Взаимосвязь завистливости и характеристик объективного и субъективного экономического благополучия личности

Взаимосвязь завистливости и уровня субъективного экономического благополучия субъекта выступает важным основанием реализуемого социального поведения. В статье изучаются взаимосвязи завистливости личности и характеристик объективного и субъективного экономического статуса. В исследовании приняли участие 196 человек (44% мужчин) в возрасте М=28,6; SD=8,5. В исследовании были использованы: методика диагностики завистливости личности и предметных областей зависти (Т.В. Бескова); субъективного экономического благополучия (В.А. Хащенко); шкалы экономического статуса (А.Л. Журавлев, А.Б. Купрейченко). Взаимосвязь уровня дохода субъекта и завистливости обнаруживается в нескольких областях жизнедеятельности — здоровье, отдыхе, материальном достатоке, профессиональном успехе (отрицательно). Недостаток финансовых средств и выраженность негативных переживаний в связи с финансовыми и материальными проблемами сопряжены с завистливостью к большому количеству достижений и материальных ценностей, которыми обладают другие люди. В результате структурного моделирования установлено, что удовлетворенность материальных потребностей является медиатором связи такого вида зависти, как зависть-уныние, проявляющейся в чувстве обиды, досады, отчаяния, и уровнем экономической тревоги и финансовой депривированности.

Отсутствие ответа на вопрос о том, каким образом соотносится достаток и отношение к нему с уровнем зависти, приводит к спекулятивным рассуждениям о причинах возникновения зависти как на уровне обыденного сознания, так и в научной периодике: например, высказывается мнение о том, что завистливостью характеризуются индивиды, имеющие низкий доход; другое положение гласит, что чаще всего чувство зависти субъект испытывает в отношении людей, имеющих более высокий по сравнению с ним доход, наряду с желанием «отобрать», нивелировать материальное превосходство. С нашей точки зрения, завистливость, во-первых, не связана с собственным доходом субъекта, и, во-вторых, ее возникновение связано с особенностями отношения субъекта к собственному доходу, собственности и уровню экономического благополучия.

Цель данного исследования заключается в анализе взаимосвязи завистливости и характеристик объективного и субъективного экономического благополучия личности.

Методы

В исследовании приняли участие 196 человек обоего пола: средний возраст составил M=28,6 лет SD=8,5 (44% мужчин); жителей города — 85%, села — 13,8%; женаты/заму- жем 54,4%. Средний доход на человека в семье составляет 18,4 тыс. руб.; доход в пределах 10 тыс. руб. имеют 26% всех испытуемых; 11—20 тыс. — 48,5%; 21—30 тыс. — 16,3%; 31 — 40 тыс. — 3,6%; более 41 тыс. — 4,1% всех испытуемых.

В исследовании были использованы следующие методики:

1)     методика субъективного экономического благополучия В.А. Хащенко; опросник состоит из 22 пунктов и включает пять шкал — экономического оптимизма (ЭО), текущего благосостояния семьи (БС), финансовой депривированности (соответствуют низкие показатели) (ФД), адекватности дохода (АД), экономической тревожности (соответствуют низкие показатели) (ЭТ);

2)     методика исследования завистливости личности Т.В. Бесковой (47 пунктов) — состоит из четырех шкал: интегральной оценки завистливости (32 пункта; максимальный балл — 128), зависти-неприязни, ЗН (17 пунктов; максимальный балл — 68), зависти-уныния, ЗУ (15 пунктов; максимальный балл — 60), маскировки зависти (15 пунктов; максимальный балл — 60), последний показатель не вошел в итоговый анализ факторов, взаимосвязанных с завистливостью. Пункты опросника оцениваются согласно пятибалльной шкале (0 — полностью не согласен, 4 — полностью согласен);

3)     шкалы косвенной оценки зависти Т.В. Бесковой; данная методика предполагает измерение (от 1 до 5) завистливости в зависимости от сферы превосходства другого (физическое, социальное, материальное превосходство, в профессиональной сфере (карьера), в сфере межличностных и семейных отношений и т. п.); используется следующая шкала
оценки: 1 — не завидую никогда; 2 — в основном не завидую; 3 — затрудняюсь ответить; 4 — завидую; 5 — сильно завидую;

4)     для оценки субъективного экономического статуса были использованы шкалы (Журавлев, Купрейченко, 2003), включающие: 1) косвенный вопрос на отнесение себя к одной из 7 категорий на текстовой шкале «очень бедные — очень богатые» (косвенная оценка экономического статуса, КОЭС); 2) отнесение себя к одной из 7 категорий текстовой шкалы «очень бедные — очень богатые» (прямая самооценка) (явная оценка экономического статуса, ЯОЭС). Для оценки удовлетворенности уровнем своего материального благосостояния использованы шкалы (размерность — 7 баллов), включающие: 1) оценку степени, в которой субъекта устраивает уровень его материального благосостояния (успешность экономического статуса, УЭС); 2) оценку меры, в которой материальные доходы позволяют удовлетворять потребности субъекта (достаточность экономического статуса, ДЭС).

Оценка социально-демографических показателей (пола, возраста, семейного положения, уровня образования, дохода, места проживания) и особенностей вероисповедания производилась на основании специально разработанного опросника.

Для статистического анализа были использованы первичные статистики, корреляционный анализ по методу Пирсона, предварительный регрессионный анализ с применением статистического пакета SPSS-22. Для структурного моделирования использована программа AMOS-19.

Результаты исследования и их обсуждение

Как видно из представленных данных (табл. 1), объективный доход не связан с измеряемыми параметрами «зависти-неприязни» и «зависти-уныния». В то же время имеются корреляционные связи между объективным показателем дохода и такими предметными областями зависти, как здоровье, материальный достаток, профессиональные успехи, интеллект и возможность проводить отдых в путешествиях и развлечения. Из этих данных следует, что лица с низкими доходами испытывают завистливое отношение к материально-чувствительным областям (здоровье, очевидно, относится к этой же категории как тот фактор, который можно сохранить и приумножить с помощью материальных средств); при этом статистически значимых связей с неприязненностью не обнаружено. Иначе говоря, данные взаимосвязи свидетельствуют о некоем «констатирующем» уровне зависти.

Обратимся к данным, отражающим взаимосвязи субъективного экономического статуса с характеристиками зависти. Как видно из таблицы, из четырех лишь один показатель — субъективной оценки соответствия доходов и возможностей удовлетворения потребностей — связан с «завистью-унынием». Данный факт означает, что субъективная невозможность удовлетворения потребностей имеющимися доходами связана с завистью-унынием, т. е. ощущением «незаслуженной непреодолимой обделенности», которая характеризуется «тихой» завистливостью, предполагающей избегание открытых действий против обладателя соответствующим превосходством. Как видно из таблицы, наиболее значимыми предметными областями зависти в этом случае являются интеллект, умение общаться, семейное благополучие, отдых. Таким образом, субъективное переживание неудовлетворенности потребительских интересов (субъективная недостаточность) сопряжено с завистливым отношением к интеллектуальным достижениям, семейному благополучию, коммуникативному превосходству и возможностям проводить разнообразно свой отпуск Другого и тревожно-унылой завистью. При этом общая (недифференцированная) успешность экономического статуса связана лишь с завистливостью к интеллектуальному превосходству и семейному благополучию Другого. Из этих данных следует, что эмоционально-оценочное отношение к своему материальному статусу не является прямым основанием для недифференцированной зависти. Очевидно, дифференциация предметов зависти связана с пониманием того, что не всякие потребности могут быть удовлетворены имеющимися материальными средствами.

Таблица 1

Показатели завистливости и экономического благополучия (средние и корреляции)

Примечание. М — среднее арифметическое; SD — стандартное отклонение. Уровень значимости связей: «*» — p<0,05; «*» — p<0,01.

Аналогично обстоит дело и с показателями субъективного экономического и социального статуса (в глазах других людей). Экономическая идентификация личности с отнесением себя к полюсу бедных (от «очень бедных» до «скорее бедных») связано с завистью к семейному благополучию Другого. В действительности такое положение связано с объективным семейным положением субъектов зависти: несемейные чаще относят себя к бедным и в случае прямой самооценки (33,3% против 16,4%), и в случае оценки их самих с точки зрения Другого («многие считают меня...») (25% против 9,8%) оценки. Субъективный экономический статус связан с завистью в отношении интеллекта и способностей.

Наконец, результаты корреляционного анализа свидетельствуют о наличии взаимосвязи интегральной оценки субъективного экономического благополучия с показателями параметра «зависть-уныние» и такими параметрами предметного поля зависти, как здоровье, достаток, интеллект, личность, семейное благополучие, отдых.

Полученные данные указывают на взаимосвязь лишь двух показателей субъективного экономического благополучия с предметными областями зависти и завистью-унынием — финансовой депривированности и экономической тревожности. Эти данные свидетельствуют в пользу того, что недостаток финансовых средств и выраженность негативных эмоциональных состояний в связи с финансовыми и материальными проблемами сопряжены с завистливостью к большому количеству объектов, которыми обладают Другие. Однако этот вид зависти можно также отнести к «тихой» зависти. Иначе говоря, экономические тревоги, нехватка средств способствуют в большей мере не формированию неприязненности в отношении тех, кто такими средствами обладает, а склонностью к оправданию субъектом самого себя или своей собственной жизненной ситуацией или снижением значимости недоступного.

В результате использования метода структурного моделирования нами была получена модель (рис.), включающая три группы переменных — показатели зависти, экономического благополучия и субъективного экономического статуса. Все параметры согласия соответствуют предъявляемым требованиям, ковариации и дисперсии экзогенных переменных достоверны. Как видно из представленной модели, обнаруживается незначительное влияние экзогенной переменой (пола) на вариации параметра зависть-уныние, свидетельствующее о том, что женщинам более свойственно испытывать зависть-уныние. Переживание такого рода пассивной зависти говорит об отсутствии у этих женщин возможности намеренного негативного воздействия на сферы превосходства Другого («отобрать» или «навредить»). Зависть-уныние в значительной степени обусловливает экономическую тревогу и финансовую депривированность. При этом медиатором этой связи выступает достаточность экономического статуса, а следовательно, ДЭС ослабляет прямую причинную связь между завистью-унынием, экономической тревожностью и ограниченностью финансовых ресурсов. Между тем, прямое действие зависти-уныния на переживание экономической тревоги и финансовой депривации связано, очевидно, с негативной по сравнению с другими оценкой своих экономических возможностей, крайней формой которого является безысходность. И при удовлетворительном уровне ДЭС, предполагающем достаточность удовлетворения потребительских интересов, происходит снижение чувства тревожности и депривированности и уровня завистливости.

Отметим также, что уровень благосостояния семьи характеризуется взаимосвязью с завистью-неприязнью. Эта, казалось бы, парадоксальная связь тем не менее может быть весьма информативной с точки зрения ее психологической интерпретации. Высокая оценка благосостояния связана с позитивными переживаниями, что, однако, не исключает проявлений завистливости. Высокий уровень субъективного экономического благополучия не связан с унынием, но может быть частью детерминации зависти-неприязни в отношении Других. Ранее мы отмечали, что для возникновения завистливого отношения вовсе не обязательно, чтобы Другой обладал более высоким общим уровнем благосостояния; достаточно того, что Другой несправедливо (по мнению субъекта зависти) достиг того же уровня благосостояния или превзошел субъекта зависти хоть в чем-то (Шамионов, 2011); в данном случае речь идет о субъективном экономическом благополучии (при отсутствии связи между общим доходом и завистливостью).

Таблица 2

Результаты регрессионного анализа

Наконец, на основании представленной модели можно сделать вывод об особом значении степени удовлетворенности потребностей во взаимосвязи между завистью-унынием и оценкой благосостояния семьи. Оценка благосостояния семьи субъектом в большей степени предопределена степенью удовлетворенности потребительских интересов (достаточности экономического статуса), а не показателями дохода. В меньшей степени, согласно модели, неудовлетворенность детерминирует экономическую тревогу и финансовую де- привированность. Однако, как следует из регрессионного анализа (табл. 2), предсказательная сила данной переменной выше, чем переменной дохода (в частности, предикция эмоциональной тревоги составляет соответственно, удовлетворенностью потребностей 0=0,45 и доходом 0=0,29 [R2=0,37; F=29,03; p<0,001]).

Следующими, с нашей точки зрения, важными факторами, оказывающими влияние на возникновение и развитие чувства зависти и непосредственно связанные с оценкой финансового благополучия, удовлеторенности жизнью и уровня собственных достижений, являются факторы отношения к деньгам, личной установки субъекта в отношении достижения экономического благополучия и нравственной оценки денег.

Заключение

Завистливое отношение личности является регулятором ее социального поведения и разнообразных социальных связей. Будучи своеобразным эффектом социализации, оно в немалой степени обусловливает характер этих связей, часто имеющих деструктивную направленность. Вместе с тем, имеются и разнообразные мифы, как правило, подогреваемые литературными и иными источниками, касающиеся масштабов и источников завистливости. Одним из таких мифов служит представление о связи зависти и материального достатка (недостатка). Проведенное нами исследование свидетельствует об отсутствии прямой связи между уровнем дохода и завистью-неприязнью. Вместе с тем существуют определенные связи между завистливостью, конкретными ее проявлениями (на уровне предметных областей) и экономическими аспектами жизнедеятельности субъекта.

В результате проведенного исследования можно сделать несколько выводов.

1.    Показатели среднедушевого дохода семьи связаны с чувствительными для экономического статуса областями проявления зависти — к материальному достатку, к возможности проводить отпуск, здоровью, а также профессиональным успехам.

2.    Зависть к интеллекту и способностям Другого, а также к семейному благополучию отрицательно связаны со всеми показателями экономического статуса и благополучия. Как объективно низкие доходы, так и субъективная оценка экономического статуса и удовлетворенности им связаны с завистью не к материальному достатку, а, скорее, к тому, что сопровождает его или является его основой — интеллекту и семейному благополучию. Последнее также обусловлено и действием третьей переменной — семейным статусом.

3.    В соотношении с факторами экономического статуса и благополучия зависть-уныние выступает влияющим фактором, а зависть-неприязнь — подверженным влиянию последних. Зависть-уныние связана с экономической тревогой и финансовой депривацией прямо и опосредованно, через достаточность экономического статуса — низкий уровень зависти взаимосвязан с благоприятной оценкой достаточности экономического статуса, которая обусловливает снижение экономической тревоги и финансовой депривации.

---

       Финансирование

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта №18­013-00134 А.

1. Бескова Т.В. Методика диагностики зависти // Вопросы психологии. 2012. № 2. С. 127—141.
2. Бескова Т.В. Социально-психологическая структура и детерминанты зависти. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2013. 324 с.
3. Донцов А.И. Феномен зависти. Homo invidens? М.: Эксмо, 2014. 512 с.
4. Журавлев А.Л., Купрейченко А.Б. Нравственно-психологическая регуляция экономической активности. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2003. 436 с.
5. Лабунская В.А. Зависть, безнадежность и надежда как способ преобразования бытия субъекта // Личность и бытие: субъектный подход. Краснодар: Кубанский университет, 2005. С. 120—137.
6. Муздыбаев К. Завистливость личности // Психологический журн. Т.23. №6. 2002. С. 38—50.
7. Ореховский П. Экономический человека и роль зависти в его поведении // Общество и экономика. 2014. № 12. С. 102—119.
8. Шамионов Р.М. Зависть в системе социально-экономических установок и активность личности // Теоретическая и экспериментальная психология. 2011. № 4. С. 46—53.
9. Шёк Г. Зависть: теория социального поведения. М.: ИРИСЭН, 2010. 544 с.
10. Хащенко В.А. Психология экономического благополучия. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2012. 426 с.
11. Anderson M.K. Concretization and envy // Canadian Journal of Psychoanalysis. 2011. Vol. 19. № 1. P. 125—131.
12. Anderson R.E. Envy and Jealousy // American Journal of Psychotherapy. 2002. Vol. 56. № 4. P. 455— 479.
13. Cobo-Reyes R., Jimenez N. The dark side of friendship: “envy” // Experimental Economics. 2012. Vol. 15. № 4. P. 547—570.
14. Cohen-Charash Y., Mueller J. Does perceived unfairness exacerbate or mitigate interpersonal counterproductive work behaviors related to envy? // Journal of Applied Psychology. 2007. Vol. 92 (3). P. 666—680.
15. Debbane E. Envy and Its Relation to Destructiveness // Canadian Journal of Psychoanalysis. 2011. Vol. 19. № 1. P. 108—124.
16. Koch E., Metcalfe K. The Bittersweet Taste of Success: Daily and Recalled Experiences of Being an Upward Social Comparison Target // Basic and Applied Social Psychology. 2011. Vol. 33. № 1. P. 47—58.
17. Sawada M., Hayama D. Dispositional vengeance and anger on schadenfreude // Psychological Reports. 2012. Vol. 111. № 1. P. 322—334.
18. Shamionov R.M. Envy and Monetary Attitudes of Personality // Advances in Public, Environmental and Occupational Health. 2014. Vol. 4. P. 43—48. doi.10.5729/apeoh.vol4.43
19. Smith R.H., Kim S.H. Comprehending envy // Psychological Bulletin. 2007. Vol. 133. № 1. P. 46—64.
20. van de Ven N., Zeelenberg M., Pieters R. Leveling Up and Down: The Experiences of Benign and Malicious envy // Emotion. 2009. Vol. 9. № 3. P. 419—429.
21. van de Ven N., Zeelenberg M., Pieters R. Warding Off the Evil Eye: When the Fear of Being Envied Increases Prosocial Behavior // Psychological Science. 2010. Vol. 21. № 11. P. 1671—1677.
22. van de Ven N., Zeelenberg M., Pieters R. Why envy Outperforms Admiration // Personality and Social Psychology Bulletin. 2011. Vol. 37. № 6. P. 784—795.
23. West M. Envy and difference // Journal of Analytical of Psychology. 2010. Vol. 55. № 4. P. 459—484.
24. Winkelmann R. Conspicuous consumption and satisfaction // Journal of Economic Psychology. 2012. Vol. 33. № 1. P. 183—191
25. Yamada M., Takahashi H. Happiness is a matter of social comparison // Psychologia. 2011. Vol. 54. № 4. P. 252—260.

PlumX

Метрики публикации