Изучение поэтики И.А. Гончарова в последние десятилетия (краткий обзор)*

1174

Аннотация

В статье дается краткий обзор основных тенденций исследования поэтики И. А. Гончарова в отечественном и зарубежном литературоведении в последние два десятилетия. В отечественном гончарововедении подавляющее большинство новаторских исследований демонстрируют попытки привнести в анализ поэтики научные методы культурологии. При анализе достижений зарубежного гончарововедения в статье особенное внимание обращается на работы венгерских, немецких и американских ученых. В данном случае можно говорить о сложившихся научных школах.

Общая информация

* Работа выполнена при поддержке РГНФ проект № 14-04-00286 «Этика и поэтика И. А. Гончарова».

Ключевые слова: поэтика, нарративный подход, культурология, фрейдизм

Рубрика издания: Мировая литература. Текстология

Тип материала: научная статья

DOI: https://doi.org/10.17759/langt.2016030101

Для цитаты: Мельник В.И. Изучение поэтики И.А. Гончарова в последние десятилетия (краткий обзор) [Электронный ресурс] // Язык и текст. 2016. Том 3. № 1. С. 3–14. DOI: 10.17759/langt.2016030101

Полный текст

В настоящей статье дается краткий обзор основных тенденций, сложившихся в изучении поэтики И. А. Гончарова в русском и мировом гончарововедении. Отечественное гончарововедение в целом заметно изменилось за последние двадцать лет. Значительная часть работ по-прежнему является традиционным поиском новых трактовок и «идей» в произведении. Однако наряду с этим появляются попытки творчески переосмыслить некоторые элементы новых западных подходов. Тем не менее, подавляющее большинство свежих по духу работ демонстрируют попытки привнести в гончарововедение методы культурологии.

Прежде чем приступить к обзору изучения поэтики, скажем, хотя бы кратко, о развитии гончарововедения последнего времени в целом, ибо предметно об этом ни разу не говорилось в печати. Во-первых, следует отметить роль отдельных изданий. Долгое время в России сборники материалов международных конференций, проводимых музеем И. А. Гончарова в г. Ульяновске, были едва ли единственными изданиями, позволявшими гончарововедам высказаться по поводу наиболее острых проблем. Правда, наибольшую ценность в этих сборниках традиционно представляли статьи биографического характера. Прежде всего, это были статьи самих научных сотрудников музея, притом в значительной своей части они касались вопросов родословной писателя и симбирского периода его биографии. Глубокая фактологическая база отличала целый ряд замечательных статей, посвященных тому или иному периоду биографии писателя, например, статью Н. М. Егоровой «К вопросу о окружении И. А. Гончарова в годы учебы в Московском университете» [10], статьи М. Б. Ждановой («И. А. Гончаров и Трейгуты»)[11], И. В. Смирновой («К истории дома Гончаровых») [25], Т. И. Орнатской «И. А. Гончаров - член кают-компании фрегата «Паллада»»[21] и др. Помимо публикаций гончаровских текстов, сопровождаюшихся, как правило, добротным научным комментарием, как и всегда, множество работ в указанных сборниках посвящено исследованию взаимосвязей Гончарова с русской и европейскими литературами его времени. Речь идет о связях Гончарова с Н. М. Карамзиным [13], А. А. Фетом [31], Л. Н. Толстым [27], Ф. М. Достоевским [18], М. Н. Загоскиным [26], И. С. Тургеневым [4], А. Ф. Писемским [28], Ж. Санд [12] и др.

Что касается собственно проблем поэтики, то современными гончарововедами в этой области было сделано немало интересных, хотя, чаще всего, не принципиальных  наблюдений, расставляющих те или иные акценты, влияющие на трактовку произведения. Весьма характерна в этом отношении статья интересной итальянской исследовательницы Михаэлы Бёмиг о «Сне Обломова» [5]. Статья посвящена выявлению цивилизационно-культурного потенциала жителей Обломовки. Вполне ожидаемо, в традициях западного восприятия русского и православного менталитета, автор приходит к выводу об «атрофии их ассоциативного воображения и метафорического преобразования». В терминологии современного «культурологического» литературоведения М. Бёмиг говорит о «страхе вертикальности» и, в сущности, повторяет те выводы, которые составляли основной тезис советского литературоведения, имеющий своими истоками еще известную статью Н. А. Добролюбова «Что такое обломовщина»: «Обитатели Обломовки... предпочитают придерживаться горизонтали. Поэтому они ведут жизнь на уровне растительного мира... Следовательно, обломовцами духовно прегражден доступ к вертикальному измерению, и такое положение лишает их возможности метафизического освобождения» [5, c. 35 – 36][1].  Противоположна по выводам статья польской исследовательницы Халины Халацинской-Вертеляк, которая считает, что Обломов «предельно продуктивен в своей, на вид неподвижной, лени» [30]. Х. Халациньска-Вертеляк также говорит о «горизонтальной позиции героя» [30, с. 189], но оценивает творческий потенциал Обломова иначе, акцентируя «скрытую силу периферии» [30, c. 188]. Работа польской исследовательницы построена на терминологии психоанализа  в духе З. Фрейда в сочетании с философией архетипов и символов К. Юнга. Ольгу Ильинскую она определяет как женщину «с развитым конфликтным началом» и сравнивает ее в этом плане с Анной Карениной Л. Толстого и Настасьей Филипповной из «Идиота» Ф. Достоевского, а Агафью Пшеницыну называет героиней, «загадочно стилизованной на «мать-землю»...» [30, c. 190 – 191]. Однако вся статья представляет собою ряд любопытных предположений и определений, не поддержанных, к сожалению, доказательной базой.

Основная часть статей, посвященных поэтике Гончарова, касается образной системы и мотивов гончаровских романов [2, 16, 3, 33]. Есть исследования идиллического компонента в гончаровских романах[7, 22], психологизма Гончарова[6], поэтики детали в его текстах [9]. Особенное внимание обращают на себя работы чешского исследователя В. Сватоня, а также А. А. Фаустова, посвященные жанровым вопросам [24, 29]. Как и ранее, исследователи постоянно возвращаются к вопросам выражения авторской позиции Гончарова, к проблеме его объективности и субъективности [20]. Значительный интерес представляет, на наш взгляд, статья французского литературоведа А. Бурмейстера «Поэтика Гончарова: бесстрастие или насмешливость» [34]. Статья намечает определенные перспективы в исследовании поэтики писателя. В работе С. Н. Шубиной [32] анализируются библейские образы и мотивы в любовной коллизии в романе И. А. Гончарова «Обломов».

  Что касается методологических поисков зарубежного гончарововедения, то здесь следовало бы обратить внимание, прежде всего, на немецкую и венгерскую школы гончарововедения. В Германии издано несколько сборников научных трудов, посвященных личности и творчеству Гончарова. Международный Гончаровский конгресс 1991 года, проведенный в Бамбергском университете, дал заметный толчок новаторским разработкам гончарововедов Германии, России, США, Канады, Франции, Японии [37]. Немецкое гончарововедение представлено такими именами, как Г. Роте, П. Тирген, Р. Нойхойзер, В. Козак, Г. Шауманн и др., в трудах которых творчество Гончарова  рассматривается зачастую в непривычном для русского литературоведения ракурсе – и, однако, являются в целом традиционными, вращающимися прежде всего в области идей Гончарова, его философии жизни. Их работы лишены такого крупного недостатка многих современных западных работ, опирающихся на новые методы исследования (психоаналитика и пр.), как эмпиризм. Иное дело – венгерские гончарововеды. В работах А. Ковача, Э. Рёриг, А. Молнар и других венгерских авторов безраздельно господствует нарративный подход  к исследованию художественного произведения [23]. Текст в таких работах рассматривается не на уровне идейно-содержательных компонентов, а на уровне малейших, но, как правило, не рядовых формальных сегментов, всесторонее и чрезвычайно конкретное исследование которых может в конечном итоге вывести автора и на некое идейно-содержательное обобщение, но чаще всего этого не происходит, ибо все обобщения касаются, прежде всего, собственно отдельных элементов поэтики. Достоинства этого подхода очевидны: видимая объективность, опирающаяся на статистические и иные данные, необычайная конкретика в изучении произведения, текст рассматривается исследователем словно бы под микроскопом. Но эти достоинства соседствуют и со значительными издержками метода, а именно: с отсутствием больших и значимых обобщений, а кроме того – с нагромождением терминологии, за которой, впрочем, часто скрываются довольно простые и, к сожалению, уже известные идеи по поводу гончаровских произведений. Впрочем, нарративный метод, на наш взгляд, весьма перспективен в исследовании именно Гончарова, притом нужно учитывать, что сам по себе метод не обеспечивает еще глубокого исследования, и уровень одаренности ученого – даже при изобилии терминологии, не оставляющей «живого места» в рамках научной статьи, – всегда ощутим. Перспективен метод потому, что именно текст Гончарова, в котором идеи выражаются не столько словесно, сколько образно, игрой деталей, притом густо замешенный на самых разнообразных деталях, символах и прочих «мелочах», оркестрирующих в произведении, нуждается в прочтении «под увеличительным стеклом». В письме к И. С. Тургеневу от 28 марта 1859 года Гончаров невольно отмечал особенности своего собственного таланта, когда отговаривал Тургенева идти по своим стопам: «Вам, как орлу, суждено нестись над горами, областями, городами, а Вы кружитесь над селом и хотите сосредоточиться над прудом, над невидимыми для Вас сверху внутренними чувствами, страстями семейной драмы. Хотите спокойно и глубоко повествовать о лице, о чувстве, которых по быстроте полета не успели разглядеть, изучить и окунуться сами в его грусть и радость» [8]. Обратим внимание на то, как «снижается» к конкретике жизни Гончаров: с высоты «областей и городов» он спускается на уровень «села», а потом еще ниже, он «сосредоточивается над прудом», переходит к отдельному «лицу», к его «грусти и радости». Гончаров как бы сам указывает нам, что исключительно с «орлиной» высоты в его творчестве многое не разглядеть, нужно вместе с ним «задержаться» на конкретике жизни, которую ошибочно раньше называли «бытописанием», и окунуться в эту конкретику. В любом случае необходимо отметить монографию молодой венгерской исследовательницы Ангелики Молнар, которая так и называется: «Поэтика романов И. А. Гончарова» [18].

Традиционно интересна и сильна англо-американская часть гончарововедения, опирающаяся на широкий спектр методов современной филологической науки («новая критика», мифологическая, экзистенциальная критика, рецептивно-эстетические теории, психоанализ, феминистская критика). Тем не менее, Ю. Г. Бабичева правильно отмечает: «На наш взгляд, это дополняет, но ни в коем случае не умаляет роль традиционных подходов к изучению творческого наследия писателя...» [1]. В этом смысле прежде всего следует сказать о традиционных, широких по замыслу,  работах профессора университета штата Джорджия (США) Елены Краснощековой, с именем которой – еще в период ее пребывания в СССР, отчасти связан толчок к развороту в сторону нового прочтения Гончарова. Речь идет о ее небольшой брошюре, в которой была дана свежая трактовка романа «Обломов» [15]. Не прошла незамеченной и ее большая по объему монография «И. А. Гончаров: мир творчества» [14]. Творческое наследие романиста представлено в монографии Е. А. Краснощековой как целостный мир, созданный по единому авторскому сверхзамыслу. Гончаров, по мнению исследовательницы, имел целью проникнуть в самую суть феномена взросления  (или невзросления) человека в «школе жизни». В традициях идеологии просветительства писатель связывает воспитание со всеми, а не только ранними  этапами жизни. Главная идея книги американской исследовательницы состоит в том, что Гончаров рассматривается прежде всего как представитель идеологии Просвещения, а гончаровский роман – прежде всего как «роман воспитания».  Несмотря на то, что идея не абсолютно нова, она впервые разработана со всей полнотой и тщательностью, на материале всего творчества писателя, широкого литературного и философского контекста. Результаты исследования Е. А. Краснощековой, несомненно, будут учтены в дальнейшем в гончарововедении. 

Современные методы англо-американского гончарововедения проявились в ряде интересных публикаций, представленных в сборнике «“Обломов,, Гончарова» (1998), изданного под редакцией Галины Димент [36]. Наиболее характерна статья Джона Гивенса «Утроба, могила и материнская любовь: фрейдистское прочтение Гончарова» (JohnGivens. Wombs, Tombs and Mother Love: A Freudian Reading of Goncharov’s). Наблюдения Д. Гивенса не лишены оснований, хотя представляются несколько прямолинейными и поверхностными. Исследователь исходит из того, что сон – помимо остальных значений – является доминирующим состоянием внутриутробной жизни человека. Попытка Ильи Ильича Обломова всячески отгородиться от окружающей жизни, уйти от нее (исследователь считает одним из проявлений этого то, что Захар создает вокруг Обломова атмосферу «утробы», герметичное пространство: «Он укрывает его, подоткнув под него одеяло, закрывает ставни, двери и удаляется в свою комнату»[35]). Подсознательным стремлением Обломова удалиться в спокойное и тихое место от мира, от жизни, которая «трогает, везде достает», желанием «вернуться к истокам» объясняет Д. Гивенс столь большую роль в романе образа матери и замкнутое пространство дома в Обломовке. Закрытое пространство этого дома исследователь трактует как метафорический образ материнской утробы.

Представленные в англо-американском литературоведении подходы к текстам Гончарова дополняют, но вовсе не умаляют роли традиционных методов исследования творчества писателя.

Подводя итоги этого краткого обзора, нельзя не указать, что современное, особенно отечественное, гончарововедение напряжено ищет и находит новые ракурсы изучения творческого наследия Гончарова, меняется сам объект научного исследования.   Однако, несмотря на то, что еще далеко не исчерпан в принципе перспективный метод, объединяющий культурологические подходы с собственно литературоведческими,  его потенциал, возможно, уже начинает обнаруживать свои границы. Гончарововедение именно в области изучения поэтики начинает «мельчить»  и «топтаться на месте». Исключением являются вполне традиционные, добросовестные, талантливые работы, в которых упор сделан не на статистике, а на тонком и глубоком прочтении текста гончаровских произведений. На наш взгляд, этот «кризис жанра» может быть преодолен на путях более широкого, философски значимого осмысления творчества писателя, творчество которого, к счастью, дает для этого все основания, ибо фигура Гончарова со временем не умаляется, но неудержимо, хотя и ровно, постепенно, растет.



[1] Любопытно, что «боязнь вертикали» заложена в обломовцах природно, то есть почти фатально, ибо даже «пейзаж в Обломовке является «плоским» и «прозаичным» в прямом смысле  и представляется, следовательно, «антиромантическим»..» (С. 31). К сожалению, итальянская исследовательница не обратила внимания на самого Обломова, совершенно не сводимого к плоской «обломовщине», на удивительную душевность описываемого мира и на те головокружительные «вертикали», которые можно выявить в тексте романа.

Литература

  1. Бабичева Ю.Г. Основные аспекты и направления рецепции романа И. А. Гончарова «Обломов» в современном англо-американском литературоведении (К методологической проблеме изучения произведений отечественной классической литературы за рубежом) // Гончаров: живая перспектива прозы. Научные статьи о творчестве И. А. Гончарова. Biblioteka slavika savariensis. T. XIII. Szombatheli. 2013. P. 370.
  2. Белкин Д.И. Образ Волги-реки в структуре романа И. А. Гончарова “Обрыв” // И. А. Гончаров: Материалы междунар. конф., посв. 185-летию со дня рожд. И. А. Гончарова. Ульяновск: «Печатный двор», 1998. С. 186—195.
  3. Белянин М.Ю. Ольга Ильинская в системе героев романа И. А. Гончарова “Обломов” // И. А. Гончаров: Материалы Международной конференции, посвященной 190-летию со дня рождения И. А. Гончарова. Сб. рус. и зар. авторов / Сост. М. Б. Жданова и др. Ульяновск: «Корпорация технологий продвижения», 2003. С. 100—108.
  4. Бельская А. А. Тургенев и Гончаров: Этико-философские взгляды писателей // И. А. Гончаров: Материалы Международной конференции, посвященной 190-летию со дня рождения И. А. Гончарова. Сб. рус. и зар. авторов / Сост. М. Б. Жданова и др. Ульяновск: Корпорация технологий продвижения, 2003. С. 249—257.
  5. Бёмиг Михаэла. «Сон Обломова»: апология горизонтальности //  И. А. Гончаров (Материалы международной конференции, посвященной 180-летию со  дня рождения И. А. Гончарова). Ульяновск: «Стрежень», 1994. С. 262 - 274.
  6. Борзенкова Н.В. Эволюция психологической манеры И. А. Гончарова-романиста // И. А. Гончаров: Материалы Международной конференции, посвященной 190-летию со дня рождения И. А. Гончарова. Сб. рус. и зар. авторов / Сост. М. Б. Жданова и др. Ульяновск: «Корпорация технологий продвижения», 2003. С. 208—217.
  7. Вершинина Н.Л. О роли “идиллического компонента” в “Обыкновенной истории” И. А. Гончарова // И. А. Гончаров: Материалы междунар. конф., посв. 185-летию со дня рожд. И. А. Гончарова. Ульяновск:  «Печатный двор», 1998. С. 65—74.
  8. Гончаров И.А. Собр. соч. В 8-ми томах. М.: Гослитиздат, 1952 – 1955.
  9. Гришечкина Н.П. Деталь в художественном мире Гончарова и Чехова // И. А. Гончаров: Материалы Международной конференции, посвященной 190-летию со дня рождения И. А. Гончарова. Сб. рус. и зар. авторов / Сост. М. Б. Жданова и др. Ульяновск: «Корпорация технологий продвижения», 2003. С. 244—248.
  10. Егорова Н.М. К вопросу об окружении И. А. Гончарова в годы учебы в Московском университете // И. А. Гончаров (Материалы международной конференции, посвященной 180-летию со  дня рождения И. А. Гончарова). Ульяновск: «Стрежень», 1994. С. 262 - 274.
  11. Жданова М.Б. И. А. Гончаров и Трейгуты // И. А. Гончаров (Материалы международной конференции, посвященной 180-летию со  дня рождения И. А. Гончарова). Ульяновск: «Стрежень», 1994. С. 26 - 37.
  12. Кафанова О.Б. И. А. Гончаров и Ж. Санд: творческий диалог // Материалы международной конференции, посвященной 190-летию со дня рождения И. А. Гончарова. Сб. рус. и зар. авторов / Сост. М. Б. Жданова и др.Ульяновск: «Корпорация технологий продвижения», 2003. С. 258 - 267.
  13. Елена Краснощекова. И. А. Гончаров и Н. М. Карамзин // И. А. Гончаров (Материалы международной конференции, посвященной 180-летию со  дня рождения И. А. Гончарова). Ульяновск: «Стрежень», 1994. С. 91 - 101. В этом же сборнике помещена и статья Л. А. Сапченко с таким же названием (с. 172 - 177).
  14. Краснощекова Е.А. И. А. Гончаров: мир творчества. СПб.: Пушкинский фонд, 1997. 496 с. 
  15. Краснощекова Е.А. “Обломов” И. А. Гончарова. М.: Художественная литература, 1970. 95 с.
  16. Матлин М. Г. Мотив пробуждения в романах И. А. Гончарова // И. А. Гончаров: Материалы междунар. конф., посв. 185-летию со дня рожд. И. А. Гончарова. Ульяновск: «Печатный двор», 1998. С. 18—25.
  17. Мельник В.И. Этический идеал И. А. Гончарова // Ivan Goncarov. Leben, Werk und Wirkung.Beitrage der I. Internationalen Goncarov-Konferenz. Bamberg. Bohlau, Verlag, Koln, Weimar, Wien. 1994. Р. 93 - 103.
  18. Молнар А. Поэтика романов И. А. Гончарова. М.: Компания Спутник +. 2004. 157 с.
  19. Ангелика Молнар. «Сон Обломова» и «Сон смешного человека» //   И. А. Гончаров (Материалы международной конференции, посвященной 195-летию со  дня рождения И. А. Гончарова). Ульяновск: «Ника-дизайн», 2008. С. 329 - 343.
  20. Мухаметдинова Х.М. в статье «Структура художественного текста И. А. Гончарова» пишет: «По степени детерминированности гончаровский текст феноменален, предельно несвободный, в нем до минимума сокращено пространство авторской субъективности...» (И. А. Гончаров: (Материалы междунар. конф., посвящ. 180-летию со дня рожд. И. А. Гончарова). Ульяновск: «Стрежень», 1994. С. 114).
  21. Орнатская Т.И. И. А. Гончаров - член кают-компании фрегата «Паллада» // И. А. Гончаров (Материалы международной конференции, посвященной 180-летию со  дня рождения И. А. Гончарова). Ульяновск: «Стрежень», 1994. С. 146 - 155.
  22. Папперт Марианн. Идиллия: пространство - душа. Идейное воплощение идиллии в рамках художественного осмысления пространства в романе И. А. Гончарова «Обломов» // И. А. Гончаров (Материалы международной конференции, посвященной 195-летию со  дня рождения И. А. Гончарова). Ульяновск: «Ника-дизайн», 2008. С. 103 - 109.
  23. Рёриг Эстер. Нарративные модусы любви в одном из отрывков романа Гончарова «Обломов» // Гончаров: живая перспектива прозы. Научные статьи о творчестве И. А. Гончарова. Biblioteka slavika savariensis. T. XIII. Szombatheli. 2013. P. 184 – 195.
  24. Сватонь В. Гончаров и мир русского романа // И. А. Гончаров: (Материалы междунар. конф., посвящ. 180-летию со дня рожд. И. А. Гончарова). Ульяновск: «Стрежень», 1994. С. 178—185.
  25. Смирнова И.В. К истории дома Гончаровых // И. А. Гончаров. Материалы международной конференции, посвященной 185-летию со дня рождения И. А. Гончарова. Ульяновск: «Печатный двор», 1998. С. 316 - 325.
  26. Сорочан А.Ю. Два литературных вечера: Загоскин и Гончаров // И. А. Гончаров (Материалы международной конференции, посвященной 195-летию со  дня рождения И. А. Гончарова). Ульяновск: «Ника-дизайн», 2008. С. 247 - 252.   
  27. Такаси Фудзинума. Студенческие годы И. А. Гончарова и Л. Н. Толстого // И. А. Гончаров. Материалы международной конференции, посвященной 185-летию со дня рождения И. А. Гончарова. Ульяновск: «Печатный двор», 1998. С. 80 - 90.
  28. Тимашова О.В. А. Ф. Писемский и И. А. Гончаров: непрочитанные сраницы личных и творческих отношений // И. А. Гончаров (Материалы международной конференции, посвященной 195-летию со  дня рождения И. А. Гончарова). Ульяновск: «Ника-дизайн», 2008. С. 378 - 386.
  29. Фаустов А.А. “Иван Савич Поджабрин” в кругу гончаровских очерков // И. А. Гончаров: Материалы междунар. конф., посв. 185-летию со дня рожд. И. А. Гончарова. Ульяновск: «Печатный двор», 1998. С. 276—288.
  30. Халина Халациньска-Вертеляк. Обломов Гончарова как герой периферии //  И. А. Гончаров (Материалы международной конференции, посвященной 180-летию со  дня рождения И. А. Гончарова). Ульяновск: «Стрежень», 1994. С.  194.
  31. Черемисинова Л.И. А. А. Фет и И. А. Гончаров // И. А. Гончаров (Материалы международной конференции, посвященной 195-летию со  дня рождения И. А. Гончарова). Ульяновск: «Ника-дизайн», 2008. С. 369 - 377.
  32. Шубина С.Н. Библейские образы и мотивы в любовной коллизии в романе И. А. Гончарова “Обломов” //  И. А. Гончаров: Материалы междунар. конф., посв. 185-летию со дня рожд. И. А. Гончарова. Ульяновск: «Печатный двор», 1998. С. 173—180.
  33. Щеблыкин И.П. Эволюция женских образов в романах И. А. Гончарова // И. А. Гончаров: Материалы Международной конференции, посвященной 190-летию со дня рождения И. А. Гончарова. Сб. рус. и зар. авторов / Сост. М. Б. Жданова и др. Ульяновск: «Корпорация технологий продвижения», 2003. С. 171—178.
  34. Bourmeyster A. Поэтика Гончарова: бесстрастие или насмешливость? // Гончарова \\ Ivan Goncarov. Leben, Werk und Wirkung.Beitrage der I. Internationalen Goncarov-Konferenz. Bamberg. Bohlau, Verlag, Koln, Weimar, Wien. 1994. 8.—10. Oktober 1991 / Hg. von Peter Thiergen.P.15—24.
  35. John Givens. Wombs, Tombs and Mother Love: A Freudian Reading of Goncharov’s// Goncharov's  ''Oblomov'': A Critical Companion /  Ed. By G. Diment. Evanston: Northwestern UP, 1998. P. 90.  
  36. Goncharov's  ''Oblomov'': A CriticalCompanion/  Ed. By G. Diment. Evanston: Northwestern UP, 1998. 200 p. (Northwestern/ AatsellCriticalCompanionsto Russian Literature; Vol. 8).
  37. Ivan Goncarov. Leben, Werk und Wirkung.Beitrage der I. Internationalen Goncarov-Konferenz. Bamberg. Bohlau, Verlag, Koln, Weimar, Wien. 1994.
  38. Tusculumslavicum. Basler Studien zur Kulturgeschichte Osteuropas. Band 14. Zurich. 2005.

Информация об авторах

Мельник Владимир Иванович, доктор филологических наук, профессор, профессор кафедры филологии Перервинской духовной семинарии, Религиозная организация - духовная образовательная организация высшего образования «Перервинская Духовная семинария Русской Православной Церкви», Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0001-9684-8943, e-mail: melnikvi1985@mail.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 3885
В прошлом месяце: 15
В текущем месяце: 18

Скачиваний

Всего: 1174
В прошлом месяце: 15
В текущем месяце: 6