Эволюция института невменяемости в английском праве

170

Аннотация

В статье с помощью историко-правового и сравнительно-правового методов исследуются генезис и эволюция института невменяемости в английском праве. Особое значение уделяется психологическим и юридическим аспектам невменяемости. Материал излагается в привычной для русскоязычного читателя дидактической манере, с сохранением характерных черт статутного и прецедентного права, специфики английской криминальной психологии и судебной психиатрии. На основе изучения зарубежных и отечественных научных трудов по уголовному праву и юридической психологии проанализированы основные этапы развития института невменяемости и критически осмыслены психолого-правовые доктрины, статуты и прецеденты, регламентирующие отдельные аспекты невменяемости. В статье анализируются Правило «non compos mentis», тест «дикого зверя» Правила Мак-Натена, тест Колдуэлла, а также законодательные акты, регламентирующие отдельные аспекты невменяемости. Некоторые прецеденты и доктринальные положения английского права ранее не переводились на русский язык и вводятся в научный оборот впервые.

Общая информация

Ключевые слова: невменяемость, английское право, судебный прецедент, Правила Мак-Натена, mens rea, душевная болезнь, доктрина невменяемости

Рубрика издания: История юридической психологии

DOI: https://doi.org/10.17759/psylaw.2021110312

Для цитаты: Малиновский А.А. Эволюция института невменяемости в английском праве [Электронный ресурс] // Психология и право. 2021. Том 11. № 3. С. 175–186. DOI: 10.17759/psylaw.2021110312

Полный текст

«Не каждое проявление неистового нрава или

некоторой странности в действиях человека

образует такое сумасшествие, которое

отвратит от него наказание.

Это должно быть сумасшествие, при котором человек

полностью лишен рассудка и не ведает, что он творит,

подобно маленькому ребенку или жестокому и дикому зверю».

(Из напутствия судьи Трейси присяжным,

рассматривавшим дело Rex v. Arnold, 1724 г.)

 

Введение

Проблема правового регулирования невменяемости в Англии является сложной и спорной, в том числе и для самих юристов и криминальных психологов туманного Альбиона. На это есть несколько причин. Во-первых, специфика эволюции юридической психологии и судебной психиатрии детерминирует особенности понимания самой сущности невменяемости как психолого-правового института, который традиционно рассматривается через призму права справедливости. Вопрос о невменяемости подсудимого решается исключительно присяжными, которые руководствуются чувством справедливости. Во-вторых, отсутствие кодифицированного законодательства переносит центр правового регулирования невменяемости на прецедентное право и юридическую доктрину. Именно они и должны являться основными предметами исследования.

Разумеется, обозначенная тема настолько широка и многоаспектна, что полное ее изучение в рамках одного исследования представляется затруднительным. В настоящей статье предлагается лишь краткий психолого-правовой абрис вопросов невменяемости в английском уголовном праве.

 

Методология исследования

При исследовании темы и написании статьи были использованы общенаучные методы познания (диалектический метод, анализа и синтеза, дедукции и индукции), которые позволили изучить генезис и сущность института невменяемости в Англии.

Посредством формально-юридического, историко-правового и сравнительно-правового методов анализировались этапы эволюции института невменяемости, формирование и развитие прецедентного права и юридических доктрин об освобождении от уголовной ответственности психически больных лиц.

В процессе проведения исследования были изучены классические труды английских юристов и судебных психиатров У. Блэкстоуна, Г. Брактона, Э. Коука, К. Кенни, М.Т. Хэзлема, Б. Рональда [8] и др., а также работы отечественных правоведов и юридических психологов Г.А. Есакова [2; 3, с. 416—427], В.В. Мотова [7, с. 57—65], С.Н. Шишкова [10; 11, с. 46—47] и др., анализировавших проблемы невменяемости в Англии.

 

Результаты исследования

Термин «вменяемый» в английском языке происходит от латинского слова «sanus», которое образовывало устойчивое словосочетание «mens sana» — «здоровый дух». До сих пор термины «mens sana» («здоровый дух/разум», обозначающий психическое здоровье человека) и «mens rea» («виновный дух/разум, обозначающий степень вменяемости, а следовательно, виновности субъекта преступления) применяются в англо-американской юриспруденции и криминальной психологии.

Первоначально в «период мрачного средневековья» вопросы невменяемости рассматривались в Англии в основном через религиозную призму. Тогда в английском праве в отношении помешанных действовало правило «non compos mentis» (лат. «не в здравом уме»). Согласно ему считалось, что противоправное (или в те времена — греховное) поведение человека обусловлено религиозными или мистическими причинами. Человек, попавший под влияние дьявола или околдованный ведьмой, «сам не ведал, что творит». Вполне очевидно, что речь, выражаясь современным языком, шла о бредовых состояниях, маниях, манифестном поведении и т. п., которые и обусловливали состояние невменяемости.

Первый психолого-правовой тест на невменяемость был также основан на религиозном мировоззрении. Он именовался как «тест добра и зла», в соответствии с которым обвиняемый проверялся на понимание им греховности, порочности или противоправности своего поведения. Основное внимание в этот исторический период уделялось не медико-психологическим характеристикам субъекта, а анализу его постпреступного поведения. Например, если маленький мальчик, совершив убийство, не старается спрятать труп, значит он не понимает, что совершил зло, а следовательно, невиновен. Если женщина, убив мужа, прячет нож и застирывает окровавленное платье, значит она понимает, что причинила зло, а значит, виновна [14, с. 1227—1260].

Mens rea — это ментальный элемент психики человека, характеризующий его осознание преступности конкретного поведения, а также его намерение совершить преступное деяние. В английском праве господствует максима — actus reus non facit reum nisi mens sit rea, т. е. «деяние не является виновным, если не виновен разум». Презюмируется, что лицо, совершает юридически значимое деяние рассудительно, т. е. находится в здравом рассудке. Сформулированный только в 1982 г. тест Колдуэлла позволяет разграничить рассудительность и безрассудство в поведении человека. Так, под безрассудством понимается осознанное поведение, которое создает риск причинения вреда в результате намеренных действий исполнителя [24]. Юридический словарь Блэка определяет безрассудство как такое состояние ума, при котором лицо не желает наступления вредных последствий, но не заботится о том, чтобы они не наступили. При этом безрассудный человек считается вменяемым [15].

Английская правовая доктрина, как правильно указывает С.Н. Шишков, исходила из того, что в вопросах освобождения от уголовной ответственности в качестве основания такого освобождения признавалось лишь то душевное заболевание, которое в момент совершения лицом неправомерного деяния полностью лишало его способности к осмыслению или уразумению. Определить степень нарушений психики, несовместимых с вменяемостью, помогали различные эмпирические тесты частности, определявшие неспособность различать добро (good) и зло (evil), правое (right) и неправое (wrong). Например, неспособность больного сосчитать деньги до 20 шиллингов, или неспособность узнавать собственных родителей [10].

В авторитетных доктринальных источниках закреплялось несколько подходов к невменяемости [3, с. 416—427].

В «Институтах права Англии» Г. Брактона (1644 г.) предписывалось: «В уголовных процессах правонарушение сумасшедшего не должно вменяться ему, поскольку в таковых делах actus non facit reum, nisi mens sit rea (действие не делает виновным, если не виновна мысль); furiosus solo furore punitur (сумасшедший наказан единственно своим безумием)» [19, с. 405].

В «Комментариях к законам Англии» Уильяма Блэкстоуна (1769 г.), отмечается, что «преступление, обязательно включает в себя волю и действие. Злая воля без злого действия не является преступлением, равно как и недопустимое действие без злой воли не является преступлением. Недостаток в воле, извиняющий за виновность в преступлении, возникает вследствие искаженного или испорченного понимания, т. е. в случае с идиотом или лунатиком. В уголовных делах идиоты и лунатики не ответственны за свои действия, если они совершены под влиянием этих недостатков; причем неответственны даже за измену» [5].

Одним из первых прецедентов, определяющих критерии невменяемости, служит дело R. v. Arnold (1724 г.). Суть дела в следующем. Эдвард Арнольд совершил покушение на жизнь лорда Онслоу, ранив его выстрелом из мушкета. На суде родственники и соседи Арнольда свидетельствовали, что он страдал нарушениями сна, видел у своей постели бесов, которых якобы насылал на него лорд Онслоу [16]. В своем напутствии присяжным судья Роберт Трейси указал, что «избавить человека от бремени его преступления может лишь такое его состояние, когда он настолько лишен разума и памяти и не способен сознавать свои действия подобно младенцу или дикому зверю». В прецеденте был впервые сформулирован критерий невменяемости, который получил наименование «критерий дикого зверя» («wild-beast-test»). Таким образом, данный подход к невменяемости не включал в себя медицинские критерии (такие как хроническая психическая болезнь или временное помутнение рассудка), а оперировал категориями, знакомыми любому присяжному из жизненного опыта. В результате, если один человек нападает на другого «как дикий зверь», то его надо считать невменяемым, поскольку он полностью лишен рассудка [8].

Тест «дикого зверя» не является в наши дни достоянием истории. Его критерии часто используются не только судьями в напутственных словах присяжным, но и в юридических доктринах (например, в доктрине «полицейского локтя», согласно которой, невменяем тот, кто совершает преступление, не стесняясь присутствия полицейского), а также в качестве аргумента в многочисленных прецедентах.

Вышеуказанный прецедентный подход нашел свое отражение и в юридической доктрине. Так, известный криминалист К. Кенни указывал, что английское уголовное право различает две группы душевнобольных:

во-первых, речь идет о лицах, в отношении которых применение наказаний, предусмотренных в уголовных законах, было бы поэтому бессмысленной жестокостью в связи с тем, что угрозы и запреты уголовного права неспособны оказать на них никакого влияния;

во-вторых, это лица, душевная болезнь которых такова, что «они не дали бы воли своей болезни, если бы около них находился полисмен» [5, с. 56].

Законодательная дефиниция невменяемости в праве современной Великобритании отсутствует. Однако еще в 1843 г. был сформулирован руководящий прецедент определения вменяемости — Правила Мак-Натена. Суть дела такова. Страдавший манией преследования лесоруб Дэниел Мак-Натен покушался на убийство своего мнимого преследователя премьер-министра Великобритании Роберта Пиля, но по ошибке убил его личного секретаря Эдварда Драммонда. На суде выяснились болезненные симптомы обвиняемого, которые свидетельствовали о тяжелом психическом заболевании. В результате Палата Лордов (высшая судебная инстанция того времени) сформулировала основные критерии невменяемости.

Таким образом, в соответствии с Правилами Мак-Натена:

1. Презюмируется, что каждый человек считается душевно здоровым (вменяемым) и обладает достаточной степенью разумности для того, чтобы нести ответственность за совершенные им преступления, пока не будет доказано обратное. Критерий разумности в данном случае рассматривается как опровержимая презумпция. Решение о признание подсудимого безумным принимают присяжные.

2. Для освобождения от ответственности ввиду душевной болезни должно быть установлено, что во время совершения противоправного деяния обвиняемый действовал под влиянием такого происходящего от душевной болезни дефекта разума, что он был не в состоянии отдавать себе отчет в природе, последствиях и свойствах совершаемого им действия или, если и отдавал себе отчет в этом, то не был в состоянии понять, что поступает неправильно (безнравственно).

Кратко охарактеризуем психолого-правовое содержание вышеуказанных юридических терминов. «Душевной болезнью», с юридической точки зрения, считаются нарушения функционирования мозга, под которыми подразумеваются не только заболевания самого мозга, но и любые болезни, приводящие к сбоям в работе интеллекта. Как отмечает В.В. Мотов, обвиняемый освобождается от уголовной ответственности, если, например, сжимая горло жертвы, он был уверен, что сжимает лимон [7, c. 57—65]. «Душевной болезнью» не является такое нарушение психики, которое возникло по причине приема алкоголя, лекарств или применения гипноза.

Под «дефектом разума» понимается утрата человеком из-за болезни способности разумно рассуждать. Если такая способность не утрачена, но лицо просто ей не воспользовалось (совершило деяния без его интеллектуального осмысления), то «дефект разума» отсутствует.

Однако, объективности ради, отметим, что некоторые прецеденты отходят от этой максимы. Так, в деле R. v. Windle (1952) отмечается, что термин «поступает неправильно», используемый в Правилах Мак-Натена, в нашем случае означает «поступает противоправно», а не «поступает безнравственно» [33].

Даже несмотря на свойственную английскому праву туманность юридических формулировок, вполне очевидно, что в Правилах Мак-Натена не отражен волевой момент психологического критерия невменяемости. Процедура признания лица невменяемым и последствия такого признания регламентированы в Законе о признании лица невменяемым 1964 г. (Criminal Procedure (Insanity) Act 1964) [20], а также в законодательстве о психическом здоровье. Отметим, что данные статуты содержат лишь нормы процессуального права и в них отсутствуют критерии невменяемости.

Закон «О суде над лунатиками» 1883 года (Trialof Lunatics Act) ввел понятие «преступный лунатик», под которым понимался психически больной человек, опасный для общества. До приятия данного Закона присяжные выносили вердикт в отношении преступного лунатика с формулировкой «невиновен» (из-за чего психически больные преступники, как правило, освобождались и вскоре вновь совершали преступления). Закон изменил формулировку вердикта на «виновен, но невменяем», предусмотрев для таких лиц особый порядок содержания под стражей в психиатрической больнице, чтобы предотвратить их преступления в дальнейшем.

Ссылки на данный Закон до сих пор встречаются в юридической практике, разумеется, применительно к делам о криминальном лунатизме в современном его понимании (дело R. V. Burgess (1991). Так, 2 июня 1988 г. Барри Берджесс напал на свою подругу Катрину Кертис. Она заснула на диване и проснулась, когда Берджесc, страдающий лунатизмом, ударил ее по голове бутылкой, обхватил ее руками за горло и стал душить. В этот момент Катрина громко прокричала: «Я люблю тебя, Бар» от чего он проснулся, пришел в себя и сам вызвал скорую помощь. Королевский суд Бристоля признал Берджесса невиновным по причине невменяемости по обвинению в умышленном нанесении телесных повреждений. Ему было предписано содержаться под стражей в психиатрической больнице [28].

В Законе об охране психического здоровья в Англии и Уэльсе от 1959 г. (в редакции 1983 г.) не содержится определение психического здоровья, зато закрепляются юридические дефиниции других важных для криминальной психологии и судебной психиатрии понятий.

«Психическое расстройство» определяется в Законе как «безумие, задержанное или недостаточное умственное развитие, психопатическое расстройство или любое другое расстройство психики или психическую неполноценность». Психопатическое расстройство представляет собой «стойкое расстройство или нарушение психики (со значительным снижением умственных способностей или без такового), результатом которого является патологически агрессивное или опасно безответственное поведение» [1].

«Психическая ущербность» (не достигшая степени невменяемости) представляет собой недостаточное психическое развитие, включающее существенное снижение интеллекта и ухудшение социального функционирования, связанное с ненормально агрессивным или совершенно безответственным поведением со стороны рассматриваемого лица» [9, c. 306].

Некоторыми английскими психиатрами используется несколько иной (чем прописано в законодательстве) категориальный аппарат при характеристике заболеваний и психических состояний, которые детерминируют невменяемость. Так, автор оксфордского учебника «Психиатрия» профессор М. Хэзлем, комментируя вышеуказанный Закон, перечисляет следующие расстройства психики, ведущие к невменяемости: психическое заболевание, задержка умственного развития, психопатическое или иное расстройство, а также умственная неполноценность [12, c. 67—68].

Вполне очевиден крен английского права в медицинский аспект невменяемости. Однако дело обстоит не совсем так. Разработанный английскими правоведами тест «разумного человека» восполняет этот пробел, вооружая присяжных психологическим критерием. В общем виде разумный человек — это среднестатистический добропорядочный член общества, поведение которого до совершения преступления не вызывало нареканий, а в момент совершения преступления не считалось каким-то необычным. Короче говоря, интеллектуальные и волевые качества разумного человека ничем не должны отличатся от среднестатистической нормы. Максима английского права гласит — «разумный тот, кого посчитают таковым 12 его сограждан (суд присяжных)». В прецеденте R. v. Belfon (1976 г.) указывается, что разумный человек всегда презюмируется вменяемым. Поскольку разумный человек обладает свободой воли, то он всегда должен отвечать за свои неправомерные действия [27].

В деле DPP v. Camplin (1978 г.) лордом Диплоком сформулирована четкая (по меркам английского права) дефиниция разумного человека — это лицо не сильно впечатлительное и не сильно агрессивное, имеющее такой самоконтроль, который от него вправе ожидать другие люди [23]. Данный прецедент используется не только при определении невменяемости, но также и для квалификации состояния аффекта, необходимой самозащиты и других обстоятельств, влияющих на виновность субъекта.

Психологический критерий невменяемости, который указывает на то, что лицо не может руководить своими действиями в прецедентном праве Англии выражается в формуле, доступной для понимания любым присяжным. В решении по делу Bratty v Attorney General for Northern Ireland (1963) обосновывается, что подсудимый является невменяемым, если во время совершения преступного деяния состояние его сознания было таково, что лицо «не являлось хозяином своих собственных действий» [16].

Критерий «дефект разума», согласно прецеденту R. v. Clarke (1972), относится к характеристике сознания человека, который вообще лишен способности рассуждать, а не к тому, кто способен рассуждать, но не делает этого в конкретном случае (в момент совершения преступления) по причине невнимательности, забывчивости или рассеянности [29].

В соответствие с решением по делу R. v. Sullivan (1984) лицо, совершившее преступление во время приступа эпилепсии однозначно признается невменяемым. В тексте решения содержится следующая цитата: «Доказательства патологии припадка, вызванного психомоторной эпилепсией, сводятся к тому, что во время второй стадии припадка в височных долях головного мозга больного происходят электрические разряды. Во время этих разрядов он совершает активные телодвижения, которые не осознает. Внешне это может выглядеть как сопротивление любому лицу, которое пытается ему помочь во время приступа безумия» [32].

В прецедентах R. v. Quick и R. v. Paddison (1973) предпринимается попытка дать судебное толкование термину «болезнь ума». «Наша задача, отмечают судьи, состояла в том, чтобы решить, что закон подразумевает под понятием «болезнь ума». По нашему мнению, речь идет о нарушении работы мозга, спровоцированного внутренней болезнью. Нарушение работы разума, вызванное применением к телу и разуму некоторых внешних факторов, таких как насилие, наркотики, анестетики, алкоголь и гипнотические воздействия, не может быть справедливо названо следствием болезни» [31]. Таким образом, в прецедентах обосновывается, что болезни человека (атеросклероз, раковая опухоль мозга, диабет) могут привести к состоянию невменяемости. Внешние факторы (прием лекарства, алкоголя, гипноз) не делают человека невменяемым.

Особый интерес представляют прецеденты, диаметрально противоположно решающие одни и те же вопросы. Например, в деле R. v. Douce (1972 г.) устанавливается, что лицо, совершившее преступление в состоянии депрессии признается полностью вменяемым. А в решении по делу R. v. Seers (1985 г.) лицо, совершившее преступление в состоянии депрессии было признано ограниченно вменяемым [30].

 

Заключение

Эволюция института невменяемости в английском праве, как можно заметить, имеет длинную и весьма интересную историю [21, с. 105—123]. Однако, объективности ради, укажем, что собственно доктринальное развитие анализируемого института представляет собой, образно выражаясь, «топтание на месте» вокруг Правил Мак-Натена. Большинство ученых приходят к выводу о том, что эти Правила устарели, но их все равно необходимо применять, поскольку ничего лучшего пока не изобретено. Разделы о невменяемости в современных английских учебниках по уголовному праву и криминальной психологии всегда начинаются именно с Правил Мак-Натена [13, c. 122].

Конечно, зарубежные криминальные психологи и правоведы понимают, что с момента разработки Правил Мак-Натена прошло полтора века и судебная психиатрия уже очень далеко продвинулась. Однако разработать принципиально иную юридическую формулу невменяемости, чем это удалось сделать Палате Лордов в 1843 г., пока не получается. Возможно, именно поэтому некоторые современные научные публикации, направленные на то, чтобы охладить пыл радикальных криминальных психологов-ревизионистов называются примерно так: «Правила Мак-Натена — назад в будущее?» [26, с. 347—350].

В качестве итога отметим, что английское учение о невменяемости подлежит осмыслению не только с чисто академической точки зрения. Все без исключения страны прецедентного права (Австралия, Ирландия, Индия, Канада, США и др.) заимствовали английскую правовую доктрину и Правила Мак-Натена [9, с. 125]. Следовательно, познание данного учения имеет и большую практическую значимость для юристов-международников, работающих в зарубежных юрисдикциях.

 

Литература

  1. Гельдер М., Гэт Д., Мейо Р. Оксфордское руководство по психиатрии: в 2-х т. / Пер. с англ. Киев: Сфера, 1999. Т. 1. 300 с.
  2. Есаков Г.А.Mens rea в уголовном праве США: историко-правовое исследование. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2003. 551 с.
  3. Есаков Г.А. Невменяемость по английскому уголовному праву // Lex russica (Русский закон). 2006. Том 65. № 2. С. 416—427.
  4. Есаков Г.А., Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Уголовное право зарубежных стран. М.: Проспект, 2008. 336 с.
  5. Кенни К. Основы уголовного права/ Пер. с англ. М.: Изд-во иностр. лит., 1949. 599 с.
  6. Корона А., Родригес Н., Кэмерон К. История защиты ссылкой на невменяемость в англоязычных странах и ее влияние в Северной Америке: научный обзор // Российский психиатрический журнал. 2017. № 3. С. 56—60.
  7. Мотов В.В. Психическое расстройство и уголовная ответственность в США // Независимый психиатрический журнал. 2004. № 1. С. 57—65.
  8. Рональд Б. Психология криминального поведения: пер. с англ. СПб.: Питер: Питер принт, 2004. 495 с.
  9. Трикоз Е.Н. Институт необходимой обороны в Уголовном кодексе Индии 1860 года // Вестник Санкт-Петербургского университета. Право. 2019. Т. 10. Вып. 1. С. 124—135. doi:10.21638/spbu14.2019.109
  10. Шишков С.Н. Критерии невменяемости в английском уголовном праве ХVIII века // Право и политика. 2007. № 2. С. 108—114.
  11. Шишков С.Н. «Критерий дикого зверя» и парадоксы невменяемости // Независимый психиатрический журнал. 2001. № 1. С. 45—55.
  12. Хэлзем М.Т. Психиатрия / Пер. с англ. Г.А. Лубочкова. Львов: Инициатива; М.: АСТ, 1998. 609 с.
  13. Allen M. Textbook on Criminal law. Oxford: Oxford University Press, 2005. 499 p.
  14. Platt A., Diamond B.L. The Origins of the «Right and Wrong» Test of Criminal Responsibility and Its Subsequent Development in the United States: An Historical Survey // California Law Review. 1966. Vol. 54. P. 1227—1260.
  15. Black's Legal Online Dictionary [Электронный ресурс]. URL: https://alegaldictionary.com/ (дата обращения: 08.01.2021).
  16. Bratty v. Attorney-General for Northern Ireland (1963) [Электронный ресурс]. URL: https://www.casemine.com/judgement/uk/5a8ff8ca60d03e7f57ecd77c (дата обращения: 08.01.2020).
  17. Hawthorne Ch. Deific Decree. The Short, Happy Life of a Pseudo-Doctrine. 33 Loy. L.A.L. Rev. 1755 (2000) [Электронный ресурс]. URL: https://digitalcommons.lmu.edu/llr/vol33/iss4/15 (дата обращения: 08.01.2021).
  18. Clarkson, C.M.V., Keating H.M., Cunningham S.R. Criminal Law: Texts and Materials, 6th ed. London: Sweet & Maxwell, 2007. 886 p.
  19. Coke E. The First Part of the Institutes of the Laws of England; Or A Commentary Upon Littleton. Not the Name of the Author Only, but of the Law Itself, 19th ed. Charles Butler (ed.). Vol. II. London, 1853. 861 p.
  20. Criminal Procedure (Insanity) Act 1964. [Электронный ресурс]. URL: http://www.legislation.gov.uk/ukpga/1964/84 (дата обращения: 08.01.2021).
  21. Crotty H.D. The History of Insanity as a Defence to Crime in English Criminal Law // California Law Review. 1924. Vol. 12(2). Р. 105—123.
  22. Dalton M. The Country Justice: Containing the Practice of the Justices of the Peace out of Their Sessions. London, 1690. 654 p.
  23. DPP v. Camplin (1978). [Электронный ресурс]. URL: http://www.e-lawresources.co.uk/DPP-v-Camplin.php (дата обращения: 08.01.2021).
  24. Keenan v. the United Kingdom. Decision of the European Court of Human Rights dated 03.04.2001. (application no. 27229/95) [Электронный ресурс]. URL: http://www.consultant.ru (дата обращения: 08.01.2021).
  25. Online Resource Centres. Oxford University Press [Электронный ресурс]. URL: https://global.oup.com/uk/orc/law/criminal/heaton4e/resources/casematerial/ bychapter/ch07/ (дата обращения: 08.01.2021).
  26. Shea P. M'Naghten Revisited — Back to the Future? (The Mental Illness Defence-A Psychiatric Perspective) // Current Issues in Criminal Justice. 2001. Vol. 12. Is. 3. P. 347—362.
  27. R. v. Belfon (1976) [Электронный ресурс]. URL: https://www.lawteacher. net/cases/assault-cases.php (дата обращения: 08.01.2021).
  28. R. v. Burgess (1991) [Электронный ресурс]. URL: http://www.e-lawresources.co.uk/R-v-Burgess.php (дата обращения: 08.01.2021).
  29. R. v. Clarke (1972) [Электронный ресурс]. URL: https://www.casemine.com/judgement/uk/5a8ff87960d03e7f57ec10c4 (дата обращения: 08.01.2021).
  30. R. v. Douce (1972), R. v. Seers (1985) // Elliott C., Quinn F. Criminal Law. 7th ed. London: Longman, 2008. Р. 94—95.
  31. R. v. Quick (1973) R. V. Paddison (1973) [Электронный ресурс]. URL: https://global.oup.com/uk/orc/law/criminal/heaton4e/resources/casematerial/bychapter/ch07/#c (дата обращения: 08.01.2021).
  32. R. v. Sullivan (1984) [Электронный ресурс]. URL: https://global. oup.com/uk/orc/law/criminal/heaton4e/resources/casematerial/bychapter/ch07/#c (дата обращения: 08.01.2021).
  33. R. v. Windle (1952) [Электронный ресурс]. URL: https://www.coursehero. com/file/p422lp1/R-v-Windle-1952-2-QB-826-The-defendant-had-killed-his-wife-by-administering-an/ (дата обращения: 08.01.2021).

Информация об авторах

Малиновский Алексей Александрович, доктор юридических наук, заведующий кафедрой теории права и сравнительного правоведения, «Московский государственный институт международных отношений (университет) Министерства иностранных дел Российской Федерации» (МГИМО МИД России), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-2376-0956, e-mail: dr.malinovsky@yandex.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 794
В прошлом месяце: 29
В текущем месяце: 38

Скачиваний

Всего: 170
В прошлом месяце: 4
В текущем месяце: 2