Модель формирования ценностного отношения к материнству у учащейся молодежи

320

Аннотация

Работа направлена на изучение психологических условий становления на субъективном уровне в подростково-юношеском возрасте эмоционально-позитивного принимающего отношения к роли матери. Авторами было проведено теоретико-эмпирическое исследование, направленное на изучение взаимосвязи между представлениями о феномене материнства, взаимоотношениями подростков с родителями и их отношением к своей личности. В исследовании приняли участие респонденты в возрасте 13—16 лет школы-интерната № 1 «Казачья» г. Армавира. Для эмпирического изучения использовались методики: «Представления об идеальном родителе» (Р.В. Овчарова); методика PARI — «Родительско-детские отношения» (Е.С. Шефер, Р.К. Белл); Тест-опросник самоотношения (В.В. Столин, С.Р. Пантелеев). Результаты исследования позволяют констатировать, что существует значимая обратная зависимость между излишней эмоциональной дистанцией родителей с ребенком и когнитивным показателем представлений о материнстве у учащихся школы- интерната (-0,248). Аналогичная связь существует между излишней эмоциональной дистанцией родителей с ребенком и его самопринятием (-0,306), т. е. чем выше дистанция, тем ниже уровень самопринятия подростка. Доказано, что самопринятие ребенка и его представления об идеальной маме являются взаимозависимыми факторами (0,281). Теоретический анализ психологических исследований подтвердил, что принятие материнства как особой ценности находится в тесной связи с осознанием смысла своей жизни и системой ценностей, сформированной в зависимости от внутренней позиции, опыта внутрисемейных отношений, усвоенных эталонов и идеалов. Полученные результаты исследования легли в основу модели формирования ценностного отношения к материнству у учащейся молодежи.

Общая информация

Ключевые слова: материнство, ценность, ценностное отношение, детско-родительские отношения, самоотношение, самопринятие, учащиеся школы-интерната, формирование

Рубрика издания: Психология развития и возрастная психология

Тип материала: научная статья

DOI: https://doi.org/10.17759/exppsy.2021000006

Финансирование. Исследование выполнено при финансовой поддержке Кубанского научного фонда в рамках научного проекта № ФНИ-ГО-20.1/26.

Благодарности. Авторы благодарят за помощь в сборе данных для исследования заместителя директора МБОУ ООШИ № 1 «Казачья» г. Армавира Е.Н. Гусейнову.

Получена: 27.09.2021

Принята в печать:

Для цитаты: Ткаченко И.В., Евдокимова Е.В., Комарова К.Ю., Лисицкая Л.Г. Модель формирования ценностного отношения к материнству у учащейся молодежи // Экспериментальная психология. 2021. Том 14. № 4. С. 43–57. DOI: 10.17759/exppsy.2021000006

Полный текст

 

Введение

Содержательное и операциональное своеобразие детско-родительских отношений в диаде «мать—ребенок» активно исследуется в современной психологии [1; 2; 3; 10; 12; 16; 17; 21; 23; 24]. В контексте детско-родительских отношений постепенно происходит расширение границ психологического пространства, контролируемого самим ребенком, который должен научиться самостоятельно устанавливать необходимый баланс между требованиями родителей и своими желаниями, таким образом, происходит становление идентичности личности.

Д. Боулби и М. Эйнсворт в теории привязанности показали сложность организации привязанности ребенка, объединяющей альтернативные тенденции: С одной стороны, стремление к познанию, к эмоционально будоражащим, рискованным ситуациям; а с другой стороны, стремление к защищенности, безопасности. Эффективное развитие субъекта в пространстве детско-родительских отношений предполагает любящее, трепетное и толерантное руководство со стороны взрослого, особенно матери. Акцентировку внимания на ведущей роли матери в развитии ребенка Д. Боулби объяснял наличием тесной эмоциональной связи, возникающей с момента рождения [1].

В работах Д. Боулби доказано, что дети, воспитанные в условиях тесного эмоционального контакта с матерью, больше познавательно активны, чем дети, потерявшие мать в раннем детстве или воспитанные в конфликтных и дистантных семьях. Роль взаимосвязи с матерью подтверждается и отрицательными для дальнейшего психического развития личности ребенка эффектами резкого разрыва эмоциональной связи «мать—ребенок». Эти эффекты, как правило, носят отложенный характер и проявляются в подростковом возрасте, провоцируя депрессию или агрессию и личностные проблемы, а также нарушения процесса социализации [2].

Таким образом, дефицит эмоционального тепла и материнской любви в контексте теории привязанности является важным провокатором, порождающим возникновение тенденций девиантного поведения в будущей жизни субъекта [1; 2].

Вместе с тем, как родительство в целом, так и материнство не являются простым копированием и повторением представленных социокультурных эталонов и стереотипов. В работах психологов убедительно показано, что принятие материнства как особой ценности находится в тесной связи с осознанием смысла своей жизни и системой ценностей, сформированной в зависимости от внутренней позиции, опыта внутрисемейных отношений, усвоенных эталонов и идеалов.

Так, А.С. Спиваковская подчеркивает, что то, какими будет родитель, в значительной степени определяется переживаниями, ощущениями от взаимодействия с собственными родителями [15].

С позиций И.В. Дубровиной, прежде всего семья и родители, их образ жизни, специфика общения и характер стиля взаимоотношений способствуют формированию у детей образцов, эталонов поведения мужчины и женщины, образов отца и матери [4].

Р.В. Овчарова делает вывод о том, что родительская позиция матери формируется под влиянием семейной, жизненной, социальной атмосферы, реального опыта соответствующих переживаний [11; 12].

Складывающиеся в общении с матерью личностные образования, обращает внимание М.И. Лисина, по существу являются неоценимым вкладом в становление характера материнского родительского поведения в будущем [7].

Подводя итог, можно отметить, что в процессе общения с матерью у развивающегося субъекта закладываются необходимые предикторы формирования индивидуального, ценностного, значимого отношения к собственному будущему ребенку.

В психологии обозначают разные позиции рассмотрения материнства как психосоци­ального феномена: обеспечение и гарантирование условий для развития и формирования личности ребенка; значимый компонент личностной сферы женщины [22].

1.8.   Шамариной представлена следующая классификация моделей материнства:

— нравственно-духовная модель, когда материнство является приоритетной жизненной ориентацией, личностной позицией;

—«феминистская», где материнство может в представлении женщины рассматриваться как определенное препятствие для успешной профессиональной карьеры и само­актуализации;

—социально-паритетная, в рамках которой происходит реализация определенной интеграции социально-прагматического и нравственно-духовного аспектов ценностного отношения к материнству [20].

С точки зрения Т.В. Павловой, представления о будущем родительстве классифицируются как: инфантильный, переходный и зрелый типы [13].

В плане анализа инфантильного типа представлений у юношей и девушек о родитель­стве, отмечается наличие ярких, идеализированных образов взаимоотношений «ребенок— родитель», в описании присутствует изобилие внешних характеристик, позиционируется социально ориентированная родительская роль, но одновременно прослеживается эмоциональная дистанцированность от ребенка.

В содержании переходного типа представлений молодежи о родительстве акцентируется значимость направленности на воспитание, подчеркивается значимость авторитета родителей, прописывается опасение в некомпетентности в выполнении роли родителя, подчеркивается необходимость концентрации на отношениях с будущим ребенком, прогнозируются проблемы и снижение удовлетворенности личной жизнью.

Что касается зрелого типа представлений молодых людей о родительстве, здесь подчеркивается важность сотрудничества с ребенком, образ ребенка и родителя описываются с привлечением большого количества личностных характеристик, фокус внимания смещается на самореализацию в роли родителя, выдвигаются ожидания оптимального эмоционального контакта с ребенком, с акцентом на главенствующей роли семейно-ориентированных ценностей и смыслов.

Интерес представляет тот факт, что существуют гендерные различия в представлениях о сущности феномена родительства у юношей и девушек. На эмпирическом материале показано, что девушки оценивают материнство как наиболее значимое условие полной и содержательной жизни, а юноши не столь категоричны в оценке значения родительства в их жизни [8].

Можно отметить, что в современной психологии отмечается наличие определенного когнитивного диссонанса в отношении родительства и материнства, так как в интеллектуальном пространстве личности встречаются две противоречивые тенденции: признание высокой социальной и личной ценности родительства и материнства и выраженная в большей степени ориентация молодежи на профессиональный и личностный рост, построение карьеры, материальный успех и независимость.

Одним из рисков современности, в контексте рассматриваемой проблемы, является популяризация субкультуры чайлдфри (от англ. child free — свободный от детей). В настоящее время актуальной остается проблема психологической, информационной и нравственной подготовки молодежи, в особенности девушек, к адекватному ценностному отношению к материнству, к осознанному принятию миссии матери и ответственности за рождение и воспитание своего ребенка.

Содержательно ценностное отношение к родительству, ориентация субъекта на материнство или отцовство является многослойным процессом, состоящим их многих компонентов (рис. 1).

Г.Г. Филиппова создала научное направление «Психология материнства» [19], в рамках которого собрано много интересных данных, которые могут быть эффективно использованы в соответствующих социальных проектах (рис. 2).

 

 

Современные психологи все чаще обращаются к изучению факторов, влияющих на формирование материнского отношения [6] (рис. 3).

 

Исследования современных психологов, посвященные вопросам девиантного материнства, убедительно свидетельствуют о том, что отказ матери от своего новорожденного ребенка может являться своеобразным психологическим шлейфом опыта ее негативных взаимоотношений с собственной матерью. Женщина, демонстрирующая поведение по типу девиантного материнства, как правило, отвергалась своей матерью, имела с ней достаточно холодные и дистантные отношения с детства.

Психологи показывают, что материнская депривация препятствует формированию ценностного отношения к материнству у девушки и возможности успешно реализовать естественный для женщины процесс идентификации с матерью при освоении материнской роли.

Учитывая все вышесказанное, можно заключить, что формирование целостного отношения к материнству сложный процесс и требует использования модели формирования представлений о родительстве.

С точки зрения Т.В. Павловой, модель образует ряд взаимосвязанных компонентов: когнитивный совокупность образов ребенка и родителя, правильное понимание родительской роли; эмоциональный типичный эмоциональный фон общения с ребенком, эмоциональная атмосфера; регуляторно-волевой включает локус контроля, индекс удовлетворенности жизнью, ответственность; ценностно-смысловой ценностные ориентации, цели, смыслы, смысловые установки [13].

В современной реальности трансформации ценностных приоритетов, нравственных принципов и социальных установок в общественном сознании происходят, под влиянием женской эмансипации и динамики представлений о гендерных ролях в семье, их гибком перераспределении, стремлении к независимости супругов. Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что создание в общественном сознании образа компетентной, любящей матери требует специально организованной системы работы.

Прогрессивное развитие современного общества связано, прежде всего, с формированием ценностного отношения к материнству, анализом опыта сознательного материнства, становлением гармоничных семейных взаимоотношений. Посредством формирования ценностного отношения к материнству как традиции, повышения уровня родительской культуры у молодежи, совершенствования проектов государственно-правовой поддержки, активной деятельности по созданию системы мер, направленных на защиту материнства и детства, происходит укрепление уважительного отношения к социальному статусу матери.

В отношении к материнству большое значение имеет содержательная определенность жизненных ценностей, смысловых приоритетов тех субъективных регуляторов поведения человека, которые определяют его отношение к родительству.

Таким образом, актуальность исследования проблемы детерминации положительного и адекватного ценностного отношения к материнству обусловлена необходимостью изучения психологических условий становления на субъективном уровне в подростково­юношеском возрасте эмоционально-позитивного принимающего отношения к роли матери.

Процедура исследования

Нами было проведено экспериментальное исследование, направленное на изучение взаимосвязи между представлениями о феномене материнства, взаимоотношениями подростков с родителями и их отношением к своей личности: самоуважением к своей личности, ожиданиями отношений от других, самопринятием. В исследовании приняли участие 111 учащихся школы-интерната № 1 «Казачья» г. Армавира. Специфика учреждения заключается в том, что в нем обучается большое количество учащихся из семей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации и, как следствие, испытывающих в разной степени психологическое неблагополучие. Для достижения поставленной цели использовался комплекс методов: теоретический анализ психологических источников, освещающих разные вопросы заявленной темы психологии материнства, моделирование, эмпирическое изучение взаимосвязи взаимоотношений с родителями и характера отношения к феномену материнства, отношения к своей личности в подростковом возрасте с помощью профессиональных психологических диагностических методик: методики «Представления об идеальном родителе» (Р.В. Овчарова); методики PARI — «Родительско-детские отношения» (Е.С. Шефер, Р.К. Белл); Теста-опросника самоотношения (В.В. Столин, С.Р. Пантелеев); методов математической статистики. Исследование проводилось в 2021 г.

Результаты исследования

Изначально нами с помощью методики «Представления об идеальном родителе» (Р.В. Овчарова) были изучены представления об идеальной маме у учащихся 8—9 классов, отражающие их отношение к феномену материнства. В описании портрета учитывались качества, которые высоко оценили 50 и более процентов опрошенных (в скобках указан процент респондентов, поставивших самый высокий балл данному качеству): сильная (52,5%), благоразумная (72,9%), справедливая (50,8%), доверяющая детям (55,9%), сотрудничающая с детьми (50,8%), ответственная (67,8%), всегда понимает (40,7%), не решающая за детей (57,6%), счастливая (72,9%), радостная (67,8%), добрая (59,3%), должна интересоваться детьми (40,7 %), одобряющая ребенка (49,2%), любящая (78%), не стыдящяяся за ребенка (55,9%).

Анализ результатов проведения с учащимися 8—9 классов школы-интерната № 1 «Казачья» Теста-опросника самоотношения (В.В. Столин, С.Р. Пантелеев) позволяет констатировать, что 22% опрошенных считают, что большинству знакомых они не нравятся; 33,9% характеризуют себя как необязательного человека; 45,8% считают, что они сильно отличаются от других людей. Многие из участников опроса (37,3%) отмечают, что видят в себе только недостатки, поэтому думают, что не могут быть интересными для других людей (86,4%). 42,4% респондентам совсем неинтересно собственное «Я», и эти же 42,4% с жалостью относятся к своей личности. 49,2% учащихся отметили, что их собственное «Я» не представляется им чем-то достойным глубокого внимания. 45,3% учащихся школы-интерната констатировали, что у них никогда не было друзей, близких людей, и 45,8% утверждают, что не раз испытывали к себе ненависть и хотели себя переделать; 2,4% опрошенных сообщили, что им ничего не остается, как подчиниться собственной судьбе; а 35,6% выразили согласие с тем, что в глубине души думают о том, чтобы с ними что-то произошло. 49,2% респондентов считают, что в их личности есть что-то, что у других вызывает неприязнь, а 72,9% утверждают, что их нельзя любить по-настоящему. При этом 76,3% респондентов отмечают, что контролируют свою судьбу, несмотря на трудную жизненную ситуацию, в которой они находятся.

Таким образом, мы можем констатировать, что по шкале «Самоуважение» у более 50% учащихся школы-интерната низкий уровень самопонимания, веры в свои силы и способности. На данный фактор также указывают результаты, полученные по школе «Ожидаемое отношение от других»: 72% учащихся школы-интерната ожидают негативное отношение к себе окружающих.

Можно предположить, что предпосылкой негативного отношения к себе могли стать непоследовательные, директивные и враждебные отношения с матерью [17].

В связи с полученными характеристиками и с целью определения предикторов, оказывающих влияние на когнитивный показатель представлений об идеальной матери и отношения к феномену материнства у учащихся школы-интерната, нами был проведен корреляционный анализ шкал «Оптимальный эмоциональный контакт» и «Излишняя эмоциональная дистанция с ребенком» ( методика PARI — «Родительско-детские отношения» (Е.С. Шефер, Р.К. Белл)) со шкалами «Когнитивный показатель представлений об идеальной маме» (методика «Представления об идеальном родителе» (Р.В. Овчарова)) и «Самоуважение», «Самопринятие», «Ожидаемое отношение от других» (Тест-опросник самоотношения (В.В. Столин, С.Р. Пантелеев)). Для анализа использовался коэффициент корреляции Спирмена. Данные представлены в табл. 1.

Таблица 1

Эмпирические значения корреляционного анализа

Показатели сравнения

Когнитивный показатель представлений об идеальной матери

Самоуважение

Ожидание отношение от других

Самопри- нятие

Оптимальный эмоциональный контакт

0,099

0,014

0,115

0,109

Излишняя эмоциональная дистанция с ребенком

-0,248**

0,027

0,254**

-0,306**

Когнитивный показатель представлений об идеальной матери

 

0,079

-0,102

0,281**

Самоуважение

 

 

0,538***

0,154

Ожидание отношение от других

 

 

 

0,111

 

Результаты позволили констатировать, что существует прямая взаимосвязь между оптимальным эмоциональным контактом матери с ребенком и когнитивным показателем представлений об идеальном материнстве. Но данные, указывающие на эту взаимосвязь, статистически незначимы. Но в то же время излишняя эмоциональная дистанция с ребенком является мощным предиктором для формирования отношения к феномену материнства, о чем свидетельствует ее значимая обратная зависимость с когнитивным показателем представлений о материнстве (-0,248). Аналогичная связь существует между излишней эмоциональной дистанцией с ребенком и его самопринятием (-0,306), т. е. чем выше дистанция, тем ниже уровень самопринятия у подростка. Данный факт подтверждается взаимосвязью между самопринятием ребенка и его представлениями об идеальной маме (0, 281). В то же время можно отметить значимую взаимосвязь ожиданий отношений от других у подростка и его эмоциональной дистанции с родителями (0,254) и его самоуважением (0,538).

Выводы

Можно констатировать, что уровень самоуважения подростка зависит от удовлетворения его потребности в положительном взаимодействии и ценностном отношении к нему со стороны окружающих. И чем выше эмоциональная дистанция у него с родителями, тем выше потребность в принятии их другими людьми, что в свою очередь может в дальнейшем повлиять на выбор референтной группы.

Таким образом, можно составить схему взаимосвязи предикторов формирования ценностного отношения к феномену материнства (рис. 4)

Обобщая вышеописанное, можно отметить, что в эмпирическом исследовании нами было рассмотрено влияние элементов микроуровня и субъективного уровня на формирование ценностного отношения к материнству. Но необходимо отметить, что элементы макроуровня в современной реальности также оказывают значимое влияние на ценностную сферу молодежи [18].

На основании предпринятого теоретического анализа, а также результатов эмпирического исследования была разработана авторская теоретическая модель формирования ценностного отношения к материнству у учащейся молодежи (рис. 5).

Модель включает ряд блоков-факторов:

—   макроуровня: политика государства; специальные проекты; установки общественного сознания; идеалы, транслируемые СМИ; информационный контент; модели поведения женщин и отношение к ним, транслируемые в культуре (кино, театр, литература, музыка, живопись);

—   микроуровня: семья (традиции, идеалы, отношения); молодежная субкультура; референтные лица; социальная среда проживания; социальные установки;

—   субъективного уровня: идеалы, ценности и смыслы; образ достижений; мотивы и интересы; отрефлексированные шлейфы прошлого опыта; готовность принять ответственность; личностная зрелость; информированность и компетентность.

Данная модель может быть положена в основу проведения эмпирических исследований данных вопросов и процесса социально-психологического управления целенаправленным формированием ценностного отношения к материнству в подростково-юношеском возрасте.

Заключение

Подводя итог, можно констатировать, что феномен отношения к материнству как составляющая общей системы отношений личности имеет сложный генез становления специфического содержания и динамическую характеристику компонентов. Ценностное отношение к материнству у современной молодежи формируется под влиянием большого количества разнообразных факторов, функционирующих на макро-, микро-и субъективном уровнях.

Анализ теоретических и эмпирических исследований современных психологов [5; 8; 9; 10; 11; 12; 16; 21; 23; 24] позволяет заключить, что ценностное отношение к материнству определяется спецификой социальных установок, идеалов и стереотипов, ориентаций определенного исторического времени и характеристиками социальной ситуации развития субъекта, как в детстве, так и на последующих этапах социализации.

В современной социореальности присутствует определенное противоречие в системе стремлений личности: к благополучию, счастью, любви, устойчивой семье и продолжению своего рода и к лидерству, самоактуализации в социуме и профессии, построению карьеры, признанию, независимости и свободе. Данное обстоятельство развития современной молодежи, особенно учащейся молодежи, продуцирует определенный когнитивный диссонанс, конфликт ценностных установок и смыслов. В качестве психологических последствий здесь могут быть обозначены следующие эффекты: неудовлетворенность своей гендерной ролью, решение об «отложенном материнстве», девиантное материнство, избегание ответственности за рождение и судьбу ребенка. Описанные эффекты могут расцениваться как социально-психологические риски формирования адекватного позитивного ценностного отношения к материнству.

Результаты научно-теоретического анализа дают возможность составить панорамное представление о содержании феномена «ценностное отношение к материнству», которое интегрирует соответствующие ценности и смыслы, выработанные родительские установки и позиции, мотивацию родительства, иерархию детско-родительских отношений в контексте эмоционально-ценностных составляющих, эмоциональный тон представлений о ребенке.

Необходимо акцентировать внимание на том, что формирование отношения к материнству включает ряд этапов: опыт детства и взаимоотношений с родителями; социально-ролевые игры дошкольного возраста; становление первоначального образа «Я — будущий родитель» в подростковом возрасте; развитие определенного отношения к ро­дительству в юности; самоопределение в сфере родительства на этапе потенциального родительства и развитие; обогащение ценностного отношения к материнству в период рождения и воспитания ребенка. Следует учитывать тот факт, что именно подростко­во-юношеский возраст оказывается тем временным промежутком в жизненном пути субъекта, который наиболее благоприятен и сензитивен для становления ценностного отношения к материнству и родительству, моделированию своего личного проекта «Я — родитель».

Для учащейся молодежи подростково-юношеского возраста характерно также стремление к критическому, рефлексивному осмыслению своего индивидуального опыта взаимоотношений, в том числе и с родителями, в результате чего формируется когнитивная платформа для выбора своего стиля будущего родительства. Потому в этот период важна психологическая поддержка становления аутентичного представления о себе как о будущем родителе, своей роли и функциях, выработки позитивного принятия и оценки своей миссии в продолжении собственного рода.

 

Литература

  1. Боулби Дж. Привязанность: пер. с англ. / Д. Боулби; общ. ред. и вступ. статья Г.В. Бурменской. М.: Гардарики. 2003. 477 с.
  2. Боулби Дж. Создание и разрушение эмоциональных связей: пер. с англ. / Дж. Боулби; пер. В.В. Старовойтова. М.: Академический проект. 2004. 232 с.
  3. Винникотт Д.В. Маленькие дети и их матери: пер. с англ. / Дональд Вудс Винникотт; пер. Н.М. Падалко. М.: Независимая фирма «Класс». 1998. 80 с.
  4. Дубровина И.В. Семья и социализация ребенка // Мир психологии. 1998. № 1. С. 54—57.
  5. Ермолаева М.В., Смирнова О.В. Особенности родительского общения как фактор психологического благополучия подростков // Психологическая наука и образование. 2020. Том 25. № 1. С. 51—62. DOI:10.17759/pse.2020250105
  6. Захаров А.И. Ребенок до рождения и психотерапия последствий психических травм. СПб: Союз. 1998. 144 с.
  7. Лисина М.И. Формирование личности ребенка в общении. СПб: Питер, 2009.320 с.
  8. Меркуль И.А. Представления студентов о родительстве // Вестник МГОУ. 2011. № 2. С. 106— 112.
  9. Москвичева Н.Л., Реан А.А., Костромина С.Н., Гришина Н.В., Зиновьева Е.В. Жизненные модели молодых людей: представления о будущей семье и модели, транслируемой родителями // Психологическая наука и образование. 2019. Том 24. № 3. С. 5—18. DOI:10.17759/pse.2019240301
  10. Новикова М.А., Реан А.А. Особенности материнского отношения в связи с формированием ценностных ориентаций современных подростков // Социальная психология и общество. 2021. Том 12. № 2. С. 148—165. DOI:10.17759/sps.2021120209
  11. Овчарова Р.В. Психологический анализ особенностей формирования осознанного родительства в молодой семье // Вестник института семьи. 2008. Том 1. С. 45—50.
  12. Овчарова Р.В. Психология родительства: учебное пособие. М.: Издательский центр «Академия». 2005. 362 с.
  13. Павлова Т.В. Особенности представлений о родительских установках в рамках изучения социальных проблем современной России // Человеческий капитал. М.: Изд. дом «Оптима проект». 2010. № 10. С. 147—148.
  14. Прохорова О.Г. Подготовка молодежи к родительству // Вестник Красноярского государственный пед. университета имени В.П. Астафьева. 2008. № 1. С. 5—13.
  15. Спиваковская А.С. Психотерапия. Игра, детство, семья: метод. пособие. М.: ЭКСМО-Пресс. 2000. 304 с.
  16. Степанова Н.А. Особенности понимания психологической свободы личности в подростковом, старшем школьном и студенческом возрасте // Экспериментальная психология. 2020. Том 13. № 1. С. 91—106. DOI:10.17759/exppsy.2020130107
  17. Ткаченко И.В., Евдокимова Е.В. Детерминанты формирования ценности материнства у учащихся интернатных учреждений // Сборник тезисов Краевой отчетной конференции грантодержателей Кубанского научного фонда / Отв. ред. В.В. Анисимов; Министерство образования, науки и молодежной политики Краснодарского Края; Унитарная некоммерческая организация «Кубанский научный фонд». Краснодар, 2021. С. 213—215.
  18. Ткаченко И.В., Лисицкая Л.Г. Роль массмедиа в популяризации образа материнства и семейных ценностей как национальной идеи россиян // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Серия: Гуманитарные науки. 2021. № 6-2. С. 72—75.
  19. Филиппова Г.Г. Психология материнства: учеб. пособие. М.: Изд-во Ин-та психотерапии, 2002. 240 с.
  20. Шамарина Е.В. Культурный смысл материнства в западноевропейской и отечественной философской мысли: дисс. … канд. философ. наук 24.00.01: Теория и история культуры. Барнаул, 2008. 175 с.
  21. Шишелова А.Ю., Раевский В.В. Социальная среда раннего онтогенеза и формирование исследовательского поведения в зрелом возрасте // Экспериментальная психология. 2019. Том 12. № 3. С. 142—147. DOI:10.17759/exppsy.2019120311
  22. Шнейдер Л.Б. Психология семейных отношений: монография. М.: Апрель-Пресс; ЭКСМО-Пресс. 2000. 512 с.
  23. Tkachenko I.V., Komarova K. Yu., Semenova F.O., Lisitskaya L.G., Evdokimova E.V. The determinants of forming a valuable attitude to maternity among female students. PSYRGGU 2019 Psychology of subculture: Phenomenology and Contemporary Tendencies of Development Сер. The European Proceedings of Social & Behavioural Sciences EpSBS. 2019. P. 718—725. DOI: 10.15405/epsbs.2019.07.93
  24. Tkachenko I.V., Komarova K. Yu., Evdokimova E.V., Lisitskaya L.G., Ebzeev M.M. Representations of ideal, motherhood Among senior school students: age and gender aspects. PSYRGGU 2020 Psychology of Personality: Real and Virtual Context // The European Proceedings of Social and Behavioural Sciences EpSBS. DOI: 10.15405/epsbs.2020.11.02.97

Информация об авторах

Ткаченко Ирина Валериевна, доктор психологических наук, профессор кафедры социальной, специальной педагогики и психологии, Армавирский государственный педагогический университет (ФГБОУ ВО «АГПУ»), Армавир, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-9343-3694, e-mail: tkachenkoiv@mail.ru

Евдокимова Елена Валерьевна, кандидат психологических наук, старший преподаватель кафедры социальной, специальной педагогики и психологии, Армавирский государственный педагогический университет (ФГБОУ ВО «АГПУ»), Армавир, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-6784-588X, e-mail: eev15@list.ru

Комарова Ксения Юрьевна, аспирант, Армавирский государственный педагогический университет (ФГБОУ ВО «АГПУ»), Армавир, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0002-3770-8315, e-mail: ksukom2@list.ru

Лисицкая Лариса Григорьевна, доктор филологических наук, профессор кафедры педагогики и технологий дошкольного и начального образования, Армавирский государственный педагогический университет (ФГБОУ ВО «АГПУ»), Армавир, Россия, ORCID: https://orcid.org/0000-0003-1919-1583, e-mail: lislarisa14@mail.ru

Метрики

Просмотров

Всего: 770
В прошлом месяце: 24
В текущем месяце: 12

Скачиваний

Всего: 320
В прошлом месяце: 7
В текущем месяце: 4