Психология дорожного стресса и агрессивного поведения в современных зарубежных исследованиях

553

Аннотация

Статья посвящена анализу зарубежных психологических подходов к феноменологии дорожного стресса и агрессивного поведения. Обсуждается психологическая сущность понятий «дорожный стресс», «дорожный гнев/ярость». Опасное вождение рассматривается в неразрывной взаимосвязи с дорожным стрессом. Агрессия при управлении транспортным средством позиционируется как личностная характеристика и как стрессовая реакция на сложившуюся дорожную ситуацию. Исследуются точки зрения зарубежных специалистов на психологические причины, обусловливающие существование дорожного стресса в форме гнева. Систематизированы подходы к профилактике дорожного стресса. Материал статьи позволяет повысить психологическую культуру водителей, а также выступает информационно-аналитической базой для проведения научных исследований в области психологии безопасности дорожного движения, разработки прикладных вопросов преодоления стресса и агрессии при управлении транспортным средством.

Общая информация

Ключевые слова: дорожный стресс, дорожный гнев, психоэмоциональное состояние водителя, агрессивное вождение, агрессия на дороге, опасное вождение, управление транспортным средством, безопасность дорожного движения

Рубрика издания: Социальная психология

Тип материала: обзорная статья

DOI: https://doi.org/10.17759/jmfp.2020090102

Для цитаты: Петров В.Е., Кокурин А.В., Назарова А.Ю. Психология дорожного стресса и агрессивного поведения в современных зарубежных исследованиях [Электронный ресурс] // Современная зарубежная психология. 2020. Том 9. № 1. С. 22–28. DOI: 10.17759/jmfp.2020090102

Полный текст

 

 

 

Актуальнейшей проблемой современного общества, активно использующего транспортные средства в личных, социальных, коммерческих, оборонных и иных целях, является обеспечение безопасности дорожного движения. Представители различных отраслей наук (юридических, технических, педагогических, медицинских, социальных, психологических и др.) и практики активно предлагают меры, направленные на поддержание порядка на дорогах, сохранение жизни и здоровья участников дорожного движения, преодоление опасного вождения, дисциплинирование водителей. К решению этих и многих иных вопросов привлекаются достижения практической психологии. Принимая во внимание особую значимость проблемы обеспечения безопасности дорожного движения, а также богатый опыт научных исследований, накопленный в зарубежной психологии, нами был проведен анализ соответствующих психологических подходов к феноменологии дорожного стресса и агрессивного поведения.

Установлено, что психологическая проблематика опасного вождения тесно связана с рядом понятий, в первую очередь, с «опасным управлением транспортным средством», «агрессивным вождением», «дорожным стрессом», «дорожным гневом», «дорожной яростью».

В зарубежной науке и практике (К.С. Дюла и др. [8; 9]; М.Дж. Салман и др. [20; 21; 22]) для идентификации степени опасности управления транспортным средством активно применяются понятия «dangerous driving» (опасное вождение) и «careless driving» (невнимательная, непредумышленная или неосторожная езда). В терминологический (юридический) оборот в России аналогичное понятие — «опасное вождение» — было введено лишь в 2016 году (Постановление Правительства Российской Федерации от 30.05.2016 № 477 «О внесении изменения в Правила дорожного движения Российской Федерации»). Следует отметить, что и в отечественной, и в зарубежной психологии опасное управление транспортным средством связывается с дорожным стрессом как одной их характеристик психоэмоционального состояния водителей (Л. Шамоа-Нир и М. Козловский [19]; А.Х. Тейлор и др. [23]). Ведущими психологическими проявлениями дорожного стресса являются гнев, ярость, фрустрация. Психологическая обусловленность агрессии «дорожным гневом/яростью» представлены в трудах А.Х. Тейлор, Л. Дорн [23], К.С. Дюла и др. [8; 9], «фрустрацией» — в исследованиях С. Кайзер и др. [13], Ф.Л. Филипп и др. [15]. Именно эти феномены зачастую становятся предметом зарубежных научных исследований.

Феноменология «дорожный гнев», «дорожная ярость» («road rage») как неуважительное отношение водителей к иным участникам дорожного движения берет начало с 90-х годов ХХ века. В известных Голливудских фильмах «Крестный отец», «Бонни и Клайд», «Криминальное чтиво» и др. демонстрировались сюжеты лихачества и агрессии при управлении транспортным средством. Активное общественное обсуждение поведения экранных персонажей ввело в лексический оборот США и ряда европейских государств понятие «дорожный гнев». Данный феномен носит популярный характер, указывая на особенности поведения водителя за рулем. Однако по причине неточности юридического определения в сфере права за рубежом заявленное понятие используется с существенными ограничениями, что показано в исследовании Р.Ф. Блумквист [2]. Полемизируя с юристами и обывателями, К.С. Дюла и Э.С. Геллер [9] рекомендуют отказаться от использования термина «дорожный гнев» из-за его популистской направленности и правовой несостоятельности. Авторы указывают на необходимость сосредоточиться на бихевиористских характеристиках опасного вождения и таких его проявлениях как намеренные акты агрессии по отношению к другим участникам дорожного движения, негативные эмоции за рулем, склонность рискованному поведению. Считается, что негативное отношение психологов к феноменологии дорожного гнева обусловлено понятием «цивилизованности» общества и личности (Д. Люптон [14]), мерой свободы и ответственности в поведении.

Несмотря на вполне обоснованную критику применения понятия «дорожный гнев/ярость», в публикациях зарубежных специалистов оно используется достаточно часто, в отличие, например, от отечественной психологической науки и практики.

Как показал проведенный нами анализ литературы, зарубежные исследователи психологических проблем обеспечения безопасности дорожного движения делают акцент на личностных предикторах управления транспортным средством в агрессивном стиле. Так, комментируя результаты научного исследования Д. Деффенбахера, М. Диттман [7], указывает на следующие негативные характеристики проблемных водителей: враждебный настрой по отношению к иным участникам дорожного движения, агрессивность, тревожность, импульсивность. Обосновывается психологический механизм агрессии на дороге как проявление мгновенной и неконтролируемой реакции человека на триггеры дорожной ситуации, что вызывает чувство фрустрации, а соответственно, провоцирует агрессивное поведение за рулем. Водителям с опасным стилем управления транспортным средством, по мнению Э.Р. Дален, Р.П. Уайт [6], характерны личностная склонность к гневу и «погоня» за острыми ощущениями.

Многими исследователями агрессия при управлении транспортным средством представляется как специфическая стрессовая реакция, производная от психоэмоционального состояния, в результате существования которой развивается девиантность поведения водителя. Так, в исследовании 226 водителей Л. Шамоа-Нир и М. Козловский [19] приходят к выводу, что и «агрессивное вождение», и «дорожный гнев» напрямую определяются уровнем наличествующего у водителя стресса. Однако если первый феномен позиционируется как поведение, направленное на разрешение каких-либо частных (стрессирующих) проблем на дороге, то второй феномен выступает проявлением враждебности как средства снятия стресса, проявления ненависти, враждебности или злости по отношению к иным участникам дорожного движения. Между тем, в работах отмечается [19; 21; 23 и др.], что стрессовые состояния хотя и могут провоцировать совершение дорожно-транспортных происшествий, но прямой взаимосвязи между стрессом и опасным вождением не установлено.

Схожей точки зрения на агрессию как проявления дорожного стресса придерживаются А.Х. Тейлор, Л. Дорн [23], дополняя вышеуказанный подход влиянием (негативным развитием) когнитивных процессов (в первую очередь, вследствие снижения концентрации внимания и критичности оценки дорожной ситуации), а также М.Дж. Салман [21], К.С. Дюла и М.Е. Баллард [8], указывая на поло-возрастную инва- риативность стиля управления транспортным средством в состоянии стресса (при этом авторы отмечают, что водители-женщины и пожилые водители имеют некоторую склонность к конструктивным попыткам справиться со стрессом или гневом).

Перспективным направлением в исследовании склонности водителей к агрессивному вождению является разработка методов их вероятностной оценки и прогнозирования. К.С. Дюла и его последователи активно апробируют так называемый Индекс опасного вождения Dula — DDDI (The Dula Dangerous Driving Index). С помощью данного оценочного инструмента К.С. Дюла и М.Е. Баллард [8] подтверждается, что водители с высоким уровнем личностного гнева, злости и агрессии демонстрируют большую опасность при управлении транспортным средством. Несколько иного подхода придерживаются Ш. Мина, Р. Верма, Я.Р.С. Балхара, Ш-Уль-Хасан [17], настаивая на необходимости использования сети Internet для проведения онлайн-опросов по проблемам агрессии за рулем (в т.ч. генерализации и проявлений дорожного гнева).

Активно разрабатываются внешнедиагностические признаки дорожной агрессии и выражения гнева на дороге, которые в понятийном обороте объединяются специальным термином — DAX (Driving Anger Expression Inventory). В исследовании К. Вейна и др. [11] применялись опросник «Шкала гнева за рулем» — DAS (The Driving Anger Scale) и методика оценки дорожного гнева — DAX (перечень выражений дорожного гнева). Показано, что негативные эмоции (в т.ч. гнев) возникали в стрессовых ситуациях, связанных с продолжительным и значимым нарушением скоростного режима. Одновременно ученые подтвердили тот факт, что отмеченный выше инструментарий может успешно использоваться в работе с водителями. Подтверждение хороших психометрических характеристик DAX находим в работе А.Н. Стивенс и М.Дж. Салман [20]. Отмечается, что водителям с опасным стилем вождения свойственны: персонифицированное физическое и вербальное проявление агрессии, а также использование автомобиля как средства выражения гнева. Схожие сведения присутствуют в работе М.Дж. Салман, Дж. Паксон и А.Н. Стивенс [22]. При этом авторами делается частный, но принципиально важный вывод о том, что женские черты характера, не тождественные полу, индикатируют склонность успешно адаптироваться в постоянно меняющихся дорожных ситуациях (т.н. конструктивное дорожное поведение), а маскулинность связывается со склонностью к вербальному выражению гнева и агрессии. Укажем, что гендерная проблематика агрессии за рулем активно дискутируется в научной среде (Э. Бердулат и др. [1]; А.М. Брюэр [3]).

Оценка иными участниками дорожного движения агрессивности управления автотранспортом может проводиться с помощью опросника «Шкала восприятия агрессивного вождения» — PAD (Perception of aggressive driving Scale). В исследовании Ф. Алонсо и др. [4] приводится опыт успешного применения указанной методики. По мнению авторов, восприятие агрессивных действий зависит от идентификации с водителем и дорожной ситуацией, а также от его личностных характеристик (в т.ч. харизмы, привлекательности, социального статуса и т.п.).

Выделяются психологические предпосылки агрессивного управления транспортным средством. Так, Э.   Бердулат, Д. Вавассори, М.Т. Муньос-Састре [1] считают, что с опасным вождением интегрируются три предиктора — личностная агрессивность, дорожный гнев и импульсивность. К неординарной можно отнести точку зрения С. Кайзер, Г. Фуриан и Ч. Шлембах [13] на детерминацию дорожной агрессии, а именно — агрессивное поведение водителей объясняется их высокой эмоциональной сдержанностью и служит оправданием собственной агрессии на дорогах. На неспецифические психологические факторы детерминации агрессивного стиля вождения указывают А. Сансоне и Л. Сансоне [18], выделяя смещено-проективную агрессию, психические нарушения, вызванные употреблением алкоголя (наркотиков или иных психотропных средств, препаратов), диссоциальные расстройства личности.

Взаимоотношению между страстью как характеристикой личности и агрессивным вождением посвятили свое исследование Ф.Л. Филипп и др. [15]. По результатам сравнительного анализа показано, что обсессив­ная страсть к вождению ассоциируется с агрессивным поведением, в то время как сбалансированная страсть с ним не связана. Показатели перечня DAX коррелируют на трех уровнях (сферах): 1) в повседневной жизни водителей, 2) в недавно имевших место реальных случаях поведения за рулем, 3) в лабораторных условиях, воспроизводящих фрустрирующую дорожную обстановку. Авторами делается вывод, что гнев служит медиатором между обсессивной страстью и агрессивным поведением за рулем, что проявляется как в само- оценочных показателях, так и в демонстрируемом поведении при управлении транспортным средством (определяется объективными средствами фото- и видео- фиксации).

На основе исследования мнений 77 мотоциклистов г. Сиднея Д. Люптон [14] резюмируют, что дорожный гнев является специфической реакцией водителей на стрессогенность управления транспортным средством в городе из-за перегруженности дорожной сети, а также результатом влияния таких организационных факторов как высокая рабочая нагрузка водителей и дефицит времени (оперативность доставки товара, клиента и т.п.). В публикациях иных зарубежных специалистов также акцентируется внимание на агрессии как на реакции некоторые схожие факторы внешней среды: запредельный дорожный трафик и пройденный дневной километраж (А. Сансоне, Л. Сансоне [18]; Р.Г. Смарт и др. [16]).

Агрессивное управление транспортным средством связывается личностной невнимательностью и недисциплинированностью водителей. Рассмотрев случаи превышения скоростного режима, нарушения движения на регулируемых перекрестках и несоблюдение требований дорожных знаков, С.М. Фахри и К. Салаита [12] подтвердили взаимосвязь легкомысленности мотоциклистов (не учета динамики развития дорожной ситуации) и опасного вождения.

Детерминирующие гнев на дороге факторы изучались Р.Л. Дюкс и др. [10]. Оценивалось соотношение психических состояний-триггеров и триггеров-характеристик водителей. В ходе эксперимента 144 водителям было предложено два сценария управления транспортным средством: движение на дорогах с плотным трафиком (пассивная агрессия) и инициативное опасное или неосторожное вождение (активная агрессия). При реализации каждого из сценариев измерялся уровень испытываемой агрессии, желания навредить другим водителям и намерение сообщить полиции об © 2020 ФГБОУ ВО МГППУ «Московский государственный психолого-педагогический университет» инциденте. Результаты исследования показали, что большую ярость (гнев) демонстрировали водители с активной агрессией. При этом иные характеристики водителей и дорожной ситуации (пол, возраст, пользование телефоном за рулем и т.п.) существенного влияния на выбор стиля управления транспортным средством не оказывали.

Применяя термин «виктимизация поведения на дороге», Р.Г. Смарт и др. [16] доказывают, что водители машин с более высокими техническими характеристиками автомобилей (мощность двигателя, предельная скорость и др.) проявляют дорожную агрессию чаще потому, что они испытывают фрустрацию от невозможности использовать весь потенциал своего транспортного средства на дорогах с плотным трафиком движения.

К сожалению, в настоящее время потенциальные факторы различной этиологии, определяющие дорожный гнев, в исчерпывающей степени неизвестны (А.М. Брюэр [3]), однако, даже имеющиеся в психологической науке и практике представления позволяют наметить некоторые, разной степени результативности профилактические меры.

В зарубежном информационном пространстве активно обсуждаются меры, направленные на профилактику проявления агрессии при управлении транспортным средством. К реализации предлагаются как организационные, непсихологические, так и психологические мероприятия.

Психологический подход. Среди психопрофилакти­ческих подходов особо выделяется помощь водителям в снятии стресса, управлении гневом, освоении приемов и навыков саморегуляции. Например, М. Диттман [7] предлагает две техники: релаксация (снижение уровня проявлений дорожной агрессии) и изменение мысленных установок (переосмысление негативных ситуаций). Для определения мер борьбы с агрессией на дорогах С. Кайзер, Г. Фуриан, Ч. Шлембах [13] ориентируются на концепцию фундаментальной ошибки атрибуции. Ряд специалистов указывают на значимость проведения мероприятий по превентивной психологической оценке личностных особенностей водителей, в т.ч. в части проявления агрессии при управлении транспортным средством (К.С. Дюла и др. [8; 9], К. Вейна и др. [11]).

Непсихологический подход. Принципиальную позицию занимают А. Сансоне, Л. Сансоне [18], которые считают, что следует лечить или не допускать к управлению транспортным средством водителей с диссоциаль- ным расстройством личности или имеющих нарушения психики, вызванные употреблением алкоголя (наркотиков или иных психотропных средств, препаратов). Следует отметить, что подобная ситуация в России практически исключена процедурой периодического медицинского освидетельствования в соответствующих наркологических и психиатрических диспансерах.

Д. Кримминс, Ч. Каллахан [5] уделяют внимание мерам совершенствования социальной рекламы как средству повышения безопасности на дорогах. Именно неправильная (попустительская) и необъективная позиция рекламного сообщества определяют правосознание участников дорожного движения, т. е. понимание феноменологии дорожного гнева, грубого и опасного проявления агрессии на дорогах. По мнению ученых, социальная реклама должна быть превентивной, действенной и учитывающей ее направленность.

Организационный подход. Уникальным можно считать подход Р. Парсонс и др. [24], ориентированный на работу с визуальными образами — пейзажами, природными ландшафтами и экологией. Исследователями показано, что загрязненный дорожный ландшафт и непривлекательный вид из окна автомобиля повышает физические показатели стресса (давление и кожно­гальваническую реакцию), что отрицательно влияет на психосоматическую (электромиографическую) активность. Авторы предлагают использовать результаты научного (лабораторного) исследования для оптимизации городского пространства, улично-дорожной сети.

Таким образом, проведя анализ зарубежных подходов к феноменологии дорожного стресса и агрессивного управления транспортным средством, можно сделать следующие выводы.

1.    В зарубежных психологических исследованиях существует вариативность категориального аппарата, описывающего опасное вождение, например, «агрессивное вождение», «опасное управление транспортным средством», «дорожный стресс», «дорожный гнев», «дорожная ярость». По своей сути они различаются, а также не всегда совпадают с понятиями, применяемыми в России.

2.    Актуальными направлениями психологии обеспечения безопасности дорожного движения являются: разработка понятийно-категориального аппарата «дорожной психологии», исследование психологических причин возникновения дорожного стресса и агрессивного поведения участников дорожного движения; разработка и апробация психологических методик оценки склонности водителей к агрессивному вождению, уточнение мер профилактики агрессивного вождения.

Изучение зарубежного опыта позволяет расширить информационно-аналитическую базу для проведения научных исследований в области психологии безопасности дорожного движения, а также совершенствовать прикладные разработки, направленные на диагностику склонности водителей к опасному вождению, на профилактику стрессового воздействия дорожной обстановки на водителей, коррекции стиля управления транспортным средством.

 

 

Литература

  1. Berdoulat E., Vavassori D., Muñoz-Sastre M.T. Driving anger, emotional and instrumental aggressiveness, and impulsiveness in the prediction of aggressive and transgressive driving // Accident Analysis & Prevention. 2013. Vol. 50. P. 758–767. DOI:10.1016/j.aap.2012.06.029
  2. Blomquist R.F. American «Road Rage»: A Scary and Tangled Cultural-Legal Pastiche [Электронный ресурс] // Nebraska Law Review. 2001. Vol. 80. № 1. P. 17–63. URL: https://digitalcommons.unl.edu/nlr/vol80/iss1/3/ (дата обращения: 30.01.2020).
  3. Brewer A.M. Road rage: What, who, when, where and how? // Transport Reviews. 2000. Vol. 20. P. 49–64. DOI:10.1080/014416400295338
  4. Conceptualization of aggressive driving behaviors through a Perception of aggressive driving scale (PAD) / F. Alonso [et al.] // Transportation Research Part F: Traffic Psychology and Behaviour. 2019. Vol. 60. P. 415–426. DOI:10.1016/j.trf.2018.10.032
  5. Crimmins J., Callahan Ch. Reducing Road Rage: The Role of Target Insight in Advertising for Social Change // Journal of Advertising Research. 2003. Vol. 43. № 4. P. 381–389. DOI:10.1017/S002184990303040X
  6. Dahlen E.R., White R.P. The Big Five factors, sensation seeking, and driving anger in the prediction of unsafe driving // Personality and Individual Differences. 2006. Vol. 41. № 5. P. 903–915. DOI:10.1016/j.paid.2006.03.016
  7. Dittmann M. Anger on the road [Электронный ресурс] // Monitor on Psychology. 2005. Vol. 36. № 7. P. 26. URL: http://www.apa.org/monitor/jun05/anger (дата обращения: 30.01.2020).
  8. Dula C.S., Ballard M.E. Development and evaluation of a measure of dangerous, aggressive, negative emotional, and risky driving // Journal of Applied Social Psychology. 2003. Vol. 33. № 2. P. 263–282. DOI:10.1111/j.1559-1816.2003.tb01896.x
  9. Dula C.S., Geller E.S. Risky, aggressive, or emotional driving: addressing the need for consistent communication in research // Journal of Safety Research. 2003. Vol. 34. № 5. P. 559–566. DOI:10.1016/j.jsr.2003.03.004
  10. Effects of aggressive driving and driver characteristics on road rage / R.L. Dukes [et al.] // The Social Science Journal. 2001. Vol. 38. № 2. P. 323–331. DOI:10.1016/S0362-3319(01)00117-3
  11. Expressing Anger Is More Dangerous than Feeling Angry when Driving / Q. Weina [et al.] // PLoS One. 2016. Vol. 11. № 6. DOI:10.1371/journal.pone.0156948
  12. Fakhry S.M., Salaita K. Aggressive driving: a preliminary analysis of a serious threat to motorists in a large metropolitan area [Электронный ресурс] // The Journal of Trauma. 2002. Vol. 52. № 2. P. 217–223. URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/11834978 (дата обращения: 30.01.2020).
  13. Kaiser S., Furian G., Schlembach Ch. Aggressive Behaviour in Road Traffic – Findings from Austria // Transportation Research Procedia. 2016. Vol. 14. P. 4384–4392. DOI:10.1016/j.trpro.2016.05.360
  14. Lupton D. Road rage: drivers' understandings and experiences // Journal of Sociology. 2002. Vol. 38. № 3. P. 275–290. DOI:10.1177/144078302128756660
  15. Passion for Driving and Aggressive Driving Behavior: A Look at Their Relationship / F.L. Philippe [et al.] // Journal of Applied Social Psychology. 2009. Vol. 39. № 12. P. 3020–3043. DOI:10.1111/j.1559-1816.2009.00559.x
  16. Road Rage Experience and Behavior: Vehicle, Exposure, and Driver Factors / R.G. Smart [et al.] // Traffic Injury Prevention. 2004. Vol. 5. № 4. P. 343–348. DOI:10.1080/15389580490509482
  17. Road Rage: Prevalence Pattern and Web Based Survey Feasibility / Sh. Mina [et al.] // Psychiatry Journal. 2014. Vol. 2014. Article ID 897493. 7 p. DOI:10.1155/2014/897493
  18. Sansone R.A., Sansone L.A. Road Rage: What’s Driving It? // Psychiatry (Edgmont). 2010. Vol. 7. № 7. P. 14–18. URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2922361/ (дата обращения: 30.01.2020).
  19. Shamoa-Nir L., Koslowsky M. Aggression on the Road as a Function of Stress, Coping Strategies and Driver Style // Psychology. 2010. Vol. 1. № 1. P. 35–44. DOI:10.4236/psych.2010.11006
  20. Stephens A.N., Sullman M.J.M. Development of a short form of the driving anger expression inventory // Accident Analysis & Prevention. 2014. Vol. 72. P. 169–176. DOI:10.1016/j.aap.2014.06.021
  21. Sullman M.J.M. The expression of anger on the road // Safety Science. 2015. Vol. 72. P. 153–159. DOI:10.1016/j.ssci.2014.08.013
  22. Sullman M.J.M., Paxion J., Stephens A.N. Gender roles, sex and the expression of driving anger // Accident Analysis & Prevention. 2017. Vol. 106. P. 23–30. DOI:10.1016/j.aap.2017.05.016
  23. Taylor A.H., Dorn L. Stress, Fatigue, Health, and Risk of Road Traffic Accidents Among Professional Drivers: The Contribution of Physical Inactivity // Annual Review of Public Health. 2006. Vol. 27. № 1. P. 371–391. DOI:10.1146/annurev.publhealth.27.021405.102117
  24. The View from the Road: Implications for Stress Recovery and Immunization [Электронный ресурс] / R. Parsons [et al.] // Journal of Environmental Psychology. 1998. Vol. 18. № 2. P. 113–139. URL: https://hortsciences.tamu.edu/syllabi/435/Articles/parsons.pdf (дата обращения: 30.01.2020).

Информация об авторах

Петров Владислав Евгеньевич, кандидат психологических наук, доцент, доцент кафедры научных основ экстремальной психологии факультета экстремальной психологии, Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0001-7854-4807, e-mail: v.e.petrov@yandex.ru

Кокурин Алексей Владимирович, кандидат психологических наук, доцент, профессор кафедры научных основ экстремальной психологии, факультет экстремальной психологии, Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ), Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0003-0454-1691, e-mail: kokurin1@bk.ru

Назарова Александра Юрьевна, ассистент кафедры индоевропейских и восточных языков лингвистического факультета, ОУ ВО МГОУ, Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-4715-0802, e-mail: nazarova.alex@yandex.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 975
В прошлом месяце: 18
В текущем месяце: 3

Скачиваний

Всего: 553
В прошлом месяце: 5
В текущем месяце: 4