Введение
В данной работе раскрывается потенциал односоставных определенно-личных предложений в составе связного текста. В текстах художественных произведений выделяют речь автора и речь персонажей, монологи и диалоги. Учитывая то, что текст художественного произведения является целиком продуктом творчества писателя, речь персонажей также можно считать речью автора. В монологах выделяют повествование, описание, рассуждение как функционально-смысловые типы речи (Валгина, 2000).
Художественный текст представляет собой систему языковых средств, характеризующуюся высокой степенью целостности и структурированности. Он уникален, неповторим и в то же время использует типизированные приемы построения. Это эстетический объект, который воспринимается во времени и имеет линейную протяженность. Художественный текст является адресованным сообщением: это форма коммуникации «автор – читатель».
Изучение текста как системы высшего ранга предполагает признание того, что текст – это единство, характеризующееся коммуникативной целостностью, смысловой завершенностью, логической, грамматической и семантической связями. Одна из проблем, возникающих в связи с изучением текста как сложного единства, – выявление степени и форм взаимосвязи между коммуникативным (функционально-смысловым) типом текста, с одной стороны, а также формой и семантикой составляющих его предложений – с другой.
В.В. Виноградов отмечал, что «вопрос о формах и типах грамматического построения односоставных предложений нуждается в дальнейшем углубленном исследовании. В высшей степени важно уяснить специфические особенности их структуры соотносительно с основными типами двусоставных предложений» (Виноградов, 1975, с. 7).
В настоящее время среди ученых существует много спорных вопросов по классификации односоставных предложений, по отнесению предложений к односоставным или двусоставным. В изданных за последние годы работах содержатся различные подходы к выделению типов односоставных предложений. Испытывают трудности и обучаемые при определении структуры и семантики односоставных предложений в составе текстов художественной литературы (Афонина, 2025).
Особенно много разногласий по поводу определенно-личных предложений. В русском языкознании выделяется несколько этапов развития односоставного предложения. Поэтому актуальность данной работы определяется следующим образом: на современном этапе продолжается научная работа по дальнейшему развитию теории текста и односоставных предложений.
Целью статьи является выявление степени и форм взаимосвязи между художественным текстом и формой и семантикой входящих в него односоставных глагольных определенно-личных предложений.
Теоретической базой исследования служат труды отечественных лингвистов для уровня предложения: В.В. Бабайцевой, Н.С. Валгиной, В.В. Виноградова, Е.М. Галкиной-Федорук, Ю.П. Долина, П.А. Леканта, Т.Е. Шаповаловой, А.А. Шахматова, Н.Ю. Шведовой и других ученых; для уровня текста: О.А. Амосовой, Л.Г. Бабенко, М.М. Бахтина, Н.С. Валгиной, В.В. Виноградова, И.Р. Гальперина, М.Я. Дымарского, П.А. Леканта, О.А. Нечаевой, И.С. Папуши и др.
П.А. Лекант, опираясь на труды академика В.В. Виноградова и созданную под его редакцией Академическую грамматику, отметил следующие особенности в грамматической форме главного члена односоставных предложений. Главный член определенно-личного предложения может выражаться синтетически – спрягаемой формой полнозначного глагола – и аналитически – сочетанием спрягаемой формы фазисного или модального глагола с инфинитивом; сочетанием связочно-именного модального компонента с инфинитивом; сочетанием спрягаемой формы связки с именным компонентом (Лекант, 2009). Похожую позицию занимает Н.М. Пипченко.
Т.Е. Шаповалова, ссылаясь на работы П.А. Леканта, исследует спрягаемо-личный, спрягаемо-инфинитивный, связочно-именной подтипы односоставных определенно-личных предложений (Шаповалова, 2022).
Материалы и методы
В качестве речевого материала используются фрагменты из художественных текстов писателей XIX–ХХ вв., извлеченных методом сплошной нацеленной выборки. С помощью структурно-семантического анализа проведен разбор композиционно-речевых структур художественного текста, содержащих определенно-личные предложения.
Принципы анализа композиционно-речевых структур
В данной работе под композиционно-речевыми структурами понимаются фрагменты текста, которые характеризуются коммуникативными, количественными, качественными характеристиками и функциональной нагруженностью в тексте.
Композиционно-речевые структуры художественного текста включают:
- функционально-смысловые типы речи (повествование, описание, рассуждение);
- субъективно-речевые структуры (диалогическая речь, прямая речь, внутренняя речь, несобственно прямая речь, цитатная речь).
Для анализа из художественного текста выделены фрагменты, по объему и содержанию представляющие собой самостоятельный отрывок произведения. Эти фрагменты можно сопоставить с абзацем и со сложным синтаксическим целым, ссылаясь на взгляды И.С. Папуши (Папуша, 2025). По мнению ученого, элементы сложного синтаксического целого взаимосвязаны и выполняют определенные функции. Интерес к сложному синтаксическому целому, по мнению М.Я. Дымарского, заключается в том, что оно состоит из центрального высказывания, в котором заключен основной смысл, и подчиненных высказываний, содержащих дополнительные оттенки основного смысла. Сложное синтаксическое целое может быть представлено монологической речью, диалогическим единством или включать конструкции с прямой речью. Ведущим принципом структурной организации сложного синтаксического целого является тема-рематическое членение (Дымарский, 1999).
В процессе анализа фрагмента учитываются многочисленные внутритекстовые связи. Л.Г. Бабенко считает, что «текст рассматривается как сложный речевой акт, который осуществляется с определенными намерениями и целями и в котором используется комплекс языковых средств и приемов воздействия на адресата» (Бабенко, 2004, с. 20).
По мнению исследователей, «глагольные односоставные предложения (определенно-личные, неопределенно-личные, обобщенно-личные, безличные, инфинитивные) неоднородны как по грамматическим (морфологическим) свойствам глагольного слова, так и по семантике. Семантическое различие между ними мотивировано их местом на оси определенность – неопределенность, которая создается в данном случае разной степенью отвлечения действия от производителя действия» (Юсуфова, 2021, с. 31–32).
Построение текста автором и его восприятие читателем всегда опирается на общие знания участников общения. Предложение включено в контекст и в конситуацию речи, и его полный смысл может быть распознан лишь при обращении к этому контексту или конситуации. Ее формирование происходит с учетом практического опыта людей и знаний окружающего мира. Некоторые ученые предполагают даже «трансцендентальность» человеческого мышления, которое в терминологии Фрейда проявляется на бессознательном уровне. Так, в своих работах Г.И. Берестнев, исходя из «трансцендентальности» человеческого мышления, полагает, что человек живет в двух содержательных мирах. По мысли сторонников этого направления мистическое единство этих миров образует пространство символов – «Невыразимое», которое само говорит с человеком. «В символах человеческое сознание находит ту единственную возможную опору, которая позволяет ему интеллектуально освоить собственный глубинный содержательный потенциал» (Берестнев, 2008, с. 41).
Другие ученые стоят на иных позициях и названную нами контекстную ситуацию отождествляют со способностью человеческого сознания обладать некоторым познавательным потенциалом, который они называют индивидуальным когнитивным пространством (Гудков, 2025; Красных, 1997). «Каждый человек, каждая языковая личность обладает своим собственным индивидуальным когнитивным пространством в виде определенной совокупности знаний и представлений» (Красных, 1997, с. 131). Опираясь на взгляды ученых, можно говорить об индивидуальном познавательном потенциале. Под этим термином следует понимать способность человека формировать и накапливать объем знаний об окружающей действительности.
В соответствии с этим анализ предложений из фрагментов текста можно проводить в следующей последовательности: дать характеристику выбранному фрагменту текста; выделить во фрагменте текста односоставные определенно-личные предложения и представить их структурно-семантическую характеристику с учетом номинативного минимума и обязательных второстепенных членов; определить актуализированное значение предложения и оценить роль определенно-личного предложения в формировании основной мысли и типовых признаков текста.
Определенно-личные предложения в различных функционально-смысловых типах речи
По мнению К.А. Филиппова, «одной из особенностей текста как структурно-семантического единства признается способность оказывать влияние на языковые единицы, входящие в его состав. Под воздействием текста в составляющих его элементах реализуются новые дополнительные значения. Эти (потенциальные) значения были присущи данному элементу как единице языковой системы и актуализировались под влиянием текста, т. е. перешли из скрытого, латентного состояния в открытое состояние. Возможно, эти новые значения появились впервые в результате взаимодействия данной единицы с контекстом» (Филиппов, 2003, с. 59).
Рассмотрим фрагмент.
«Управляющий сказал мне: "Держу вас только из уважения к вашему почтенному батюшке, а то бы вы у меня давно полетели". Я ему ответил: "Вы слишком льстите мне, ваше превосходительство, полагая, что я умею летать". И потом я слышал, как он сказал: "Уберите этого господина, он портит мне нервы".
Дня через два меня уволили» (А. Чехов, Моя жизнь).
Все глаголы в повествовании передают этапы действий. Можно выделить четыре смысловых фазы, соответствующие развертыванию сюжета: завязку, представляющую первое предложение; развитие действия, которое показано во втором предложении; кульминация – в третьем предложении, развязка заключена в последней конструкции. Все компоненты анализируемого текста взаимосвязаны; при изменении структуры меняется смысл, стиль, характер изложения. В данном повествовательном отрывке выделены односоставные определенно-личные предложения, которые являются частью сложных предложений. В первом односоставном предложении Держу вас только из уважения к вашему почтенному батюшке главный член представлен глаголом в форме 1-го лица единственного числа настоящего времени изъявительного наклонения (показатель: окончание -у). Спрягаемо-личная форма указывает на действие говорящего. Во втором предложении Уберите этого господина главный член имеет форму 2-го лица повелительного наклонения глагола и указывает на последующие действия слушающего. Волеизъявление категоричное, передающее значение приказа. Местоимения в родительном падеже указывают на объект, на который направлено действие. В отличие от двусоставных предложений односоставные предложения конкретизируют внимание на действиях говорящего, слушающего, придают тексту динамичность. Ср.: Управляющий сказал мне: "Держу вас только из уважения к вашему почтенному батюшке, а то бы вы у меня давно полетели". – Управляющий сказал мне: "Я держу вас только из уважения к вашему почтенному батюшке, а то бы вы у меня давно полетели". Использование определенно-личных предложений придает тексту категоричность. Отсутствие в предложениях личных местоимений минимизирует текст, сообщает ему рациональность. Кроме того, данный фрагмент открывает повествование и тем самым приковывает внимание читателя к описываемым событиям.
В текстах-описаниях главное внимание уделяется качествам и свойствам предмета, а не действиям. Поэтому в них определенно-личные предложения встречаются значительно реже.
Рассмотрим фрагмент.
«Прошу смотреть на него, когда он сидит среди своих подчиненных, – да просто от страха и слова не выговоришь! гордость и благородство, и уж чего не выражает лицо его? просто бери кисть, да и рисуй: Прометей, решительный Прометей! Высматривает орлом, выступает плавно, мерно. Тот же самый орел, как только вышел из комнаты и приближается к кабинету своего начальника, куропаткой такой спешит с бумагами под мышкой, что мочи нет. В обществе и на вечеринке, будь все небольшого чина, Прометей так и останется Прометеем, а чуть немного повыше его, с Прометеем сделается такое превращение, какого и Овидий не выдумает: муха, меньше даже мухи, уничтожился в песчинку! "Да это не Иван Петрович, – говоришь, глядя на него. – Иван Петрович выше ростом, а этот и низенький, и худенький; тот говорит громко, басит и никогда не смеется, а этот черт знает что: пищит птицей и все смеется". Подходишь ближе, глядишь – точно Иван Петрович! "Эхе-хе", – думаешь себе... Но, однако ж, обратимся к действующим лицам» (Н. Гоголь, Мертвые души).
Данный фрагмент представляет собой описание героя. В нем можно выделить три смысловые фазы: завязку или название описываемого предмета, представляющую первое сложное предложение; перечисление признаков, которое показано со второго по пятое предложение; вывод, заключенный в последних предложениях. С помощью определенно-личных конструкций обозначен автор. По форме главного члена предложения разные. Первая конструкция Прошу смотреть на него входит в состав сложноподчиненного предложения. Спрягаемо-личная форма полнозначного глагола 1-го лица единственного числа настоящего времени изъявительного наклонения в роли главного члена приглашает читателя к действию. Далее идет указание на предмет речи. С помощью следующих определенно-личных предложений просто бери кисть, да и рисуй оформляется переход к признакам предмета речи. Здесь главные члены – полнозначные глаголы в форме 2-ого лица единственного числа повелительного наклонения. Последнее в этом тексте определенно-личное предложение Но, однако ж, обратимся к действующим лицам имеет главный член – спрягаемо-личную форму 1-ого лица множественного числа будущего времени изъявительного наклонения полнозначного глагола, который называет совместное действие адресата и говорящего. Предложение распространено дополнением. Некоторую степень эмоциональности передает вводная конструкция. Это определенно-личное предложение завершает описание предмета речи и в то же время является переходом к передаче дальнейших событий. Таким образом, во фрагменте предложения связаны в структурно-смысловое целое, в котором односоставные предложения определяют структуру описания.
Рассмотрим следующий фрагмент.
«Читатель друг! Не тот читатель, что мнит, будто без его клеймящих писем собаки поедят всех граждан и гражданок, нет – не тот. Другой – мой читатель, к тебе обращаюсь. Прости, что в лирическо-оптимистической повести о собаке я иногда напишу одну две сатирические картины. Не обвиняй в нарушении законов творчества, ибо у каждого писателя свои «законы». Не обвиняй, дорогой, и в смешении жанров, ибо сама жизнь – смешение: добро и зло, счастье и несчастье, смех и горе, правда и ложь живут рядом, и так близко друг к другу, что иногда трудно отличить одно от другого. Хуже мне было бы, если б вдруг ты заметил у меня полуправду. Она похожа на полупустую бочку. А ведь разницу между полупустой и полуполной бочкой доказывать нет смысла» (Г. Троепольский, Белый Бим Черное ухо).
Данный фрагмент выделен в отдельный абзац, так как по объему и содержанию представляет собой самостоятельный фрагмент произведения. Внутриабзацное членение позволяет выделить три смысловых фазы, соответствующих развертыванию сюжета от тезиса, доказательства к выводу. Способ изложения реализует такую коммуникативную установку как объяснение. В данном тексте-рассуждении выделены определенно-личные предложения. Они разные по форме и структуре. В первом односоставном предложении к тебе обращаюсь спрягаемо-личная форма полнозначного глагола указывает на действие автора по отношению к читателю. Проявляется позиция автора. С помощью образа автора выражается стилистическое единство текста. Здесь не только субъект речи определяет речевое воплощение текста, но и сами по себе формы речи дают представление о рассказчике. Если заменить односоставное предложение двусоставным (ср. к тебе обращаюсь – я к тебе обращаюсь), то можно сделать следующий вывод. Текст с определенно-личными предложениями приобретает такие черты, как лаконичность и эмоциональность, что в свою очередь свойственно рассуждению. Некоторые наблюдения исследователей над предложением показывают, что «образование определенно-личных предложений объясняется историческими факторами, а их применение – задачами стилистическими, так как определенно-личные предложения в сравнении с двусоставными придают речи лаконизм, динамичность» (Разакова, 2021, с. 1355–1361). Второе спрягаемо-личное определенно-личное предложение Прости содержит значение просьбы и указывает на адресата. В предложениях Не обвиняй в нарушении законов творчества и Не обвиняй, дорогой, и в смешении жанров спрягаемо-личные формы 2-ого лица единственного числа повелительного наклонения полнозначных глаголов указывают на действие, к которому призывает автор. Три определенно-личных конструкции использованы в составе сложноподчиненных предложений, что обусловлено необходимостью выражения взаимосвязи явлений, логичностью и последовательностью изложения. Поэтому они, как правило, используются в качестве главной части в сложном предложении. Если же рассматривать выделенные предложения в составе текста, то можно заметить, что они влияют на содержание фрагмента. Повтор спрягаемо-личной формы со значением пожелания Не обвиняй придает тексту эмоциональность. Некоторые исследователи указывают на приращение смысла. Мы считаем, что приращение смысла не происходит, а происходит актуализация смысла. Степень актуализация зависит от индивидуального когнитивного пространства читателя. Учитывая линейную структуру текста, можно утверждать, в соответствии со взглядами М.Я. Дымарского, что энтропия, как мера неопределенности, для автора и адресата уменьшается по мере развертывания текста от начала текста к концу, только для автора это относится к выбору средств выражения, а для читателя к содержащейся в тексте информации. Автор реализует некий замысел, а читатель его познает. В данном случае описываются переживания автора.
Определенно-личные предложения в диалогической речи
П.А. Лекант отмечал, что «диалогическое единство – это структурно-смысловая общность, текст двух или более участников речи. Оно обеспечивается наличием одной темы, согласием / несогласием собеседников. По структуре диалогическое единство представляет собой последовательность взаимосвязанных реплик. Они объединяются не только накоплением информации по данной теме, но и мотивированностью форм, сцеплением, опорой на предыдущую или последующую реплику» (Лекант, 2009, с. 756).
Рассмотрим фрагмент текста.
«– Что вы умеете делать? – продолжал он. – Ничего вы не умеете! Я инженер-с, я обеспеченный человек-с, но, прежде чем мне дали дорогу, я долго тер лямку, я ходил машинистом, два года работал в Бельгии как простой смазчик. Посудите сами, любезнейший, какую работу я могу вам предложить?
– Конечно, это так... – пробормотал я в сильном смущении, не вынося его ясных, невинных глаз.
– По крайней мере умеете ли вы управляться с аппаратом? – спросил он подумав.
– Да, я служил на телеграфе.
– Гм... Ну, там посмотрим. Отправляйтесь пока в Дубечню. Там у меня уже сидит один, но дрянь ужасная.
– А в чем будут заключаться мои обязанности? – спросил я.
– Там увидим. Отправляйтесь пока, я распоряжусь. Только, пожалуйста, у меня не пьянствовать и не беспокоить меня никакими просьбами. Выгоню» (А. Чехов, Моя жизнь).
Диалог построен по классическому вопросно-ответному образцу. В выделенных предложениях Посудите сами; Отправляйтесь пока в Дубечню; Отправляйтесь пока спрягаемо-личная форма полнозначного глагола 2-го лица множественного числа повелительного наклонения выражает отнесенность потенциального действия к собеседнику. Форма главного члена является средством выражения временной неопределенности. Спрягаемо-глагольные формы содержат призыв к определенным действиям со стороны слушающего. Повтор определенно-личного предложения создает эмоциональную напряженность текста. В определенно-личных предложениях Ну, там посмотрим; Там увидим спрягаемо-личная глагольная форма первого лица множественного числа будущего времени изъявительного наклонения указывает на совместное действие говорящего и собеседника. Лексические элементы ну, там и там усиливают экспрессивность речи говорящего. В спрягаемо-личном определенно-личном предложении Выгоню используется личная форма глагола первого лица единственного числа будущего времени изъявительного наклонения и названо действие самого говорящего. С помощью данной конструкции выражается категоричность. Кроме того, данное предложение завершает диалог. Таким образом, во фрагменте можно выделить три фазы: начало, основную часть и концовку.
Учитывая тема-рематическое членение при анализе вышеприведенных фрагментов, стоит отметить, что в пределах предложения отношения между темой и ремой представляют противопоставление определенности – неопределенности. Во фрагментах текста наблюдается движение от меньшей определенности к большей определенности. Выделение смысловых фаз связано с тема-рематическими отношениями между предложениями внутри каждого фрагмента текста.
Таким образом, в процессе анализа уделяется внимание структуре фрагмента, его содержанию, грамматическим особенностям предложения.
Заключение
В процессе анализа определенно-личных предложений в композиционно-речевых структурах художественного текста можно прийти к следующим выводам: определенно-личные предложения содержат различные грамматические формы главного члена; глагольные формы 1-го, 2-го лица единственного и множественного числа указывают на действия говорящего или собеседника; определенно-личные предложения связаны с композиционной структурой фрагмента текста; их анализ показывает, что необходимо выявление характера взаимного влияния текста и предложения, а выбор грамматических форм полностью зависит от индивидуальных качеств автора и может служить показателем его художественного стиля.
В процессе анализа доказано, что использование определенно-личных предложений связано с целевыми установками автора. При анализе учитываются существующие связи предложения и композиционно-речевых структур художественного текста.