Отечественный и зарубежный опыт оказания экстренной психологической помощи населению

451

Аннотация

В данной работе рассматривается зарубежный и отечественный опыт оказания экстренной психологической помощи. Анализ современных публикаций позволил определить специфику психотравмирующих ситуаций, а также психологических состояний пострадавших, требующих экстренного психологического вмешательства, сформулировать принципы оказания данной помощи. Освещена практика организации работы специалистов экстренных психологических и социальных служб с жертвами, пережившими домашнее насилие, пострадавшими в результате террористических актов и других чрезвычайных ситуаций; медицинскими работникам и волонтерами, оказывающими различную помощь в условиях пандемии COVID-19 в России и за рубежом. В статье рассматривается система организации психологической помощи специалистами психологической службы в Российской Федерации. Актуализируется проблема оценки эффективности оказания психологической помощи на примере методики мониторинга и оценки действий в области психического здоровья и психосоциальной поддержки в чрезвычайных ситуациях.

Общая информация

Ключевые слова: экстренная психологическая помощь, кризисное событие, психологическая поддержка, чрезвычайная ситуация, дистанционное консультирование, телефон доверия, чат-консультирование

Рубрика издания: Психология труда и инженерная психология

Тип материала: научная статья

DOI: https://doi.org/10.17759/jmfp.2022110311

Для цитаты: Ульянина О.А., Гаязова Л.А., Файзуллина К.А., Никифорова Е.А., Семенова К.Г. Отечественный и зарубежный опыт оказания экстренной психологической помощи населению [Электронный ресурс] // Современная зарубежная психология. 2022. Том 11. № 3. С. 114–126. DOI: 10.17759/jmfp.2022110311

Полный текст

Введение

Последние десятилетия мировой и отечественной истории сопровождаются массовыми кризисными событиями (вооруженные конфликты, террористические и националистические вызовы, вынужденная миграция населения, пандемия COVID-19 и др.). Подобные обстоятельства усиливают ситуацию неопределенности будущего, представляя выраженную угрозу для психологической безопасности личности.

В связи с этим особую актуальность представляет оказание своевременной профессионально выстроенной экстренной психологической помощи лицам, оказавшимся в кризисной ситуации [11].

Экстренная психологическая помощь является первым этапом кризисной помощи, оказываемой человеку, находящемуся в кризисном состоянии, причина которого — внезапно пережитое личностно значимое событие, способное развить у него психологическую травму [12].

В настоящее время под экстренной психологической помощью понимается целостная система мер, направленных на оптимизацию актуального психологического состояния пострадавших, предупреждение развития неблагополучных психологических последствий [8; 9; 10].

Специфические особенности экстренной психологической помощи как направления практической психологии определяются условиями, в которых оказывается помощь пострадавшим [16]: наличие психотравмирующего события, требующего незамедлительного оказания экстренной психологической помощи; оказание экстренной психологической помощи должно быть осуществлено в короткие сроки с момента возникновения кризисного события; некомфортные условия для работы психолога (отсутствие помещений, бытовых условий и др.); наличие большого количества пострадавших, нуждающихся в незамедлительной психологической помощи.

Опыт оказания экстренной психологической помощи за рубежом

Система экстренной психологической помощи существует во многих странах мира. Например, государственная структура на базе служб экстренного реагирования (бригады экстренной психологической помощи (OPS) во Франции, Службы экстренной психологической помощи в управлении Женской полиции), медицинских и общественных организаций (ассоциации взаимопомощи жертвам, горячая линия для жертв насилия организации «Медики без границ»), университетов (служба PsiCall для студентов, которым требуется психологическая поддержка) и др.

Оказание экстренной психологической помощи законодательно регламентируется на государственном и ведомственном уровне. Активно разрабатываются методические указания, рекомендации и регламенты оказания помощи различным группам участников чрезвычайной ситуации — пострадавшим в катастрофе, очевидцам происшествия, близким и родственникам погибших и раненых, специалистам экстремальных профессий, участвующим в ликвидации последствий. Также разрабатываются методические материалы по работе с беженцами, пострадавшими из числа людей с особыми потребностями, пожилыми, детьми. Процесс стандартизации продолжается соответственно новым вызовам, которые предъявляются мировому сообществу [33; 38].

В Испании на законодательном уровне на базе Национальной системы здравоохранения создаются условия для формирования штата клинических психологов, оказывающих экстренную психологическую помощь в местах чрезвычайных ситуаций. Также в штате аварийно-спасательных подразделений имеются члены неправительственных гуманитарных организаций, имеющие психологическое образование, а также психологи, реализующие частную практику и заключившие договор с государственными структурами. Однако к данной категории психологов отсутствуют требования к их квалификации, опыту, а помощь, оказываемая ими, является добровольной, в связи с чем координатор на месте происшествия не может быть уверен, какое количество специалистов-психологов будет в его распоряжении [44].

В США до террористического акта 11 сентября 2001 года вопросами психологической помощи пострадавшим занимался Американский Красный Крест. Уже после трагических событий на основании работ американских исследователей-психологов разрабатывались методы и принципы оказания помощи в экстренной (кризисной) ситуации, неотложной психологической помощи и раннего психологического вмешательства. Тогда же были определены общие цели такого вмешательства: 1) восстановление психологического функционирования через удовлетворение первичных физиологических и психологических потребностей; 2) смягчение проявлений психологического стресса; 3) активизация механизмов психологической адаптации к ситуации; 4) возможность обратиться за дальнейшей медицинской помощью [42].

Разработанные на данный момент схемы первой психологической помощи охватывают большое количество целевых групп. Издаются пособия, направленные на подготовку специалистов в сфере оказания экстренной психологической помощи, публикуются в открытом доступе информационные и рекламные материалы по психологической самопомощи. Первая психологическая помощь должна включать в себя предоставление информации, оказывать эмоциональную поддержку лицам, попавшим в экстремальную ситуацию, и применяться поэтапно, согласно потребностям человека. Помимо специалистов в области психического здоровья (психологи и психиатры) основными навыками экстренной психологической помощи должны обладать сотрудники экстренных служб и скорой медицинской помощи; при наличии необходимых знаний помощь могут оказывать учителя, священнослужители и волонтеры, прошедшие соответствующую подготовку [43].

Дж. С. Эверли предложил выделить три фазы социального реагирования на террористический акт. Во время каждой фазы учитывается психологический аспект последствий террористической атаки на гражданское население. На стадии докризисной фазы (до начала атаки) предполагается психологическая подготовка групп гражданского населения, занятых в наиболее подверженных угрозе атаки отраслях, а также сотрудников экстренного реагирования, занятых в ликвидации последствий. Во время фазы управления текущим событием (во время нападения и оценки последствий) группы неотложной психиатрической помощи оказывают психологическую поддержку пострадавшим, проводят индивидуальное кризисное консультирование. В фазе ликвидации последствий и восстановления необходимо продолжить оказание психологической помощи, так как, несмотря на экстренную поддержку, пострадавшие по-прежнему могут испытывать тревогу, разочарование, переживать утрату или горе [22].

После террористических атак в Париже в 2015 году с пострадавшими на местах работали выездные бригады экстренной психологической помощи, включавшие в себя опытных психиатров, психологов и медицинских сестер. Такие бригады оказывали неотложную психосоциальную и психологическую помощь жертвам теракта прямо на улицах рядом с местами трагедии, а также в течение одного месяца работали в специально созданных информационных центрах. Совместно с ними прием вели полицейские психологи и специалисты из особой группы, созданной на базе системы здравоохранения.

В случае необходимости после получения первичной помощи пострадавшие направлялись к психологу-консультанту или психиатру в медицинских организациях. Обратиться за помощью могли те, кто оказался в ситуации прямой угрозы, свидетели террористических актов, а также испытавшие на себе косвенное воздействие. Также поддержку жертвам были готовы оказывать различные ассоциации потерпевших (совместно с психологами Министерства Юстиции), врачи общей практики в медицинских организациях, врачи-специалисты в психотравматических отделениях больниц или в общественных центрах психологического консультирования [47].

В зарубежной научной литературе, посвященной изучению реагирования различных экстренных служб в ситуации преступлений с большим количеством жертв, рассматривался в том числе аспект психологической поддержки, оказываемой рядом с местом происшествия. Специалисты на месте определяли психическое состояние пострадавших, помогали снять психическое возбуждение, способствовали воссоединению с членами семьи, рассказывали, куда можно обратиться за дополнительной психологической помощью. Клинические психологи привлекались во время следственных действий на месте катастрофы, они находились рядом с пострадавшими во время опроса [29].

Во время лесных пожаров в Калифорнии в 2017 году многие семьи с детьми были вынуждены покинуть свои дома. Дети стали свидетелями уничтожения привычной обстановки и подступающего к населенным пунктам пламени, многие из них впоследствии демонстрировали признаки тревожности, острых стрессовых реакций, посттравматического стрессового расстройства. В этой ситуации образовательные организации распространяли среди родителей раздаточные материалы о возможных последствиях психотравмирующих событий, признаках ПТСР и способах обращения за помощью; при необходимости школьные психологи оказывали пострадавшим психологическую поддержку в пунктах временного размещения. После возобновления работы школ и центров охраны психического здоровья создавались различные группы психологической поддержки обучающихся [31].

По данным Джорджтаунского университета, число пострадавших от жестокого обращения имеет тенденцию к росту в период чрезвычайных ситуаций и неопределенности. Во многих странах мира организована круглосуточная горячая линия, куда могут обратиться жертвы домашнего насилия и получить юридическую, психологическую консультацию. Международная организация «Врачи без границ» также запустила телефон доверия по вопросам психического здоровья для тех, кто подвергся домашнему и сексуальному насилию [41]. В Бразилии на базе полицейского управления создана служба экстренной психологической помощи жертвам гендерного насилия, хотя сами психологи Службы не являются сотрудниками полиции [23].

Содержательные особенности отечественного опыта оказания экстренной психологической помощи

Как показывает отечественный опыт, экстренная психологическая помощь оказывается специалистами психологической службы МЧС России, Минздрава России, а также антикризисных подразделений, созданных в учреждениях социальной защиты, организациях, подведомственных Минпросвещения России. В работах Крюковой М.А., Никитиной Т.И., Сергеевой Ю.С. [2], Матафоновой Т.Ю. [4], Миллер Л.В. [5], Шойгу Ю.С. [7] и др. содержательные особенности отечественного опыта оказания экстренной психологической помощи пострадавшим, находящимся в кризисном состоянии, определяются этапом ее реализации, фактором времени, прошедшего с момента трагического события, выбором наиболее эффективной формы работы с пострадавшими, видом острой реакции на стресс.

Так, еще до наступления кризисной ситуации на базе психологической службы, оказывающей экстренную психологическую помощь, ведется работа по стажировке волонтеров, профессиональной подготовке и совершенствованию знаний и умений штатных психологов (подготовительный этап).

При возникновении кризисной ситуации специалисты, направленные для оказания психологической помощи, могут распределяться на первичную, мобильную и экстренную группы, а также группы оперативного реагирования и горячей линии; уточняются задачи, организуется внутриведомственное и межведомственное взаимодействие (этап реагирования). Затем пострадавшим оказывается первичная помощь, проводится экспресс-диагностика, планируется и организовывается поток пострадавших по контуру системы организации психологической помощи, реализация которой может осуществляться с помощью следующих методов: экстренная «допсихологическая» помощь; психологическое вмешательство (интервенция); психическая регуляция и саморегуляция (ПСР); психологическое сопровождение; эмоциональная поддержка; психологический дебрифинг; выявление негативных социально-психологических механизмов (психического заражения, паники, слухов) и управление ими (нейтрализация).

Для обеспечения результативности оказания экстренной психологической помощи специалисты применяют различные формы работы с пострадавшими, поскольку содержание экстренной психологической помощи определяется видом острой реакции пострадавшего на стресс. Так, например, при бреде и галлюцинациях помощь человеку будет оказываться специалистами психиатрической службы, но до их прибытия психолог может создать безопасные условия для пострадавшего, снижающие риск самоповреждения, вести с ним беседу, направленную на успокоение, демонстрируя согласие с его высказываниями. При апатии пострадавшего специалист устанавливает вербальный и телесный контакт, вовлекает его в совместную деятельность; при ступоре психолог предпринимает меры, способствующие выражению эмоций — использует техники точечного массажа, настойчиво устанавливает аудиальный, визуальный, тактильный контакт. Если пострадавший демонстрирует двигательное возбуждение, психолог стремится его снизить с помощью интеллектуальной активности, направленной физической деятельности, дыхательной гимнастики. При проявлениях агрессивного поведения специалист использует приемы, позволяющие безопасно для пострадавшего и окружающих выразить агрессию, повысить его физическую нагрузку, применяет юмористические разрядки или провоцирует страх наказания. При тревоге и страхе психолог помогает пострадавшему начать открыто говорить о том, чего именно человек боится, совместно с ним выполняет дыхательные упражнения, устанавливает тактильный контакт, применяет приемы активного слушания и совместно определяет способы совладания с ситуацией. При работе с плачем психолог не стремится успокоить пострадавшего, наоборот, он дает возможность человеку выплеснуть переживания, устанавливает с ним тактильный контакт, проявляя внимание ко всему сказанному. При реакции истерики психолог стремится изолировать пострадавшего, минимизировать обращения к нему, а оставшись с ним наедине — установить визуальный контакт, используя для общения короткие фразы побудительного наклонения.

Не менее важно осуществлять направление (ведение), управление и информирование людей, оказавшихся на месте чрезвычайной ситуации. Например, с целью передачи актуальной информации гражданам, прямо или косвенно вовлеченным в кризисное событие, проводятся массовые собрания, содержание которых, как правило, определяется вопросами его участников. Их тематическая направленность может быть связана не только с психологической , но и социальной, правовой, медицинской и т. д. проблематикой.

Также возможной формой работы в условиях кризисной ситуации выступает психологическое консультирование, которое может быть организовано в индивидуальном или групповом порядке. К примеру, в ходе групповой консультации для специалистов организации, где произошла кризисная ситуация, усилия психологов направлены на стабилизацию психологического состояния консультируемых, предупреждение развития у них чувства вины и неуверенности в правильности своих действий в ходе трагического события, обучение навыкам оказания психологической поддержки пострадавшим. Также может быть применено консультирование близких родственников пострадавших, оно чаще происходит в индивидуальном формате и обращено на удовлетворение их потребности в стабилизации собственного психологического состояния, оказание им безопасной и результативной психологической помощи.

В случае, если пострадавшие являются несовершеннолетними, осуществляется информирование детей о случившемся, переработка травматического опыта, актуализация собственных ресурсов, способствующих совладанию с переживаниями кризисного события, сплочение, если речь идет о постоянной группе детей, например, учащихся одного класса. Индивидуальное психологическое консультирование несовершеннолетних направлено на преодоление страхов, навязчивых мыслей и др.

По окончании оказания экстренной психологической помощи психологами осуществляется анализ деятельности, составляются отчеты, проводятся самоанализ, рефлексия, реализуется комплекс мероприятий, направленных на самовосстановление и снятие нервно-психического напряжения у специалистов, которые оказывали экстренную психологическую помощь (заключительный этап).

На отдаленных этапах, как правило, работа ориентирована на преодоление последствий посттравматического расстройства, поэтому задачей психологов, оказывавших экстренную психологическую помощь, становится организация и координация (в очном или удаленном формате) работы специалистов-психологов на местах с пострадавшими по разработанным индивидуальным коррекционно-реабилитационным программам; оказывается психологическая помощь психологам в восстановлении профессионального здоровья (пролонгированный этап). Для данной работы могут быть использованы приемы из следующих психотерапевтических направлений: психодинамическая терапия; использование метафор, историй, сказок; кататимное переживание образов, символдрама; кататимно-имагинативный подход; гештальттерапия; психодрама; нейролингвистический подход; когнитивно-бихевиоральная терапия; гуманистически-экзистенциальная психотерапия; телесно-ориентрованная терапия; арттерапия; терапия внушением (гипноз и его варианты используются врачами); игровая психотерапия. Пролонгированное психологическое сопровождение пострадавших также предусматривает оказание помощи в ходе естественно развивающихся состояний, реакций на произошедшее кризисное событие.

Таким образом, приведенный обзор содержания экстренной психологической помощи позволяет сделать вывод о том, что меры психологов направлены на нормализацию актуального психофизиологического состояния пострадавших, работу с возникшими острыми реакциями на кризисную ситуацию, профилактику отсроченных последствий.

Применение дистанционных технологий для оказания психологической помощи

Значимым инструментом в сопровождении кризисной ситуации являются дистанционные виды оказания психологической помощи, в формате телефонного или онлайн-консультирования, видеовстреч, чат-ботов. Такой формат позволяет охватить большое количество целевых групп [32; 34].

В 2018 году на базе Мадридского Университета была создана служба PsiCall. Она оказывает студентам экстренную психологическую помощь, проводит мероприятия по профилактике и раннему выявлению психических расстройств, а также помогает обратиться за психологической помощью к другим специалистам или в медицинскую организацию. При консультировании используются специально разработанные протоколы помощи и алгоритмы принятия решений [36]. В последующие годы многие университеты в других странах мира также открыли свои службы дистанционной психологической поддержки студентов [18].

В Бразилии в период ограничений, связанных с пандемией COVID-19, у психологов появилась возможность проводить дистанционное психологическое консультирование. В системе экстренной психологической помощи работают волонтеры-психологи, прошедшие специальную подготовку в сфере общественного здравоохранения и знакомые с особенностями работы в чрезвычайных ситуациях. Служба использует различные каналы связи (по телефону, через систему видеоконференции или мессенджер). Создание такой системы позволило значительно увеличить доступность психологической помощи вне зависимости от социального статуса и физического местоположения [39].

Оказывать психологическую поддержку дистанционно пришлось и сотрудникам школьных психологических служб, которые столкнулись с тем, что необходимо организовать индивидуальную или групповую консультационную встречу, провести обучение социальным или управленческим навыкам в условиях невозможности очных собраний. С одной стороны, школьные консультанты оказались в ситуации необходимости освоения новых для себя технологий и методов работы, с другой — формат, схожий с общением в социальных сетях, привычен для многих подростков, что позволило снизить чувство разобщенности [26].

В России создана широкая сеть оказания дистанционной помощи Фондом поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, благотворительным фондом «Твоя территория» и многими другими. Оказание психологической помощи может быть осуществлено дистанционно с применением таких форм, как телефонное консультирование, чат-консультирование, ответы на запросы посредством электронных писем. Данный формат позволяет несовершеннолетним самостоятельно обращаться за помощью, выбирать способ взаимодействия со специалистом, сохраняя анонимность своего запроса.

В настоящее время все большую востребованность приобретает такая форма дистанционной помощи, как чат-консультирование, которая имеет свои сложности (формализм в процессе консультирования ввиду отсутствия зрительного контакта со специалистом-психологом, высокий риск отвлечения от совместной работы с психологом, например, на гаджеты, уроки, увлечения и др., произвольное несанкционированное прекращение работы с психологом), однако представляет такие возможности, как снижение тревожности, преодоление коммуникативных барьеров, самораскрытие абонента и др. [17].

Тенденция распространения чат-консультирования является общемировой практикой. Так, сервис по реализации чат-консультирования существует в Германии [21], Австралии [28], США [24] и других странах.

Основные принципы оказания экстренной психологической помощи

В ходе оказания экстренной психологической помощи психологи работают с переживаниями пострадавшего, отражающими отношение к произошедшей кризисной ситуации на эмоциональном, когнитивном, телесном и поведенческом уровнях, способными приводить человека к дезорганизации [6].

Анализ современных публикаций (Бурлакова Н.С. [1], Малкина-Пых И.Г. [3], Федунина Н.Ю. [13], Шойгу Ю.С. [15] и др.) позволил сформулировать принципы оказания экстренной психологической помощи населению:

— Незамедлительность. Психологическая помощь пострадавшему должна быть оказана как можно быстрее с момента возникновения кризисной ситуации, что позволит в значительной мере снизить риск развития неблагополучных психоэмоциональных последствий.

— Приближенность к месту кризисного события обеспечит оказание экстренной психологической помощи в привычных для пострадавшего условиях, в том числе в близости от знакомого социального окружения.

— Ожидание восстановления нормального состояния. Специалистам, оказывающим помощь в кризисной ситуации, необходимо поддерживать уверенность пострадавшего в том, что в скором времени ситуация разрешится и психологическое состояние нормализуется.

— Добровольность получения экстренной психологической помощи. Реализуется данный принцип в ненавязчивой позиции специалистов антикризисных психологов относительно готовности оказать психологическую помощь нуждающимся в ней пострадавшим, тем самым, не нарушая личных границ человека.

— Конфиденциальность. Оказание любого вида психологической помощи невозможно представить без сохранения конфиденциальности психологом. Данный принцип не теряет своей актуальности и в ходе оказания экстренной психологической помощи. Однако конфиденциальность может быть нарушена в тех случаях, если психологу становится известно о возможных действиях пострадавшего, которые способны причинить вред ему или окружающим.

— Межведомственность и междисциплинарность. Соблюдение данного принца позволит обеспечить комплексный подход в сопровождении пострадавших, направленный на предотвращение неблагополучных последствий воздействия кризисной ситуации.

— Профессиональная компетентность. Оказывать экстренную психологическую помощь должны специалисты, которые прошли специальную профессиональную подготовку и психологически готовы работать в условиях кризисной ситуации.

Соблюдение приведенных принципов не только обеспечивает качество оказания экстренной психологической помощи пострадавшим в результате кризисной ситуации, но и определяет этические требования к специалисту.

Оценка эффективности оказания экстренной психологической помощи

С содержательной точки зрения встает проблема оценки и измерения эффективности оказания экстренной (первой) психологической помощи [20; 46]. Сложность оценки эффективности экстренной психологической помощи связана со следующими причинами: анонимность, невозможность использовать стандартизированный психодиагностический инструментарий в условиях чрезвычайных происшествий и кризисных ситуаций, отсутствие единой межведомственной системы обмена данными о пострадавших, а также о результатах их психологического сопровождения и актуального состояния.

Систематические обзоры Кокрейновской библиотеки откликаются на запросы «crisis intervention» (136 обзоров, 22 из которых по теме «mental health»), «early psychological interventions» (108 обзоров, 42 из которых по теме — mental health), «post-traumatic stress disorder» (42 обзора), «emergency psychological help» (23 обзора), «debriefing» (7 обзоров), «emergency psychological aid» (3 обзора), «psychological first aid» (14 обзоров). При этом включенные обзоры не содержат сведений, относящихся непосредственно к оказанию экстренной психологической помощи в кризисных и/или чрезвычайных ситуациях, в большинстве случаев запросы с применением перечисленных дескрипторов относятся к проблемам помощи лицам с психическими расстройствами или иными заболеваниями, а также к применению медикаментозных средств. Возможным исключением выступает обзор, посвященный оценке эффективности краткого психологического дебрифинга для управления психологическим дистрессом после травмы и профилактики посттравматического стрессового расстройства, который завершается выводом об отсутствии доказательств пользы дебрифинга в качестве метода профилактики посттравматического стрессового расстройства после травмирующих инцидентов [40]. Несмотря на то, что Кокрейновские обзоры признаются авторитетными источниками для клинической и медицинской практики, позднее было обнаружено, что в представленном исследовании были не соблюдены многие принципы классического метода психологического дебрифинга. Так, разработанный для групповой работы только с сотрудниками служб экстренного реагирования, он нередко применялся при работе с жертвами, попавшими в психотравмирующую ситуацию, нарушались сроки и продолжительность сессии, работа велась не в группе, а в паре [45]. В дальнейших обзорах эффективность дебрифинга при острых стрессовых реакциях при работе с пострадавшими была признана недоказанной, в связи с чем авторы не рекомендовали его применение в таких условиях [37].

Примером успешной практики, связанной с оказанием экстренной психологической помощи, но в то же время являющейся более широким ответом на кризисные и чрезвычайные ситуации, является Руководство Постоянного межведомственного комитета (Inter-agency standing committee, ПКМ), посвященное сохранению психического здоровья и оказанию психологической, социальной поддержки в чрезвычайной ситуации. Целью Руководства является распространение среди организаций, оказывающих помощь пострадавшим и общинам, рекомендаций по организации координирующей системы мероприятий мультисекторного реагирования для сохранения психического здоровья пострадавших в чрезвычайной ситуации.

После публикации руководства исследователи отмечали отсутствие оценки результатов реализации программы и необходимость их получения [25]. В 2017 г. [19], а затем в 2021 г. [30] ПМК опубликовал методику мониторинга и оценки действий в области психического здоровья и психосоциальной поддержки в чрезвычайных ситуациях.

Методика содержит описание и перечни целей, результатов, исходов, показателей и способов их измерения с применением средств верификации, основанных на академических обзорах, подготовленных университетом Джонса Хопкинса.

Постоянный межведомственный комитет (штаб-квартира в Женеве, Швейцария) был учрежден Генеральной Ассамблеей ООН в 1991 году для координации гуманитарной деятельности в ответ на социальные кризисы по всему миру. ПКМ создает в своем составе особые группы, посвященные различным направлениям гуманитарной деятельности; так, вопросами продвижения, локализации и применения Руководства занимается рабочая группа по вопросам психического здоровья и психосоциальной поддержки в чрезвычайных ситуациях. Комитет также осуществляет взаимодействие с другими организациями, участвующими в ликвидации последствий гуманитарных кризисов.

Если обратиться к свободному поиску в различных базах данных, то в целом вырисовывается следующая картина: в рамках проблематики доказательств эффективности и безопасности чаще всего фигурирует первая психологическая помощь — что не является экстренной психологической помощью. Однако есть исследования, доказывающие эффективность определенных методов терапии и пролонгированной психологической помощи.

Выводы

Таким образом, оказание экстренной психологической помощи реализуется во многих странах мира, для чего задействовано большое количество специалистов различного профиля (психиатры, психологи, школьные консультанты, волонтеры, представители общественных организаций). На постоянной основе оказывается помощь жертвам террористических атак, беженцам, жертвам насилия, работают группы психологической поддержки студентов, учащихся школ и профессиональных работников раз­личных категорий (сотрудники экстренных служб, врачи и сестринский персонал, педагоги).

Однако, несмотря на то, что система экстренной психологической помощи постоянно развивается и совершенствуется, у нее все еще остаются потребности, удовлетворение которых могло бы повысить ее эффективность. Так, например, пандемия COVID-19 выявила недостаточность групп психологической помощи в ситуации, когда она нужна сразу большому количеству людей — врачам, пациентам, сотрудникам экстренных служб, таким уязвимым категориям, как пожилые люди и дети. Обнаружилась потребность в профилактике негативных психологических состояний [14], недостаточность информационных материалов по психологической самопомощи, которые могли бы снизить нагрузку на психологические службы. Не всегда в достаточной мере налажено взаимодействие между психологическими службами различных организаций, а также службами, оказывающими психологическую поддержку, и социальными, медицинскими и другими структурами [27; 35]. Удовлетворение этих потребностей может стать одной из задач развития системы экстренного психологического обеспечения.

Литература

  1. Бурлакова Н. С. Психическое развитие детей, переживших массовые бедствия: от изучения последствий к проектированию развития на основе культурно-исторического анализа // Национальный психологический журнал. 2018. № 1(29). С. 17—29. DOI:10.11621/npj.2018.0102
  2. Крюкова М. А., Никитина Г. И., Сергеева Ю. С. Экстренная психологическая помощь: практическое пособие. М.: ЭНАС, 2009. 64 с.
  3. Малкина-Пых И. Г. Психологическая помощь в кризисных ситуациях. М.: Эксмо, 2005. 960 с.
  4. Матафонова Т. Ю. Особенности деятельности психологической службы при экстренной психологической помощи пострадавшим в чрезвычайных ситуациях // Вестник Московского университета МВД России. 2011. № 6. С. 25—29.
  5. Миллер Л. В. Модель экстренной психологической помощи // Научно-практические и прикладные аспекты деятельности центра экстренной психологической помощи ИЭП МГППУ: сборник статей / отв. ред. И. А. Баева. М.: Экон-Информ, 2011. С. 21—54.
  6. Онищенко Н. В. Экстренная психологическая помощь пострадавшим, пережившим столкновение со смертью в очаге чрезвычайной ситуации // Пожарная безопасность: проблемы и перспективы: Сборник статей по материалам Всероссийской научно-практической конференции: Воронеж, 20 сентября 2012 г. Воронеж: ФГБОУ ВО Воронежский Институт ГПС МЧС России, 2012. С. 115—117.
  7. Организация и оказание экстренной психологической помощи детям, пострадавшим в чрезвычайных ситуациях (на примере работы специалистов психологической службы МЧС России в школе №127 г. Пермь) / Ю. С. Шойгу, Л. Н. Тимофеева, Е. В. Курилова // Современные подходы в оказании экстренной психологической помощи: Сборник трудов молодых ученых: Экспериментальная платформа — 2018 / под общ. ред. А. В. Кокурина, В. И. Екимовой, М. И. Розеновой; МГППУ. Пермь: ИП Сигитов Т. М., 2018. С. 98—100.
  8. Особенности оказания экстренной психологической помощи при переживании утраты в чрезвычайных ситуациях / Ю. С. Шойгу, Л. Н. Тимофеева, Н. В. Толубаева, Е. И. Варфоломеева, А. А. Соколова, Е. В. Курилова, М. Е. Кармилова // Национальный психологический журнал. 2021. № 1(41). С. 115—126. DOI:10.11621/npj.2021.0110
  9. Создание и обеспечение системы экстренной психологической помощи в составе психологической службы в системе образования Российской Федерации [Электронный ресурс] / Е. Г. Артамонова, Н. Н. Васильева, Е. А. Глазунова, А. Л. Дитерихс, Т. А. Журкина, Е. В. Иванова, О. С. Мелентьева // Образование личности. 2021. № 3—4. С. 95—137. URL: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=47864977 (дата обращения: 14.09.2022).
  10. Стрельникова Ю. Ю. Принципы оказания экстренной психологической и неотложной психиатрической помощи в зоне чрезвычайной ситуации // Сервис безопасности в России: опыт, проблемы, перспективы. Обеспечение безопасности при чрезвычайных ситуациях: Материалы VII Международной научно-практической конференции: 24 сентября 2015 г. Санкт-Петербург: ФГБОУ ВО СПб УГПС МЧС России, 2015. С. 73—76.
  11. Ткачева О. Ю. Экстренная социально-психологическая помощь детям в ситуации суицидального поведения, жестокого обращения и чрезвычайных ситуаций в образовательном пространстве города Перми: опыт МБУ «Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» [Электронный ресурс] // Вестник практической психологии образования. 2018. Том 15. № 1. С. 32—39. URL: https://psyjournals.ru/vestnik_psyobr/2018/n1/Tkacheva_2.shtml (дата обращения: 13.05.2022).
  12. Ульянина О. А., Тимур О. Ю. Анализ региональной практики межведомственного взаимодействия при оказании экстренной психологической помощи несовершеннолетним [Электронные ресурс] // Актуальные проблемы психологического знания. 2021. № 1—2(55). С. 128—141. URL: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=46246383 (дата обращения: 14.09.2022).
  13. Федунина Н. Ю. Экстренная психологическая помощь: законы жанра [Электронные ресурс] // Московский психотерапевтический журнал. 2006. № 4(51). С. 6—25. URL: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=11916829 (дата обращения: 14.09.2022).
  14. Шемпелева Н. И., Пестова И. В. Профилактическая компетентность педагога-психолога как фактор его профессионального развития // Вестник практической психологии образования. 2020. Том 17. № 3. С. 58—67. DOI:10.17759/bppe.2020170305
  15. Шойгу Ю. С. Научно-методологические положения оказания экстренной психологической помощи // Медико-биологические и социально-психологические проблемы безопасности в чрезвычайных ситуациях. 2008. № 1. С. 33—38.
  16. Шойгу Ю. С. Принципы оказания экстренной психологической помощи в условиях чрезвычайных и экстремальных ситуаций // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 12. Психология. Социология. Педагогика. 2010. № 1. С. 162—168.
  17. Щукина М. А., Гаранжа А. В. Чат-консультирование в кризисной психологической службе для подростков // Вестник Вятского государственного университета. Философия. Педагогика. Психология. 2021. № 1. С. 115—124.
  18. A canoe in the storm: Emergency Psychological Reception in the COVID-19 pandemic / A. M. Campos da Rocha, L. Y. Leal da Silva, D. Castro Silva, Patricia do Socorro Magalh es Franco do Esp rito Santo // Revista do NUFEN. 2021. Vol. 13. № 2. P. 95—107.
  19. A Common Monitoring and Evaluation Framework for Field test version Mental Health and Psychosocial Support in Emergency Settings / WHO TEAM. Geneva: IASC, 2017. 41 p.
  20. A systematic literature search on psychological first aid: lack of evidence to develop guidelines / T. Dieltjens, I. Moonens, K. Van Praet, E. De Buck, P. Vandekerckhove // PloS one. 2014. Vol. 9. № 12. P. 1—13. DOI:10.1371/journal.pone.0114714
  21. Acceptability and feasibility of a messenger-based psychological chat counselling service for children and young adults («krisenchat»): A cross-sectional study / M. Eckert, Z. Efe, L. Guenthner, S. Baldofski, K. Kuehne, R. Wundrack, J. Thomas, S. Saee, E. Kohls, C. Rummel-Kluge // Internet Interventions. 2022. Vol. 27. P. 1—6. DOI:10.1016/j.invent.2022.100508
  22. Alexander Y., Prior S. Terrorism and Medical Responses: U. S. Lessons and Policy Iimplications. Ardsley: Transnational Publishers, Inc., 2001. 195 p.
  23. Becker da Silva A. M., Normidio Bini M. C. Perceptions about the emergency psychological service at a Women’s Police Station // Psicologia USP. 2021. Vol. 32. Article ID e200201. 11 p. DOI:10.1590/0103-6564e200201
  24. Budinger M., Cwik M., Riddle M. Awareness, attitudes, and use of crisis hotlines among youth at-risk for suicide // Suicide and Life-Threatening Behavior. 2015. Vol. 45. № 2. P. 192—198. DOI:10.1111/sltb.12112
  25. Cardozo В. Guidelines need a more evidence based approach: a commentary on the IASC Guidelines on Mental Health and Psychosocial Support in Emergency Settings // Intervention. 2008. Vol. 6. P. 252—254. DOI:10.1097/ WTF.0b013e32831c8c18
  26. COVID-19: Are School Counseling Services Ready? Students’ Psychological Symptoms, School Counselors’ Views, and Solutions / M. A. Karaman, H. Eşici, ?. H. Tomar, R. Aliyev // Frontiers in Psychology. 2021. Vol. 12. Article ID 647740. 14 p. DOI:10.3389/fpsyg.2021.647740
  27. Duan L., Zhu G. Psychological interventions for people affected by the COVID-19 epidemic // The Lancet Psychiatry. 2020. Vol. 7. № 4. P. 300—302. DOI:10.1016/S2215-0366(20)30073-0
  28. Help-Seeking from a National Youth Helpline in Australia: An Analysis of Kids Helpline Contacts / D. Watling, S. Batchelor, B. Collyer, S. Mathieu, V. Ross, S. H. Spence, K. Kolves // International Journal of Environmental Research and Public Health. 2021. Vol. 18. Article ID 6024. 14 p. DOI:10.3390/ijerph18116024
  29. Holgersson A. Review of On-Scene Management of Mass-Casualty Attacks // Journal of Human Security. 2016. Vol. 12. № 1. P. 91—111. DOI:10.12924/johs2016.12010091
  30. IASC Common Monitoring and Evaluation Framework for Mental Health and Psychosocial Support in Emergency Settings: With means of verification (Version 2.0) [Электронные ресурс]. Geneva: IASC, 2021. 123 p. URL: https://interagencystandingcommittee.org/iasc-reference-group-mental-health-and-psychosocial-support-emergency-settings/iasc-common-monitoring-and-evaluation-framework-mental-health-and-psychosocial-support-emergency (дата обращения: 14.09.2022).
  31. McAdams Ducy E., Stough L. M. Psychological effects of the 2017 California wildfires on children and youth with disabilities // Research in Developmental Disabilities. 2021. Vol 114. Article ID 103981. 13 p. DOI:10.1016/j.ridd.2021.103981
  32. Mental health during and after the COVID-19 emergency in Italy / G. Sani, D. Janiri, Di Nicola M., L. Janiri, S. Ferretti, D. Chieffo // Psychiatry and Clinical Neurosciences. 2020. Vol. 74. № 6. P. 372—373. DOI:10.1111/ pcn.13004
  33. Migrant workers in China need emergency psychological interventions during the COVID-19 outbreak / Zi-Han Liu, Yan-Jie Zhao, Yuan Feng, Qinge Zhang, Bao-Liang Zhong, Teris Cheung, Brian J. Hall, Yu-Tao Xiang // Globalization and Health. 2020. Vol. 16. Article ID 75. 3 p. DOI:10.1186/s12992-020-00608-w
  34. Miner A. S., Laranjo L., Kocaballi A. B. Chatbots in the fight against the COVID-19 pandemic // NPJ Digital Medicine. 2020. Vol. 3. Article ID 65. 4 p. DOI:10.1038/s41746-020-0280-0
  35. Mukhtar S. Mental Health and Psychosocial Aspects of Coronavirus Outbreak in Pakistan: Psychological Intervention for Public Mental Health Crisis // Asian Journal of Psychiatry. 2020. Vol. 51. Article ID 102069. 2 p. DOI:10.1016/j.ajp.2020.102069
  36. PciCALL, emergency psychological assistance / Martos Torrecilla, Lozano Castellanos, Santos del Rio, Prieto Gómez, Huguet Cuadrado, Estupiña Puig, Larroy Garcia // BMJ Open. 2019. Vol. 9. P. 9—10. DOI:10.1136/bmjopen-2019-EMS.25
  37. Phycological debriefing in acute traumatic events: Evidence synthesis / M. Arancibia, F. Leyton, J. Morán, A. Muga, U. Ríos, E. Sepúlveda, V. Vallejo-Correa // Medwave. 2022. Vol. 22. № 1. Article ID 002538. 13 p. DOI:10.5867/ medwave.2022.01.002538
  38. Progression of Mental Health Services during the COVID-19 Outbreak in China / Wen Li, Yuan Yang, Zi-Han Liu, Yan-Jie Zhao, Qinge Zhang, Ling Zhang, Teris Cheung, Yu-Tao Xiang // International Journal of Biological Science. 2020. Vol. 16. № 10. P. 1732—1738. DOI:10.7150/ijbs.45120
  39. Psychological aspects of the pandemic and the challenges of an online emergency support project / Monalisa Pontes Xavier, Algeless Milka Pereira Meireles da Silva, Carla Fernanda de Lima, Mharianni Ciarlini de Sousa Bezerra, Mirela Dantas Ricarte // Estudos de Psicologia. 2020. Vol. 25. № 3. P. 258—366. DOI:10.22491/1678-4669.20200036
  40. Psychological debriefing for preventing post traumatic stress disorder (PTSD) / Suzanna C Rose, Jonathan Bisson, Rachel Churchill, Simon Wessely // Cochrane Database of Systematic Reviews. 2002. № 2. Article ID CD000560. [40] p. DOI:10.1002/14651858.CD000560
  41. Responding to rising intimate partner violence amid COVID-19. A rapid global review [Электронный ресурс] / S. K. Andrews, J. Gabat, G. Jolink, J. Klugman. Washington DC: New Perimeter, DLA Piper’s Global Pro Bono Initiative; and Georgetown Institute for Women, Peace and Security, 2021. 35 p. USR: https://giwps.georgetown.edu/resource/responding-to-rising-intimate-partner-violence-amid-covid-19/ (дата обращения: 15.09.2022).
  42. Roberts A. R. Crisis intervention handbook: Assessment, Treatment and Research. Oxford: Oxford University Press, 2000. 554 p.
  43. Shultz1 J. M., Forbes D. Psychological first aid. Rapid proliferation and the search for evidence // Disaster Health. 2014. Vol. 2. № 1. P. 3—12. DOI:10.4161/dish.26006
  44. Soto-Baño M. A., Clemente-Suárez V. J. Psychology of emergencies in Spain: current analysis, norms and regulatory proposal // Psychologist Papers. 2021. Vol. 42. № 1. P. 46—55. DOI:10.23923/pap.psicol2020.2938
  45. Tamrakar T., Elklit A., Murphy J. Was Psychological Debriefing Dismissed Too Quickly?: Assessment of the 2002 Cochrane Review // Crisis, Stress and Human Resilience: An International Journal. 2019. Vol. 1. № 3. P. 146—155.
  46. The Effectiveness of Psychological First Aid as a Disaster Intervention Tool: Research Analysis of Peer-Reviewed Literature From 1990—2010 / J. H. Fox, F. M. Burkle Jr, J. Bass, F. A. Pia, J. L. Epstein, D. Markenson // Disaster medicine and public health preparedness. 2012. Vol. 6. № 3. P. 247—252. DOI:10.1001/dmp.2012.39
  47. Use of mental health supports by civilians exposed to the November 2015 terrorist attacks in Paris / P. Pirard, T. Baubet, Y. Motreff, G. Rabet, M. Marillier, S. Vandentorren, C. Vuillermoz, L. E. Stene, A. Messiah // BMC Health Services Research. 2020. Vol. 20. Article ID 959. 17 p. DOI:10.1186/s12913-020-05785-3

Информация об авторах

Ульянина Ольга Александровна, доктор психологических наук, доцент, Руководитель Федерального координационного центра по обеспечению психологической службы в системе образования Российской Федерации, ФГБОУ ВО «Московский государственный психолого-педагогический университет» (ФГБОУ ВО МГППУ), член-корреспондент РАО, главный научный сотрудник Научно-исследовательского центра ФГКОУ ВО «Академия управления МВД России», профессор:Факультет социальных наук Департамента психологии НИУ ВШЭ, Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0001-9300-4825, e-mail: ulyaninaoa@mgppu.ru

Гаязова Лариса Альфисовна, кандидат психологических наук, заместитель руководителя Федерального координационного центра по обеспечению психологической службы в системе образования Российской Федерации, Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0003-0542-6687, e-mail: gayazovala@mgppu.ru

Файзуллина Ксения Александровна, начальник, отдел научно-методического обеспечения, Федеральный координационный центр по обеспечению психологической службы в системе образования Российской Федерации, Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-2985-9332, e-mail: fajzullinaka@mgppu.ru

Никифорова Екатерина Александровна, ведущий аналитик отдела научно-методического обеспечения Федерального координационного центра по обеспечению психологической службы в системе образования Российской Федерации, Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0003-0488-6497, e-mail: k.Nikiforova.2014@yandex.ru

Семенова Ксения Григорьевна, педагог-психолог отдела мониторинга и координации деятельности психологической службы в системе образования Федерального координационного центра по обеспечению психологической службы в системе образования Российской Федерации, Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-3727-6014, e-mail: semenovakg@mgppu.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 1952
В прошлом месяце: 129
В текущем месяце: 132

Скачиваний

Всего: 451
В прошлом месяце: 18
В текущем месяце: 22