Культура и память: особенности воспроизведения в разном культурном контексте

1217

Аннотация

В статье представлены результаты кросс-культурного исследования процесса воспроизведения материала у арабских (марокканских) и украинских студентов. Изучалась зависимость воспроизведения от места материала в ряду (в том числе от нахождения его в левом или правом зрительном поле), от вида стимульного материала (цифры, картинки, графические изображения, цвета, образы людей) и от времени экспозиции. Выявлены общие и отличные черты процесса воспроизведения у студентов разных культур. Показано, что марокканские студенты лучше воспроизводят предложенный для запоминания материал, что особенно ярко проявляется при воспроизведении материала, расположенного в правой половине зрительного поля. Арабские студенты намного лучше, чем украинские, запоминают большинство видов стимульного материала (наиболее значимые различия наблюдаются в отношении воспроизведения графического материала), однако эта закономерность не распространяется на изображения людей, которые существенно лучше воспроизводят украинцы. Показано, что время экспозиции оказывает разное влияние на эффективность воспроизведения материала представителями арабской (марокканской) и украинской культур, особенно ярко выраженное при запоминании цифр.

Общая информация

Ключевые слова: память, запоминание, воспроизведение, время экспозиции, кросс-культурное исследование, правостороннее письмо и чтение, культура

Рубрика издания: Эмпирические исследования

Тип материала: научная статья

DOI: https://doi.org/10.17759/chp.2017130405

Для цитаты: Павленко В.Н. Культура и память: особенности воспроизведения в разном культурном контексте // Культурно-историческая психология. 2017. Том 13. № 4. С. 49–55. DOI: 10.17759/chp.2017130405

Полный текст

 
 

Читая на протяжении десятилетий лекции в Харьковском национальном университете о взаимосвязи культуры и психики, мне всегда казалось очень важным подобрать простые, наглядные, хорошо понятные студентам примеры исследований, демонстрирующих эту взаимосвязь. Очевидно, что для студентов будет более интересно и памятно, если в подобных примерах речь будет идти не только об исследованиях, проведенных в далеких и незнакомых для них культурах, а в их родной стране, в идеале — с их сверстниками и при их личном посильном участии. Так родилась серия исследований, об одном из которых и пойдет речь в данной статье[III].

Выбирая тему для данного исследования, мы исходили из следующей посылки. Еще со времен Харьковской психологической школы одной из ведущих тем для харьковских психологов была тема памяти. После трудов П.И. Зинченко по непроизвольному запоминанию его ученики и последователи — Г.К. Се­реда, Л.П. Бочарова, И.М. Мельник, Е.Ф. Иванова, А.Н. Лактионов, Е.В. Заика, Е.А. Невоенная, Е.Е По­ливанова и многие другие — неоднократно обращались к разным аспектам проблемы памяти, накапливая значительный эмпирический материал и переосмысливая его на теоретическом уровне. Однако в их работах память никогда не анализировалась в кросс-культурной перспективе, что и стало отправной точкой при планировании данного исследования. С другой стороны, его практическая важность обусловлена большим количеством студентов из других стран, которые приезжают в высшие учебные заведения Украины с целью получения высшего образования. Выявление особенностей овладения и запоминания материала студентами-иностранцами, на наш взгляд, могло бы способствовать созданию для них условий, которые учитывают их традиционные культурные практики и тем самым облегчают для них процесс обучения в иной культурной среде, делая его более эффективным.

В психологической литературе описано большое количество исследований, посвященных проблемам памяти, в том числе — в кросс-культурном аспекте, начиная с классических работ Ф.К. Бартлетта и заканчивая работами современных исследователей. Однако в отличие от традиционных кросс-культурных работ, зачастую использующих для изучения когнитивных функций арсенал западных стандартных тестовых методик, не всегда учитывающих специфику образа жизни и деятельности исследуемых, для нас был ближе подход культурно-исторической психологии [2], обращающий внимание на экологическую валидность используемого инструментария. Определенным образцом в этом плане выступало исследование памяти М. Коула и С. Скрибнер, проведенное с 1973 по 1978 г. в Либерии [6]. Испытуемыми в этом исследовании выступали представители народа ваи, для которого характерна специфическая система слогового письма. Все испытуемые были разбиты на 5 групп: неграмотные ваи; ваи, владеющие традиционным слоговым письмом; ваи, владеющие исключительно арабской письменностью; ваи, освоившие как традиционное письмо, так и арабский язык; и, наконец, ваи, проходящие школьное обучение на английском языке. Для нашего исследования было важно то, что, используя специально разработанный набор техник для изучения запоминания, М. Коул и С. Скрибнер смогли показать влияние овладения различными видами письменности на особенности запоминания. Так, было показано, что ваи, освоившие традиционное слоговое письмо, обладают лучшими по сравнению со всеми другими группами навыками слогового анализа речи, и в тех методиках на запоминание, для которых был важен подобный анализ, они показали значимо лучшие результаты. Ваи, овладевшие арабской письменностью и изучавшие Коран, продемонстрировали несравненно более высокие результаты по методу «последовательное воспроизведение». И это также неслучайно. Ведь процедура этой методики, при которой стимульный материал выстраивается таким образом, что, начиная с единственного слова для запоминания, при каждом последующем шаге добавляется еще одно, фактически является точным повторением практики изучения Корана, при которой люди осваивают его отрывки именно таким пошаговым образом. Ну и, наконец, ваи, получающие образование в школах с английским языком обучения, показали существенно более высокие результаты в методиках на свободное воспроизведение.

Важность взаимосвязи именно такого элемента культуры, как письменность, и особенностей овладения ею, с одной стороны, и специфики памяти, с другой, представляется закономерной, поскольку, как говорил в свое время Ю.М. Лотман: «Письменность — форма памяти. Подобно тому как индивидуальное сознание обладает своими механизмами памяти, коллективное сознание, обнаруживая потребность фиксировать нечто общее для всего коллектива, создает механизмы коллективной памяти. К ним следует отнести и письменность» [3]. То есть, если встать на точку зрения Ю.М. Лотмана, изучая специфику соотношения письменности и памяти в определенной культуре, мы тем самым изучаем взаимосвязь механизмов коллективной памяти (письменности) в ее максимально экстериоризированной форме и индивидуальной памяти как определенной интериоризированной формы. Последняя сформировалась в процессе инкультурации членов данного общества через овладение ими данной коллективной формой — письменностью. С этой точки зрения, предположение о потенциальной взаимосвязи и преемственности между письменностью и памятью становится вполне правомерным.

Определенный опыт исследований взаимосвязи письма и памяти был представлен в наших предыдущих работах [4; 5]. Поскольку в этот раз мы планировали провести кросс-культурное исследование украинских и арабских (марокканских) студентов, то предварительно мы обратились к анализу арабской письменности и традиционных культурных практик арабов, которые существенно отличаются от тех, которые существуют в Украине и которые потенциально могли бы влиять на особенности запоминания и воспроизведения материала арабскими студентами. Одной из наиболее существенных особенностей арабской письменности является, как известно, левосторонняя направленность письма и чтения. Речь идет об арабской традиции читать и писать не слева направо, как в Украине, а наоборот — справа налево. Анализ соответствующей литературы показал, что проблема зависимости памяти от направления письма и чтения остается мало изученной. Однако определенные исследования в этом аспекте были проведены. Так, А. Бадарни, исследуя формирование разных видов памяти у арабских и русских детей, писал: «В дошкольном возрасте значительных отличий между арабскими и русскими детьми в направлении зрительного восприятия стимульных рядов не было. В процессе включения детей в разную, свойственную культуре, образовательную деятельность начинают проявляться четкие отличия. Все арабские дети называют стимулы в ряду справа налево, а все русские дети — слева направо, в соответствии с принятым в культуре способом письма и чтения» [1, с. 5—8].

Таким образом, невзирая на малое количество исследований, посвященных выявлению зависимости когнитивных процессов от направления письма и чтения, можно констатировать, что определенные эксперименты в этом направлении были проведены, что и дало нам основание сформулировать гипотезу о влиянии усвоенных в процессе учебы стереотипов письма и чтения на особенности запоминания материала. Мы предполагали, что студенты-украинцы будут демонстрировать более высокую эффективность запоминания стимулов, которые находятся в левой половине поля зрения, а студенты марокканцы — стимулов, расположенных справа.

Эта гипотеза в дальнейшем была дополнена другой идеей. Мы решили проверить эффективность запоминания арабами и украинцами разных видов стимуль­ного материала. Мы исходили из того, что в арабской культуре уделяется значительно большее внимание форме представления письменного текста — развито и широко распространено искусство каллиграфии с его огромным количеством техник, специальных шрифтов и т. п. — т. е. тому, на что в Украине обращают гораздо меньшее внимание. Мы допускали, что подобная арабская практика может способствовать лучшему запоминанию и воспроизведению разных невербальных пространственно-образных графических символов и геометрических фигур. С другой стороны, известно, что Коран запрещает изображение человека в любой форме, поэтому в мусульманских странах отсутствуют такие виды искусства, как, скажем, портретная живопись или памятники выдающимся личностям. Мы считали, что этот традиционный дефицит человеческих изображений тоже может влиять на запоминание, и чтобы проверить эту гипотезу в наборы разного вида стимульного материала включили изображение людей разных профессий.

Третий фактор, который анализировался в нашем исследовании, — время экспозиции стимульного материала — предположительно должен был нести вспомогательную функцию. Мы полагали, что увеличение времени экспозиции любого материала для представителей любой культуры будет иметь позитивное значение: с увеличением времени экспозиции эффективность воспроизведения будет улучшаться. С другой стороны, мы предполагали, что с уменьшением времени экспозиции материала те взаимосвязи, которые мы надеялись выявить — зависимость эффективности воспроизведения от направленности письма и от вида стимульного материала, — будут проявляться ярче.

Таким образом, цель исследования состояла в изучении эффективности воспроизведения материала у арабских и украинских студентов в зависимости: 1) от положения материала в ряду и от нахождения его в правом или левом зрительном поле; 2) от вида стимульного материала; 3) от времени его экспозиции.

Метод

В нашем исследовании приняли участие 120 студентов харьковских вузов: 60 студентов из Марокко (30 юношей и 30 девушек) в возрасте от 18 до 22 лет и 60 студентов-украинцев с теми же половозрастны­ми характеристиками. Каждая из этнокультурных групп, в свою очередь, делилась на 2 подгруппы в зависимости от времени экспозиции стимульного материала (10 или 20 секунд). Исследование проводилось в коллективном варианте — по 10 студентов в мини-группе. Языком общения был украинский/ русский для украинских студентов и французский — для студентов из Марокко.

Методический комплекс включал следующие методики: «Память на числа», «Память на образы (картинки)», «Память на геометрические фигуры», «Память на цвета», «Память на образы людей разных профессий». Во всех методиках стимульный материал представлял собой ряд из 12 клеток, в которых были изображены соответствующие стимулы. Например, стимульный ряд «Память на образы (картинки)» имел следующий вид:

Каждый из пяти видов стимульного материала проецировался на экран. Порядок предъявления стимульного материала в мини-группах варьировался. Поскольку стимульный материал с одинаковым временем экспозиции демонстрировался трем мини­группам студентов определенной национальности, то, соответственно, существовало три варианта последовательности предъявления стимульного материала. Эти три варианта для разного времени экспозиции были идентичными.

По истечении соответствующего времени — 10 или 20 секунд в зависимости от серии эксперимента — исследуемым предлагалось максимально точно и полно воссоздать на бланках ответов (5 рядов из 12 пустых клеток) то, что они запомнили. Правильное воспроизведение стимула и места его расположения оценивалось двумя баллами, если же стимул воспроизводился правильно, но место его расположения было ошибочно, результат оценивался одним баллом.

Результаты

1. Рассмотрим влияние места расположения сти­мульного материала на его запоминание и воспроизведение. Необходимые для анализа этого вопроса данные представлены в табл. 1.

Таблица 1

Результаты воспроизведения арабскими и украинскими студентами всех стимулов,
расположенных на разных местах в ряду

Анализ приведенных данных дает возможность сделать ряд выводов, а именно:

•   во-первых, эффективность воспроизведения сти­мульного материала у арабских студентов в целом существенно выше, чем у украинских. Только разница в эффективности воспроизведения материала, который занимает 2-ю, 8-ю и 9-ю позиции в ряду, не достигает статуса статистически значимой, однако даже по этому материалу общая тенденция является вполне очевидной;

•  во-вторых, на эффективность запоминания влияет место расположения материала в предложенной матрице: в обеих группах лучше всего воспроизводятся стимулы, которые занимают крайнее левое положение в стимульном ряду, при том, что каждый последующий элемент стимульного ряда воспроизводится все хуже, и так до 9-й позиции, после чего в обеих группах начинает проявляться противоположная тенденция — с 10-й до 12-й позиции качество воспроизведения постепенно улучшается. Можно предположить, что эта тенденция связана с действием двух факторов, а именно: с одной стороны, с тем, что большинство испытуемых начинали восприятие материала с левой части ряда, т. е. таким способом, как привыкли читать любой текст, а с другой — с действием эффекта края, поэтому конечные позиции — 11-я и 12-я — запоминались в обеих культурных группах относительно лучше.

Обсуждая общую для всех студентов тенденцию, которая была только что описана, необходимо обратить внимание на тот факт, что не только украинские студенты (что ожидалось), но и арабские (что не ожидалось) существенно лучше запоминают стимулы, которые находятся в левом зрительном поле. На наш взгляд, это связано с тем, что наши иностранные исследуемые были из Марокко. В Марокко дети в школе изучают два официальных языка — традиционный арабский и в обязательном порядке французский — язык страны, колонией которого Марокко было долгое время. Поэтому реально все марокканцы являются в той или иной мере билингвами, а значит, и проследить в чистом виде влияние традиционного арабского письма и чтения на запоминание на этой группе сложно.

Вместе с тем, обратим внимание на те места в ряду, по которым разница в эффективности воспроизведения материала между арабскими и украинскими студентами достигает максимальных значений — это крайние правые позиции, 11-я и 12-я. Именно этот материал студенты арабы запоминают несравненно лучше, чем украинцы, что, на наш взгляд, трудно объяснить чем-то другим, чем правосторонней направленностью их традиционного письма и, соответственно, первоочередным восприятием именно этого материала. То есть этот факт подтверждает основную гипотезу данного исследования.

Еще одним ее подтверждением являются особенности запоминания арабскими студентами графических образов (разнообразных геометрических фигур и линий): когда арабские студенты запоминали графические образы, они действительно начинали существенно лучше воспроизводить те фигуры, которые расположены в правой половине зрительного поля, по сравнению с теми, которые находились в левой половине зрительного поля. Одним из доказательств последнего выступают следующие данные. Если сравнить эффективность воспроизведения студентами из Марокко первого и последнего стимула в ряду образов-картинок, то их усредненное соотношение будет равно 1,65 к 1,15, а эффективность воспроизведения человеческих образов — 1,13 к 0,43. Из этих данных следует, что первый стимул, как находящийся в левой половине зрительного поля, воспроизводится го­
раздо лучше, чем последний, находящийся в правой половине зрительного поля. Однако ситуация принципиально меняется при запоминании арабскими студентами графических образов. Здесь аналогичное соотношение составляет 1,10 к 1,47, т. е., как мы видим, при воспроизведении графических символов лучше воспроизводится последний символ, находящийся в правой половине зрительного поля. Можно предположить, что именно графический материал, похожий на традиционный арабский алфавит — арабскую вязь, больше, чем какой-либо другой, актуализирует у марокканских студентов и традиционный способ чтения арабами — справа налево, что и способствует лучшему воспроизведению фигур, расположенных справа.

2.  Рассмотрим теперь влияние вида стимульно­го материала на его запоминание. Необходимые для анализа данные представлены в табл. 2.

Таблица 2

Эффективность воспроизведения разных видов стимульного материала украинскими
и марокканскими студентами

Приведенные в таблице данные свидетельствуют о том, что в запоминании разного стимульного материала украинскими и марокканскими студентами проявляются как общие черты, так и отличные. Если говорить об общих чертах, то надо отметить, что обе группы студентов лучше всего воспроизводят названия цветов. Это может объясняться как тем, что запоминание цветов для данных групп студентов действительно является более легким заданием, так и другим моментом. Не исключено, что поскольку потенциально возможный перечень названий цветов существенно более ограничен, чем потенциально возможный набор всех других стимулов, некоторые исследуемые не столько запоминали, сколько просто перечисляли все знакомые им названия цветов, хотя внешне и создавалось впечатление, что они их действительно помнят. Какое из этих двух объяснений действительно верное, в пределах данного эксперимента проверить было невозможно.

Если обратить внимание на различия, то приведенные в последней строке данные еще раз подтверждают сделанный раньше вывод о том, что арабские студенты в целом запоминают и воспроизводят материал намного лучше, чем украинские студенты. Эта закономерность касается всех видов стимуль­ного материала, за исключением запоминания людей разных профессий. В последнем случае, как мы и прогнозировали, эффективность воспроизведения украинцами была статистически значимо более высокой. Арабские студенты хуже всего запоминают изображения людей, а украинские, как мы и предполагали — графический материал. В обоих случаях, на наш взгляд, это связано с традиционными культурными практиками и видами деятельности.

3.  Мы предполагали, что увеличение времени экспозиции с 10 до 20 секунд приведет к более эффективному запоминанию любого стимульного материала. Однако полученные в эксперименте результаты показали, что эффективность запоминания всеми исследуемыми всего материала при разном времени экспозиции не имеет статистически значимых различий (табл. 3).

Таблица 3

Сравнительный анализ эффективности воспроизведения материала с разным временем его экспозиции
всеми испытуемыми и отдельно по группам

Анализ влияния времени экспозиции на воспроизведение разных видов стимульного материала показывает, что время экспозиции положительно влияет лишь на эффективность запоминания цветов: для всех исследуемых, как и для отдельных подгрупп, с увеличением времени предъявления такого материала, как «цвета», эффективность его воспроизведения статистически значимо улучшается. Для всех других видов стимульного материала статистически значимых различий в эффективности его воспроизведения при разном времени экспозиции нет.

Однако если проанализировать эти же данные с учетом национальной принадлежности наших респондентов, то получаемые выводы будут достаточно неожиданными. Из таблицы следует, что украинские студенты, как мы и прогнозировали, демонстрируют позитивное влияние времени экспозиции на эффективность воспроизведения материала. Эта тенденция наблюдается для всех видов стимулов, и только для графического материала она не является статистически значимой. Поэтому и обобщенная картина у украинцев — позитивное влияние времени на запоминание материала в целом, без распределения на отдельные разновидности — наглядно демонстрирует ту же закономерность.

Существенно другая картина наблюдается у марокканских студентов. У них вышеупомянутая закономерность наблюдается, как уже отмечалось, только при воспроизведении цветов. Во всех иных случаях мы видим противоположную тенденцию — с увеличением времени экспозиции эффективность воспроизведения материала значимо ухудшается. Наиболее выразительно эта тенденция проявляется при запоминании цифр: в случае предъявления данного материала различия в эффективности воспроизведения при разном времени его экспозиции максимальны.

Чем можно объяснить этот феномен и это отличие между украинскими и марокканскими студентами? Одно из возможных объяснений заключается в том, что арабские студенты пользуются при запоминании несколько иными механизмами. Можно предполагать, что украинские студенты при запоминании перекодируют материал в вербальную форму и уже в таком виде хранят в памяти. Поскольку данная операция требует и дополнительного времени, эффективность запоминания с увеличением времени, естественно, только улучшается. В отличие от них марокканские студенты при запоминании тех видов стимульного материала, где это возможно, не применяют этой вспомогательной операции перекодирования, вербализации, они запоминают и хранят материал непосредственно в той исходной форме, в которой они его воспринимали. Поэтому увеличение времени экспозиции им только мешает, поскольку не дает никаких дополнительных преимуществ, а наоборот, включает процессы забывания, что, соответственно, только ухудшает воспроизведение материала. Один из аргументов в пользу этого предположения — способ воспроизведения картинок обеими подгруппами наших исследуемых: если украинские студенты, воспроизводя картинки, всегда вписывали в соответствующие клеточки бланка названия воспринятых предметов или существ, то арабские студенты часто зарисовывали их изображение, не используя вербальную форму (чего никогда не делали украинцы). В том же случае, когда без вербализации воспроизведение было невозможным (как в случае с запоминанием цветов), арабские студенты переходили на тот же способ запоминания, что и украинцы, и тогда никакой разницы в демонстрации тенденции влияния времени экспозиции на воспроизведение между представителями двух разных культурных групп не было.

Выводы

1.  В проведенном кросс-культурном исследовании выявлены определенные общие черты в запоминании у украинских и арабских студентов.

•   Показано, что на эффективность запоминания как у украинских, так и у арабских студентов влияет место расположения материала в предложенной матрице: как правило, лучше всего воспроизводятся стимулы, которые занимают крайнее левое положение в стимульном ряду, при том, что каждый следующий элемент стимульного ряда воспроизводится все хуже, и так до 9-й позиции из 12-элементного ряда, после чего начинает проявляться противоположная тенденция — с 10-й до 12-й позиции качество воспроизведения постепенно улучшается. Исследование эффективности запоминания материала, расположенного в левом и правом зрительном поле, показало, что обе этнических группы лучше воссоздавали материал, расположенный в левой половине зрительного поля.

•  Как для украинских, так и для арабских студентов зафиксировано одинаковое влияние стимульного материала на эффективность запоминания: для всех испытуемых характерно наилучшее воспроизведение цветовых образов.

•   Для обеих культурных групп доказано позитивное влияние времени экспозиции для такого сти­мульного материала, как цвет: с увеличением времени экспозиции эффективность его воспроизведения улучшалась.

2.  Сравнительный анализ запоминания украинскими и арабскими студентами выявил и определенные оразличия.

— Арабские студенты в целом воспроизводят материал лучше, чем украинские. Арабские студенты статистически лучше, чем украинские, запоминали материал, расположенный как в правой половине зрительного поля, так и в левой. Однако разница между украинскими и арабскими студентами особенно заметна при запоминании материала, расположенного в правой половине зрительного поля. Если эффективность воспроизведения арабскими студентами материала, который расположен в левой части зрительного поля, превышает эффективность воспроизведения украинцами на 15%, то эффективность воспроизведения арабскими студентами материала, который расположен в правой части зрительного поля, превышает эффективность воспроизведения украинцами вдвое. На наш взгляд, это различие обусловлено отличиями в навыках чтения и письма у представителей этих культур. Для украинских студентов характерным является исключительно правосторонний способ письма и чтения. Марокканские студенты являются носителями как традиционного левостороннего арабского способа чтения и письма, так и широко распространенного у них правостороннего французского способа письма и чтения, что, очевидно, и объясняет указанные различия. Возможно также, что именно сочетание в марокканской культуре практики чтения и письма двумя разными способами — левосторонним и правосторонним — обусловливает и более высокую эффективность запоминания ими стимульного материала.

— Арабские студенты намного лучше, чем украинские, запоминают все виды стимульного материала за исключением изображений людей, которые существенно лучше воспроизводят украинцы. Логично допустить, что последнее отличие связано с отсутствием в арабской культуре традиции изображать людей и, соответственно, с отсутствием практики восприятия и запоминания подобных стимулов у марокканцев.

— Наибольшие отличия в запоминании разных видов стимульного материала представителями исследуемых культурных групп касаются графического материала и геометрических фигур: арабские студенты воспроизводят их почти вдвое лучше, чем украинцы. Доказано, что арабские студенты по сравнению с украинцами лучше запоминают и воспроизводят любые фигуры, где бы они ни располагались, но в рамках данного исследования наиболее интересно то, что они значимо лучше воспроизводят фигуры, расположенные в правой половине зрительного поля, чем в левой. Можно допустить, что лучшее воспроизведение арабскими студентами графического материала связано с тем, что он напоминает им традиционный арабский алфавит, а также разные стили и шрифты каллиграфического искусства, в то время как украинские студенты ни с чем подобным в процессе своей жизни и учебы не сталкиваются. Логично допустить также, что именно графический материал, похожий на арабский алфавит больше, чем какой-либо иной, актуализирует у марокканских студентов и традиционный способ чтения арабами — справа налево, что и способствует лучшему воспроизведению фигур, расположенных справа.

— Время экспозиции по-разному влияет на эффективность воспроизведения материала украинскими и арабскими студентами. При увеличении времени экспозиции украинские студенты значимо лучше воспроизводят все виды стимульного материала кроме геометрических фигур. Для арабских студентов увеличение времени экспозиции положительно влияет только на запоминание цветов, в то время как для всех других видов материала ухудшает его воспроизведение. Можно допустить, что это отличие обусловлено разными привычными механизмами запоминания: более непосредственными, образными у марокканцев и более опосредствованными, нуждающимися в перекодировании в вербальную форму, — у украинцев.

Литература

  1. Бадарни А. Нейропсихологическая диагностика формирования памяти у младших школьников: Кросс- культурное исследование: автореф. дисс. ... канд. психол. наук. М., 2003. 28 с.
  2. Коул М. Культурно-историческая психология: наука будущого: пер. с англ. М.: Когито-Центр, 1997. 432 с.
  3. Лотман Ю.М. Несколько мыслей о типологии культур // Языки культуры и проблемы переводимости / Под ред. Б.А. Успенского. М.: Наука, 1987. С. 5—37.
  4. Павленко В.Н., Быстров К.А. Кросс-культурное исследование функциональных асимметрий у китайских и украинских студентов // Вісник ХНУ ім. В.Н. Каразіна. 2012. Вип. 49. С. 275—279.
  5. Павленко В.М., Попов Д.С. Крос-культурне дослідження пам’яті у марокканських та українських студентів // Історична психологія та мультикультурність / Під ред. Яремчук О.В. Одеса: Вид-во ОНУ, 2015. С. 151—162.
  6. Scribner S., Cole M. The Psychology of Literacy. Cambridge (Mass.): Harvard University Press, 1981. 275 с.

Информация об авторах

Павленко Валентина Николаевна, кандидат психологических наук, доцент, доцент кафедры прикладной психологии факультета психологии, Харьковский национальный университет имени В.Н. Каразина, Харьков, Украина, ORCID: https://orcid.org/0000-0003-4947-3995, e-mail: vnp49@ukr.net

Метрики

Просмотров

Всего: 2818
В прошлом месяце: 21
В текущем месяце: 7

Скачиваний

Всего: 1217
В прошлом месяце: 7
В текущем месяце: 1