Самоконтроль как ресурс личности: диагностика и связи с успешностью, настойчивостью и благополучием

6303

Аннотация

Под самоконтролем понимается способность индивида управлять своим поведением и эмоциями, обдуманно реагировать на происходящие события и прерывать действия, обусловленные нежелательными импульсами и эмоциями. В статье представлены два исследования, посвящённых валидизации русскоязычной версии краткой шкалы самоконтроля Дж. Тангни, Р. Баумайстера и А.Л. Бун из 13 утверждений на выборках сотрудников (N=591) и студентов (N=328). С помощью конфирматорного факторного анализа показана одномерная структура шкалы. Шкала обладает высокой надежностью (альфа Кронбаха 0,84 и 0,79) и демонстрирует предсказуемые текущие и прогностические связи с самоотчетными и объективными индикаторами успешности учебной и профессиональной деятельности. Самоконтроль связан с показателями успешного функционирования и благополучия. Полученные связи сохраняют статистическую достоверность при контроле социальной желательности. Результаты свидетельствуют о том, что самоконтроль является важным личностно-мотивационным ресурсом, способствующим успешности в деятельности и психологическому благополучию.

Общая информация

Ключевые слова: субъективное благополучие, целеполагание, саморегуляция, личностные ресурсы, самоконтроль, академическая успешность, настойчивость

Рубрика издания: Эмпирические исследования

Тип материала: научная статья

DOI: https://doi.org/10.17759/chp.2016120205

Тематический сетевой сборник: Психологические ресурсы личности и вызовы современности, Психологическое благополучие субъектов образовательных отношений

Для цитаты: Гордеева Т.О., Осин Е.Н., Сучков Д.Д., Иванова Т.Ю., Сычев О.А., Бобров В.В. Самоконтроль как ресурс личности: диагностика и связи с успешностью, настойчивостью и благополучием // Культурно-историческая психология. 2016. Том 12. № 2. С. 46–58. DOI: 10.17759/chp.2016120205

Полный текст

Под самоконтролем понимается способность индивида управлять своим поведением и эмоциями, обдуманно реагировать на происходящие события и прерывать действия, обусловленные нежелательными импульсами и эмоциями. В статье представлены два исследования, посвящённых валидизации русскоязычной версии краткой шкалы самоконтроля Дж. Тангни, Р. Баумайстера и А.Л. Бун из 13 утверждений на выборках сотрудников (N=591) и студентов (N=328). С помощью конфирматорного факторного анализа показана одномерная структура шкалы. Шкала обладает высокой надежностью (альфа Кронбаха 0,84 и 0,79) и демонстрирует предсказуемые текущие и прогностические связи с самоотчетными и объективными индикаторами успешности учебной и профессиональной деятельности. Самоконтроль связан с показателями успешного функционирования и благополучия. Полученные связи сохраняют статистическую достоверность при контроле социальной желательности. Результаты свидетельствуют о том, что самоконтроль является важным личностно-мотивационным ресурсом, способствующим успешности в деятельности и психологическому благополучию.

Cамоконтроль как личностно-мотивационный ресурс

Умение индивида владеть собой, своим поведением и состояниями — важный личностно-мотивацион­ный ресурс, характеризующий зрелую личность. Во многих культурах умение владеть собой ценится особенно высоко и воспитывается в детях с самого раннего детства. Под самоконтролем понимается способность индивида управлять своим поведением и эмоциями, обдуманно реагировать на происходящие события, воздерживаться от неадаптивного импульсивного поведения и прерывать действия, обусловленные нежелательными импульсами и эмоциями. В соответствии с широко распространенным определением Ф. Ротбаума и коллег [19], самоконтроль — это способность изменять и адаптировать себя, свою личность, устанавливая более оптимальное соответствие между личностью и миром.

Благоприятные последствия самоконтроля для человека и для общества были показаны в целом ряде исследований. Основные сферы, в которых проявляется конструкт самоконтроля — это контроль достижений, контроль мыслей, контроль эмоций и контроль импульсов (импульсивного поведения) [21]. Основные важные области позитивного влияния самоконтроля — это успешность в деятельности, контроль импульсивного поведения, психологическая адаптация, межличностные отношения и здоровье.

Наиболее известным исследованием, в котором была показана важность самоконтроля для успешности в деятельности является классический эксперимент с 4-летними детьми, проведенный У. Мишелом в 1960-е гг. [17]. Экспериментатор предлагал детям выбрать себе сладость по вкусу (зефир, печенье или пирожное) и принять решение: съесть ее сразу или подождать 15 минут и получить вторую такую же порцию лакомства. В последующих лонгитюдных замерах было показано, что дети, которые были готовы ждать дольше, проявляя способность откладывать вознаграждение и проявлять самоконтроль, впоследствии лучше учились в школе (баллы SAT) и демонстрировали более высокие академические достижения.

В исследовании Р. Вольфа и С. Джонсона [21] самоконтроль оказался единственной из 32 личностных переменных, вносившей значимый вклад в академические достижения студентов. Связь самоконтроля с академическими достижениями, очевидно, обусловлена тем, что люди с высоким самоконтролем оказываются более успешными в своевременном выполнении заданий, в разделении сфер досуга и работы, не позволяя досуговой активности мешать работе; они более эффективно используют учебное время, выбирают себе более подходящие курсы и умеют удерживаться от отвлекающих факторов, выступающих помехой для работы.

Другая важная область — контроль импульсивного поведения. Исследования показывают, что низкий самоконтроль — существенный фактор риска в отношении проблем, связанных с чрезмерным употреблением пищи и алкоголя, а также предиктор пристрастия к наркотикам [13]. Также было показано, что люди с хорошим самоконтролем лучше управляют своими финансами и умеют воздерживаться от лишних трат [15].

Третья область позитивного влияния самоконтроля — психологическая адаптация. Многие психологические проблемы и расстройства включают в себя проблемы с саморегуляцией. Связь психологических симптомов и самоконтроля может быть при этом двунаправленной. Эти связи подвергались наиболее интенсивному изучению, в том числе анализировалась проблема возможных негативных последствий слишком высокого контроля, который может сопровождать такие расстройства, как анорексия и обсес­сивно-компульсивные расстройства. Была показана связь агрессивного и антисоциального поведения у детей со слабым самоконтролем [13].

В исследовании Мишела дети с более высоким самоконтролем демонстрировали меньшую подверженность стрессу, более оптимальный индекс массы тела и были менее склонны к употреблению наркотиков [13]. Самоконтроль выступил надежным пре­диктором риска зависимости от курения, наркотических веществ и алкоголя в подростковом и старших возрастах, при контроле переменных IQ и социально-экономического статуса семьи, который является устойчивым предиктором этих рисков.

Было показано, что низкий уровень самоконтроля в детстве является предиктором проблем со здоровьем во взрослом возрасте [13].

Пятая область, в которой самоконтроль оказывает позитивное влияние — межличностные отношения. Ряд исследований показывают, что самоконтроль вносит вклад в построение более гармоничных отношений, что, по-видимому, связано с относящейся к самоконтролю склонностью воздерживаться от скоропалительных фраз и обидных выражений, сказанных сгоряча. Ряд авторов также показывают, что дети с хорошим самоконтролем имеют больше шансов стать популярными в коллективе. Способность откладывать вознаграждение в детском возрасте выступает надежным предиктором качества межличностных отношений в период ранней взрослости [17], воспитания своего ребенка не в одиночку, а вместе с партнером [13].

Шкала самоконтроля

Учитывая столь важные последствия самоконтроля для адаптации, успешного функционирования и психологического благополучия индивида, разработка методик для его диагностики представляется крайне важной задачей. В 2004 г. Дж. Тэнгни, Р. Ба- умайстер и А.Л. Бун предложили опросник самоконтроля как черты, включающей способность управлять своим поведением, эмоциями, желаниями и действовать продуманно, воздерживаясь от импульсивного поведения [20]. Опросник получил широкое распространение и в настоящее время является основным самоотчетным инструментом для измерения самоконтроля в исследованиях во всем мире.

Англоязычная версия опросника демонстрирует хорошие показатели внутренней согласованности (а Кронбаха для полной шкалы из 36 утверждений составляет 0,89, для краткой из 13 утверждений — 0,83— 0,85) и ретестовой надежности (0,89 — для полной и 0,87 — для краткой версии опросника). В ходе двух исследований, проведенных авторами опросника на студенческих выборках, было показано, что высокие баллы по шкале самоконтроля коррелируют с рядом показателей, отражающих успешное функционирование и благополучие. Так, уровень самоконтроля был позитивно связан с успеваемостью студентов (корреляция со средним баллом в двух исследованиях составила 0,39; р<0,001 и 0,19; р<0,01). Высокий уровень самоконтроля был связан с лучшими показателями приспособленности (менее выраженный уровень психопатологии, соматизации, депрессии, гнева, тревоги, психотизма, обсессивно-компульсивного поведения, более высокая самооценка) и более развитым контролем импульсивного поведения (меньшими показателями склонности к перееданию и неконтролируемому поглощению пищи, к булимии и анорексии, а также к злоупотреблению алкоголем: r=0,31; р<0,001). Из переменных «Большой пятерки» самоконтроль (при контроле социальной желательности) был позитивно связан с сознательностью (добросовестностью) и эмоциональной стабильностью. Было также показано, что в случае допущенной ошибки индивиды с высоким самоконтролем склонны испытывать чувство вины и ответственности за произошедшее (а не обвинять других или преуменьшать важность случившегося) и не склонны к переживанию стыда, что соотносится с так называемым адаптивным стилем эмоционально-морального реагирования.

В контексте межличностных отношений высокий уровень самоконтроля был связан с более позитивной оценкой атмосферы в родной семье, меньшим уровнем семейного конфликта, надежным стилем привязанности, более развитыми навыками межличностного взаимодействия и более оптимальным эмоциональным реагированием (меньше реакций гнева и агрессии). Эти результаты, однако, не были воспроизведены во втором исследовании, и эффект не всегда имел место после контроля социальной желательности.

Тест на нелинейность самоконтроля не обнаружил никаких негативных последствий «сверхконтроля»; позитивные эффекты самоконтроля продолжали иметь место также после контроля показателей социальной желательности. Полученные результаты свидетельствуют о линейных эффектах самоконтроля, показывающих, что чем больше у индивида выражен самоконтроль, тем лучше для его успешности и психологического благополучия. Напротив, низкий самоконтроль является существенным фактором риска в отношении широкого спектра личностных и межличностных проблем.

Нами была проведена серия исследований с целью валидизации русскоязычной краткой версии шкалы самоконтроля.

Исследование 1

Метод

Выборка

В исследовании участвовали сотрудники производственной компании из 6 регионов РФ (N=591). Выборка включала 66,7% мужчин и 33,3% женщин в возрасте от 18 до 68 лет (средний возраст 40,3 лет; SD = 11,8 лет).

Инструменты

Для диагностики самоконтроля как мотивационно­личностного ресурса был подготовлен русский перевод краткой версии шкалы самоконтроля Дж. Тангни, Р. Баумайстера и А.Л. Бун. Изначально была создана расширенная версия опросника, включающая по несколько вариантов перевода одного и того же пункта, затем был осуществлен обратный перевод пунктов опросника на английский язык двумя русскоязычными психологами, свободно владеющими английским языком. В результате этой работы пункты были скорректированы и создан первый вариант русскоязычный шкалы самоконтроля. В результате первичной валиди- зации проведенной в 2009—2010 гг. нами совместно с В.Ю. Шевяховой была предложена версия опросника, которая так же, как и английская версия, включает 13 утверждений (4 прямых и 9 обратных), согласие с каждым из которых оценивается по 5-балльной шкале.

Для оценки конструктной валидности шкалы самоконтроля применялась батарея методик. Для оценки связи показателей самоконтроля и стойкого реагирования на жизненные трудности использовался краткий тест жизнестойкости (а = 0,92) Е.Н. Осина и Е.И. Рассказовой [10]; для оценки связи показателей самоконтроля и внутренних/внешних мотивов трудовой деятельности использовалась шкала трудовой мотивации Е.Н. Осина, Т.Ю. Ивановой и Т.О. Гордеевой [7]. Для оценки показателей конструктивного мышления личности использовались тест диспозиционного оптимизма Т.О. Гордеевой, О.А. Сычева, Е.Н. Оси­
на (a=0,85) [3], шкала общей самоэффективности Р. Шварцера, М. Ерусалема, В. Ромека (а=0,92) [12] и показатель самоэффективности на работе, измерявшийся с помощью четырех утверждений (а=0,92).

Для оценки связи самоконтроля с психологическим благополучием использовались шкалы позитивного и негативного аффекта (а=0,87 и 0,92, соответственно) Е.Н. Осина [8] и шкала удовлетворенности жизнью Э. Динера [9].

Для диагностики социальной желательности использованы две шкалы из опросника BFQ-2 в адаптации Е.Н. Осина с коллегами [6]: шкала эгоистической лжи (а=0,81), измеряющая самообман-приукрашивание, и шкала моралистической лжи (а=0,74), измеряющая управление впечатлениями.

Статистическая обработка данных в исследованиях 1 и 2 проводилась с помощью программ SPSS 20 и Mplus 7.3. Использовались методы сравнения выборок, корреляционный анализ и конфирматорный факторный анализ.

Результаты

Факторная структура и надежность методики

Соответствие эмпирической структуры шкалы теоретической модели проверялось при помощи конфирматорного факторного анализа в системе Mplus 7.3 с использованием робастной статистики хи-квадрат Саторра-Бентлера (MLM). Метрика латентных переменных (факторов) задавалась через их дисперсии, которые приравнивались к 1. Для оценки пригодности моделей использовались принятые критерии (CFI > 0,95, RMSEA < 0,05 — см. [14]).

Первой проверялась однофакторная теоретическая модель 1 и двухфакторная модель 2, включавшая два коррелирующих фактора, соответствующих прямым и обратным утверждениям. Модель 3 представляла собой бифакторную структуру [см., например: 18] и включала фактор самоконтроля, а также два фактора, отражающих систематическую ошибку, связанную с прямым и обратным направлением утверждений, и не коррелирующих друг с другом и с общим фактором.

Показатели соответствия моделей данным представлены в табл. 1. Неудовлетворительное соответствие данным модели 1 объясняется наличием прямых и обратных утверждений, однако низкие показатели модели 2 позволяют предполагать наличие единого фактора. Наилучшее соответствие данным показала модель 3, факторы которой учитывают как единый фактор, так и систематическую ошибку, связанную с направлением утверждений.

Все утверждения в модели 3 (рис. 1) показали статистически достоверные факторные нагрузки на общий фактор самоконтроля. Показатель внутренней согласованности (а Кронбаха) для шкалы составил 0,84. Распределение суммарных баллов было близким к нормальному виду (доверительные интервалы для значений асимметрии и эксцесса: [0,31; 0,51] и [-0,46; 0,06] соответственно).

 

Таблица 1

Показатели соответствия конфирматорных моделей, исследование 1

Модель

df

X2, P

CFI

RMSEA (90% CI)

Модель 1 (один фактор)

65

450,43; p < 0,001

0,775

0,100 (0,092; 0,109)

Модель 2 (два фактора)

64

234,68; p < 0,001

0,901

0,067 (0,058; 0,076)

Модель 3 (три фактора)

52

128,50; p < 0,001

0,956

0,050 (0,039; 0,061)

Примечание: df — число степеней свободы; CFI — сравнительный индекс соответствия; RMSEA — корень среднеквадрати­ческой ошибки аппроксимации с 90% доверительным интервалом.

 

 

Рис. 1. Факторная модель Шкалы Самоконтроля (N =591)


С помощью коэффициента корреляции Спирмена были выявлены слабые связи самоконтроля с уровнем образования (p = 0,10; p < 0,05) и должностным статусом (p = 0,11; p < 0,01), что свидетельствует о более высоком уровне образования и должностного статуса у людей, способных к более высокому самоконтролю.

Гендерные различия были крайне слабыми (размер эффекта d Коэна[1] составил 0,12) и статистически незначимыми; не было обнаружено связей самоконтроля с возрастом. Описательные статистики по шкале для выборки сотрудников даны ниже в табл. 5 и могут использоваться в качестве норм при применении шкалы в организационном контексте.

Конструктная валидность методики

Данные о связи самоконтроля с мотивами, побуждающими профессиональную деятельность сотрудников, свидетельствуют о том, что самоконтроль позитивно связан с наиболее благоприятными типами мотивации — внутренней, интегрированной и идентифицированной мотивацией осуществляемой деятельности и негативно — с проблемными типами мотивации — интроецированной и экстернальной мотивацией, а также с амотивацией как ощущением отсутствия смысла выполняемой деятельности (табл. 2).

Для изучения конструктной валидности мы также проанализировали связи шкалы самоконтроля с показателями теста жизнестойкости, теста диспози- ционного оптимизма, шкалы общей самоэффектив­ности, шкалы позитивного и негативного аффекта, шкалы удовлетворенности жизнью, опросником эгоистической и моралистической лжи. Результаты корреляционного анализа представлены в табл. 3.

Статистически значимые показатели коэффициентов корреляции самоконтроля с указанными методиками говорят в пользу конструктной валидности шкалы. В связи с тем, что корреляции конструктов с позитивным содержанием могут быть завышены из-за эффектов социальной желательности, мы проконтролировали последние путем расчета частных корреляций, представленных в последнем столбце табл. 3. Частные корреляции использовались для того, чтобы оценить связь самоконтроля с другими переменными при фиксированном уровне социальной желательности, тем самым исключая обусловленную ею общую дисперсию.

Представленные в табл. 3 результаты показывают, что индивиды с высоким самоконтролем отличаются высокими показателями жизнестойкости. Это означает, что они имеют определенную систему представлений о себе, мире и отношениях с ним, позволяющие им стойко совладать со стрессами и трудными жизненными ситуациями, а также воспринимать их как менее значимые.

Таблица 2

Коэффициенты корреляции Пирсона шкалы самоконтроля со шкалами трудовой мотивации (N=)591)

 

 

 

 

Шкала

Самоконтроль

Самоконтроль, контроль соц.желательности

Внутренняя

0,33***

0,20***

Интегрированная

0,31***

0,17***

Идентифицированная

0,29***

0,15***

Интроецированная

0,01

-0,11**

Экстернальная

-0,30***

-0.27***

Амотивация

-0,31***

-0,32***

 

Примечание. Уровень значимости: «**» — p < 0,01; «***» — p < 0,001.

Таблица 3

Коэффициенты корреляции Пирсона шкалы самоконтроля с показателями жизнестойкости, самоэффективности, психологического благополучия и лжи (N=591)

Шкала

Самоконтроль

Самоконтроль, контроль соц. желательности

Жизнестойкость

0,64***

0,55***

Общая самоэффективность

0,41***

0,25***

Самоэффективность на работе

0,41***

0,26***

Диспозиционный оптимизм

0,42***

0,35***

Удовлетворённость жизнью

0,21***

0,15***

Позитивный аффект

0,33***

0,22***

Негативный аффект

-0,34***

-0,24***

Эгоистическая ложь

0,49***

-

Моралистическая ложь

0,38***

 

Примечание. Уровень значимости: «***» — p < 0,001.

Сопоставление данных по шкале самоконтроля с показателями конструктивного мышления, характеризующими когнитивные составляющие мотивации субъекта, проявляющимися при реализации разного рода продуктивных деятельностей показывает, что люди с высоким самоконтролем отличаются более высокой общей и профессиональной самоэффектив­ностью, т. е. верой в то, что они способны справиться с трудными жизненными и профессиональными задачами; также у них больше выражен диспозици- онный оптимизм, т. е. они обладают позитивными ожиданиями относительно будущего, веря, что их будущее будет скорее наполнено хорошими событиями, чем плохими.

Самоконтроль сотрудников организации также оказался связан с показателями психологического благополучия, а именно, с более высокой удовлетворенностью жизнью, более выраженными позитивными и менее выраженными негативными эмоциями. Можно предположить, что самоконтроль является предиктором психологического благополучия, его источником, поскольку умение регулировать свои импульсивные желания помогает воздерживаться от вредного и опасного для жизни поведения, проявляя способность противостоять вредным соблазнам, вести более спокойный и здоровый образ жизни.

Вероятно, самоконтроль выступает неким буферным, адаптивным механизмом, помогающим личности активно совладать с трудными жизненными ситуациями, проявляя упорство, настойчивость и жизнестойкость. Данное исследование не позволило нам проверить эти гипотезы, но они были предложены и проверены нами во втором исследовании, реализованном на студенческих выборках.

Исследование 2

Метод

Выборка

В исследовании участвовали 2 группы студентов естественно-научных специальностей: 166 студентов-химиков и 162 студента-биолога. Объединенная выборка (N=328) включала 43,6% мужчин и 56,4% женщин в возрасте от 16 до 20 лет (средний возраст — 18,4 лет; SD=3,03).

Процедура исследования

Студенты заполняли батарею опросников в бланковой форме, в часы лекционных занятий. Исследование со студентами-химиками носило лонгитюдный характер, оно проводилось на 1-м курсе в начале весеннего семестра, второй замер год спустя. Студенты-биологи заполняли опросник в рамках срезового исследования в осеннем семестре 2-го курса.

Инструменты

Для оценки конструктной валидности использовалась схожая, но несколько расширенная батарея методик. Для оценки связей показателей шкалы самоконтроля с целеполаганием и самоорганизацией студенты-химики в первом замере заполняли опросник самоорганизации деятельности (ОСД) Е.Ю. Мандриковой [5] и тест смысложизненных ориентаций (СЖО) Д.А. Леонтьева [4]. Для оценки когнитивно-мотивационных переменных, отражающих особенности конструктивного мышления личности в ситуациях успехов и неудач, использовался опросник «Стиль объяснения успехов и неудач» (СТОУН) Т.О. Гордеевой, Е.Н. Осина, В.Ю. Шевя- ховой [2].

Для оценки связи самоконтроля с показателями физического здоровья использовалась шкала Общей оценки здоровья (General Health Questionnaire, GHQ, перевод и адаптация Е.Н. Осина) [16].

Во втором замере для диагностики связи самоконтроля с уровнем настойчивости использовался опросник упорства А. Даквортс (адаптация Т.О. Гор­деевой, готовится к публикации). Для диагностики характерных типов реагирования личности на трудные и стрессовые жизненные ситуации использовался опросник копинг-стратегий COPE Ч. Карвера и М. Шейера [11] и оценивалась академическая само­эффективность как вера в будущий успех (с помощью показателей шансов успешно сдать ближайшую сессию и получить диплом).

На выборке студентов-биологов изучались связи шкалы самоконтроля с показателями настойчивости и самоорганизации, с использованием шкалы упорства А. Даквортс, а также вопрос, касающийся субъективной оценки самоорганизации. Для анализа связи самоконтроля с личностными факторами использовались шкалы «Большой пятерки» опросника BFQ-2 [6], в котором каждая из пяти черт операци- онализирована в виде двух содержательно близких субшкал. Также с помощью опросника BFQ-2 оценивалась социальная желательность (2 шкалы).

С целью выяснения связей самоконтроля с показателями успешности, оценивались показатели объективной успеваемости, субъективной оценки успеваемости и самооценки интеллекта.

Результаты

Факторная структура и надежность методики

В исследовании 2 использовалась та же последовательность шагов по структурной валидизации, что и в исследовании 1. Параметры полученных моделей представлены в табл. 4. Однофакторная модель показала лучшее соответствие исходным данным, чем в исследовании 1, однако двухфакторная модель соответствовала данным хуже, а бифакторная не сходилась. Для однофакторной модели мы обнаружили мощный индекс модификации, касающийся ковари­ации ошибок утверждений 2 и 6. Добавление этого индекса модификации сняло проблемы со сходимостью бифакторной модели. Еще один выраженный индекс модификации касался ковариации ошибок утверждений 1 и 2.

Итоговая бифакторная модель с двумя модификациями (модель 4) показала отличное соответствие данным. Нагрузки всех утверждений на общий фактор самоконтроля были статистически достоверными и достаточно высокими (в диапазоне 0,28-0,66). Мы объяснили появление индексов модификации эффектом установки: шкале самоконтроля в батарее предшествовало несколько опросников, сформати- рованных единым блоком вопросов и содержавших только прямые утверждения. Утверждение 2 было первым обратным в блоке, что и приводило к возникновению дополнительной систематической ошибки.

 

Таблица 4

Показатели соответствия конфирматорных моделей, исследование 2

Модель

df

X2, Р

CFI

RMSEA (90% CI)

Модель 1 (1 фактор)

65

151,38; p < 0,001

0,858

0,064 (0,051; 0,077)

Модель 2 (2 фактора)

64

140,78; p < 0,001

0,874

0,061 (0,047; 0,074)

Модель 3 (3 фактора)

-

-

-

-

Модель 4 (3 фактора)

50

80,85; p < 0,01

0,949

0,044 (0,025; 0,061)

 

Примечание: dfчисло степеней свободы; CFIсравнительный индекс соответствия, RMSEAкорень среднеквадрати­ческой ошибки аппроксимации с 90% доверительным интервалом.

 

данным. Нагрузки всех утверждений на общий фактор самоконтроля были статистически достоверными и достаточно высокими (в диапазоне 0,28-0,66). Мы объяснили появление индексов модификации эффектом установки: шкале самоконтроля в батарее предшествовало несколько опросников, сформати- рованных единым блоком вопросов и содержавших только прямые утверждения. Утверждение 2 было первым обратным в блоке, что и приводило к возникновению дополнительной систематической ошибки.

Показатель надежности (а Кронбаха) для шкалы самоконтроля составил 0,79. Распределение баллов по шкале было достаточно близким к нормальному виду (доверительные интервалы для значений асимметрии и эксцесса: [-0,51; -0,24] и [0,80; 1,32] соответственно).

Описательные статистики по шкале самоконтроля (по обоим исследованиям) представлены в табл. 5. Средние показатели на студенческой выборке были существенно более низкими, чем на выборке сотрудников (d=1,1; p<0,001). Большая величина этих различий может объясняться эффектами социальной желательности. В пользу этого предположения говорят сильные различия по средним показателям эгоистической лжи (d=1,30; p<0,001) и моралистической лжи (d=1,14; p<0,001); направление этих различий соответствует различиям, полученным для шкалы самоконтроля, а размеры эффекта оказываются более высокими. Исследователи и практики, использующие методику при интерпретации баллов, должны учитывать условия предъявления методики. Ген­дерные различия вновь оказались крайне слабыми (d=0,05) и статистически не значимыми.

Конструктная валидность методики

Результаты корреляционного анализа связей шкалы самоконтроля с показателями других методик представлены в табл. 6.

 

Таблица 5

Описательная статистика шкалы самоконтроля

 

Вся выборка

Женщины

Мужчины

N

M

SD

N

M

SD

N

M

SD

Сотрудники (исследование 1)

591

44,97

7,77

197

45,60

7,34

394

44,65

7,97

Студенты (исследование2, все)

328

36,52

8,10

185

36,36

8,24

143

36,73

7,93

Таблица 6

Корреляционные связи самоконтроля с благополучием и успешным функционированием
(студенты, выборка 1)

Шкала

Надежность (а Кронбаха)

Связь самоконтроля

Текущая (N=156)

Год спустя (N=104)

Удовлетворенность жизнью

0,71; 0,81

0,37***

0,31**

Общий опросник здоровья: наличие симптомов (GHQ)

0,89

-0,19*

 

СТОУН: Оптимист. атрибуции успехов

0,84

0,19**

 

СТОУН: Оптимист. атрибуции неудач

0,80

0,35**

 

СТОУН: Оптимист. атрибутивный стиль

0,79

0,39***

 

Диспозиционный оптимизм

0,85; 0,84

0,10

0,15

Осмысленность жизни (СЖО)

0,90

0,50***

 

СЖО: процесс жизни

0,78

0,40**

 

СЖО: цели в жизни

0,83

0,49**

 

СЖО: результативность жизни

0,76

0,30**

 

СЖО: локус контроля

0,56

0,33**

 

Жизнестойкость (общая)

0,92

0,47***

 

Жизнестойкость: вовлеченность

0,84

0,40**

 

Жизнестойкость: контроль

0,84

0,46**

 


 

Шкала

Надежность (а Кронбаха)

Связь самоконтроля

Текущая (N=156)

Год спустя (N=104)

Жизнестойкость: принятие риска

0,72

0,41**

 

ОСД: настойчивость

0,78

0,61***

 

ОСД: целеустремленность

0,83

0,46***

 

ОСД: планомерность

0,91

0,43***

 

ОСД: фиксация на структурировании

0,60

0,27**

 

ОСД: внешние средства самоорганизации

0,67

0,17*

 

Шкала настойчивости

0,70

 

0,55***

Шкала сосредоточенности интересов

0,74

 

0,48***

Общий показатель упорства (Даквортс)

0,77

 

0,60***

Академическая самоэффективность

-

 

0,28**

COPE: позитивная реинтерпретация

0,77

 

0,14

COPE: мысленный уход

0,40

 

0,02

COPE: фокусирование на эмоциях

0,88

 

-0,08

COPE: получение социальной поддержки

0,82

 

0,09

COPE: активное совладание

0,77

 

0,35***

COPE: отрицание

0,68

 

-0,22**

COPE: обращение к религии

0,92

 

0,04

COPE: юмор

0,89

 

0,02

COPE: поведенческий уход от проблемы

0,73

 

-0,41***

COPE: сдерживание действия

0,57

 

0,07

COPE: получение эмоциональной поддержки

0,66

 

0,05

COPE: злоупотребление веществами

0,91

 

-0,12

COPE: принятие ситуации

0,74

 

0,08

COPE: подавление конкурирующей активности

0,79

 

0,28**

COPE: планирование

0,76

 

0,35**

Примечание. Уровень значимости: «*» — p < 0,05; «**» — p < 0,01; «***» — p < 0,001.

Данные по субшкалам методик ОСД, СЖО, жизнестойкости и опросника упорства свидетельствуют о том, что самоконтроль положительно связан с показателями настойчивости, целеполагания, планирования и самоорганизации. Полученные связи сохраняют статистическую достоверность при контроле социальной желательности. На второй выборке студентов была воспроизведена прямая связь самоконтроля с обеими субшкалами по шкале упорства Даквортс.

Индивиды с высоким уровнем самоконтроля склонны к более конструктивному мышлению при анализе различных жизненных ситуаций, что проявляется в общей и академической самоэффектив­ности, а также склонности к оптимистическому объяснению позитивных и негативных жизненных событий, интернальности при объяснении успехов и неудач. Это означает, что они объясняют позитивные ситуации как контролируемые, стабильные (постоянные) и широкие (универсальные), в то время как негативные ситуации воспринимаются ими как узкие, носящие временный характер и также контролируемые. Год спустя студенты с высоким уровнем самоконтроля демонстрировали более высокую академическую самоэффективность. Высокий самоконтроль у студентов также сочетается с меньшей выраженностью болезненных симптомов и более высокой субъективной оценкой состояния здоровья по опроснику GHQ, что может быть следствием лучшего контроля за угрожающим здоровью поведением.

У студентов-первокурсников показатель самоконтроля был позитивно связан со средним баллом по следующей экзаменационной сессии (r=0,17; p<0,05).

Отсутствие статистически достоверных связей самоконтроля с показателями академической успеваемости на протяжении последующих трех лет может объясняться эффектом пропущенных данных: студенты-химики, отчисленные за академическую неуспеваемость на протяжении первых трех лет обучения (N=27) имели более низкие показатели самоконтроля на первом курсе, по сравнению с успешными студентами (d=0,43; t=2,03; p<0,044). Предиктивная валидность шкалы самоконтроля относительно средних баллов по двум последующим сессиям (r=0,25 и r=0,19, p<0,05) была показана на другой когорте студентов-химиков (эмпирическое исследование 2 [см.: 1]). На выборке студентов-биологов мы получили позитивные связи самоконтроля с усредненной успеваемостью за все предшествующие сессии и с самооценкой собственной учебной успешности по сравнению с однокурсниками (табл. 7).

Таблица 7

Корреляционные связи самоконтроля с благополучием и успешным функционированием
(студенты, выборка
2)

Шкала

N

Надежность

(а Кронбаха)

Связь самоконтроля

Парная

При контроле соц. желательности

Успеваемость объективная

154

0,28***

0,32***

Субъективная оценка: успеваемость

155

-

0,35***

0,30***

Субъективная оценка: интеллект

-

0,19*

0,12

Субъективная оценка: самоорга-низация

-

0,52***

0,46***

Грит: сосредоточенность интересов

70

0,75

0,41***

0,44***

Грит: настойчивость

0,80

0,60***

0,53***

Грит: общий показатель

0,80

0,63***

0,59***

СТОУН: Оптимизм в ситуациях успеха

90

0,83

0,23*

0,15

СТОУН: Оптимизм в ситуациях неудачи

0,62

0,38***

0,37**

СТОУН: Общий показатель оптим. атрибутивного стиля

0,75

0,40***

0,35**

Удовлетворенность жизнью

159

0,83

0,21**

0,10

BFQ-2 Экстраверсия: Динамизм

145

0,87

0,11

0,01

BFQ-2 Экстраверсия: Доминантность

0,68

0,19*

0,15

BFQ-2 Дружелюбие: Эмпатия

0,81

0,00

-0,04

BFQ-2 Дружелюбие: Вежливость

0,84

0,08

-0,02

BFQ-2 Добросовестность: Скрупулезность

0,68

0,32***

0,33***

BFQ-2 Добросовестность: Упорство

0,82

0,57***

0,52***

BFQ-2 Стабильность: Контроль эмоций

0,59

0,35***

0,25**

BFQ-2 Стабильность: Контроль импульсов

0,76

0,29***

0,24**

BFQ-2 Открытость: Открытость культуре

0,78

0,10

0,05

BFQ-2 Открытость: Открытость опыту

0,85

-0,04

-0,11

BFQ-2 Ложь: Эгоистическая желательность

0,75

0,35***

-

BFQ-2 Ложь: Моралистическая желательность

0,54

0,24**

Примечание. Уровень значимости: «*» — p < 0,05; «**» — p < 0,01; «***» — p < 0,001.

 

Из черт «Большой пятерки» самоконтроль был связан с компонентами добросовестности. Это означает, что индивиды с высоким самоконтролем склонны проявлять такие личностные черты, как надежность, склонность к упорядоченности, скрупулезности, дотошности и точности, склонность проверять и дорабатывать свою работу, а также проявлять упорство в запланированной деятельности и достижении намеченного результата. Также, в соответствии с данными авторов оригинального варианта методики, шкала самоконтроля связана с показателями эмоциональной стабильности. То есть люди с высоким самоконтролем способны лучше осуществлять контроль над собственными эмоциями, тревогой, умеют контролировать свое настроение, а также такие состояния, как раздражение, недовольство, гнев, т. е. они умеют «держать себя в руках». Наконец, в полном соответствии с данными авторов оригинального варианта методики, шкала самоконтроля оказалась не связана с показателями шкал открытости опыту, дружелюбия и экстраверсии/энергичности.

Связи с показателями социальной желательности (субшкалы эгоистической и моралистической лжи) оказались статистически достоверными, но более слабыми, чем на выборке сотрудников в исследовании 1.

Год спустя индивиды с высоким самоконтролем были склонны проявлять более конструктивные стратегии реагирования на неудачу, что следует из связей показателей самоконтроля и шкал опросника

СОРЕ. Так, чем выше уровень самоконтроля, тем в большей мере, сталкиваясь с трудными жизненными ситуациями, человек склонен обращаться к стратегиям активного совладания, планирования дальнейших шагов, направленных на разрешение проблемы, отказываться от занятий конкурирующими делами и тем меньше склонен отрицать наличие проблемы и демонстрировать ее избегание.

Обсуждение

Русскоязычная краткая версия шкалы самоконтроля обладает теоретически предсказуемой структурой и демонстрирует достаточно высокую надежность. О валидности методики свидетельствуют связи показателя самоконтроля с текущими самоотчетны- ми показателями успешности в профессиональной и учебной деятельности. Показана прогностическая валидность шкалы относительно объективных показателей академической успешности у студентов, подтвержденная на трех независимых выборках.

Конструктная валидность методики подтверждается связями самоконтроля с показателями успешного функционирования, подтвержденными на нескольких выборках испытуемых. Индивиды с высоким уровнем самоконтроля более целеустремлены, организованны и упорны в достижении своих целей. Они также прибегают к более конструктивным стратегиям совладания с трудностями, чаще используя такие стратегии, как активный копинг, планирование, подавление конкурирующей деятельности, и реже обращаясь к непродуктивным стратегиям поведенческому уходу и отрицанию.

Люди с высоким уровнем самоконтроля демонстрируют более высокий уровень эмоциональной стабильности и психологического благополучия, который оценивался через показатели удовлетворенности жизнью, позитивного и негативного аффекта и осмысленности жизни. Безусловно, наши результаты носят корреляционный характер, поэтому они не могут быть доказательством того, что самоконтроль способствует психологическому благополучию и продуцирует другие обнаруженные нами позитивные эффекты. Однако, исходя из теоретических соображений о природе конструкта самоконтроля, мы полагаем, что такого рода объяснение является весьма правдоподобным.

Наши результаты свидетельствуют также о том, что для лиц с высоким уровнем самоконтроля свойственно более конструктивное мышление при анализе различных жизненных ситуаций, которое проявляется в склонности к оптимистическому объяснению позитивных и негативных жизненных событий, интернальности при объяснении успехов и неудач, общей, академической и профессиональной самоэффективности. При этом связь показателей самоконтроля и конструктивного мышления может быть двунаправленной. Возможно, что выраженный самоконтроль помогает поверить в будущее и оценивать происходящие события как более управляемые и контролируемые, но возможно, что развитое конструктивное мышление помогает индивиду справляться с импульсами и контролировать свое поведение и достижения. (Авторы: Если снова перебор небольшой перебор по объему, то можно убрать эти два предложения).

Данные, полученные на разных выборках испытуемых, участвовавших в адаптации методики самоконтроля, хорошо соотносятся друг с другом. Полученные результаты валидизации методики хорошо согласуются с данными исследований Дж. Тангни и др. и свидетельствуют о том, что русскоязычная версия шкалы самоконтроля может быть рекомендована как для исследовательских целей, так и для решения практических задач в рамках комплексной психодиагностики личности и мотивации.

Приложение

 

Бланк Краткой шкалы самоконтроля

Инструкция: В столбце, находящемся справа от списка утверждений опросника, пожалуйста, отметьте, насколько верно каждый из пунктов описывает Вас (привычное для Вас состояние).

1

2

3

4

5

Совершенно

Скорее

Нечто

Скорее

Совершенно

не согласен

не согласен

среднее

согласен

согласен

 

Мне хорошо удается сопротивляться соблазнам.

1 2 3 4 5

Я с трудом отказываюсь от дурных привычек.

1 2 3 4 5

Я ленивый (ая).

1 2 3 4 5

Бывает, что я говорю неуместные вещи.

1 2 3 4 5

Выбирая между приятным и полезным, я выбираю приятное.

1 2 3 4 5

Я умею отказываться от того, что для меня вредно.

1 2 3 4 5

Мне бы хотелось лучше контролировать себя.

1 2 3 4 5

Я произвожу впечатление очень дисциплинированного человека.

1 2 3 4 5

Поговорка «семь раз отмерь, один раз отрежь» - не про меня.

1 2 3 4 5

Иногда я не могу доделать работу, потому что отвлекаюсь на более приятные дела.

1 2 3 4 5

Мне бывает трудно сконцентрироваться.

1 2 3 4 5

Мне удается ставить и достигать долгосрочные цели.

1 2 3 4 5

Иногда я делаю что-то, хотя и знаю, что этого делать не стоит.

1 2 3 4 5

 

Прямые пункты: 1, 6, 8, 12. Обратные пункты: 2, 3, 4, 5, 7, 9, 10, 11, 13. Ответы на обратные пункты переводятся в шкалу 5 4 3 2 1 перед подсчетом суммарного балла.

Нормы для выборки сотрудников (N=591): M=44,97, SD=7,77.

Нормы для выборки студентов (N=328): M=36,52, SD=8,10.

 

[‡] Gordeeva Tamara Olegovna, PhD in Psychology, associate professor, Department of Educational Psychology, Psychological Faculty, Lomonosov Moscow State University, Moscow, Russia, tamgordeeva@gmail.com

[§] Osin Evgenii Nikolaevich, PhD in Psychology, associate professor, Psychology Department; leading research fellow, International laboratory of Positive Psychology of Personality and Motivation, National Research University Higher School of Economics, Moscow, Russia, evgeny.n.osin@gmail.com

[**] Suchkov Dmitri Dmitrievich, Junior research fellow, International Laboratory of Positive Psychology of Personality and Motivation, National Research University Higher School of Economics, Moscow, Russia, Dsuchkov89@mail.ru

[††] Ivanova Tatyana Yurievna, Research fellow, International Laboratory of Positive Psychology of Personality and Motivation, National Research University Higher School of Economics, Moscow, Russia, Tatiana.y.ivanova@gmail.com

[‡‡] Sychev Oleg Anatol’evich, PhD in Psychology, associate professor, Shukshin Altai State Humanities Pedagogical University, Biysk, Russia, osn1@mail.ru

****** Bobrov Vladislav Vyacheslavovich, Junior research fellow, International Laboratory of Positive Psychology of Personality and Motivation, National Research University Higher School of Economics, Moscow, Russia, VVbobrov@hse.ru

Литература

  1. Гордеева Т.О., Осин Е.Н. Особенности мотивации достижения и учебной мотивации студентов, демонстри- рующих разные типы академических достижений (ЕГЭ, победы в олимпиадах, академическая успеваемость) [Элек- тронный ресурс] // Психологические исследования. 2012. Т. 5. № 24. С. 4. URL: http://psystudy.ru (дата обращения: 25.12.2015). doi: 0421200116/0040
  2. Гордеева Т.О., Осин Е.Н., Шевяхова В.Ю. Диагно- стика оптимизма как стиля объяснения успехов и неудач: Опросник СТОУН. М.: Смысл, 2009. 152 с.
  3. Гордеева Т.О., Сычев О.А., Осин Е.Н. Разработка русскоязычной версии Теста диспозиционного оптимиз- ма (LOT) // Психологическая диагностика. 2010. № 2. С. 36—64.
  4. Леонтьев Д.А. Тест смысложизненных ориентаций (СЖО). М.: Смысл, 1992. 16 с.
  5. Мандрикова Е.Ю. Разработка опросника самоорга- низации деятельности (ОСД) // Психологическая диагно- стика. 2010. № 2. С. 87—111.
  6. Операционализация пятифакторной модели лич- ностных черт на российской выборке / Е.Н. Осин, Е.И. Рас- сказова, Ю.Ю. Неяскина, Л.Я.  Дорфман,  Л.А.  Александро- ва // Психологическая диагностика. 2015. № 3. С. 80—104.
  7. Осин Е.Н., Иванова Т.Ю., Гордеева Т.О. Автономная и контролируемая профессиональная мотивация как пре- дикторы субъективного благополучия у сотрудников рос- сийских организаций // Организационная психология. 2013. Т. 3. № 1. С. 8—29.
  8. Осин Е.Н. Измерение позитивных и негативных эмоций: разработка русскоязычного аналога методики PANAS // Психология. Журнал Высшей школы экономи- ки. 2012. Т. 9. № 4. С. 91—110.
  9. Осин Е.Н., Леонтьев Д.А. Апробация русскоязычных версий двух шкал экспресс-оценки субъективного благопо- лучия // Материалы III Всероссийского социологическо- го конгресса. М.: Институт социологии РАН, Российское общество социологов, 2008.
  10. Осин Е.Н., Рассказова Е.И. Краткая версия теста жизнестойкости: психометрические характеристики и при- менение в организационном контексте // Вестник МГУ. Серия 14: Психология. 2013. № 2. С. 147—165.
  11. Рассказова Е.И., Гордеева Т.О., Осин Е.Н. Копинг- стратегии в структуре деятельности и саморегуляции: психометрические характеристики и возможности приме- нения методики COPE // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2013. Т. 10. № 1. С. 82—118.
  12. Шварцер Р., Ерусалем М., Ромек В. Русская версия шкалы общей самоэффективности Р. Шварцера и М. Еру- салема // Иностранная психология, 1996. № 7. С. 71—76.
  13. A gradient of childhood self-control predicts health, wealth, and public safety / T.E. Moffitt, L. Arseneault, D. Bel- sky, N. Dickson, R.J. Hancox, H. Harrington, M.R. Sears // Proceedings of the National Academy of Sciences.  2011. Vol. 108(7). P. 2693—2698. doi: 10.1073/pnas.1010076108
  14. Brown T.A. Confirmatory factor analysis for applied re- search. 2nd ed. N.Y.: Guilford Press, 2015. 462 p.
  15. Debt Out of Control: The Links Between Self-Control, Compulsive Buying, and Real Debts / A. Achtziger, M. Hu- bert, P. Kenning, G. Raab, L. Reisch // Journal of Economic Psychology. 2015. Vol. 49. № 6. P. 141—149. doi:10.1016/j. joep.2015.04.003
  16. Goldberg D.P. Manual of the General Health Question- naire. Windsor, England: NFER Publishing, 1978.
  17. Mischel W., Shoda Y., Peake P.K. The nature of adoles- cent competencies predicted by preschool delay of gratifica- tion // Journal of Personality and Social Psychology. 1988. Vol. 54. P. 687—696. doi: 10.1037/0022-3514.54.4.687
  18. Modeling general and specific variance in multifaceted constructs: A comparison of the bifactor model to other ap- proaches / F.F. Chen, A. Hayes, C.S. Carver, J.P. Laurenceau,
  19. Zhang // Journal of Personality. 2012. Vol. 80(1). P. 219— 251. doi: 10.1111/j.1467-6494.2011.00739.x
  20. Rothbaum F., Weisz J.R., Snyder S.S. Changing the world and changing the self: A two-process model of perceived control // Journal of Personality and Social Psychology. 1982. Vol. 42(1). P. 5—37. doi: 10.1037/0022-3514.42.1.5
  21. Tangney J.P., Baumeister R.F., Boone A.L. High Self-Control Predicts Good  Adjustment,  Less  Pathol- ogy, Better Grades, and Interpersonal Success // Journal of Personality. 2004. Vol. 72(2). P. 271—324. doi: 10.1111/j.0022- 3506.2004.00263.x
  22. Wolfe R.N.,  Johnson  S.D.  Personality  as  a  predic- tor of college performance // Educational and Psycho- logical Measurement. 1995. Vol. 55(2). P. 177—185. doi: 10.1177/0013164495055002002

Информация об авторах

Гордеева Тамара Олеговна, доктор психологических наук, профессор кафедры психологии образования и педагогики, факультет психологии, Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова (ФГБОУ ВО МГУ имени М.В. Ломоносова), ведущий научный сотрудник Международной лаборатории позитивной психологии личности и мотивации, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0003-3900-8678, e-mail: tamgordeeva@gmail.com

Осин Евгений Николаевич, кандидат психологических наук, доцент, заместитель заведующего Международной лабораторией позитивной психологии личности и мотивации, Высшая школа экономики (ФГАОУ ВО НИУ ВШЭ), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0003-3330-5647, e-mail: eosin@hse.ru

Сучков Дмитрий Дмитриевич, Младший научный сотрудник Международной лаборатории позитивной психологии личности и мотивации, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Аспирант кафедры общей и экспериментальной психологии Высшей Школы Экономики, Москва, Россия, e-mail: Dsuchkov89@mail.ru

Иванова Татьяна Юрьевна, Научный сотрудник международной лаборатории позитивной психологии личности и мотивации, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия, e-mail: Tatiana.y.ivanova@gmail.com

Сычев Олег Анатольевич, кандидат психологических наук, доцент, старший научный сотрудник научно-исследовательского отдела, ФГБОУ ВО "Алтайский государственный гуманитарно-педагогический университет имени В.М. Шукшина" (ФГБОУ ВО АГГПУ), Бийск, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-0373-6916, e-mail: osn1@mail.ru

Бобров Владислав Вячеславович, Младший научный сотрудник Международной лаборатории позитивной психологии личности и мотивации, Национальный исследовательский институт «Высшая школа экономики», Москва, Россия, e-mail: VVbobrov@hse.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 7326
В прошлом месяце: 122
В текущем месяце: 138

Скачиваний

Всего: 6303
В прошлом месяце: 51
В текущем месяце: 38