Апробация методики диагностики нарциссических черт личности на выборке студентов российских вузов*

3754

Аннотация

Отмечается усиление нарциссических черт в молодежной популяции развитых стран. Деструктивное влияние нарциссических паттернов на жизнь отдельного человека и общества ставит важную задачу по их своевременному выявлению, диагностике и терапии. В статье приводятся результаты апробации русскоязычной версии методики для диагностики патологического нарциссизма, проводившейся в рамках проекта по изучению социального познания (грант РНФ № 14-18-03461). В статье излагаются результаты оценки факторной структуры и валидности методики в группе 75 студентов московских вузов. Эксплораторный факторный анализ подтвердил семифакторную структуру опросника, установлены приемлемые показатели внутренней консистентности, внешней валидности методики (связи с теоретически близкими конструктами перфекционизма и симптомов психических расстройств).

Общая информация

* Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда (проект № 14-18-03461) на базе ФГБУ «ФМИЦПН имени В.П. Сербского» Минздрава России.

Ключевые слова: диагностика патологического нарциссизма, факторная структура, перфекционизм, симптомы психических расстройств

Рубрика издания: Апробация и валидизация методик

Тип материала: научная статья

DOI: https://doi.org/10.17759/cpp.2016240402

Для цитаты: Гаранян Н.Г. Апробация методики диагностики нарциссических черт личности на выборке студентов российских вузов // Консультативная психология и психотерапия. 2016. Том 24. № 4. С. 8–32. DOI: 10.17759/cpp.2016240402

Полный текст


Отмечается усиление нарциссических черт в молодежной популяции разви- тых стран. Деструктивное влияние нарциссических паттернов на жизнь от- дельного человека и общества ставит важную задачу по их своевременному выявлению, диагностике и терапии. В статье приводятся результаты апроба- ции русскоязычной версии методики для диагностики патологического нар- циссизма, проводившейся в рамках проекта по изучению социального по- знания (грант РНФ № 14-18-03461). В статье излагаются результаты оценки факторной структуры и валидности методики в группе 75 студентов москов- ских вузов. Эксплораторный факторный анализ подтвердил семифакторную структуру опросника, установлены приемлемые показатели внутренней консистентности, внешней валидности методики (связи с теоретически близки- ми конструктами перфекционизма и симптомов психических расстройств).

Введение

Личностные расстройства представляют собой группу распростра- ненных в популяции и резистентных к медикаментозной и психологи- ческой коррекции психических нарушений, сравнительно недавно став- ших фокусом интенсивных исследований. Эксперты отмечают растущий интерес к проблеме со стороны специалистов, а также увеличение числа междисциплинарных и кросскультурных проектов, направленных на разработку методов своевременного выявления этих расстройств, их диагностики и терапии. Особое внимание в современной науке и прак- тике уделяется так называемым «нарциссическим» и «пограничным» личностным расстройствам. Этот исследовательский фокус хорошо объ- ясняется эпидемиологическими данными, показавшими усиление нар- циссических черт со сменой поколений. По данным современного ме- та-анализа, в 85 выборках американских студентов, которые заполняли «Опросник нарциссической личности» (Narcissistic Personality Inventory, NPI) между 1979 и 2006 годами, из поколения в поколение рос уровень нарциссизма [15]. Средние показатели нарциссизма достоверно корре- лировали с указанным годом сбора данных; при этом с 1982 года суммар- ный показатель NPI увеличился на 30% (0,33 стандартного отклонения).
Согласно современным представлениям, нарциссизм — это «спо- собность поддерживать положительный образ “Я” с помощью разно- образных стратегий регуляции аффекта и интерперсональных взаимо- действий; в ее основе лежит потребность в валидации и восхищении, а также мотивация к открытому и скрытому поиску в социальной среде опыта, позволяющего возвеличить собственное “Я”» [14, c. 31]. Авторы полагают, что потребность видеть себя в положительном свете, укре- плять самооценку в достижениях или победах можно отнести к нор- мальным аспектам личности. Большинство людей способно искать ее удовлетворения приемлемыми способами и в определенных ситуациях, а также регулировать самооценку, негативные эмоции и межличност- ное поведение в ситуации разочарования [11]. В случае патологического нарциссизма потребность в самоутверждении/восхищении становится чрезмерной: выступая главной целью в широком круге жизненных си- туаций, она проявляется неадекватным способом в неподходящих для этого условиях. В результате чувствительность к ежедневным взлетам и падениям в жизни и отношениях резко возрастает, а способность к регу- лированию самоуважения, эмоций и поведения ухудшается [14].
Определение патологического нарциссизма включает в себя две фор- мы нарциссической дисфункции, описанные теориями и установленные исследованиями: «нарциссическую грандиозность» и «нарциссическую уязвимость» [9; 12; 13]. Личность с нарциссической грандиозностью пы- тается совладать c нарушением самооценки, культивируя чувство соб- ственного превосходства над окружающими и уникальности, вовлекаясь в грандиозные фантазии. Личности такого типа совершают множество действий с целью вызвать восхищение, склонны реагировать яростью на критику, настойчиво предъявлять свои права, эксплуатировать других; они имеют опыт интенсивной зависти/агрессии и низкую эмпатию. Их можно охарактеризовать как стремящихся к межличностной власти и контролю, склонных к манипуляциям при отсутствии раскаяния, пре- увеличению собственной важности и ощущению привилегированности.
Проявления нарциссической уязвимости (хрупкости) могут включать ангедонию, социальную изоляцию, негативную аффективность, суици- дальные наклонности. Регуляция самооценки у личностей этого типа поддерживается грандиозными фантазиями; одновременно они испы- тывают интенсивный стыд в отношении своих потребностей и амбиций.
Основной проблемой для «уязвимого нарцисса» является именно стыд, а не зависть или агрессия, как в случае с нарциссической грандиозно- стью. Личности этого типа избегают межличностных отношений, так как чрезмерно чувствительны к угрозам для самоуважения и неудачам в самоутверждении. Уязвимый подтип не в состоянии постоянно поддер- живать ощущение грандиозности; при срыве защитных механизмов раз- вивается нарциссическая травма, провоцирующая у него беспокойство, депрессию и чувство неполноценности.
Существуют известные трудности в психометрической диагностике патологического нарциссизма: 1) в его структуре присутствуют социаль- но нежелательные черты, которые при опросе старательно скрывают- ся респондентами; 2) отмечается дефицит валидизированных методов, оценивающих не только грандиозную (как это делает большинство из- вестных шкал), но и уязвимую часть [14]. Вместе с тем ранняя и полная диагностика нарциссических черт становится важной практической за- дачей в связи с крайне деструктивным влиянием этих паттернов как на жизнь индивида, так и на общество в целом. Нарциссизм, выраженный в желании доминирования и превосходства над окружающими, соответ- ствия идеализированному образу и отказе от собственного «Я», нередко приводит к появлению невротических симптомов и параличу активно- сти, лишая человека возможности делать что-либо [8]. Он сопряжен с социальной изоляцией в целях избегания «самораскрытия» перед дру- гими, что связано с переживанием стыда из-за риска обнажить несо- вершенства. Скудость мотивации в силу доминирования стремления к самоутверждению нередко становится причиной развития депрессивно- го состояния и суицидального поведения у этих лиц. Наконец, в своем стремлении к признанию и самоутверждению личность с патологиче- ским нарциссизмом может пренебрегать требованиями морали и права, эксплуатировать окружающих для подтверждения собственной значи- мости или выбирать стратегию «жертвенности» ради получения благо- дарности. Попытки нарциссической личности возвысить себя в глазах окружающих могут приводить к антисоциальному поведению и нано- сить ущерб обществу в целом.
Относительно недавно профессор психологии из Университета Шта- та Пенсильвания (США) А. Пинкас (A. Pincus) и его коллеги разработали «Шкалу патологического нарциссизма» (Pathological Narcissism Inventory, PNI) [16] в качестве метода диагностики нарциссических паттернов, вос- полняющего ограничения предшествующих инструментов. Существен- ный дефицит русскоязычных публикаций и методов диагностики нар- циссических паттернов делает задачу по первичной апробации шкалы А. Пинкаса в отечественной выборке испытуемых остро актуальной.
PNI представляет собой шкалу самоотчета, тестирующую явные и скрытые характеристики грандиозности/уязвимости в соответствии с описаниями в клинической и социально-психологической литературе [13]. Методика включает 52 пункта; в инструкции предлагается оценить соответствие каждого из них представлению о себе с помощью шкалы из 6 пунктов, варьирующих от «0» («Полностью не соответствует мне») до «5» («Очень точно характеризует меня»).
Структурная оценка инструмента с помощью эксплораторного факторного анализа выявила семь факторов, подтвержденных после- дующим конфирматорным анализом. Первый фактор был назван «Не- устойчивая самооценка» (Contingent self-esteem — CSE), что отражает опыт колебаний в сфере самоуважения и признание ее срывов при от- сутствии внешних источников восхищения и признания. Второй фактор был назван «Эксплуатативность» (Exploitativeness — EXP), что отражает манипулятивную межличностную ориентацию. Третий фактор полу- чил название «Самопожертвование/самовозвышение» (Self-Sacrificing/ Self-Enhancement — SSSE); он отражает намеренное использование аль- труистических актов для поддержания «раздутого» (inflated) образа «Я».
Четвертый фактор был назван «Сокрытие “Я”» (Hiding the Self — HS), он отражает нежелание открывать другим собственные ошибки и нужды.
Пятый фактор — «Грандиозные фантазии» (Grandiose Fantasy — GF) — тестирует погруженность в компенсаторные фантазии о завоевании успеха, восхищения и признания. Шестой фактор — «Обесценивание» (Devaluing — DEV) — тестирует отсутствие интереса к другим людям, кто не демонстрирует необходимого восхищения, а также стыд за потреб- ность в признании со стороны тех, кто разочаровал. Последний, седь- мой, фактор — «Требовательная ярость» (Entitlement Rage — ER) — те- стирует склонность реагировать гневом в тех случаях, когда ожидания и предъявления особых прав не удовлетворяются.
Структура методики содержит два фактора второго порядка: «Нар- циссическая грандиозность» (Narcissistic grandiosity — NG) отражает ис- ключительную заботу только о собственных интересах (self-serving) и стратегии само-возвышения (self-enhancement), включает факторы 2, 3 и 5; «Нарциссическая хрупкость» (Narcissistic vulnerability — NV) отража- ет ранимость «Я» (повышенную чувствительность — susceptibility of self) и нарушения эмоциональной саморегуляции (колебания самооценки, переживания стыда, гнева/ярости, тревоги), включает факторы 1, 4, 6 и 7. Ряд исследований показывает, что эти факторы имеют хорошую дис- криминантную валидность, а также различные связи с психопатологи- ческими характеристиками и психотерапевтическими показателями.
Методика была валидизирована в выборке здоровых испытуемых, а также в маленькой клинической выборке, где были установлены связи с парасуицидальным поведением, суицидальными попытками и гомицид- ными мыслями. Шкалы PNI продемонстрировали корреляции с широ- ким кругом интерперсональных проблем; паттерн этих корреляционных связей соответствовал теоретически обоснованным допущениям. Отме- чена обратная корреляционная связь с самооценкой и эмпатией, положи- тельная — с эмоциями стыда, интерперсональным дистрессом, агрессией и пограничной личностной организацией. PNI можно применять как в клинических, таких и не клинических популяциях. В данный момент это единственная многофакторная шкала самоотчета, которая диагностирует клинически выявленные характеристики, охватывающие весь фенотипи- ческий спектр патологического нарциссизма. Психометрические показа- тели PNI очень высоки; его показатели демонстрируют минимум поло- вых различий. Значения коэффициента альфа Кронбаха для семи шкал инструмента варьируют от 0,78 до 0,93, для всей шкалы в целом — 0,95.
Настоящая публикация отражает результаты первичной апробации методики на российской молодежной выборке испытуемых. Ее задачи включали: 1) выявление факторной структуры русскоязычной версии шкалы патологического нарциссизма; 2) определение показателей ее валидности, в том числе установление связей между показателями нар- циссизма по шкале PNI, перфекционизмом и симптомами психических расстройств; 3) определение гендерной специфичности показателей шкалы патологического нарциссизма.
Согласно гипотезе исследования, существует связь между параметра- ми патологического нарциссизма, показателями перфекционизма и ши- роким спектром симптомов психических расстройств. Основанием для выдвижения этой гипотезы послужила давняя идея о том, что дисфунк- циональный перфекционизм образует ядро нарциссической патологии [6; 8]. Недостижимость основной цели в жизни — цели достижения со- вершенства и личного превосходства — приводит нарциссическую лич- ность к закономерному краху и тяжелым душевным состояниям, что позволяет предположить, что показатели PNI также будут связаны с ши- роким спектром симптомов психических расстройств. Наличие связей с валидными и надежными инструментами будет служить доказатель- ством внешней валидности новой методики.

Методика исследования

 Для реализации поставленных задач анонимно были обследованы 75 студентов 3 и 4 курсов московских вузов (33 юноши и 42 девушки).
Возраст испытуемых варьировал от 19 лет до 21 года, в среднем со- ставляя 19,8 лет. Большую часть составили студенты в возрасте 20 лет (51% — 38 человек). Количество студентов в возрасте 19 лет составило 33% (25 человек), наименее представлена возрастная группа 21 год, все- го 16% (12 человек). Все студенты — жители Москвы. В исследовании приняли участие студенты технических специальностей и физико-мате- матического направления, психологи, педагоги, студенты, обучающиеся по направлению экономика и менеджмент, а также лингвисты.
Согласно процедуре, экспериментатор объяснял испытуемым смысл проводимого обследования, информировал о том, что результаты от- дельных испытуемых не получат публичной огласки, а послужат зада- чам совершенствования диагностического аппарата психологической науки, затем испытуемый получал опросники для заполнения. Испыту- емый имел возможность задать экспериментатору вопросы по содержа- нию непонятных пунктов опросников. Обследование носило аноним- ный характер, однако каждый испытуемый мог получить обратную связь по результатам в удобной для него форме. Методики были оформлены в виде специального индивидуального пакета, удобного для понимания инструкции и заполнения.
В целях исследования методика «Шкала патологического нарцис- сизма» была переведена на русский язык командой из трех экспертов — психологов со свободным знанием английского языка; в ходе совмест- ной работы было достигнуто согласие между тремя переводчиками по формулировке каждого из пунктов.

Для проверки гипотез были использованы следующие методики: Опросник перфекционизма Н.Г. Гаранян и А.Б. Холмогоровой. Основу опросника составляют высказывания пациентов, зафиксированные на сеансах групповой и индивидуальной психотерапии. Опросник состоит из 29 пунктов. Испытуемому предлагается выразить согласие или несо- гласие с каждым утверждением, используя четыре формы ответа: «без- условно, да» (4 балла), «пожалуй, да» (3 балла), «пожалуй, нет» (1 балл), «безусловно, нет» (0 баллов). При обработке подсчитывается показатель по каждой из пяти шкал (сумма баллов по вопросам, составляющим дан- ную шкалу), а также общий показатель перфекционизма (сумма баллов по всем шкалам). Факторный анализ данных 462 испытуемых методом глав- ных компонент с ротацией факторных структур по принципу Варимакс выявил шестифакторную структуру инструмента: 1) восприятие других людей как делегирующих высокие ожидания (при постоянном сравнении себя с другими); 2) завышенные притязания и требования к себе; 3) вы- сокие стандарты деятельности при ориентации на полюс «самых успеш- ных»; 4) селектирование информации о собственных неудачах и ошибках; 5) поляризованное мышление; 6. контроль над чувствами. Все факторы- шкалы обладали достаточно высокими показателями надежности (коэф- фициент альфа Кронбаха от 0,6038 до 0,7855), за исключением фактора «контроль над чувствами», который не был выделен в качестве самостоя- тельной шкалы. Отдельные шкалы и пункты опросника достоверно кор- релируют между собой и общим показателем инструмента (коэффициент корреляции Спирмена); установлены высокие показатели коэффициента Guttman Split-half (0,8835). При двукратном тестировании 50 испытуемых из общей популяции установлена высокая тест-ретестовая надежность инструмента (r-Spearmen от 0,523 до 0,795) [2].
Клиническая шкала самоотчета SCL-90-R (Обновленный симптома- тический опросник) (Symptomatic Check list, SCL-90-R, R. Derogatis, 1990).
Шкала была стандартизирована для российской популяции специ- алистами российского Института психологии РАН совместно с психо- физиологической лабораторией Harvard Medical School, руководимой R. Pitman [7]. Шкала хорошо зарекомендовала себя как надежный ин- струмент для симптоматической диагностики; была апробирована на российской выборке из 1466 испытуемых. За исключением шкалы пара- ноидности (альфа Кронбаха 0,35), все шкалы русскоязычной версии те- ста продемонстрировали высокую надежность (альфа Кронбаха от 0,7 до 0,89). Тест-ретестовые коэффициенты надежности были получены в вы- борке из 94 пациентов психиатрической клиники и колебались от 0,8 до 0,9. Шкала включает 90 пунктов, образующих девять подшкал: сомати- зации (SOM), обсессивно-компульсивных нарушений (ОС), интерпер- сональной (межличностной) чувствительности (INT), депрессии (DEP), тревоги (ANX), враждебности/агрессивности (HOS), фобической трево- ги (PHOB), параноидного мышления (PAR), психотизма (PSY). Подсчи- тываются показатель по дополнительной шкале неблагополучия (ADD) и общий индекс тяжести состояния (GSI). Опросник используется для выявления и оценки динамики расстройств аффективного спектра у больных психиатрической и общесоматической практики.
Обработка полученных результатов производилась с помощью паке- та статистических программ Microsoft Office Excel 2007 для Windows XP, а также с помощью пакета статистических программ SPSS 12.0.

Результаты исследования 

Факторная структура шкалы PNI Факторный анализ традиционно используется как средство класси- фикации свойств личности; он позволяет фиксировать соответствие или несоответствие факторной структуры разрабатываемого инструмента теоретически обоснованным предположениям о структуре личностного конструкта [1].
Эксплораторный факторный анализ методом главных компонент с вращением факторных структур по принципу Варимакс и фиксирован- ным количеством факторов, равным 7, показал, что они объясняют 64% общей дисперсии [5, с. 253]. Его результаты свидетельствуют об отчетли- вой факторной структуре русскоязычной версии PNI. Анализ графика собственных значений (рис. 1) показывает, что на седьмом факторе име- ет место излом, после которого график становится плавным, т. е. соб- ственные значения очень медленно меняются по модулю, что является еще одним доводом в пользу предположения о семифакторной структу- ре русскоязычной версии методики.
Совокупность этих данных позволяет предположить, что факторная структура русскоязычной версии инструмента включает семь факторов.
Для определения состава пунктов каждого выделенного фактора оцени- вались факторные нагрузки. Результаты отражены в табл. 1.
Осуществлялся качественный анализ состава пунктов, вошедших в каждый из факторов. В целом, структура русскоязычной версии инстру- мента оказалась близка к установленной авторами. Большинство вопро- сов с высокими факторными нагрузками оказались включены именно в те факторы, к которым принадлежали в оригинальном варианте методи- ки. Небольшое число вопросов изменили свою принадлежность.

Так, наибольшие изменения коснулись фактора «Требовательная ярость»: из него в ходе факторного анализа были исключены вопросы 11, 20 и 29 (11 — «Я прихожу в бешенство, когда люди не замечают все, меня критикуют»), которые перераспределились в факторы «Неустойчи- вая самооценка», «Эксплуатативность» и «Обесценивание» соответствен- но. Им на смену появились три других вопроса: 27, 32 и 51 (27 — «Иногда я избегаю людей из-за опасения, что они не будут делать то, чего я хочу»; 32 — «Меня поглощают опасения и мысли о том, что большинство лю- дей не интересуются мной»; 51 — «Иногда легче быть одному, чем стол- кнуться с тем, что не получаешь от других людей всего, что хочется»).
Принимая во внимание психологический смысл конструкта «Требова- тельная ярость», содержание вновь вошедших вопросов не представля- ется чуждым ему, такое изменение кажется логичным.


Из фактора «Неустойчивая самооценка» был исключен вопрос 32 («Меня поглощают опасения и мысли о том, что большинство людей не интересуются мной»), который переместился в фактор «Требовательная ярость»; на смену ему был добавлен вопрос 29 («Я злюсь, когда меня критикуют») из того же фактора. Такая замена представляется логичной, так как неспособность воспринимать критику теоретически связана с устойчивостью самовосприятия.
В фактор «Эксплуатативность» дополнительно оказался включен вопрос 11 («Я прихожу в бешенство, когда люди не замечают все, что я делаю для них») из фактора «Требовательная ярость». Такое решение может быть объяснено содержанием фактора «Эксплуатативность» (предполагающим манипулятивную межличностную ориентацию), что позволяет рассматривать альтруистические действия как манипуляцию с целью получения выгоды. Злость в связи с отсутствием благодарности в таком случае представляется реакцией на крушение плана.
В фактор «Самопожертвование/самовозвышение» оказались допол- нительно включены вопросы 44 и 46 (44 — «Важно показывать другим людям, что я могу справляться самостоятельно, даже если про себя я в этом сомневаюсь»; 46 — «Я терпеть не могу полагаться на других лю- дей, потому что это заставляет меня чувствовать себя слабым»), кото- рые были исключены из фактора «Сокрытие “Я”». Данное распределе- ние может соответствовать содержанию фактора «Самопожертвование/ самовозвышение» и трактоваться как желание показать себя полностью обособленным, не нуждающимся в помощи и не признающим свою за- висимость от других.
Как уже говорилось выше, в фактор «Обесценивание» был дополни- тельно включен вопрос 20 («Когда я что-то делаю для других людей, я ожидаю, что они также сделают что-то для меня»), смысловая нагрузка которого соответствует содержанию фактора. Наряду с этим из его со- става были исключены вопросы 27 и 51 (27 — «Иногда я избегаю людей из-за опасения, что они не будут делать то, чего я хочу»; 51 — «Иногда легче быть одному, чем столкнуться с тем, что не получаешь от других людей всего, что хочется»), они были включены в фактор «Требователь- ная ярость». Фактор «Грандиозные фантазии» остался без изменений.
Таким образом, можно говорить о подтверждении семифакторной структуры «Шкалы патологического нарциссизма» PNI при некоторых изменениях в составе вопросов некоторых факторов. Безусловно, не- обходима экспертная оценка содержания перемещенных вопросов для проверки их действительного соответствия содержанию факторов.
Валидность и надежность PNI Внутренняя консистентность Одним из важных показателей надежности теста является его вну- тренняя согласованность [4, с. 23], которая была проверена с помощью коэффициента корреляции Спирмена (табл. 2).



Все шкалы теста имеют положительную связь друг с другом (уровень значимости p<0,01 и p<0,05), что говорит о высокой степени внутренней согласованности опросника.
Для определения внутренней консистентности «Шкалы патологиче- ского нарциссизма» использовались также коэффициенты альфа Крон- баха (табл. 3) и Guttman Split-half. Значения этих коэффициентов, превы- шающие 0,6, означают, что опросник прошел испытание на надежность.



Значение коэффициента альфа Кронбаха по всем шкалам превышает 0,6 (находится в пределах от 0,75 до 0,92). Общий коэффициент для всей шкалы равен 0,936, что является хорошим результатом.
Для проверки надежности опросника нами также был подсчитан ко- эффициент Guttman Split-half. Коэффициент для первой части опрос- ника составил 0,879, для второй — 0,913, коэффициент Guttman Split- half всего опросника равен 0,811.
Полученные значения коэффициентов альфа Кронбаха и Guttman Split-half позволяют говорить как о высокой надежности отдельных шкал, так и о надежности русскоязычной версии PNI в целом.
Внешняя валидность Подтверждение конструктной валидности опросника требует как можно полнее описать переменную, которую он измеряет. Определение связи между данными нового инструмента и других методик, измеряю- щих теоретически близкие конструкты с доказанной валидностью, мо- жет быть одним из возможных подходов к этой задаче [4, с. 29]. Ранее были выдвинуты гипотезы о связи показателей патологического нар- циссизма с перфекционизмом и симптомами психических расстройств [8]. Результаты корреляционного анализа представлены в табл. 4 и 5.
Между анализируемыми показателями установлены множественные и достоверные корреляционные связи.


Фактор «Неустойчивая самооценка» имеет умеренные по силе досто- верные связи с такими показателями, как: «Восприятие других людей как делегирующих высокие ожидания»; «Высокие стандарты деятель- ности при ориентации на полюс “самых успешных”»; «Селектирование информации о собственных неудачах и ошибках»; «Поляризованное мышление — “все или ничего”», а также с «Общим показателем перфек- ционизма».
Фактор «Сокрытие “Я”» имеет умеренные по силе и достоверные кор- реляции с параметрами «Восприятие других людей как делегирующих вы- сокие ожидания»; «Высокие стандарты деятельности при ориентации на полюс “самых успешных”»; «Селектирование информации о собственных неудачах и ошибках», а также с «Общим показателем перфекционизма».
Фактор «Обесценивание» имеет умеренные по силе и достоверные корреляции с параметрами «Восприятие других людей как делегирую- щих высокие ожидания»; «Высокие притязания и требования к себе»; «Селектирование информации о собственных неудачах и ошибках»; «Поляризованное мышление — “все или ничего”», а также с «Общим показателем перфекционизма».
Фактор «Требовательная ярость» имеет умеренные по силе и досто- верные связи со всеми параметрами перфекционизма.
Фактор второго порядка «Нарциссическая уязвимость» имеет умерен- ные по силе достоверные корреляционные связи со всеми параметрами перфекционизма. Особенно стоит отметить высокую корреляцию этого фактора с «Общим показателем перфекционизма» и фактором «Воспри- ятие других людей как делегирующих высокие ожидания».
Фактор «Эксплуатативность» имеет слабую достоверную корреляцию с параметром «Селектирование информации о собственных неудачах и ошиб- ках» и слабую отрицательную — с «Общим показателем перфекционизма».
Фактор «Самопожертвование/самовозвышение» имеет слабые, но достоверные корреляции с параметрами перфекционизма «Высокие притязания и требования к себе»; «Селектирование информации о соб- ственных неудачах и ошибках»; «Поляризованное мышление — “все или ничего”», а также с «Общим показателем перфекционизма».
Фактор «Грандиозные фантазии» имеет умеренные по силе и досто- верные связи с параметрами «Восприятие других людей как делегиру- ющих высокие ожидания»; «Высокие притязания и требования к себе»; «Высокие стандарты деятельности при ориентации на полюс “самых успешных”»; «Поляризованное мышление — “все или ничего”», а также с «Общим показателем перфекционизма».
Фактор второго порядка «Нарциссическая грандиозность» имеет уме- ренные по силе достоверные корреляционные связи с параметрами «Восприятие других людей как делегирующих высокие ожидания (при постоянном сравнении себя с другими)»; «Высокие притязания и тре- бования к себе»; «Высокие стандарты деятельности при ориентации на полюс “самых успешных”»; «Селектирование информации о собствен- ных неудачах и ошибках»; «Поляризованное мышление — “все или ни- чего”», а также с «Общим показателем перфекционизма».

Таким образом, выдвинутая гипотеза находит подтверждение: все показатели патологического нарциссизма коррелируют с параметрами перфекционизма по модели Н.Г. Гаранян и А.Б. Холмогоровой, и мож- но сделать вывод о высокой сопряженности данных психологических конструктов. Особенно значимой оказалась связь между показателем нарциссической уязвимости и общим уровнем перфекционизма. Пси- хологическое содержание этих корреляционных паттернов требует каче- ственного анализа (раздел «Обсуждение результатов»).
С целью проверки второго предположения оценивались корреляци- онные связи параметров патологического перфекционизма с симптома- ми психических расстройств, измеряемыми шкалой клинического само- очета SCL-90-R Derogatis.
Наибольшее число достоверных, умеренных по силе положительных корреляционных связей такого рода установлено для параметров пато- логического нарциссизма, входящих в фактор второго порядка «Нар- циссическая уязвимость». Отметим наиболее информативные из них: Параметр «Неустойчивая самооценка» имеет умеренные по силе и до- стоверные положительные связи с симптомами соматизации, обсессив- но-компульсивных нарушений, интерперсональной чувствительности, депрессии, тревоги, враждебности и общим индексом тяжести (GSI).
Параметр «Сокрытие “Я”» обнаруживает положительные умеренные по силе связи с симптомами повышенной интерперсональной чувстви- тельности, проявлениями расстройств аффективного спектра — депрес- сии, тревоги, обсессивно-компульсивных нарушений, а также с общим индексом тяжести расстройств (GSI).Параметр «Обесценивание» имеет умеренные по силе и достоверные по- ложительные связи с симптомами психических расстройств; наиболее ин- формативными представляются его связи с проявлениями депрессии, тре- воги, паранойяльными тенденциями и психотизма. Он также обнаруживает умеренную по силе связь с общим индексом тяжести расстройств (GSI).
Параметр «Требовательная ярость» имеет слабые положительные связи с симптомами соматизации и обсессивно-компульсивных нару- шений, а также умеренные по силе положительные связи с симптомами психотического регистра — параноидного мышления, психотизма. Он также обнаруживает слабую положительную связь с общим индексом тяжести расстройств (GSI).
В целом, фактор второго порядка «Нарциссическая уязвимость» обна- руживает умеренные по силе, положительные достоверные связи с ши- роким кругом симптомов — соматизации, обсессивно-компульсивных нарушений, интерперсональной чувствительности, депрессии, тревоги, враждебности, фобической тревоги, паранойяльными тенденциями, психотизма, а также общим индексом тяжести расстройств (GSI).



Параметры нарциссизма, входящие в конструкт «Нарциссическая грандиозность», также оказались связанными с симптомами психиче- ских расстройств. Однако паттерн этих корреляционных связей оказал- ся иным, чем при нарциссической уязвимости/хрупкости.
Так, параметр «Эксплуатативность» оказался положительно связан- ным лишь с симптомами обсессивно-компульсивных нарушений. Были установлены слабые и умеренные по силе отрицательные связи этого па- раметра с симптомами эмоциональных расстройств (депрессии и трево- ги), а также общим индексом тяжести расстройств (GSI).
Параметр «Самопожертвование/самовозвышение» не коррелирует ни с одним из показателей SCL-90-R.
Параметр «Грандиозные фантазии» имеет умеренные по силе и досто- верные корреляции с показателями обсессивно-компульсивных наруше- ний, интерперсональной чувствительности, враждебности, параноидного мышления, психотизма и общим индексом тяжести расстройств (GSI).
В целом, фактор второго порядка «Нарциссическая грандиозность» обнаружил связи с симптомами психотического регистра — параноид- ным мышлением и психотизмом. Создается впечатление, что эта форма нарциссизма связана с мощными когнитивными искажениями, но не с симптомами невротического регистра в виде соматизации/тревоги или расстройств аффективного спектра.
Независимость методики от факторов пола и возраста Предполагается, что такие личностные черты, как грандиозный и уязвимый нарциссизм, проявляются в любом возрасте и встречаются как у мужчин, так и у женщин. Подсчитывались средние показатели по каждому из семи факторов, а также по факторам второго порядка для юношей и девушек. Для проверки независимости теста от факторов пола и возраста был использован U-критерий Манна–Уитни (табл. 6).
По данным табл. 6, все значения U-критерия Манна–Уитни лежат в области незначимости при значениях переменной p>0,01, следователь- но, значимые различия между юношами и девушками по показателям патологического нарциссизма не установлены. Таким образом, фактор пола на заполнение опросника влияния не оказывает.
В процессе апробации проведен анализ зависимости результатов опросника от возраста испытуемых с использованием коэффициента Спирмена (табл. 7).
По данным табл. 7, значимые связи между показателями патологиче- ского нарциссизма и возрастом испытуемых не установлены. Отметим, что этот результат приложим при обследовании испытуемых старшего подросткового и юношеского возраста. Необходима его проверка в ис- следованиях с участием испытуемых зрелого и пожилого возраста.



В целом, по данным первичной апробации, факторы половой при- надлежности и возраста испытуемых на заполнение русскоязычной вер- сии «Шкалы патологического нарциссизма» не влияли.

Обсуждение результатов

 Цель настоящего исследования заключалась в первичной апробации русскоязычной версии «Шкалы патологического нарциссизма». Ис- пользовались результаты обследования 75 студентов московских вузов.
Эксплораторный факторный анализ дал приемлемые результаты и под- твердил семифакторную структуру апробируемой методики. Проверка существования двух факторов второго порядка и проведение конфирма- торного анализа требуют увеличить число испытуемых, что задает пер- спективу будущих разработок. Наряду с этими действиями необходим тщательный анализ содержания пунктов, вошедших в каждый из вновь установленных факторов, группой психологов, специализирующихся в личностной диагностике.
Оценивалась внутренняя консистентность русскоязычной вер- сии шкалы с помощью коэффициентов надежности альфа Кронбаха и Guttman Split-half. Значение коэффициента альфа Кронбаха по всем шкалам превышает 0,6 (находятся в пределах от 0,75 до 0,92), его зна- чение для всей шкалы составило 0,936. Коэффициент Guttman Split-half всего опросника равен 0,811. Полученные значения коэффициентов альфа Кронбаха и Guttman Split-half позволяют говорить о высокой на- дежности как отдельных шкал, так и опросника в целом.
Важный вопрос при апробации любой методики состоит в установ- лении гендерной специфичности ответов. Авторы фундаментального обзора по проблеме половых различий в нарциссизме, составленного в 2014 г., отмечают: «Вопреки широко принятому убеждению о том, что нарциссизм в большей мере выражен у мужчин, чем у женщин, до настоя- щего времени не существовало систематических обзоров, фиксирующих показатели нарциссизма у обоих полов, их изменчивость в различных методиках, а также временную стабильность» [10, c. 261]. В настоящем исследовании различия между юношами и девушками по параметрам грандиозного и уязвимого паттернов нарциссических черт установлены не были. Этот результат согласуется с данными цитированного обзора, где такая нивелировка различий объясняется культуральными измене- ниями в женской социальной роли. Безусловно, необходимы дальней- шие исследования гендерной специфичности нарциссических черт у представителей разных поколений отечественной популяции.
Для оценки внешней валидности русскоязычной версии «Шкалы патологического нарциссизма» проводились две серии корреляцион- ного анализа. Согласно первой гипотезе, параметры PNI должны быть положительно связанными с показателями перфекционизма по моде- ли Н.Г. Гаранян и А.Б. Холмогоровой, что подтвердилось результатами.
Паттерны этих корреляционных связей представляют самостоятельный научный интерес, так как позволяют лучше понять психологическую природу изучаемых личностных черт.
Так, оба паттерна — «Нарциссическая грандиозность» и «Нарцис- сическая уязвимость» — обнаружили множественные положительные связи с параметрами перфекционизма. Этот результат полностью со- ответствует теоретическим описаниям, согласно которым чрезмерное стремление к совершенству образует стержень нарциссического харак- тера. Однако для паттерна грандиозности эти связи были слабыми или умеренными по силе, для паттерна уязвимости — умеренными и силь- ными, что согласуется с известным тезисом о компенсаторной приро- де перфекционизма. Неустойчивость самооценки, страх обнаружения несовершенства другими людьми стимулируют к гиперкомпенсации в форме стремления следовать завышенным стандартам.
Психологическая понятность установленных связей между паттерна- ми нарциссизма и перфекционизма служит надежным доказательством валидности обеих методик, использованных в исследовании. Например, логичными и высоко предсказуемыми с феноменологических позиций оказываются связи между фактором PNI «Неустойчивая самооценка» и по- казателем «Высокие стандарты деятельности при ориентации на полюс “са- мых успешных”», который предполагает частые восходящие социальные сравнения. Хорошо известно, что лиц со склонностью к операциям такого рода характеризует «неопределенность в отношении “Я”» [3]. Аналогичный вывод можно сделать и о связи этого параметра перфекционизма с «Поля- ризованным мышлением», подразумевающим планирование деятельности в терминах «все или ничего». Психологически понятной представляется связь параметра уязвимой формы нарциссизма «Обесценивание» с социаль- но-предписываемым перфекционизмом — «Восприятием других людей как делегирующих высокие ожидания»: мучительное ощущение принуждения к совершенству со стороны других людей и связанные с ним переживания страха облегчаются, если значимость этих людей существенно снижена.
Наименьшее число связей с параметрами перфекционизма установле- но для фактора PNI «Эксплуатативность». Более того, обнаружена слабая, но статистически значимая отрицательная связь этого параметра с общим показателем методики Н.Г. Гаранян и А.Б. Холмогоровой. Этот результат вносит важное феноменологическое уточнение в давний спор о сходстве и различии двух изучаемых личностных конструктов. Создается впечатление, что склонность к безжалостной эксплуатации окружающих при отсутствии раскаяния и манипулятивная ориентация, предполагаемая конструктом грандиозного нарциссизма, не специфична для перфекционизма.
Нашла подтверждение и вторая гипотеза о связях между параметра- ми нарциссизма и симптомами психических расстройств, измеряемыми шкалой SCL-90-R. Качественный анализ этих связей открывает важные клинические различия между двумя формами нарциссизма. Так, фактор второго порядка «Нарциссическая уязвимость» и входящие в него шкалы обнаружили умеренные по силе, положительные достоверные связи с широким кругом невротических, аффективных и психотических симпто- мов: соматизации, обсессивно-компульсивных нарушений, интерперсо- нальной сензитивности, депрессии, тревоги, враждебности, фобической тревоги, параноидного мышления, психотизма. Фактор второго порядка «Нарциссическая грандиозность» и входящие в него шкалы обнаружили связи преимущественно с симптомами психотического регистра: парано- идным мышлением и психотизмом. Полученные данные хорошо согла- суются с клиническими наблюдениями [13] и убедительно подтверждают валидность двух форм нарциссической патологии. Перспективу для даль- нейшего поиска клинических коррелятов нарциссизма задают исследова- ния с включением шкал мании, которая может стать еще одним показате- лем, дифференцирующим грандиозный и уязвимый варианты этой черты.

Выводы


1. Исследование подтвердило семифакторную структуру опросника «Шкала патологического нарциссизма»; полученные значения коэффи- циентов альфа Кронбаха и Guttman Split-half позволяют говорить о вы- сокой надежности как отдельных шкал, так и о надежности опросника в целом. Не установлено гендерной специфичности показателей «Шкалы патологического нарциссизма», а также зависимости показателей шка- лы от возраста респондентов. 2. Подтверждением внешней валидности служат достоверные связи между параметрами перфекционизма и нарциссизмом; оба нарциссиче- ских паттерна (грандиозность и уязвимость) продемонстрировали мно- жественные связи с показателями перфекционизма. Для паттерна нар- циссической грандиозности эти связи были слабыми или умеренными по силе, для нарциссической хрупкости — сильными, что подтверждает тезис о компенсаторной природе перфекционизма. 3. Обнаружена достоверная связь между нарциссизмом и симптомами психических расстройств. Однако паттерны этих связей для факторов гран- диозной и уязвимой формы различались: фактор нарциссической уязвимости обнаружил связи с широким кругом симптомов расстройств как аффектив- ного, так и психотического спектра; для фактора грандиозности установлены связи преимущественно с симптомами психотического регистра.

Литература

  1. Анастази А. Психологическое тестирование: пер. с англ. / Под ред. К.М. Гу- ревича, В.И. Лубовского. М.: Педагогика, 1982. С. 122—237.
  2. Гаранян Н.Г. Перфекционизм и враждебность как личностные факторы де- прессивных и тревожных расстройств: дисс. … докт. психол. наук. М., 2010.
  3. Гаранян Н.Г. Теория социального сравнения в клинической психологии // Психологический журнал РАН. 2015. Т. 36. № 4. С. 23—36.
  4. Клайн П. Справочное руководство по конструированию тестов. Киев: ПАН Лтд, 1994. 283 с.
  5. Наследов А.Д. Математические методы психологического исследования. СПб.: Речь, 2004. 392 с.
  6. Соколова Е.Т., Чечельницкая Е.П. Психология нарциссизма (при поддержке РФФИ, грант №00-06-80047). М.: Учебно-методический коллектор «Психо- логия», 2001. 89 с.
  7. Тарабрина Н.В. Практикум по психологии посттравматического стресса. СПб.: Питер, 2001. 268 с.
  8. Холмогорова А.Б., Гаранян Н.Г. Нарциссизм, перфекционизм и депрессия // Консультативная психология и психотерапия. 2004. №1. C. 18—35.
  9. Dickinson K., Pincus A. Interpersonal analysis of grandiose and vulnerable nar- cissism // Journal of personality disorders. 2003. Vol. 17. № 3. P. 188—207. doi: 10.1521/pedi.17.3.188.22146
  10. Grijalva E., Newman D., Tay L., Donnellan M., Harms P., Robins W., Yan T. Gen- der Differences in Narcissism: A Meta-Analytic Review [Электронный ресурс]. 2014. P.D. Harms Publications. Paper 5. URL: http://digitalcommons.unl.edu/pd- harms/5 (дата обращения: 14.08.2016).
  11. Hepper E., Gramzow R., Sedikides K. Individual Differences in Self-Enhancement and Self-Protection Strategies: An Integrative Analysis // Journal of Personality and social psychology. 2010. Vol. 76. № 2. P. 781—814.
  12. Miller J., Campbell W. Comparing clinical and social-personality conceptualiza- tions of narcissism // Journal of personality and social psychology. 2008. Vol. 76. № 2. P. 449—476.
  13. Pincus A., Lukowitsky M. Pathological narcissism and narcissistic personality disor- der // Annual Review of clinical psychology. 2010. Vol. 6. P. 421—446. doi: 10.1146/ annurev.clinpsy.121208.131215
  14. Pincus A., Roche M. Narcissistic Grandiosity and narcissistic vulnerability / In: W. Campbell, J. Miller (eds). The handbook of narcissism and narcissistic personality disorder. New Jersey: Jonh Willey and son, 2011. 31 p. doi: 10.1002/9781118093108.ch4
  15. Twenge J., Konrath S., Foster J. Campbell, Bushman B. Egos Inflating over time: me- ta-analysis of the narcissistic personality inventory // Journal of Personality. 2008. Vol. 76. № 4. P. 875—902. doi: 10.1111/j.1467-6494.2008.00507.x
  16. Wright W., Lukowitsky M., Pincus A., Conroy D. The higher order factor structure and gender invariance of the pathological Narcissism inventory // Assessment. 2002. Vol. 17. № 4. P. 467—483.

Информация об авторах

Гаранян Наталья Георгиевна, доктор психологических наук, профессор кафедры клинической психологии и психотерапии, факультет консультативной и клинической психологии, Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ), доцент, ведущий научный сотрудник Московского НИИ психиатрии Минздрава РФ, член редакционного совета журнала "Консультативная психология и психотерапия", Москва, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-1227-2682, e-mail: garanian@mail.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 4033
В прошлом месяце: 52
В текущем месяце: 60

Скачиваний

Всего: 3754
В прошлом месяце: 52
В текущем месяце: 68