмпатии и привязанности выделяются внутренние рабочие модели, качество детско-родительской коммуникации относительно эмоциональных состояний и эмоциональная саморегуляция.

Внутренние рабочие модели (термин предложен Дж. Боулби) — усвоенные с раннего возраста схемы и алгоритмы, по которым строится взаимодействие в разных социальных ситуациях, являются промежуточным звеном, связывающим эмпатию и привязанность. Рабочие модели формируются у ребенка на основе раннего детского опыта и отражают то, как ребенок воспринимает окружающий мир и других людей. Рабочие модели организуют когнитивную обработку социальной информации, сообщают об эмоциональных и физиологических реакциях на угрозы и управляют социальным поведением в процессе развития.

В зависимости от типа привязанности формируются рабочие модели различного содержания. У детей с надежным типом привязанности рабочие модели содержат в себе более конструктивные и социально адаптивные схемы и алгоритмы восприятия и взаимодействия с окружающими людьми, чем у детей с ненадежным (избегающим и амбивалентным типом привязанности). Исследования показали, что позитивное содержание рабочей модели помогает ребенку быть более чуткими к эмоциям, особенно негативным, других людей [11]. Эта связь прослеживается и во взрослом возрасте. Взрослые с надежными рабочими моделями более уважительны по отношению к другим [16], менее враждебны [19], демонстрируют большее доверие и считают себя более эффективными в оказании помощи. Кроме того, существуют исследования взрослых, которые показали связь надежной привязанности, более выраженной эмпатической заботы и низкого уровня эмпатического дистресса [19].

Еще один механизм связи привязанности и эмпатии — это качество и количество разговоров о ментальных состояниях. Так, исследования показывают, что дети с надежным типом привязанности чаще обсуждают чувства и эмоциональные состояния с родителями [21], а это, в свою очередь, приводит к усилению эмпатической заботы у детей [10].

Эмоциональная саморегуляция — еще один процесс, который исследователи рассматривают как возможный механизм связи эмпатии и привязанности. Теория привязанности предполагает, что надежная привязанность закладывает основу для способности детей контролировать и модулировать эмоциональные реакции для достижения своей цели. Боулби считал, что дети со временем интернализируют родительские способы реагирования на эмоциональные проявления ребенка, формируя у себя способность справляться с собственными негативными переживаниями так, как это делали их родители. Дети с надежной привязанностью демонстрируют лучшее распознавание эмоций (расшифровка поведенческих сигналов [24], понимание эмоций — понимание содержания и последствий эмоций [8] и усиленный контроль — способность подавлять стереотипную поведенческую реакцию) [30].

Такие компетенции эмоциональной саморегуляции как распознавание и понимание эмоций, эмоциональный резонанс (affective resonance), контроль (effortful control) играют ведущую роль в развитии эмпатии, именно благодаря саморегуляции у детей развивается способность видеть, интерпретировать и чувствовать эмоции других людей, не становясь чрезмерно обеспокоенными ими [12].

Дети с надежным типом привязанности способны лучше регулировать эмоции [6]. Исследователи отмечают связь регуляции эмоций и эмпатии у детей и подростков [22]. Было показано, что дошкольники с надежным типом привязанности демонстрируют лучшие способности регулирования эмоций, а эти способности, в свою очередь, связаны с материнской эмпатией [23]. Избегающая привязанность связывается в эмпирических исследованиях разных возрастных групп (младенцев, детей школьного возраста, подростков и взрослых) с подавлением, минимизацией и недооценкой негативных эмоций и одновременно выраженной физиологической реакцией на стресс. Избегающие дети реагируют на негативные эмоции других людей физиологическим возбуждением, одновременно подавляя чувства сопереживания и пытаясь игнорировать или избегать негативных чувств других людей. Вместе с тем, дети с избегающим типом привязанности чаще используют «агрессивные» стратегии регулирования эмоций, которые проявляются в виде высокой эмоциональности, чувствительности к социальному признанию или отвержению и интенсивной тревоги в ответ на стрессоры [7].

Интегративная модель индивидуальных различий эмпатии и привязанности Дж. Стерн

Джессика Стерн предлагает собственную интегративную модель, в которой демонстрируется связь привязанности и эмпатии через основные механизмы (внутренние рабочие модели, детско-родительский разговор о чувствах, компоненты эмоциональной регуляции: понимание, контроль, собственно регуляция эмоций и нейробиологические процессы) [25]. Детская привязанность формируется под воздействием таких параметров воспитания, как чувствительность, эмпатичность, социализация. Кроме того, в модели присутствуют модераторы, которые оказывают влияние как на параметры воспитания, так и на связь эмпатии и привязанности. Модераторы разделяются на четыре группы: индивидуальные (пол, генетические особенности, темперамент, особенности развития), диадические (социализация среди сверстников и взрослых, эмоциональные сигналы), групповые (групповые нормы, состав группы), социальные (культура).

Эмоциональная регуляция влияет на связь привязанности и эмпатии в среднем подростковом возрасте. Надежная привязанность связана с эмпатической заботой, причем эта связь опосредована регулированием негативных эмоций. Подростки с надежным типом привязанности лучше регулируют свое эмоциональное состояние, что способствует формированию у них способности к сочувствию (эмпатической заботе) [20].

Привязанность и опыт взаимодействия с родителями оказывает колоссальное влияние на развитие способностей, имеющих отношение к социальному познанию: когнитивной и эмоциональной эмпатии. Родительская чуткость способствует одновременно и формированию у ребенка надежной привязанности, и развитию эмпатии в более взрослом (подростковом) возрасте. Ненадежная привязанность направляет развитие процессов социального познания ребенка в деструктивное русло; а именно, плохое понимание собственных эмоций, неумение ими управлять, низкая чувствительность и нарушенная способность к пониманию чувств и мыслей других людей могут стать источником агрессивного поведения, нарушений социализации и дефицита социальных навыков.

Такая модель хорошо объясняет все накопленные ранее данные о связи эмпатии и привязанности, а также показывает, какие механизмы стоят за этой связью. Это позволяет наметить мишени психологической коррекции — стиль родительского воспитания и коммуникаций в семье, обучение навыкам эмоциональной саморегуляции, содержание внутренних рабочих моделей. Результаты отечественных исследований также хорошо укладываются в представленную модель [1; 3; 4].

Выводы

Эмпатия и привязанность взаимосвязаны: подростки с надежным типом привязанности более способны как к когнитивной, так и к эмоциональной эмпатии), подростки с избегающей привязанностью склонны к переживанию выраженного эмпатического дистресса.

В качестве факторов, опосредующих связь эмпатии и привязанности чаще всего выделяется стиль родительского воспитания, включая семейную традицию обсуждения эмоциональных состояний.

Эмпатия и привязанность имеют общие филогенетические корни — чувствительность родителей к настроению и потребностям ребенка. Как эмпатия, так и привязанность связаны с эмоциональной саморегуляцией и социальной компетентностью.

Данные последних лет говорят о необходимости широкого просвещения и работы с будущими родителями и родителями маленьких детей. Цель такой работы — научить родителей быть чувствительными к эмоциональным состояниям ребенка, понимать и удовлетворять потребности детей.

Литература

  1. Авакян Т.В. Тип привязанности и особенности социального познания у детей- сирот [Электронный ресурс] // Психолого-педагогические исследования. 2015. Т. 7. № 3. С. 119—132. doi:10.17759/psyedu.2015070312
  2. Красило Т.А., Кежватова Е.А. Взаимосвязь между типом привязанности и уровнем конфликтности у студентов // Социальная психология и общество. 2017. Том 8. № 2. С. 85—100. doi:10.17759/sps.2017080206
  3. Социальное познание как высшая психическая функция и его развитие в онтогенезе / А.Б. Холмогорова [и др.] / Под ред. А.Б. Холмогоровой. М.: НЕОЛИТ, 2016. 312 с.
  4. Холмогорова А.Б. Значение культурно-исторической теории развития психики Л.С. Выготского для разработки современных моделей социального познания и методов психотерапии // Культурно-историческая психология. 2016. Т. 12 (3). С. 58—92. doi:10.17759/chp.2016120305
  5. Allen J.P., Tan J.S. The multiple facets of attachment in adolescence // Handbook of attachment: Theory, research, and clinical applications. 3rd / J. Cassidy, P.R. Shaver (eds.). New York: Guilford Press, 2016. P. 399—415.
  6. Calkins S.D., Leerkes E.M. Early attachment processes and the development of emotional self-regulation // Handbook of self-regulation: Research, theory, and applications. 2nd / K.D. Vohs, R.F. Baumeister (eds.). New York: Guilford Press, 2011. P. 355—373.
  7. Cassidy J., Berlin L.J. The insecure/ambivalent pattern of attachment: Theory and research // Child Development. Vol. 65 (4). P. 971—991. doi:10.2307/1131298
  8. Denham S.A., Caverly S., Schmidt M., Blair K., DeMulder E., Caal S., Hamada H., Mason T. Preschool understanding of emotions: Contributions to classroom anger and aggression // Journal of Child Psychology and Psychiatry. Vol. 43 (7). P. 901—916. doi:10.1111/1469-7610.00139
  9. Eisenberg N. Emotion, regulation, and moral development // Annual Review of Psychology. Vol. 51 (1). P. 665—697. doi:10.1146/annurev.psych.51.1.665
  10. Garner P.W. Child and family correlates of toddlers’ emotional and behavioral responses to a mishap // Infant Mental Health Journal. 2003. Vol. 24 (6). P. 580— 596. doi:10.1002/imhj.10076
  11. Groh A.M., Roisman G.I. Adults’ autonomic and subjective emotional responses to infant vocalizations: The role of secure base script knowledge // Developmental Psychology. Vol. 45 (3). P. 889—893. doi:10.1037/a0014943.
  12. Hastings P.D., Miller J.G. Autonomic regulation, polyvagal theory, and children’s prosocial development // The multidimensionality of prosocial behavior: Biological, socialization, and contextual perspectives / L.M. Padilla-Walker, G. Carlo (eds.). New York: Oxford University Press, 2014, P. 112—127.
  13. Laghi F., D’Alessio M., Pallini S., Baiocco R. Attachment representations and time perspective in adolescence // Social Indicators Research. Vol. 90 (2). Р. 181— 194. doi:10.1007/s11205-008-9249-0
  14. Laible D.J., Carlo G., Raffaelli M. The differential relations of parent and peer attachment to adolescent adjustment // Journal of Youth and Adolescence. Vol. 29 (1). Р. 45—59. doi:10.1023/A:1005169004882
  15. Li X., Bian C., Chen Y., Huang J., Ma Y., Tang L., Yu Y. Indirect aggression and parental attachment in early adolescence: Examining the role of perspective taking and empathetic concern // Personality and Individual Differences. Vol. 86. Р. 499—503. doi:10.1016/j.paid.2015.07.008
  16. Luke M.A., Maio G.R., Carnelley K.B. Attachment models of the self and others: Relations with self-esteem, humanity-esteem, and parental treatment // Personal Relationships. Vol. 11 (3). Р. 281—303. doi:10.1111/j.1475-6811.2004.00083.x
  17. Markiewicz D., Doyle A.B., Brendgen M. The quality of adolescents’ friendships: Associations with mothers’ interpersonal relationships, attachments to parents and friends, and prosocial behaviors // Journal of Adolescence. Vol. 24 (4). Р. 429—445. doi:10.1006/jado.2001.0374
  18. McGinley M. Can hovering hinder helping? Examining the joint effects of helicopter parenting and attachment on prosocial behaviors and empathy in emerging adults // Journal of Genetic Psychology. Vol. 179 (2). P. 102—115. doi:10.1080/00221 325.2018.1438985.
  19. Mikulincer M., Shaver P.R. Attachment theory and intergroup bias: Evidence that priming the secure base schema attenuates negative reactions to out-groups // Journal of Personality and Social Psychology. Vol. 81 (1). Р. 97—115. doi:10.1037/0022-3514.81.1.97
  20. Murphy T.P., Laible D.J., Augustine M., Robeson L. Attachment’s links with adolescents’ social emotions: The roles of negative emotionality and emotion regulation // Journal of Genetic Psychology. Vol. 176 (5). Р. 315—329. doi: 10.1080/00221325.2015.1072082
  21. Oppenheim D., Koren-Karie N., Sagi-Schwartz A. Emotion dialogues between mothers and children at 4.5 and 7.5 years: Relations with children’s attachment at 1 year // Child Development. Vol. 78 (1). Р. 38—52. doi:10.1111/j.1467-8624.2007.00984.x
  22. Padilla-Walker L.M., Christensen K.J. Empathy and self-regulation as mediators between parenting and adolescents’ prosocial behavior toward strangers, friends, and family // Research on Adolescence. Vol. 21 (3). P. 545—551. doi:10.1111/ j.1532-7795.2010.00695.x
  23. Panfile T.M., Laible D.J. Attachment security and child’s empathy: The mediating role of emotion regulation // Merrill-Palmer Quarterly. 2012. Vol. 58 (1). P. 1—21. doi:10.1353/mpq.2012.0003
  24. Steele H., Steele M., Croft C. Early attachment predicts emotion recognition at 6 and 11 years old // Attachment & Human Development. Vol. 10 (4). P. 379—393. doi:10.1080/14616730802461409
  25. Stern J.A, Cassidy J. Empathy from infancy to adolescence: An attachment perspective on the development of individual differences // Developmental Review. Vol. 47. P. 1—22. doi:10.1016/j.dr.2017.09.002
  26. Stern J.A., Borelli J.L., Smiley P.A. Assessing parental empathy: A role for empathy in child attachment // Attachment & Human Development. Vol. 17 (1). P. 1—22. doi:10.1080/14616734.2014.969749
  27. Taylor Z.E., Eisenberg N., Spinrad T.L., Eggum N.D., Sulik M.J. The relations of ego-resiliency and emotion socialization to the development of empathy and prosocial behavior across early childhood // Emotion. Vol. 13 (5). P. 822— 831. doi:10.1037/a0032894
  28. Thompson K.L., Gullone E. Prosocial and antisocial behaviors in adolescents: An investigation into associations with attachment and empathy // Anthrozoö 2008. Vol. 21 (2). P. 123—137. doi:10.2752/175303708X305774
  29. Thompson R.A. Early attachment and later development: Reframing the questions // Handbook of attachment: Theory, research and clinical applications. 3rd / J. Cassidy, P.R. Shaver (eds.). New York: Guilford Press, 2016. P. 330—348.
  30. Viddal K.R., Berg-Nielsen T.S., Wan M.W., Green J., Hygen B.W., Wichstrøm L. Secure attachment promotes the development of effortful control in boys // Attachment & Human Development. Vol. 17 (3). P. 319—335. doi:10.1080/ 14616734.2014.999098
  31. You S., Lee J., Lee Y., Kim A.Y. Bullying among Korean adolescents: The role of empathy and attachment // Psychology in the Schools. Vol. 52 (6). P. 594— 606. doi:10.1002/pits.21842

Информация об авторах

Клименкова Елизавета Николаевна, кандидат психологических наук, старший преподаватель кафедры клинической психологии и психотерапии, ФГБОУ ВО «Московский государственный психолого-педагогический университет» (ФГБОУ ВО МГППУ), Государственное бюджетное профессионального образовательного учреждение Образовательный комплекс «Юго-Запад», педагог-психолог,территориально структурное подразделение «Севастопольское», Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0009-0008-5188-1828, e-mail: klimenkovaliza@gmail.com

Метрики

Просмотров

Всего: 3302
В прошлом месяце: 28
В текущем месяце: 18

Скачиваний

Всего: 1321
В прошлом месяце: 8
В текущем месяце: 7