Дискурс, топика и коммуникация

834

Аннотация

В статье предлагается система структурно-смысловых моделей (топов), которая составляет базу взаимопонимания коммуникантов и может использоваться для топологического анализа спонтанного речевого дискурса в процессе общения. Приводится пример такого анализа.

Общая информация

Ключевые слова: коммуникация, дискурс, спонтанная речь, структурно-смысловые модели, топика, категоризация

Рубрика издания: Межкультурная коммуникация и проблемы глобализации: психо-, социо- и этнолингвистика

Тип материала: научная статья

Для цитаты: Садикова В.А. Дискурс, топика и коммуникация [Электронный ресурс] // Язык и текст. 2014. Том 1. № 1. С. 78–84. URL: https://psyjournals.ru/journals/langt/archive/2014_n1/67294 (дата обращения: 24.07.2024)

Полный текст

 

К началу XXI века осознаны издержки подходов, «отдающих приоритет либо формальной структуре дискурса, либо функциональной стороне речевой коммуникации», что «приводит к выделению единиц общения с неравнозначным статусом, разной качественной спецификой» (3, с. 181).

Под дискурсом будем понимать «речевой поток», обусловленный ситуацией общения, а под топикой - систему структурно-смысловых моделей (топов), посредством которых этот «речевой поток» структурируется. Не слишком определенный термин «речевой поток» в данном случае представляется уместным, потому что подчеркивает целостность и процессуальность устной спонтанной речи.

Полагаем, что топика, рассматриваемая как система синтетических единиц с равнозначным статусом и единой качественной спецификой, в равной мере соотносящаяся с языком и мышлением и обнаруживающая эту связь в речи [4; 5; 6], способна помочь наметить некоторые общие принципы в исследовании речевого дискурса в коммуникативном пространстве.

Сквозь «сетку» речевых актов, речевых ходов и интеракций порой, на наш взгляд, уходит сама ткань дискурса. Между тем, субстанция дискурса должна представлять собой (и представляет!) нечто целое, состоящее, с одной стороны, из единиц одного порядка, с другой стороны, имманентно включающее в себя все те единицы и уровни, которые выделяют в нем прагматика и традиционная лингвистика. В основе этой целостности лежит нечто очень древнее и фундаментальное. Для Аристотеля это были его знаменитые «категории», применение которых в речевой практике великий философ описал в своей «Топике».

Беря за основу идею Аристотеля об исчислимости категорий [1], структурирующих бытие, и рассматривая коммуникацию как составляющую бытия, опираясь на исследования современных ученых, находящих возможным мышление и бытие исследовать в общих категориях через язык, мы видим в топике инструмент анализа, который диалектически структурирует дискурс в динамике, в его спонтанной связности. Потому что категории, которые являются одновременно категориями бытия и высказываний о нем, а позже признаны и «одновременно категориями языка и мысли» [7, с. 552], универсальны.

Цель статьи, таким образом, - выявить, как топика и дискурс соотносятся между собой в процессе коммуникации, в спонтанной устной речи, в коммуникативном взаимодействии.

Будем ориентироваться на следующий список структурно-смысловых моделей (топов): род и вид; целое и части; определение; общее и частное; обстоятельства: места, времени, цели; причина и следствие; имя и символ; свойства (признаки, качества); сравнение, сопоставление, противопоставление; действие и страдание (претерпевание, испытание воздействия; термин Аристотеля); пример; свидетельство. Перечень обусловлен необходимостью и достаточностью для общающихся в процессе естественной спонтанной речевой коммуникации и является исчислимым, завершенным. В целом же мы полагаем справедливым и перспективным для лингвистики вывод Ю.С. Степанова: «...система Аристотеля требует лишь некоторых поправок и представляет надежную основу для дальнейших логико-лингвистических категоризаций» [7, с. 553]. Предложенный перечень - результат попытки такой категоризации, выявления вершинных языковых категорий, потенциальных языковых знаков, структурно-смысловых моделей, которые составляют базу взаимопонимания в процессе общения.

Мы выделили качества спонтанной речи/дискурса, обусловленные реальной действительностью, проявляющейся в коммуникативной ситуации, включающей как внутренние цели и мотивы общающихся, так и внешние экстралингвистические факторы. Это актуальность, убеждаемость, когерентность.

Актуальность присуща нашей спонтанной речи имманентно. Сама речь может возникнуть только в том случае, если она способствует выполнению важных для нас «здесь и сейчас» задач общения и/или деятельности.

Убеждаемость/убедительность в спонтанной бытовой речи не имеет практически ничего общего с формальной логикой и поэтому не является в данном аспекте синонимом «доказательности»; это риторическая убедительность, где уместны доводы не только «к уму», но и «к сердцу». Поэтому мы не считаем нужным (в данном случае) рассматривать традиционные тезисы и аргументы, хотя и то и другое в достаточно пространной (особенно в публичной) речи обязательно - в разной степени явленно - присутствует. Кроме того, в данном случае нас интересует не результат, а процесс, то есть интенциональные усилия говорящего, его желание быть убедительным, а не оценка того, достиг ли он результата, то есть убедил ли собеседника. Риторическая убедительность нашей обычной (обыденной) речи совпадает с логикой говорящих на уровне «здравого смысла».

Спонтанная речь, которую мы наблюдаем, имеет «проекцию» в мыслительную деятельность собеседников, позволяет в некоторой степени догадаться, как родилась та или иная мысль. Топика реализует функцию убедительности как система синтетических сверхсинтаксических единиц, которая находится в распоряжении каждого говорящего и позволяет - в самом общем виде - структурировать содержание речи в процессе разговора. В нашей голове происходит примерно следующее: сейчас я дам определение, даю - не убеждает; надо обратить внимание собеседника на некоторые частности, т.е. дать что-то конкретное, оказалось, этого недостаточно; сейчас я приведу пример - нет, видимо, мой пример не укладывается в опыт собеседника; может быть, надо показать ему причины и следствия и т.д. и т.п. Конечно, этих задач мы не осознаем, это происходит спонтанно, как и сама речь, и осуществляется говорящими в значительной степени автоматически.

Когерентность (связность) речи иерархична. В спонтанной речи это обусловлено, прежде всего, массой сопутствующих мыслей, которые, хотя часто и имеют лишь косвенное отношение к теме разговора, «просятся» быть высказанными. Кроме того, нам не сразу приходят в голову нужные мысли и слова, их надо еще найти, поэтому иногда частично выплывает на поверхность наша «внутренняя речь», обусловленная не столько содержанием разговора, сколько поиском нужной мысли или слова. К тому же иногда нам нужно дополнительно аргументировать (в указанном выше смысле) наши доводы, чтобы быть максимально понятным собеседнику, что порой обнаруживается только в процессе разговора. Когерентность спонтанной речи связана не только (и не столько) с правильностью речи, с соответствием языковым нормам (построения предложений, например), но и с адекватностью всему, что этой речи сопутствует - с экстралингвистическими факторами, обусловленными ситуацией общения.

Больше того: если рассматривать дискурс в его первозданности, т.е. как творимый «здесь и сейчас», вряд ли следует говорить о предложении. Предложение в полной мере закономерно только в письменной речи, когда однозначно расставлены знаки препинания, которые объективно отмечают границы фрагментов текста и одинаково воспринимаются читающими. Все происходит по-другому, когда мы говорим. Топ не совпадает с предложением, принципиально от него отличен, но вполне заменяет его нам в устной речи.

Попробуем реализовать предложенные теоретические положения в практике топологического анализа реального спонтанного речевого публичного общения (запись в прямом эфире). Для анализа предлагается фрагмент телевизионной передачи «Встречи на Моховой» от 22 ноября 2008 года. Знаки препинания стоят только там, где они совпадают с реальными паузами в спонтанной речи (кстати, запятые в устной речи, по нашему наблюдению, очевиднее, чем точки). Двумя косыми линиями обозначены условные границы топа. Иногда они совпадают с предполагаемым концом предложения, иногда нет, но в любом случае в месте «стыка» топов говорящим делается пауза (а вот перед словами типа «что», «как», «где», перед которыми в письменной речи мы обязательно ставим запятую, пауза, как правило, не делается). В конце каждого фрагмента, соответствующего топу, указано название использованной структурно-смысловой модели. Одиночные косые линии обозначают менее актуальные, но вполне ощутимые разновидности топов. Многоточием отмечены «паузы обдумывания», которых, как мы видим, в реальном речевом общении достаточно много.

Ведущий: [1] Мы продолжаем разговор с нашей гостьей Татьяной Толстой / Чувствуете ли вы какую-нибудь связь с дедом ... Алексеем? (Действие) //

Т. Т.: [2] Да. Генетическую. (Качество)// [3] Я его не застала он умер до моего рождения, / но я думаю... когда его читаю... я знаю как это он делал ...это я понимаю.../ не все... местами...(Действие)//... [4] Ну вот.

Ведущий: Вы имеете в виду механизм как он. как он. как он.

Т. Т Вот как из него это вышло.

Ведущий: Как из него это вышло...(Обстоятельство образа действия)//

Т.Т.: [5] Да. Вот как у него рука. повернулась, как у него глаз увидел... почему он здесь бросил и перешел...(Конкретное)//[6] я знаю где не так. здесь надо делать иначе. /Я не знаю как. но не так. (Противопоставление)// [7] То есть. Я когда читаю писателей.../ Почти все. как вам сказать я думаю все люди так устроены по сути дела./ это очень странно./ вот ты читаешь писателя и. ты не благоговеешь, а думаешь: отлично, ты справился, хорошо, здорово, да, я тоже так чувствую. (Противопоставление)//[8] То есть ты почему-то имеешь наглость. о писателе судить сверху вниз (Качество)// [9] но на самом деле попробовать бы тебе напиши ты хоть одну фразу дальше. ты этого сделать не сможешь.(Противопоставление)// [10] То есть мы подрастаем. Когда мы читаем книги мы подрастаем за писателем (Следствие)// [11] у человека рост вверх на самом деле рост вверх бесконечный. За писателем можно расти вверх (Обобщенное Качество)//[12] То есть даже. страшно сказать./ когда ты читаешь Шекспира или там Льва Толстого / а это уже совершенно глыбы огромные./ то ты все равно становишься с ним вровень он тебя подымает до себя (Обстоятельства условия и образа действия)// [13] и ты считавший себя ну так. среднего размера вдруг вытягиваешься (Противопоставление)//[14] как какой-то становишься, как Гулливер. (Сравнение)// [15] Это все в частности означает, что всякое искусство,/ а также так называемое развлечение, вплоть до телевизора./ оно должно подымать человека, (Следствие)// [16] а не опускать. А телевидение занимается тем./ во всем мире./ и вот мы не исключение потому что накупили все западные проекты./ оно опускает человека. (Противопоставление)// [17] Вот ты будь таким же средним как и вон тот..(Конкретное)// 18] И происходит срезание всех верхушек подается общее арифметическое. (Следствие)//[19] А что происходит с переизданием писателей?/ Сейчас же идут сплошные сокращения понимаете. «Анна Каренина» на шести страницах. «Идиот» на трех..(Пример)//

Ведущий: [20] Это вообще отдельная тема../ Хорошо а что делать так дети хотя бы знают что это произведение есть. (Противопоставление)//

Т.Т. [21] Нет...Нет...Нет. Это. Это спор который у нас сейчас он только начинается, а там ..ну не знаю, в Америке в других . где я была где читала, он закончился. Отговорили (Противопоставление)// [22] В начале девяностых об этом бурно спорили. В такой. ну. в человеческой хорошей печати. (Обстоятельства времени и места)// [23] Среднее...вот это среднее, среднее, усредненное искусство. / оно есть. стадия на пути к высокому / или это есть уведение в сторону/и человек тогда к высокому не вернется. (Разновидности)//[24] И вот исключительно разумные были аргументы и хорошо было показано на разных примерах что человек который согласен на среднюю жвачку. он выше не поднимается ему там комфортно ему там хорошо.(Свидетельство)// [25] если ты ему не предлагаешь чего- то выше, а стараешься его понять..он сам добровольно туда не пойдет../ ему не кажется что надо идти вот по лестнице вверх. а все хотят идти вниз...(Противопоставление)//[26] Гравитация. (Причина «метафорическая»)//

Понятно, что не все структурно-смысловые модели (топы) используются в каждой речи, но каждая речь естественно членится на фрагменты, соответствующие тому или иному топу. При этом топы просматриваются одинаково и в диалогической, и в монологической речи; в них укладываются и вопросительные, и повествовательные предложения (точнее было бы сказать «конструкции»); в них укладываются эмоционально­экспрессивные и оценочные предложения (может быть, правильнее сказать «языковые средства»); не исключение и отрицательные конструкции.

Топ может охватывать достаточно пространный фрагмент речи и члениться на другие (вспомогательные, менее актуальные или менее значимые по смыслу фрагменты), например, топы [7], [12], [23]. Но он может быть и очень лаконичным: топы [2], [26].

Иногда топом охватываются реплики разных людей, например, топ [4], которые помогают друг другу выразить общую мысль. При этом эксплицируется, получает языковое выражение в самом дискурсе содержание собственно топа, он как бы «обнажается»: вы имеете в виду механизм... как из него это вышло.. Обсуждается в данный момент именно обстоятельство образа действия. Топ может эксплицироваться и в монологе, когда говорящий затрудняется в выборе подходящего слова или не находит более точной информации. Например, топ [17]: Вот ты будь таким же средним как и вон тот...

воспринимается собеседником именно как конкретное, хотя, строго говоря, здесь нет никакой конкретной информации, она только подразумевается. Но благодаря тому, что система топов присутствует в сознании любого человека, нам легко додумать эту «конкретику» за автора и не ставить его в этически затруднительное положение. Или в [24]: И вот исключительно разумные были аргументы и хорошо было показано на разных примерах...(Свидетельство).  Довод собеседником принимается, потому что в предшествующем дискурсе он эти аргументы и примеры слышал, а для автора важно дать понять, что он не один так думает.

Иерархичность топов особенно наглядна в более или менее пространных фрагментах речи. Например, топ [7]: То есть. Я когда читаю писателей.../ Почти все. как вам сказать я думаю все люди так устроены по сути дела./ это очень странно./ Вот ты читаешь писателя и. ты не благоговеешь, а думаешь: отлично, ты справился, хорошо, здорово, да, я тоже так чувствую. (Противопоставление). В нем соответственно можно выделить структурно­смысловые модели Обстоятельство времени, Общее, Качество, Противопоставление. Главное здесь, конечно, Противопоставление, но какое. сугубо спонтанное, возможное только в устной речи. Сначала Общее: все люди так устроены (как?). Потом указание на Качество этого общего: это очень странно (что?). И только после этого собственно противопоставление, тоже сугубо устное: противопоставляется общее действие, которого следовало бы ожидать, но которое всеобще как раз в своей противоположности (не благоговеешь!), конкретным Действиям и Качествам-оценкам. Такая речевая инверсия возможна только в устной спонтанной речи благодаря общей базе общения - системе топов.

Нам представляется, что топика в лингвистике, психолингвистике и когнитологии может выполнять ту роль, которая, на наш взгляд, уготована структурно-интегративной методологии в психологии, активно разрабатываемой М.А. Холодной. По крайней мере, топика может быть той фундаментальной базой для интегративной лингвистической парадигмы, которая должна стать следующим этапом в развитии лингвистики и которую еще только предстоит разработать усилиями многих специалистов гуманитарного профиля. Психолог М.А Холодная, рассматривая интеллект как форму ментального опыта, выделяет «целый ряд новых качеств (атрибутов), которые в принципе не могли быть выделены в рамках тестологического подхода»: многомерность, нелинейная динамика, самоорганизация, субъектность,  контекстуальность,  уникальность, гетерогенность, мобильность [8, с. 201-203]. Другими словами, автором предлагается принципиально другой подход к внутренней структуре интеллекта, который исследуется не по результатам-«проявлениям», а по «особенностям структурной организации индивидуального ментального (умственного) опыта, который выступает в качестве психического носителя свойств      интеллекта» [Там же]. Однако в основе любого индивидуального опыта лежит общая структурная база, которая каждый раз индивидуально наполняется собственным содержанием. Именно она, на наш взгляд, и обладает теми качествами, которые выделены М.А. Холодной, и которые могут быть отнесены к топике как общей коммуникативной речемыслительной структуре, функционирующей индивидуально.

В самом деле, топика многомерна, потому что позволяет преодолеть традиционные бинарные оппозиции (человек - среда, аффект - интеллект, познание - чувство и т.д.) как охватывающая и одновременно дифференцирующая мир в категориях, определяющих изначально человеческое сознание. В каждодневной коммуникативной практике топика функционирует как динамическая и нелинейная, потому что представляет собой виртуальную систему знаков, которые находят свое конкретное воплощение только в процессе общения. Топика самоорганизующаяся система как самосознание человечества, сформированное в процессе исторического развития, и как изначально заложенная в природе человека способность к освоению языка. Как присущая только человеку и индивидуально проявляющаяся топика субъект на Контекстуальность может быть отождествлена с ситуативностью, которой только и обеспечивается подлинная реализация топа. Любой топ, реализуясь как структурно-смысловая модель, обретает уникальность, неповторимость в процессе этой реализации. Гетерогенность топики обусловлена ее «вершинной» абстрактностью и ее составом: в перечень вошли те топы, которые не могут быть однозначно отождествлены с каким-то другим топом-понятием, то есть на своем «вершинном» уровне они разнородны. Именно мобильность топики обеспечивает функционирование нашей речи в процессе коммуникации, делает нашу речь связной и даже дает возможность общаться «без слов».

Таким образом, дискурс обеспечивает актуализацию того или иного топа в данный момент высказывания, а актуализация того или иного топа, в свою очередь, обеспечивает связность и логичность дискурса, обусловленные желанием убедить. В этом проявляется диалектика топики, а в конечном итоге - диалектика нашей речи. Аристотель полагал, что топика и есть диалектика [2, с. 349-532]. Добавим: топика - диалектика общения и в то же время инструмент огромной объяснительной силы, который только предстоит освоить.

 

Литература

  1. Аристотель. Категории. М.: Гос. соц.-эконом. изд., 1939.  84 с.
  2. Аристотель. Топика // Аристотель. Соч. в 4-х т. Т. 2. М., 1978. С. 349–532.
  3. Макаров М. Л. Основы теории дискурса. М.: Гнозис, 2003. 276 с.
  4. Садикова В.А. Топика как система «вершинных» языковых категорий // Когнитивные исследования языка. Вып. VII. М.: Институт языкознания РАН; Тамбов: Изд. дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2010.  С. 144–153.
  5. Садикова В.А. Топика как типология инвариантов высказывания: Монография. – LAMBERT Academic Publishing, 2011. 350 c.
  6. Садикова  В.А. Топика и языковое сознание // Жизнь языка в культуре и социуме-3: мат-лы междунар. науч. конф. М.: Эйдос, 2012. С. 206–208.  
  7. Степанов Ю.С. Язык и метод. К современной философии языка. – М.: Языки русской культуры, 1998. 784 с.
  8. Холодная М. Структурно-интегративная методология в исследовании интеллекта // Теория развития: Дифференционно-интеграционная парадигма. М.: Языки славянских культур, 2009.  С.195–204.

Информация об авторах

Садикова Валентина Алексеевна, кандидат филологических наук, профессор кафедры Лингводидактики и МКК факультета «Иностранные языки», ФГБОУ ВО МГППУ, Москва, Россия, e-mail: vsadnik46@mail.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 1820
В прошлом месяце: 3
В текущем месяце: 0

Скачиваний

Всего: 834
В прошлом месяце: 4
В текущем месяце: 5